3 посла

Замок Дружбы в Понивилле сиял под вечерним солнцем, словно кто-то рассыпал по крыше целое ведро звёзд. Ещё пару дней назад здесь царила тишина — после битвы с Тиреком все шестеро подруг буквально валились с копыт от усталости. Но сегодня в большом круглом зале с картой Эквестрии в центре снова было шумно и по-домашнему.

— Я всё ещё не могу поверить, что мы это сделали! — воскликнула Рарити, грациозно встряхивая гривой. — Мы победили древнего тирана, спасли всю магию Эквестрии, и при этом у меня ни одной складочки на плаще!

Эпплджек фыркнула, поправляя свою ковбойскую шляпу.

— Главное, что все живы-здоровы и магия вернулась. А плащ твой, Рар, мы ещё и почистить успеем.

Пинки Пай подпрыгивала на месте, разбрасывая вокруг конфетти, которое, казалось, появлялось прямо из воздуха.

— Вечеринка по случаю «Мы-снова-спасли-весь-мир» уже в разгаре! Я испекла торт в форме Тирека… ну, в форме побеждённого Тирека, он такой милый, когда не крадёт магию!

Флаттершай тихо улыбалась в сторонке, поглаживая Ангела, который, как всегда, выглядел недовольным всем происходящим.

— Я просто рада, что всё закончилось… и что никто не пострадал.

Радуга Дэш зависла под потолком, делая медленные круги.

— Закончилось? Ха! Это был лучший бой в моей жизни! Хотя… — она вдруг слегка нахмурилась, — было бы круче, если бы Тирек хоть немного побегал за мной. Скучно, когда злодей просто стоит и качает своей огромной головой.

Сумеречная Искорка — теперь уже принцесса Сумеречная Искорка — стояла у огромной круглой карты в центре зала. Её крылья слегка дрожали от усталости, но глаза светились тихой гордостью. Она смотрела на шесть сияющих кристаллов, которые медленно вращались над картой, словно подтверждая: Элементы Гармонии снова на месте.

— Девочки… — мягко сказала она, — я до сих пор не могу поверить, что это наш новый дом. Наш штаб. Наше место, где мы будем собираться, когда Эквестрии снова понадобится помощь.

Она улыбнулась, и в этот момент карта вдруг вспыхнула ярким золотисто-фиолетовым светом.

Все шестеро одновременно повернули головы.

Кристаллы Элементов Гармонии замерли в воздухе, а затем один за другим начали светиться всё ярче. На карте Эквестрии, далеко на северо-восточной границе, в самом краю известных земель, зажглась маленькая пульсирующая точка. Она мигала настойчиво, словно звала: «Идите. Сейчас. Это важно».

— Ого… — прошептала Искорка, подходя ближе. — Это… новый сигнал? После Тирека?

Рарити наклонилась, прищурившись.

— Дорогуша, это же… граница? Там же почти ничего нет, кроме диких лесов и старых холмов.

Эпплджек почесала затылок.

— Может, просто карта глючит после всей этой магии?

Но карта не глючила. Свет становился всё настойчивее. Кристаллы начали тихонько гудеть — знакомый звук, который всегда означал одно: где-то в Эквестрии (или на её краю) нужна помощь Шести Подруг.

Радуга Дэш приземлилась рядом с Искоркой, сложив крылья.

— Ну что, Твай? Опять приключения? Я только-только крылья отполировала после прошлого раза!

Сумеречная Искорка посмотрела на подруг. В её глазах мелькнула та самая смесь решимости и лёгкой тревоги, которую они все уже научились узнавать.

— Девочки… кажется, отпуск закончился раньше, чем мы думали.

Пинки Пай радостно хлопнула в копыта.

— Уииии! Новое приключение! Я беру с собой торт в дорогу!

Флаттершай тихо пискнула, но всё-таки кивнула.

Эпплджек поправила шляпу и усмехнулась уголком рта.

— Ну что ж… раз карта зовёт — значит, надо идти.

Рарити вздохнула, но в её голосе уже слышался азарт.

— Только пообещайте, что если там будет грязь, я смогу хотя бы сначала надеть галоши.

Радуга Дэш уже расправила крылья.

— Тогда чего мы ждём? Вперёд, подруги! Граница Эквестрии нас не дождётся!

Сумеречная Искорка последний раз взглянула на пульсирующую точку на карте. Сердце у неё слегка сжалось. После Тирека она так надеялась на хоть пару недель спокойствия…

Но Элементы Гармонии не ошибались никогда.

— Вперёд, — тихо, но твёрдо сказала она.

И шесть подруг, как всегда, шагнули навстречу неизвестному.

Замок Дружбы ожил в одно мгновение. Шесть подруг носились по залу, как будто карта Элементов объявила всеобщую тревогу. Сумеречная Искорка уже левитировала несколько свитков и карту поменьше, пытаясь быстро прикинуть маршрут.

— Граница на северо-востоке… — бормотала она себе под нос. — Это почти у самых Диких Холмов. Там даже дороги нормальной нет. Придётся лететь.

Радуга Дэш сделала кульбит в воздухе и приземлилась рядом, крылья уже трепетали от нетерпения.

— Лететь? Ха! Наконец-то! Я думала, мы ещё неделю будем торчать в Понивилле и печь торты!

Пинки Пай тем временем запихивала в свой огромный рюкзак (который, казалось, был бездонным) целую гору сладостей, воздушных шариков и… один подозрительно большой торт в форме короны.

— На всякий случай! Вдруг там новые друзья! Или злодеи, которым просто не хватило вечеринки!

Эпплджек затянула потуже подпругу своей седельной сумки и кивнула.

— Я взяла яблок. И верёвки. И ещё яблок. На всякий случай, если придётся кого-то уговаривать по-хорошему.

Рарити грациозно накинула на себя лёгкий походный плащ (конечно же, с идеально подобранным оттенком под цвет её гривы).

— Я взяла галоши. И запасной шарф. И зеркальце. Никто не заставит меня выглядеть как после бури, даже если это край Эквестрии!

Флаттершай стояла чуть в сторонке, прижимая к груди маленькую аптечку с бинтами и мазями для животных. Она тихо вздохнула.

— Я… я надеюсь, там никто не пострадал… Может, просто кто-то заблудился?

Сумеречная Искорка улыбнулась ей ободряюще, хотя в груди у самой уже слегка покалывало от предчувствия.

— Что бы там ни было, мы разберёмся. Вместе. Как всегда.

Через пять минут они уже были в воздухе. Радуга Дэш и Флаттершай летели впереди, задавая темп. Сумеречная Искорка и Рарити использовали для передвижения магию, а Эпплджек и Пинки Пай мчались по земле — одна с лёгкостью фермерской пони, вторая… ну, как Пинки Пай обычно и мчится: прыжками, с радостными возгласами и разлетающимися конфетти.

Солнце уже клонилось к закату, когда они наконец достигли границы. Леса Понивилля сменились густыми, дикими холмами, а дальше начинались неизведанные земли — те самые, куда даже самые смелые исследователи Эквестрии заходили редко. Ветер здесь был резче, а трава под копытами — жёстче. Карта Элементов в седельной сумке Искорки продолжала тихо пульсировать, указывая точно вперёд.

Они приземлились на небольшой возвышенности, с которой открывался вид на широкую равнину у самой границы. Вечернее солнце окрашивало всё в тёплые оранжевые тона, но воздух почему-то казался… напряжённым.

— Ну и где этот сигнал? — проворчала Радуга Дэш, оглядываясь. — Я думала, тут сразу будет драка или хотя бы загадочная пещера.

Эпплджек прищурилась, глядя вдаль.

— Спокойно, Рэйнбоу. Смотри-ка… вон там.

Все шестеро повернули головы.

По равнине, медленно и уверенно, к ним приближались трое жеребцов. Они шли не спеша, но с той твёрдой поступью, которую не подделаешь. Даже издалека было видно — эти ребята проделали долгий путь.

Первым шёл высокий, очень массивный земной пони. Его шерсть была матово-серой, почти пыльной, будто он месяцами не видел нормального солнца. Глаза — усталые, тяжёлые, с тёмными кругами. Коротко остриженная жёлтая грива едва выделялась на фоне мощной шеи. На боку у него красовалась кьютимарка в виде старой кирки — простой, грубой, рабочей.

Рядом с ним, чуть сбоку, бежал жеребец поменьше — обычного размера, но с такой лёгкостью в движениях, будто каждое копыто знало, как бежать быстрее ветра. Шерсть у него была ровного серого цвета, грива — чёрная, как уголь. На глазах плотно сидели специальные очки для бега, а кьютимарка — яркая финишная черта.

А за ними, чуть отставая, но явно возглавляя всю троицу, шагал самый старший. Светло-серая шерсть, кудрявая грива, зачёсанная на один бок, и глаза, в которых усталость мешалась с какой-то глубокой, тяжёлой решимостью. Его кьютимарка — чаша весов, идеально ровная.

Они остановились в десятке шагов. Троица выглядела потрёпанной дорогой, но держались они прямо, с достоинством.

Сумеречная Искорка сделала шаг вперёд, расправив крылья. Голос её был тёплым, но осторожным.

— Приветствуем вас на границе Эквестрии! Я — принцесса Сумеречная Искорка. А это мои подруги. Вы выглядите так, будто проделали долгий путь. Нужна ли вам какая-нибудь помощь?

Трое жеребцов переглянулись. А потом тот, что с чашей весов на боку — Lossofhope, хотя подруги ещё не знали его имени, — улыбнулся. Улыбка вышла усталой, но искренней и дружелюбной.

— Помощь? О да, принцесса. Мы как раз надеялись на такую встречу. Мы — послы издалека. Нам нужно попасть в Кантерлот. У нас важное дело к принцессе Селестии. Если вы могли бы проводить нас… мы были бы очень благодарны.

Его товарищи кивнули. Массивный Tiredeyes просто молча склонил голову в знак уважения, а быстрый Legpain поправил свои беговые очки.

Пинки Пай уже подпрыгивала на месте.

— Уииии! Послы! Это же почти как новые друзья! Я могу угостить вас тортиком прямо сейчас!

Эпплджек толкнула её локтем, но улыбалась.

Рарити склонила голову набок, разглядывая троицу с лёгким интересом.

— Выглядите вы… весьма необычно. Но если вы пришли с миром — то добро пожаловать.

Сумеречная Искорка кивнула, чувствуя, как внутри всё равно слегка шевельнулось непонятное беспокойство. Карта ведь не просто так их сюда позвала.

— Конечно. Мы проводим вас в Кантерлот. Принцесса Селестия будет рада вас принять. Пойдёмте… вместе.

Шестёрка подруг и трое незнакомых жеребцов двинулись в сторону Кантерлота. Солнце уже почти село, а в воздухе витало что-то такое… что-то, чего ещё никто не мог назвать словами.

Дорога до Кантерлота обещала быть долгой, но шестеро подруг старались сделать её как можно приятнее. По крайней мере, старались пятеро из них.

Пинки Пай, как всегда, взяла на себя роль «официального приветственного комитета». Она прыгала вокруг огромного Tiredeyes кругами, словно мячик на пружинке, и сыпала вопросами без остановки.

— А как тебя зовут? А почему у тебя такая крутая кирка на боку? А ты любишь тортики? А почему ты такой большой и молчаливый? А ты когда-нибудь пробовал конфетти на вкус? А почему ты так смотришь на деревья, будто они волшебные? А можно я заплету тебе гриву в косички? Хотя она короткая… ну ничего, я придумаю что нибудь другое!

Tiredeyes шёл молча, тяжёлым, размеренным шагом. Его усталые глаза медленно скользили по высоким деревьям, по яркой зелени листьев, по солнечным бликам на траве. Он смотрел на всё это так, будто видел деревья впервые в жизни — спокойно, почти благоговейно, но ни разу не ответил Пинки ни словом. Просто шёл. И смотрел.

Пинки не сдавалась:

— А ты молчишь, потому что устал? Или потому что секретный посол? Или потому что…

Эпплджек тихонько хихикнула и покачала головой, но вмешиваться не стала.

Тем временем Флаттершай летела чуть в стороне от серого жеребца с беговыми очками. Legpain шагал ровно, но Флаттершай вдруг услышала рядом тихий, неприятный звук — будто кто-то скрежетал зубами от напряжения. Она наклонила голову.

— Эм… извини… это ты так скрипел зубами? Тебе больно? Или… нервничаешь?

Звук мгновенно прекратился. Legpain даже не повернул голову.

— …Не знаю, о чём ты, — ответил он тихо и односложно.

Флаттершай смутилась, но решила не отставать. Вдруг впереди, у небольшой речушки, она заметила пушистого кролика, который старательно мыл мордочку лапками. Её глаза засияли.

— Ой, смотри! Какой миленький! Правда? Ты тоже так думаешь?

Legpain посмотрел в ту сторону. Пару секунд он молчал, будто пытался понять, что именно видит.

— …Да. Очень милая… что бы это ни было.

Флаттершай моргнула.

— Это кролик. Разве ты… не знаешь, как выглядит кролик?

Он ответил всё так же спокойно и немногословно:

— Не знаю. В моей стране таких животных нет. Только насекомые.

Флаттершай тихо пискнула от удивления и, смутившись, немного отлетела назад, прячась за гривой. Она не знала, что сказать, и просто молча полетела чуть сзади.

Тут к Legpain подлетела Радуга Дэш. Она заметила его кьютимарку и широко ухмыльнулась.

— Ого, финишная черта? Круто! Значит, ты, наверное, очень быстрый, да?

Legpain поднял взгляд. Тихо, почти шёпотом, но с какой-то странной уверенностью он ответил:

— Да. Быстрее любого пегаса.

Радуга Дэш аж раскрыла рот, крылья дёрнулись от возмущения.

— Чего?! Да я тебя на раз…

Но Рарити быстро обернулась и тихо цыкнула на неё, бросив строгий, но вежливый взгляд: «Не сейчас, дорогуша. У нас гости из другой страны. Не устраивай сцен».

Рэйнбоу фыркнула, но всё-таки прикусила язык и отлетела чуть в сторону, бормоча что-то про «ещё посмотрим».

А впереди, рядом с Lossofhope, шла Сумеречная Искорка. Она старалась вести разговор максимально дипломатично.

— Расскажите, пожалуйста, с какой целью вы прибыли в Эквестрию? И откуда именно? Мы очень редко встречаем послов из таких дальних земель.

Lossofhope повернул к ней голову. Его кудрявая грива слегка колыхнулась от ветра.

— Мы трое — послы из страны под названием Тёмная Грива. У нас есть важное послание к принцессе Селестии. От нашего короля.

Искорка почувствовала, как внутри вспыхнул настоящий восторг. Новая страна! Новые обычаи, новая история, возможно, новые книги и заклинания!

«Ох, сколько всего я смогу узнать… Сколько иностранных томов прочитать… Может, даже новые заклинания выучить!» — подумала она, едва сдерживая улыбку.

Рарити, услышав разговор, грациозно подлетела ближе и слегка покрутилась, демонстрируя свой походный наряд.

— А скажите, уважаемый Lossofhope… что вы думаете о моей одежде? Носят ли в Тёмной Гриве что-то подобное?

Lossofhope посмотрел на неё внимательно. Потом вежливо склонил голову.

— Ваш наряд… невероятно красив. Ни единого наряда, даже близко схожего по красоте с вашим, я у себя на родине не встречал. Он словно создан для настоящей леди.

Рарити расцвела от услышанного.

— Ох, как мило с вашей стороны! Спасибо большое!

Пока они шли, солнце уже почти скрылось за холмами. Впереди, на фоне вечернего неба, начали проступать силуэты башен Кантерлота. Шестеро подруг и трое послов продолжали путь бок о бок, но в воздухе уже витало что-то неуловимое — лёгкое напряжение, которое пока ещё никто не решался назвать словами.

Утро в Кантерлоте встретило их ярким солнцем и свежим горным ветром. После долгой ночной дороги шестеро подруг и трое послов наконец поднялись по широкой мраморной лестнице прямо к главному входу в королевский дворец. Стражники в золотых доспехах расступились без единого вопроса — принцесса Сумеречная Искорка была здесь своей, а её спутники явно шли под её защитой.

Тронный зал сиял, как всегда: высокие витражные окна, золотые колонны и два величественных трона — один для Селестии, второй для Луны, которая сейчас, видимо, отдыхала после ночной вахты.

Принцесса Селестия стояла у своего трона, грациозная и спокойная, как всегда. Её радужная грива колыхалась в невидимом магическом потоке. Как только шестеро подруг вошли, она тепло улыбнулась.

— Сумеречная Искорка, мои дорогие друзья. Я уже слышала, что Элементы Гармонии снова позвали вас в путь. — Её взгляд мягко переместился на троих незнакомых жеребцов. — А это, я вижу, ваши новые спутники. Кто же эти достойные пони, и чем я могу им помочь?

Шестёрка одновременно поклонилась — привычно и уважительно. Сумеречная Искорка шагнула чуть вперёд.

— Принцесса Селестия, позвольте представить вам послов из далёкой страны под названием Тёмная Грива. Они проделали очень длинный путь, чтобы встретиться с вами. У них есть важное послание от своего короля.

В этот момент Tiredeyes и Legpain быстро переглянулись и посмотрели на Lossofhope — будто ждали от него сигнала. Тот стоял неподвижно, с ровной, почти нейтральной улыбкой. Никакого кивка, никакого жеста. Поэтому оба жеребца тоже остались стоять прямо, без поклона. Ни единого движения.

Это маленькое «ничего» не укрылось от шестерых подруг. Рарити слегка приподняла бровь, Радуга Дэш тихо фыркнула, а Флаттершай смущённо спряталась за гривой. Даже Эпплджек чуть нахмурилась под шляпой. Сумеречная Искорка почувствовала лёгкий укол беспокойства, но решила пока не заострять.

Lossofhope спокойно вышел вперёд, остановившись в нескольких шагах от трона. Его светло-серая шерсть казалась ещё бледнее в ярком свете зала, а кудрявая грива лежала на боку, как всегда аккуратно. Он поднял голову и посмотрел прямо на принцессу Селестию — не дерзко, но и без привычной робости, с которой обычно обращались к ней иностранные гости.

— Принцесса Селестия, — начал он ровным, уверенным голосом. — Для меня большая честь стоять перед вами. Однако я вынужден сразу прояснить одну важную вещь.

Он сделал небольшую паузу. В зале вдруг стало очень тихо.

— Я не просто посол. Я — Lossofhope, король Тёмной Гривы. И пришёл я сюда не для обычной аудиенции и не для дружеских переговоров. Я пришёл, чтобы поставить вам условия.

Селестия медленно моргнула. Её спокойное выражение лица не изменилось, но в глазах промелькнуло лёгкое удивление — такое, какое бывает у очень старой и мудрой пони, когда она слышит что-то по-настоящему неожиданное.

Шестёрка подруг застыла.

Радуга Дэш уже открыла рот, чтобы возмутиться, но Эпплджек быстро толкнула её локтем. Пинки Пай замерла с полуоткрытым ртом, забыв даже про свой вечный энтузиазм. Рарити прижала копыто к груди, а Флаттершай тихо пискнула. Сумеречная Искорка почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Условия?.. — тихо переспросила Искорка, не веря своим ушам.

Lossofhope повернулся к ней на мгновение, потом снова посмотрел на Селестию. Его голос звучал всё так же спокойно, но в нём уже слышалась железная твёрдость.

— Именно так, принцесса Сумеречная Искорка. Условия. Потому что то, что я хочу от вас заполучить, невозможно получить так просто. Это именно требование. Требование, которое я пришёл предъявить от лица всех земных пони.

В тронном зале повисла тяжёлая тишина. Даже солнечные лучи, казалось, стали светить чуть холоднее.

Селестия медленно наклонила голову, внимательно глядя на серого жеребца с кьютимаркой в виде чаши весов.

— Знаете, когда ваше знакомство начинаетсч с требований, это весьма невежливо. Однако я слушаю тебя, король Lossofhope. Говори что хочешь сказать. Мы в Эквестрии всегда открыты для диалога.

Lossofhope сделал ещё один маленький шаг вперёд. Его усталые глаза горели тихой, но очень глубокой решимостью.

— Хорошо. Тогда слушайте внимательно…