Легенда о Золотом Драконе

Прошло ещё пара месяцев, и наступила зима.

В целом по временам года и месяцам планета в этом мире ничем не отличалась от Земли в мире Эйдоса. Всё те же двенадцать месяцев и четыре времени года. Один серебристый спутник, мерцающий по ночам холодным светом, и одна звезда. Однако, как я уже понял, дети здесь взрослели немного быстрее — словно сама мана ускоряла их рост.

Зимой мне особо нечем было заняться. Кроме как чтением книг — впрочем, я этим и так постоянно занимался. Эмбер тоже была не в восторге от вынужденного заточения. За окном постоянно бушевали метели, завывая ледяными голосами. Родители строго-настрого запрещали нам выходить на улицу. Поэтому Эмбер, на удивление, тоже начала читать книги либо помогать матери по дому.

Смешно было наблюдать за тем, как папа, сам Гаррет Эльриан — бывалый авантюрист, чьи руки держали не один меч, — катает на своей широкой спине маленькую девчушку. Только не подумайте, меня тоже катали. И как же так вышло, что первоклассного суперсолдата, созданного для войны, теперь просто любят и ценят?

Мира всегда легонько шлёпала Гаррета за его «глупые» шуточки и игривый характер. Хотя делала она это не со зла, а скорее из-за стеснительности перед детьми и своей безграничной любви к мужу. Её щёки покрывались лёгким румянцем, когда она закатывала глаза на его очередную выходку.

Мне тоже было весело. Впервые в жизни я мог не волноваться. Мог просыпаться утром и не бояться, что сейчас придётся идти на испытательный полигон, где каждое движение оценивают бездушные датчики.

Всё же я успел прочитать довольно много книг и узнать много нового об этом мире. Но была одна книга, которую я всё откладывал. И раз уж я пока не освоил магию, почему бы и нет?

Я снова притащил тяжёлый стул, чтобы дотянуться до книги. Она была завернута в кожаную золотистую обложку, которая тускло мерцала в свете масляной лампы, и стояла почти на самом верху. Пока тянулся, чуть не упал — ножка стула предательски скользнула по полу. Но меня вовремя подхватили сильные руки отца.

— Новую книжку хочешь взять? — спросил он с доброй усмешкой, легко удерживая меня на весу.

— Да, пап, — ответил я, немного сконфуженный своей неловкостью.

— Хах, вот эту что ли? — он взглянул на корешок. — Как её там… «Легенда о Золотом Драконе». Ну, это больше похоже на сказочный рассказ. Но есть немало жителей, которые в неё верят. Эта легенда передавалась из уст в уста столетиями. А потом её напечатали. И я купил по дешёвке на ярмарке. Может, тебе почитать вслух?

— Нет, пап, я сам хочу, — ответил я чуть громче, чем следовало.

— Ну как скажешь, — отец улыбнулся, легко достал книгу и протянул мне.

Он погладил меня по голове своей большой тёплой ладонью и посмотрел с такой гордостью в глазах, что у меня внутри что-то дрогнуло.

— Ладно, Кай, долго не сиди, — сказал отец, направляясь к двери. — Сегодня на ужин будет свежий кабанчик. Я сам его утром добыл.

Он подмигнул и ушёл на кухню.

Через минуту я уже сидел в своей комнате на кровати, при свете тусклой лампы открыл книгу и начал читать.

Легенда о Золотом Драконе

Давным-давно, в бескрайней пустоте, где существовал лишь первозданный Хаос, жили Титаны. Высшие существа, которые были единственными, кто населял необъятный космос. Никто не знал их происхождения — скорее всего, они появились случайно, из-за скопления огромного количества энергии, которая обрела форму. Они были подобны нам, но существовали лишь как души с огромной силой. Настолько могущественные, что могли существовать во всех временных отрезках сразу, и притом во всех бесконечных вариативностях реальности.

Через миллионы лет после того, как время получило своё имя, осколки их душ откололись и стали отдельными сущностями, которые назвали себя Богами. Осколки разных Титанов образовывали разных Богов. Боги смогли овладеть частью энергии, исходящей от Титанов, и упорядочить Хаос. Так они создали ману, а впоследствии и виды магии.

Самым первым и самым могущественным из них был Бог-Дракон. Величайший покровитель всех Богов и единственный, кому было подвластно хоть немного противостоять Титанам.

Позже появились и другие Боги: три Бога Мироздания, четыре Элементальных Бога, четыре Всадника Апокалипсиса и один Бог, не имеющий никакой отличительной черты. Они все вместе существовали в этом пузыре Хаоса, но Боги не могли полноценно увидеть Титанов — те находились за гранью их восприятия. Титаны, превосходящие даже само время и пространство, воспринимали Богов как маленьких зверят, возящихся в пыли.

Тогда некоторые Боги решили создать шесть своих миров внутри пузыря Хаоса, чтобы населить их более низшими формами жизни. Так и появились:

— Элизиум — мир всех разумных живых существ, созданный Богами Мироздания.

— Бездна — мир пустоты и первородного Хаоса, созданный Богом-Драконом как первый испытательный полигон. Считается самым отдалённым.

— Пиретия — мир, который ныне населяют демоны.

— Андрида — мир всех магических тварей.

— Умбрий — мир мёртвых.

— И один Неведомый мир, созданный Безымянным Богом.

— Получается, про Эйдос никто не знает? — прошептал я, оторвавшись от чтения. — Ни единого упоминания…

Мысли заметались в голове, как те метели за окном. Белая комната, боги, которых я встретил… Это всё как-то связано? Я перевернул страницу и продолжил читать.

Позже появились ещё несколько осколков, которые стали такими же Безымянными Богами. Однако быть никем в мире Богов казалось слишком постыдным — даже среди низших форм жизни. Тогда они отделились от остальных и создали Пиретию. А после смогли овладеть могущественной силой, которая оскверняла ману. Она становилась испорченной. Менее контролируемой. Но более мощной и хаотичной. Позже такая магия стала называться Запретной.

Однако у медали всегда есть две стороны — мана осквернила их внешний вид и сам их разум. Тогда, будучи изгоями, они решили заразить и другие миры своей силой. Позже их стали называть Первородными Демонами, а существ попроще — просто демонами.

Тогда Боги решили заступиться за своих детей и не дать демонам истребить их творения. Так и началась первая война, которая унесла кучу жизней. По итогу Мирозданцы и Боги Элементов смогли сдержать злобных существ и наложить печать на физическое вмешательство в иные миры.

Тогда Первородные предрекли, что четыре Всадника Апокалипсиса будут жить вечно в Элизиуме. Они будут приносить боль и страдания всем существам. Так и появились первородные грехи Богов, которые были возложены на низшие расы как наказание.

Дабы предотвратить дальнейшие потери, Мирозданцы наделили все миры магией.

Титаны, увидев данное противостояние, были в восторге. Их позабавили сражения и битвы. Но когда они узнали, что сам Бог-Дракон вмешался и лично поставил запрет на влияние Богов по отношению к простым существам, те сильно разозлились. Желая уничтожить всё, что они породили, Титаны погрязли в саморазрушении.

Бог-Дракон, дабы уберечь всех от неминуемой гибели, поставил барьер, закрывающий все миры, чтобы невозможно было вмешаться извне. А сам остался сражаться против Титанов в вечной битве за пределами реальности…

— Странно, — прошептал я, откинувшись на подушку. — Если миров всего шесть, то Белая комната… это новый мир? Или тот самый Неведомый мир, созданный Безымянным Богом?

Слишком много вопросов. Слишком много совпадений.

Я хотел перелистнуть страницу, чтобы найти ещё хоть какую-то зацепку, но тут услышал:

— КА-А-АЙ! Иди есть! — звонкий голос матери разорвал тишину комнаты.

Я взглянул в окно и удивился — за ним уже сгустились синие зимние сумерки.

— Уже вечер? — пробормотал я, потирая глаза. — Я довольно сильно зачитался.

Из кухни доносился умопомрачительный аромат жареного мяса и трав, от которого желудок требовательно заурчал.

— Что же, я проголодался.

Я аккуратно закрыл книгу, положил на тумбочку и помчался к столу — чтобы хорошо поужинать со своей семьёй в этот холодный зимний вечер.

Прошло три месяца, и наступила весна.

За это время произошло немало важных событий. Например, в январе Эмбер исполнилось семь лет. А в феврале матери стукнуло тридцать. На день рождения сестры приезжали знакомые родителей из Гильдии, и мы пировали до отвала, наедаясь всякими вкусностями, словно готовились к долгой зиме. Также мы успели сходить на зимнюю ярмарку в соседнюю деревню.

Здесь, как и в моём мире, Новый год празднуют первого числа второго месяца зимы. Однако тут его отмечают целый месяц. На ярмарке было полно представителей рыцарской гильдии. Это люди, которые уехали из своей деревни обучаться в академии рыцарей, а на праздник приезжают к родственникам, чтобы их повидать. Поэтому здесь нередко можно встретить представителей разных рас в сверкающих доспехах или с оружием за спиной. И это считалось вполне нормальным.

Кстати, насчёт гильдий в этом мире. Их всего четыре, и они есть в каждом государстве: Гильдия рыцарей, Гильдия магов, Гильдия воинов и Гильдия авантюристов. Последняя — смешанный союз, который специализируется на защите небольших объектов или выполнении особых заданий. Как раз в ней и состояли наши родители. Остальные гильдии занимаются защитой государства в целом. Гильдия авантюристов считается общей во всех странах — вступил в неё здесь, и ты уже авантюрист везде.

На ярмарке было столько всего, чего я вряд ли когда-либо встретил бы в своём мире. Там стояли лавки с диковинными артефактами, сияющими тусклым магическим светом, разным оружием и различной специфичной едой из других стран. Такого разнообразия я ещё никогда не видел. Сама ярмарка была невероятно цветной — пёстрые флаги развевались на ветру, гирлянды из магических огоньков переливались всеми цветами радуги, а детишки постарше бегали и играли в догонялки между рядами.

Там я впервые увидел всё разнообразие магии. Были маги, которые создавали из льда изящные фигурки животных, а на заказ могли вылепить твой собственный портрет из прозрачного, мерцающего материала. Лёд был магическим и не таял, как обычный. Были и те, кто устраивал целые представления с огнём — языки пламени танцевали в воздухе, складываясь в причудливые узоры и фигуры, рассыпаясь снопами искр.

Увидев мой любопытный и удивлённый взгляд, отец наклонился ко мне и загадочно спросил:

— Кай, а ты знал, что я тоже так умею? Хочешь, когда вернёмся, покажу?

Он сказал это так завораживающе, что я, не задумываясь, согласился.

Мы закупили продукты, а ещё купили Эмбер ледяную фигурку лисы — та застыла в прыжке, словно собиралась настигнуть добычу, а мне — фигуру огромного волка, усиленного маной. Его каменная шерсть переливалась серебром, а глаза светились изумрудным светом. «Вот бы в реальной жизни такого встретить», — подумал я.

Когда мы вернулись домой, отец сдержал слово и устроил эффектное представление. Он создал огненного дракона, который кружил вокруг нас, рассыпая золотые искры, а потом превратил его в цветок, который бережно вложил в руку матери. От увиденного мне ещё больше захотелось овладеть магией.