Начало боя

Утро следующего дня выдалось холодным и ясным. Солнце только-только поднялось над горизонтом, окрашивая небо в бледно-розовые и золотые тона. На широкой равнине у самой границы Эквестрии стояли две армии.

С одной стороны — войска Эквестрии: земные пони в тяжёлых доспехах, пегасы в лёгких латах, готовые подняться в воздух, и единороги, чьи рога уже слегка светились от сдерживаемой магии. Впереди, чуть в стороне от основной линии, спокойно и величественно стояли принцессы Селестия, Луна и Каденс. Они доверили первый разговор Искорке и её подругам.

С противоположной стороны, на другом краю поля, замерло огромное войско Тёмной Гривы — тысячи и тысячи земных пони. Ни одного крыла, ни одного рога. Только крепкие копыта, решительные взгляды и тяжёлая тишина.

Из рядов Эквестрии вперёд вышли шестеро подруг.

Из рядов Тёмной Гривы навстречу им шагнула троица: Lossofhope, Legpain и Tiredeyes.

Две группы остановились в десятке шагов друг от друга. Войска за их спинами стояли неподвижно, но напряжение было таким, что воздух, казалось, вот-вот затрещит.

Lossofhope выглядел собранным. На его груди теперь был закреплён древний посох-артефакт, словно часть доспеха. Он посмотрел прямо на Сумеречную Искорку и тяжело произнёс:

— Судя по всему, вы отказались от нашего предложения о мирном отказе от магии и полётов.

Искорка сделала шаг вперёд. Её голос звучал твёрдо, хотя внутри всё сжималось.

— Магия и полёт — это особенности, дарованные пегасам и единорогам с рождения. Никто не имеет права требовать, чтобы они отказались от того, кем они являются.

Lossofhope тяжело вздохнул. В его усталых глазах мелькнула смесь горечи и разочарования.

— Тебе легко говорить об «особенностях» и «правах на силу», принцесса Сумеречная Искорка. Ты — аликорн. Ты никогда не могла по-настоящему понять, каково это — быть обычным пони.

Искорка открыла рот, чтобы возразить, но Lossofhope уже повернулся к Legpain.

— Legpain. Беги к восточной плотине Эквестрии. Уничтожь её.

Legpain молча кивнул. Его тело напряглось, копыта вжались в землю, готовясь к резкому спринту.

— Радуга! — резко выкрикнула Искорка.

— Поняла! — отозвалась Радуга Дэш с хищной улыбкой.

— Я полечу с ней! — тут же добавила Флаттершай, решительно расправляя крылья. В её голосе звучала непривычная твёрдость.

В следующее мгновение все трое исчезли с места.

Legpain рванул с такой невероятной скоростью, что от его копыт по земле разлетелись маленькие взрывы пыли и дёрна — будто целая цепочка миниатюрных громов. За ним тянулся едва заметный серый след.

Следом за ним, оставляя яркий радужный шлейф, взмыла Радуга Дэш.

А чуть позади неё, стараясь не отставать, летела Флаттершай — крылья работали быстро и сосредоточенно.

Две молнии (одна серая, одна радужная) и одна нежно-жёлтая вспышка понеслись на восток, к далёкой плотине, оставляя за собой следы на земле и в небе.

Tiredeyes сделал тяжёлый шаг вперёд, его массивное тело напряглось.

Lossofhope спокойно смотрел на оставшихся пятерых подруг, словно оценивая, кто из них сейчас бросится в бой следующим.

Селестия, Луна и Каденс наблюдали сзади, не вмешиваясь. Первый ход был сделан.

Войска обеих сторон замерли в ожидании.

Lossofhope резко отскочил назад и встал в боевую стойку. Его глаза потемнели.

— Что ж… нет смысла больше оттягивать неизбежное.

Он направил посох, закреплённый на груди доспеха, прямо на Сумеречную Искорку. Из артефакта вырвался яркий разноцветный луч — магия, украденная когда-то у множества единорогов Тёмной Гривы. Луч полетел прямо в Искорку.

Искорка не растерялась. Её рог вспыхнул фиолетовым светом, и она выпустила свой мощный магический луч навстречу. Два потока магии столкнулись с оглушительным треском. Искры разлетелись во все стороны. Оба пони с усилием отвели соединённые лучи вверх, и в небе прогремел мощный магический взрыв, осветивший всё поле яркой вспышкой.

Это стало сигналом.

Обе армии с рёвом схлестнулись. Тысячи копыт одновременно ударили по земле.

Tiredeyes издал громкий боевой клич, от которого задрожала земля, и рванул вперёд, прямо в гущу эквестрийских солдат. Его массивное тело неслось как таран.

— За мной, девочки! — крикнула Эпплджек и помчалась следом вместе с Пинки Пай.

Искорка и Рарити остались напротив Lossofhope. Рарити уже левитировала несколько больших камней, готовая защищать подругу.

Принцессы тоже пришли в движение. Каденс окуталась розовой магией и исчезла с поля боя в яркой вспышке. Луна расправила крылья и полетела к Tiredeyes, а Селестия направилась на помощь своей ученице Искорке.

Tiredeyes снова встал на дыбы и с чудовищной силой обрушил передние копыта на землю. От удара по полю побежали глубокие трещины, а нескольких солдат и единорогов просто отбросило в стороны, как кегли.

Эпплджек ловко закинула лассо ему на шею и резко натянула, пытаясь удержать огромного жеребца на месте, словно ковбой на родео.

— Ну-ка стой, здоровяк!

Но Tiredeyes лишь мотнул мощной шеей. Эпплджек взлетела в воздух и начала болтаться на лассо, как кукла на верёвке. Он раскрутил её и с силой швырнул высоко в небо.

— Уууууууууууууууууу! — только и успела крикнуть Эпплджек, кувыркаясь в воздухе.

В последний момент её подхватила принцесса Луна, мягко затормозив падение своей магией.

— Спасибо! — выдохнула Эпплджек, приземляясь на копыта.

— Не стоит благодарностей, — спокойно ответила Луна, уже разворачиваясь обратно к противнику.

Тем временем Пинки Пай весело скакала вокруг Tiredeyes, забрасывая его в лицо одним пирогом за другим.

— Лови клубничный! А теперь вишнёвый! Ой, а этот с кремом, осторожнее!

Tiredeyes раздражённо рычал и пытался попасть по ней копытом, но Пинки уворачивалась с невероятной ловкостью, продолжая бомбардировку сладостями.

Принцесса Луна выпустила мощный тёмно-синий магический луч прямо в Tiredeyes. Тот успел закрыться одним массивным копытом. Луч ударил в него с такой силой, что жеребца начало медленно отталкивать назад. Его копыта глубоко врезались в землю, оставляя за собой две длинные траншеи, пока он сопротивлялся магии принцессы.

Всё поле уже кипело от боя. Крики, вспышки магии, удары копыт и громкие хлопки пирогов Пинки раздавались со всех сторон.

А в центре всего этого Искорка и Рарити продолжали сдерживать Lossofhope, чей посох то и дело выпускал новые разноцветные лучи краденой магии.

Пока Tiredeyes продолжал яростно сражаться с Эпплджек, Пинки и принцессой Луной, в центре поля Искорка и Lossofhope продолжали размениваться мощными магическими лучами. Яркие вспышки разноцветной магии то и дело озаряли поле боя.

Искорка, тяжело дыша, отбила очередной луч и выкрикнула:

— Ты говоришь, что хочешь заставить всех единорогов отказаться от магии… а сам при этом используешь ворованную магию сотен единорогов! Разве ты не видишь в этом противоречия?!

Lossofhope отбил её луч в сторону и ответил спокойно, хотя в голосе сквозила усталость:

— Это вынужденная мера, принцесса. Только для сражений с теми, кто сильнее нас. Как только мои цели будут достигнуты, я с радостью уничтожу этот артефакт собственными копытами.

Он сделал небольшую паузу, отражая очередной выстрел Искорки.

— Я мог бы просто отнять магию у всех единорогов Эквестрии одним движением этого посоха. Но я не тот жестокий тиран, каким был предыдущий король Тёмной Гривы. Я даю вам выбор.

Они продолжили обмен лучами. Искры летели во все стороны. Lossofhope вдруг усмехнулся уголком рта.

— Магия аликорна действительно очень сильна… Но хватит ли силы одного аликорна, чтобы перебороть магию, позаимствованную у сотни единорогов?

С этими словами он выпустил новый луч — значительно мощнее предыдущих. Разноцветный поток магии ударил в щит Искорки с такой силой, что её начало медленно оттеснять назад. Копыта Искорки глубоко врезались в землю.

Рарити тут же пришла на помощь — её голубая магия присоединилась к фиолетовой магии Искорки. Но даже вдвоём им едва хватало сил, чтобы удерживать позицию.

В этот момент сзади Искорки раздался спокойный, торжественный голос:

— А что если аликорнов будет двое?

Принцесса Селестия встала рядом со своей ученицей. Её золотистая магия влилась в общий поток. Втроём они резко усилили натиск. Теперь уже луч Lossofhope начал медленно, но уверенно оттесняться назад.

Lossofhope прищурился… а потом внезапно развеял свой луч.

Магия Искорки, Рарити и Селестии, потеряв сопротивление, мощной волной полетела прямо в него.

Но Lossofhope спокойно повернул посох навстречу летящему потоку. Как только яркий магический луч коснулся артефакта — он мгновенно развеялся, будто его никогда и не было.

Lossofhope слегка отряхнулся и спокойно произнёс:

— Помимо того, что этот посох крадёт чужую магию… он также отлично развеивает заклинания.

Искорка, Рарити и Селестия на мгновение замерли, тяжело дыша. Lossofhope стоял перед ними всё так же уверенно, хотя в его глазах уже начала проступать усталость от долгого боя.

Вокруг продолжала кипеть битва. Где-то слева раздавались громкие удары Tiredeyes, взрывы пирогов Пинки и боевые крики Луны. А на востоке, далеко за горизонтом, всё ещё не было видно ни Рэйнбоу Дэш, ни Флаттершай, ни Legpain.

Lossofhope посмотрел на трёх аликорнов перед собой и тихо добавил:

— Вы всё ещё думаете, что сможете меня остановить?

Далеко на востоке, где равнина переходила в холмы и реки, всё ещё продолжалась безумная гонка.

Legpain мчался с такой скоростью, что земля под его копытами буквально гудела. Он без малейшего замедления пробегал прямо по рекам — копыта едва касались воды, оставляя за собой лишь короткие всплески и круги на поверхности.

Радуга Дэш летела рядом, едва поспевая за ним. Её радужный след ярко горел в воздухе.

— Ты невероятно быстрый для земного пони! — крикнула она сквозь ветер. — Но тебе нужно остановиться прямо сейчас! Если плотина рухнет, это будет огромная опасность для всех близлежащих деревень!

Legpain даже не повернул головы. Его голос звучал ровно, несмотря на бешеную скорость:

— Я хорошо это знаю.

Радуга Дэш на секунду опешила.

— Тогда как ты вообще собираешься её сломать?!

— На полной скорости. Врежусь в неё своим телом.

Радуга Дэш на мгновение потеряла дар речи. Она широко раскрыла глаза, понимая, что этот жеребец готов сильно пострадать… или даже хуже — лишь бы выполнить приказ.

В этот момент перед Legpain внезапно появился ярко-розовый магический пузырь. Он врезался в мягкую, упругую стенку и отлетел назад, кувыркаясь по земле.

Радуга Дэш резко затормозила в воздухе. Рядом с ней тяжело дышала Флаттершай, которая наконец-то догнала их.

Из вспышки магии появилась принцесса Каденс. Её рог всё ещё светился.

— Сопротивляться сейчас бесполезно, — спокойно, но твёрдо сказала она, глядя на Legpain внутри пузыря. — Успокойся и сдавайся.

Флаттершай, отдышавшись, подлетела ближе к магическому барьеру и мягко произнесла:

— Пожалуйста… если мы все просто остановимся и поговорим, постараемся лучше понять друг друга… я уверена, мы сможем всё уладить по-хорошему.

Legpain внутри пузыря оскалился. Его глаза горели злостью и упрямством.

— Я не стану слушать никаких приказов от тех, у кого есть крылья! — раздражённо бросил он.

Он резко встал на все четыре копыта и начал бегать по кругу внутри пузыря. Быстрее… ещё быстрее. Он разгонялся до такой скорости, что воздух внутри барьера завихрился. В какой-то момент пузырь не выдержал — раздался громкий хлопок, и магическая сфера лопнула.

Legpain приземлился на землю и сразу же рванул дальше, набирая скорость.

— Эй! — крикнула Радуга Дэш и устремилась за ним.

Каденс не сдавалась. Она множество раз телепортировалась вперёд, создавая перед бегущим жеребцом одну магическую стену за другой. Но Legpain даже не замедлялся — он резко менял траекторию, оббегая барьеры с невероятной ловкостью.

После десятка таких телепортаций Каденс тяжело выдохнула и устало опустилась на траву, её бока тяжело вздымались.

— Я… больше не могу… — тихо произнесла она.

Флаттершай, всё ещё тяжело дыша, полетела следом за Радуга Дэш, стараясь не отставать.

А Legpain продолжал нестись вперёд, к далёкой плотине. Его чёрная грива развевалась на ветру, а глаза были полны решимости.

Радуга Дэш летела рядом и кричала сквозь ветер:

— Ты правда готов разбиться ради этого?! Зачем?! Это же безумие!

Но Legpain молчал. Только скорость его бега говорила красноречивее любых слов.