История о том, как я наслаждался домашней готовкой младшей сестры друга
— О! Посуду я помою!
Взяв два пустых стакана, Акари-тян поднялась.
Она, напевая весёлую мелодию, исчезла на кухне, и её хвостик, завязанный для уборки, подпрыгивал на каждом шаге.
Хотя называть это «кухней» было небольшим преувеличением: всего лишь базовый уголок в коридоре, отделённый от комнаты одной дверью, типичный для однокомнатной квартиры.
И всё же, как бы сказать? Даже сейчас я не мог представить, что когда-нибудь привыкну к этой ситуации.
С тех пор как я поступил в университет и начал жить один, прошло около четырёх месяцев, но до сих пор ко мне в комнату приходили только парни. Девушка... да ещё Акари-тян... оказалась здесь впервые.
А, это плохо. Осознание только усилило моё напряжение.
Если оглянуться на школьные годы, подруги у меня были, но девушки — никогда. Разумеется, я никому не признавался и никто не признавался мне... Моя школьная жизнь была полностью лишена чего-либо подобного.
Скорее наоборот, даже бывало, что девочки, с которыми я работал в комитетах, чуть ли не сбегали, стоило мне попытаться заговорить с ними по делу.
В средней школе всё было ещё жалче. Всё, что я помнил, — как с головой ушёл в клуб. Единственная девочка, с которой я сблизился, была младшей менеджером команды.
Поскольку мы проводили много времени вместе, она довольно сильно ко мне привязалась, но дистанция между нами больше походила на то, как я представлял себе отношения со младшей сестрой, чем на что-то между мужчиной и женщиной, так что трудно было считать это опытом.
Разве для такого, как я — человека, у которого по сути не было никакой юности, — не слишком высока планка: жить под одной крышей с младшей девушкой в такой тесной комнате?
К тому же — понимаю, звучит так, будто я сужу по внешности, но это был важный фактор, который нельзя было игнорировать, — Миямаэ Акари была красивой девушкой.
Можно спорить, стоит ли называть ребёнком старшеклассницу всего на год младше меня, но в ней было очарование ровно между «милая» и «красивая», с лёгкой юной свежестью.
И фигура у неё тоже была хорошая. Даже через матросскую форму отчётливо проступала линия груди, и, возможно, из-за того, что ткань приподнималась этим изгибом, иногда показывалась талия. Хотя в основном её скрывала камисоль, было видно, что талия у неё тонкая—
«Стоп, что я вообще так пристально её анализирую!?»
Я потряс головой, силой стирая образ Акари-тян, всплывший в сознании.
То, что она красива, едва ли требовало слов. Ещё в старшей школе я постоянно слышал о ней, даже от людей с других курсов.
...Если подумать, я вспомнил, что где-то на втором году старшей школы Субару забывал свой обед по два-три раза в неделю. И каждый раз Акари-тян специально приносила его к нам в класс во время обеденного перерыва.
Естественно, в нашем классе у Акари-тян было много поклонников — и среди парней, и среди девушек.
Акари-тян была вежливой и, приходя к нам в класс, всегда специально здоровалась со мной... ну, уверен, тот факт, что я каждый день обедал с Субару, мешал ей меня игнорировать.
Честно говоря, я воспринимал это только как приятный бонус. На такую красавицу не надоедало смотреть, а то, как она каждый раз прилежно приносила брату обед, немного согревало: даже если ей, как я думал, наверняка было хлопотно, она всё равно казалась хорошей девочкой, заботящейся о брате.
Да, она была хорошей девочкой, заботящейся о брате.
Возможно, даже вся эта история с залогом за долг была результатом того, что её преданность брату зашла немного слишком далеко.
Когда я вспомнил, как она старательно приносила обеды, хотя заходить в класс старшеклассников ей наверняка было страшновато, я уже не мог холодно отказать ей после того, как она приложила ещё больше усилий и приехала ко мне домой; совесть не позволяла.
Серьёзно, этот Субару.
Почему он предложил свою сестру залогом за долг?
Этот парень полный мерзавец; в следующий раз, как увижу, ударю его.
И всего за 500 иен, между прочим.
Не то чтобы при 1000 или 10 000 иен всё было бы иначе, но... хотелось бы, чтобы он занял хотя бы столько, чтобы эта вина хоть немного поблекла...!!
— ...Вздох.
— Хву!?
Что-то тёплое внезапно коснулось моего уха, и я инстинктивно издал странный звук.
Я рефлекторно повернулся — и почему-то лицо Акари-тян оказалось прямо рядом, слишком близко. Э, что, что происходит?
— Ва—ва-ва-ва!
Глаза Акари-тян расширились, лицо вспыхнуло ярко-красным, и она, запутавшись в собственных ногах, попятилась назад и шлёпнулась на пол.
— Т-ты в порядке!?
— П-простите... Вы выглядели так, будто глубоко задумались, и, эм, я не знала, стоит ли к вам обращаться.
То есть она смотрела на меня так близко, что её дыхание коснулось моего уха?
Честно говоря, я вообще её не заметил. Это показывало, насколько я ушёл в свои мысли, а поскольку мысли эти были о самой Акари-тян, становилось ещё неловче.
— Э-эм, посуда вымыта, и я хотела спросить, что мне делать дальше...
— А, точно. Столько делать не нужно. Отдохни немного, ладно?
— Н-наверное, вы правы. Торопиться нехорошо, правда? Времени у нас много.
Акари-тян наклонила голову и кивнула самой себе, будто убеждала себя. А затем—
— В конце концов, теперь мы будем жить вместе!
— Жить вместе... Н-ну, наверное, да...
Когда это произнесли так прямо, я инстинктивно вздрогнул.
В смысле, как Акари-тян могла выглядеть такой счастливой из-за этого?
В этом дело? Это из-за чемодана и постельных принадлежностей из Ни○ри, стоящих в углу комнаты, всё стало для неё реальнее? С ними на фоне это действительно ощущалось как полноценное проживание.
Особенно последние: несмотря на новизну, они почему-то обладали присутствием закалённого в боях ветерана. Слоган «качество выше цены» они точно оправдывали.
— А, сэмпай. Кстати.
— Что?
— В холодильнике было практически пусто...
Акари-тян посмотрела на меня с беспокойством, словно спрашивала: «Что-то случилось?»
...Почему меня это так задело?
Хотя она, похоже, не упрекала меня, мне почему-то стало стыдно.
Как она и сказала, в моём холодильнике почти ничего не было.
Двухдверный холодильник, который я специально ходил выбирать в магазин электроники, когда начал жить один, поначалу действительно был забит продуктами для домашней готовки. Для самостоятельной готовки...
— Сэмпай, вы не готовите сами?
Плохо дело.
Мне показалось, что тон Акари-тян стал совсем немного укоряющим. Ну, может, я просто слишком остро реагировал.
— Что вы обычно едите?
— Э... в основном бэнто из круглосуточного магазина и всё такое?
— Хааа...
Она откровенно тяжело вздохнула!
— Сэмпай, на таком питании жить нельзя.
— Нет, но бэнто из магазинов в последнее время правда стали довольно вкусными—
— Я не о вкусе. Я о питательности!
Она решительно оборвала меня, как будто отчитывала упрямого ребёнка. Честно говоря, возразить мне было нечего.
Даже родители каждый раз, когда звонили, волновались и спрашивали, нормально ли я ем...
— Послушайте, сэмпай. Если не питаться как следует, сейчас вы, может, и будете в порядке, но через десять-двадцать лет обязательно расплатитесь за пренебрежение собой! Именно потому, что вы молоды и здоровы, вам нужно нормально есть!
Акари-тян сжала кулак и разразилась мощной речью. Почему-то она звучала странно убедительно.
— Т-ты хорошо осведомлена, да?
— Да, потому что я училась!
Произнося это, Акари-тян уверенно сверкнула глазами — момент явно не подходил, чтобы признаться в жалкой причине вроде: «Главная причина, по которой я не готовлю, — мне лень потом всё убирать...»
— Но правда, готовить для себя каждый день — довольно высокий барьер. Если оставить саму готовку в стороне, уборка потом хлопотная, верно?
— Чт... откуда ты узнала, что у меня тоже такая причина!? Акари-тян, ты читаешь мои мысли...!?
— У вас всё было написано на лице.
Я и правда отвёл глаза от стыда, но чтобы она настолько точно угадала... Хотя, может, это достаточно распространённая трудность.
Пока я смущался от того, что младшая девушка видит насквозь мою лень, Акари-тян одарила меня тёплой, почти сочувственной улыбкой.
— Всё хорошо, сэмпай. С сегодняшнего дня я буду готовить вам вкусную и питательную еду!
— Э, правда будешь, Акари-тян?
— Предоставьте это мне. На самом деле я довольно хорошо готовлю. Я даже раньше делала обеды для Нии!
Это я знал. Субару бесконечно этим хвастался.
И правда, обеды Субару всегда были красочными и выглядели очень вкусно. Но—
— О? Сэмпай, вы когда-нибудь менялись с Нии гарнирами?
— Нет. Он только хвастался и ни разу не поделился ни кусочком. Говорил что-то вроде: «Домашняя готовка моей сестры принадлежит только мне, её Нии!»
— Этот идиот Нии...!!
Стоп, Акари-тян сейчас нечто очень похожее на проклятие в адрес своего брата пробормотала?
Это было так тихо, что я мог ослышаться.
— ...Понятно. Значит, вы, сэмпай, вообще ничего не знаете о моих кулинарных навыках.
— Мне кажется, «вообще ничего» — это немного преувеличение...
— Нет, именно так. Но теперь я по-настоящему загорелась.
Глаза Акари-тян блеснули, и на лице появилась смелая усмешка.
Я не знал, что именно, но что-то в этом разговоре явно зажгло в ней огонь.
— Решено, сэмпай! Идём!
— Э, куда?
— Конечно же, покупать ингредиенты! Я сделаю так, чтобы вы полностью насладились моей готовкой, и на деле покажу, насколько могу быть вам полезна!
◇◇◇
И вот мы пришли в довольно большой супермаркет по соседству.
Это была общенациональная сеть, известная низкими ценами и широким выбором, что было удобно для студенческого бюджета, но я пользовался этим магазином впервые за три месяца.
Для такого, как я, быстро сдавшегося в самостоятельной готовке, круглосуточного магазина в пяти минутах ходьбы было более чем достаточно, а вход в супермаркет, полный ингредиентов, ожидающих, когда их превратят в еду, почему-то вызывал чувство вины.
— Итак, что бы приготовить~?
Поскольку она хорошо готовила и была из богатой семьи, я немного переживал, что бюджетный супермаркет ей не понравится... но тревога оказалась совершенно беспочвенной. Скорее наоборот, Акари-тян с хорошим настроением напевала, рассматривая товары.
Она переоделась из матросской формы в повседневную одежду — футболку и шорты. Ну, даже в летней форме должно было быть жарко. Я задумался, зачем она вообще её надела, но—
— Ну, пока я ещё могу, хочется использовать бренд «старшеклассницы» по максимуму, правда?
— так она сказала. В смысле... я её даже немного понимал.
Теперь, когда я стал студентом, я особенно чувствовал: привлекательность статуса старшеклассника понимаешь по-настоящему только после того, как он исчезает.
Впрочем, даже сняв матросскую форму, Акари-тян ничуть не потеряла очарования; её лёгкая летняя одежда, открывавшая руки и бёдра, придавала ей яркую, здоровую привлекательность.
Естественно, пока Акари-тян переодевалась, я ждал снаружи, но, увидев её, когда она вышла из комнаты, на мгновение лишился слов. Красивая девушка оставалась красивой девушкой.
Хотя это, конечно, не заставляло летнюю жару... исчезнуть. По данным погодного приложения, день был совершенно ясный, без единого облака, а максимум должен был перевалить за 35°C. Ну и дела.
Я чувствовал себя довольно вяло, прибитый перепадом между палящей жарой снаружи и прохладой внутри магазина, но Акари-тян не подавала признаков усталости. Наверное, это и значит быть молодой.
— Сэмпай, внезапная викторина!
— И правда внезапная.
— Чего больше всего не хватает мужчине, живущему одному!?
— Э...?
Чего больше всего не хватает мужчине, живущему одному?
Первым ответом, который пришёл мне в голову, были деньги. Но это не ограничивалось мужчинами.
Скорее даже говорят, что женщинам — которым приходится тратиться на макияж и прочее — тяжелее, чем мужчинам, которым можно обойтись неряшливостью. Для вопроса именно о мужчинах такой ответ не подходил.
Тогда... раз разговор шёл о готовке, что-то связанное с едой? Чего не хватает мужчине, чего ему недостаёт—
— ...Овощей?
Произнеся это вслух, я подумал, что догадка вполне неплохая.
В конце концов, Нии Акари-тян, Субару, ненавидел овощи. Он, по его словам, терпеть не мог ощущение «жевания травы».
Теперь, когда он жил один, его несбалансированное питание, вероятно, совсем вышло из-под контроля, и Акари-тян, должно быть, принимала его за стандарт для всех мужчин.
Если так, неудивительно, что она могла решить, будто мужчины ненавидят овощи—
— Бз-з-з. Неправильно.
...Я оказался совершенно не прав. Как неловко.
— Правильный ответ... «домашняя готовка девушки»!
— Разве такой ответ разрешён!?
Мы же говорим о парне, который живёт один, верно!? Конечно, ему этого не хватает!
— На всякий случай спрошу... откуда у тебя вообще такая идея?
— Это просто моё полностью эгоистичное впечатление!
— И правда эгоистичное!?
Это эгоистичное впечатление больно задело... Оно попало непопулярному парню прямо в слабое место!
— Но я не думаю, что это совсем неверно. Такими темпами, сэмпай, вы в не столь далёком будущем можете умереть от дефицита питательных веществ «домашней готовки девушки».
— Не умру! А даже если умру, то по совершенно другой причине!
Тот факт, что я всё ещё был жив, сам по себе служил доказательством. Хотя вслух я этого сказать не смог — слишком грустно.
Нет, серьёзно... какую карму я накопил в прошлой жизни, чтобы со мной случилось такое — чтобы младшая сестра друга указывала мне на мою непопулярность?
— Но не волнуйтесь. Смотрите, перед вами ведь есть свежая юная девушка.
— Кто вообще так о себе говорит?
— Если я угощу вас своей домашней готовкой, сэмпай, вы сможете получить недостающие питательные вещества «домашней готовки девушки», а я докажу, насколько полезной могу быть для вас... Это и называется взаимная выгода!
Акари-тян говорила наполовину серьёзно, наполовину в шутку, и при этом умело складывала в тележку овощи и разные другие ингредиенты.
— А, сэмпай. Не волнуйтесь. Я уже знаю ваши вкусы от Нии.
Этот Субару даже это ей рассказал?
— Битва начинается ещё до начала сражения.
— Это немного преувеличение.
— Вовсе не преувеличение! Для меня, с тех пор как я написала «невеста» в графе «мечта на будущее» в выпускном альбоме начальной школы и решила стать самой сильной невестой, кухни и супермаркеты стали полями боя. Как та, кто заботится о вас, сэмпай, я не могу избежать этой битвы — войны за полное завоевание вашего желудка!
— Завоевание моего желудка!?
— Хе-хе, пожалуйста, будьте готовы, сэмпай.
Глядя на Акари-тян, которая в конце улыбнулась мне чуть озорно, я поймал себя на мысли: «А, так вот что люди имеют в виду, называя кого-то маленьким дьяволёнком».
◇◇◇
— Хорошо! Тогда я сразу начну готовить ужин!
Как только мы вернулись из супермаркета, Акари-тян надела собственный фартук и сразу взялась за работу на кухне.
Она была впечатляюще энергичной, учитывая, что мы прошли немалое расстояние от супермаркета с довольно тяжёлыми пакетами.
— Кстати, сэмпай, как думаете, что я готовлю?
— ...Карри?
— Дзынь-дзынь, правильно! Не могу поверить, что вы угадали! Сэмпай, вы что, читаете мои мысли? Или, может, мы связаны телепатией...? Ой!
— Ну, мы купили ру для карри.
Поскольку деньги за продукты шли из моего кошелька, я, естественно, знал, что мы купили.
Остальное — морковь, лук, картофель и свинина — практически кричало, что мы будем готовить карри.
Ещё мы купили рис. Пять килограммов. Он был безумно тяжёлым.
— Но, сэмпай. То, что мы купили ру для карри, ещё не значит, что я точно готовлю карри, знаете?
— Э, правда?
— Да, например...
Она приложила руку к подбородку и несколько секунд смотрела куда-то вдаль.
— Верно! Тогда давайте сразу начнём готовить!
— Ты просто ушла от ответа!?
Акари-тян силой свернула разговор, который сама же начала. Ну, она сама только что сказала, что ответ был правильным.
— Я-я вовсе не ухожу от ответа. Сэмпай, парни, которые цепляются к каждой мелочи, не пользуются популярностью, знаете?
— Это мелочь...?
— А, но в таком случае, может, лучше, если вы будете цепляться ко множеству мелочей, чтобы не стали популярным...?
— Нет, это точно не лучше.
Я и так не был популярен, и не то чтобы страстно жаждал популярности, но когда тебе говорят, что лучше не быть популярным, возразить всё равно хочется. Однако реальность заключалась в том, что я непопулярен, так что возражения лишь заставили бы меня почувствовать себя жалким.
— Итак, сэмпай. Я займусь подготовкой, так что вы, пожалуйста, просто расслабьтесь и подождите, хорошо?
— Э, мне неловко просто сидеть. Я помогу.
— Помочь...!? То есть вроде «готовить вместе»... Н-нет, это очень соблазнительное предложение, но, эм, будет опасно, если рука дрогнет от волнения...
Акари-тян говорила нерешительно, пряча лицо за руками, и по ходу что-то бормотала себе под нос.
— К тому же, эм... мне неловко, когда на меня смотрят во время готовки. Я хочу просто услышать от вас, что вкусно, сэмпай, и этого мне достаточно...
— ...Понятно. Тогда буду ждать с нетерпением.
— Д-да! Я вас сразю наповал, сэмпай!
— Ахаха... только помягче со мной.
Сначала желудок, теперь печень... Похоже, моим органам было суждено стать мишенью.
Шутки в сторону, я решил полностью оставить готовку Акари-тян. Это был мой дом, и гостьей была она, но кто из нас лучше подходит для кухни, сомнений не вызывало. Всё, что я мог, — постараться сделать ей как можно удобнее...
◇◇◇
— Та-да! Особое томатное карри Акари-тян!
— О-о...!
Прождав около часа, я не смог сдержать восхищённого звука при виде слегка красноватого карри, поданного на тарелке, которой я давно не пользовался.
Глянцевый рис, сваренный рисоваркой, которую я наконец-то пустил в дело, только усиливал впечатление; красноватое карри сверху было просто... А-а, как же вкусно пахнет...!
— Выглядит, мягко говоря, потрясающе...
— Э-хе-хе... Ну же, сэмпай, ешьте, пока горячее!
Я кивнул Акари-тян, которая торопила меня с застенчивой, смущённой улыбкой. Зачерпнул ложкой небольшой холмик карри с рисом и поднёс ко рту.
— Ммф!?
В это мгновение по рту разлились пряность, насыщенный вкус нежного мяса и кислинка томатов!
Было вкусно. Так вкусно, что иначе и не скажешь!
Пожалуй, это было лучшее, что я ел за долгое время. Если подумать, с тех пор как я проснулся, я не ел ничего, кроме напитков, а к тому моменту солнце уже начало садиться...
Разговоры с Акари-тян не давали мне заскучать, поэтому особого голода я не ощущал, но, как говорится, «голод — лучшая приправа», да и помимо этого карри было просто превосходным.
Разумеется, даже без всякого голода это был настоящий шедевр.
— Это безумно вкусно!
Оно было настолько вкусным, что лучшая реакция, на которую я оказался способен, была примерно на уровне ученика начальной школы.
— П-правда? Мне так приятно это слышать... но немного неловко, да...?
Акари-тян застенчиво улыбнулась, сама попробовала ложку и удовлетворённо расслабила щёки.
Говорят, от вкусной еды щёки могут отвалиться, и у Акари-тян они выглядели такими расслабленными, что действительно могли бы, — это было немного забавно.
— Н-ну, сэмпай, вы ведь тоже улыбаетесь?
— Я?
— Да! И это... почему-то щекотно...
Акари-тян пробормотала это, опустив глаза.
Это тоже было забавно, но не только поэтому.
— И всё же странное ощущение. Никогда не думал, что наступит день, когда я буду есть вдвоём с Акари-тян.
Это было не просто странно — я ни разу такого не представлял.
Для меня её Нии, Субару, был лучшим другом — человеком, с которым я проводил почти всё время в старшей школе и даже сейчас, — но с его младшей сестрой Акари-тян всё было иначе.
И всё-таки — вот что тоже было странно — особой неловкости не было. Потому что она сестра Субару? Или просто из-за характера Акари-тян?
Мы говорили или в комнате наступала тишина — мне всё равно было комфортно.
— Для меня это совсем не странно.
Акари-тян пробормотала это, разделяя ложкой карри и рис, и выглядела одновременно смущённой и слегка надутой.
— Потому что уже давно...
Следующие слова прозвучали ещё тише; даже напрягши слух, я не смог их расслышать—
Внезапно Акари-тян подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза.
Почему-то я тоже не решился заговорить и просто смотрел в ответ, словно меня притянуло.
Прошло мгновение, в котором ничего не происходило, только это, — и затем—
— Э-эм...
Лицо Акари-тян постепенно покраснело, и она смущённо улыбнулась.
— Т-теперь вы понимаете, сэмпай? Что мужчине, живущему одному, нужна домашняя готовка девушки!
— А, так это всё ещё актуально.
— Р-разумеется!
Акари-тян гордо выпятила грудь. Однако лицо, которое она отвела в сторону, было алым до самых ушей и затылка.
Сочетание её спокойной атмосферы и этих невинных, юных жестов... Увидев эту её очаровательную сторону, так отличавшуюся от моего прежнего образа Миямаэ Акари, я мог понять, почему даже Субару без памяти её обожает.
— А-а, как вкусно было. Спасибо за еду, Акари-тян.
— На здоровье. Но на самом деле ничего особенного, знаете? Не то чтобы я так уж старалась.
Поскольку она готовила, я предложил хотя бы помыть посуду, но она категорически отказалась, и теперь я развалился на полу.
Ну, учитывая, что она уже раскусила: главная причина, по которой я не готовлю, — мне лень потом убираться... это было серьёзно стыдно.
— Готовка для меня правда просто хобби... эм, я в основном тренировалась на домашних блюдах, которые можно без особых хлопот делать в повседневной жизни.
Даже пока мыла посуду на кухне, Акари-тян продолжала поддерживать разговор со мной, пока я лениво валялся. Какая хорошая девочка.
— Хех... Но, блин, если бы я мог каждый день есть такую вкусную еду, точно был бы счастлив.
— Э!?
Раздался звон посуды. Но ещё до этого мне показалось, что Акари-тян вскрикнула от удивления...?
— Ты в порядке!?
— Я-я-я-я-я-я в порядке!!
Было бы плохо, если бы она поранилась.
С этой мыслью я бросился на кухню, но ни одна тарелка вроде не разбилась, и Акари-тян не выглядела раненой... Нет, всё равно нельзя терять бдительность.
— Покажи руки. Крови нет?
Сказав это, я взял её за руку.
Даже мокрая, её ладонь была гладкой и мягкой... Сейчас не время обращать на это внимание.
Хотя я действовал немного настойчиво, я удержал её руку и внимательно проверил, нет ли ран.
......Слава богу. Похоже, она нигде не поранилась. Разве что рука была горячей—
— У-у-уаа...
— !? А, п-прости!?
Она была не просто горячей. Лицо Акари-тян, пока её рука оставалась в моей, покраснело как варёный осьминог, в глазах выступили слёзы, а тело задрожало.
Ну, конечно. Если парень внезапно схватил её за руку, она не могла не отреагировать.
— Я... я на грани паники...!
— Понимаю! Прости!!
— Н-нет, дело не в том, что сэмпай виноват; это моя проблема — хотя нет, может, сэмпай всё-таки виноват!
Сказав это, Акари-тян отвернулась от меня.
Потом несколько раз глубоко вдохнула и снова повернулась ко мне — лицо у неё всё ещё было ярко-красным.
— Ч-что это было вдруг, сэмпай...!? Такая напористость, такая инициатива... Ха!? Может, я первым ударом пробила дыру прямо в вашем желудке!?
— Нет, не думаю, что там дыра...
— П-понятно...
Акари-тян натянуто улыбнулась, будто немного разочаровалась. Неужели она так сильно хотела пробить дыру в моём желудке?
— Но, сэмпай, вы же сказали! Что, эм, хотели бы есть такую вкусную еду каждый день!
— Э, ну да. Не столько хотел бы, сколько был бы счастлив, если бы мог...
В супермаркете Акари-тян упоминала, что её мечта — стать невестой, так что, когда я это сказал, я всего лишь имел в виду, что человек, который женится на ней, будет счастливчиком. Но слова «хотел бы есть это каждый день» немного меняли оттенок.
— Вот как, вот как! Я так и думала!
Хотя слова были теми же, выражение лица у неё стало полной противоположностью прежнему: Акари-тян засияла неподдельным счастьем.
— В таком случае вы вот-вот станете очень счастливым человеком, сэмпай. Я обязательно буду готовить вам три полноценные порции каждый день!
— А, ха-ха... спасибо.
Не зная, могу ли я просто радоваться, я выдавил улыбку настолько неловкую, что сам это чувствовал.
Но Акари-тян всё равно выглядела довольной. Или, вернее, взволнованной.
Точно, Акари-тян сказала, что мужчине, живущему одному, нужна домашняя готовка девушки, но, может, это было верно и для неё: возможно, у неё не так много шансов продемонстрировать кому-то свою готовку.
Вся история с залогом за долг была абсурдной и труднообъяснимой, но с точки зрения Акари-тян это могло быть чем-то вроде тренировки на будущее — для того времени, когда она станет готовить человеку, которого по-настоящему любит.
Жаль, что в таком случае она не сказала мне прямо.
Субару, вероятно, отправил её сюда потому, что знал меня достаточно хорошо и доверял мне свою обожаемую сестру. Если бы они просто согласовали версии, я бы и так помог — в смысле, если подумать, единственный минус для меня заключался в том, что расходы на еду удвоятся.
— Сэмпай?
— Э?
— Что такое? Вы задумались...
— Нет, я просто подумал... что из Акари-тян точно получится замечательная невеста... подожди, это может прозвучать немного как сексуальное домогательство—
Пытаясь скрыть, что отвлёкся, я в итоге сболтнул лишнее.
Даже если она сама сказала, что это её мечта, из моих уст это могло прозвучать так, будто я её поддразниваю.
Осознав это, я попытался сразу извиниться, но—
— Ах...
Глаза Акари-тян расширились, и в них медленно начали собираться слёзы.
— —!!
Я... я всё испортил.
Извинение, которое я собирался произнести, исчезло перед этой неожиданной ситуацией, и голова опустела.
Нужно извиниться, слёзы, носовой платок... а-а, хочу сбежать, но нельзя, и это вообще мой собственный дом!
Мысли путались, и пока я стоял парализованный, Акари-тян сама вытерла слёзы рукой.
— А, ха-ха. Простите, что вдруг расплакалась... Я доставила вам хлопоты, да?
— Да нет... Прости, я тоже внезапно сказал странную вещь.
— Н-нет! Вы ничего плохого не сделали, сэмпай... просто, эм, такое чувство, будто это сон...
Акари-тян сказала это с улыбкой.
Кожа там, где она стёрла слёзы, уже чуть покраснела и припухла.
— Я рада, что жива...
— Э, настолько серьёзно!?
— Да. Ведь я всегда...
Говоря это, Акари-тян снова начала плакать.
Видя, как она опустила голову, закрыла глаза руками и её плечи дрожат, я всё равно не знал, что делать, даже если мои слова не причинили ей эмоциональной боли.
— В такие моменты Нии гладил меня по голове...
...Я услышал голос. Он доносился прямо передо мной. Звучал он сквозь слёзы.
Нет, ну да. Это вполне в духе Субару. Но я не Нии Акари-тян, так что гладить её по голове вот так... хммм...
— Эм, вот так...?
Я немного колебался, но, раз уж она косвенно попросила, решил подыграть и положил руку ей на голову.
Волосы Акари-тян были настолько же шелковистыми, какими выглядели; как бы сказать, они были очень приятными на ощупь... Стоп, что я делаю, наслаждаясь этим!?
— У-хе-хе...
Её лица я не видел, но услышал слегка дурацкий смешок.
Пусть это был не её Нии, но, похоже, моя попытка тоже сработала достаточно хорошо.
— Немного успокоилась?
— Д-да— а, нет, ещё нет! Простите, ещё чуть-чуть!
Акари-тян уже начала поднимать голову, но тут же снова опустила её, будто о чём-то вспомнила.
— А-а, слёзы всё никак не останавливаются. Ч-что же мне де-е-елать?
— Это прозвучало довольно откровенно монотонно...?
— Ах, точно. Раньше, когда такое случалось, Нии утешал меня поцелуем.
— Э?
Утешал поцелуем?
Субару? Свою родную младшую сестру Акари-тян?
...Что, чёрт возьми, он творит?
— П-понятно. Поцелуй... значит? О-о...
Это было всё, что я смог выдавить.
Если бы я попытался сказать то, что действительно думаю, мне казалось, я обрушил бы на этого чрезмерного сискона-негодяя поток ругательств.
И всё же, наверное, ругать Субару при Акари-тян было не лучшей идеей. Судя по всему, это были такие брат и сестра, где, когда ей грустно, она получала поцелуй...
— ...А?
Пока я стоял, едва отреагировав, да ещё и перестав гладить её по голове, Акари-тян вопросительно подняла на меня глаза.
И затем,
“ ”
Её выражение лица застыло, будто она что-то осознала.
— Эм, сэмпай.
— ...Что?
— То, что я сейчас сказала, — ложь.
— Э?
— Я сказала странную вещь, да? Про то, что Нии целовал меня. Это ложь.
— А, понятно... О-о...
Акари-тян говорила ровно, словно из неё вытекли все эмоции, и это был лучший полубессмысленный ответ, на который я оказался способен.
— Сэмпай, я серьёзно шутила! Вы ведь мне не поверили, правда!?
— Всё нормально, всё нормально. Знаешь, у каждой пары брата и сестры свои порядки.
— Подождите!? Пожалуйста, не верьте! Я просто немного увлеклась! Начала думать: «Если всё пойдёт хорошо...» или что-то такое... А-а, блин, ну я и идиотка!
Похоже, слёзы отступили, но вместо них она теперь присела на корточки, схватившись за голову.
— А-а, что я вообще делаю... Я так обрадовалась и увлеклась, теперь он решит, что я странная девочка...! Нужно взять себя в руки. Я ведь должна показать сэмпаю настоящую себя...!
Только я подумал, что Акари-тян что-то бормочет сама себе, как она внезапно вскочила и посмотрела мне прямо в глаза.
— Сэмпай!!
— Д-да!
— Мы с Нии самые обычные брат и сестра! Он, может, и сискон, но я вовсе не бразеркон! Ни капельки! Вообще ни на чуть-чуть! Без тени сомнения!!
— П-понятно.
Перед её пугающим напором мне оставалось только кивнуть.
По самой силе её слов — такой мощной, что она почти походила на злость, — я понял, что она не врёт.
Но если брат ей не так уж важен, то вопрос возвращается: почему она специально пришла ко мне из-за его долга...?
— Я выложусь на полную!!
— У-угу. Удачи.
Я не знал, в чём именно она собирается выкладываться, но кивнул. Атмосфера была такой, будто кивок — единственная разрешённая реакция.
— И с этим я пойду в туалет... то есть в уборную!
— А, да, конечно.
Объявив это с ноткой отчаяния, Акари-тян направилась в туалет.
После её ухода я попытался заняться посудой, которую Акари-тян оставила на полпути, но—
— Э-эм, сэмпай?
— Э?
Я остановился, когда Акари-тян окликнула меня, выглядывая из приоткрытой двери туалета так, что была видна только половина лица.
— Эм, это немного неловко, так что можно я включу музыку или что-нибудь такое...?
— Неловко— а, да. Конечно.
На секунду я задумался, что она имеет в виду, но потом понял — точно, она ведь девушка.
— А-ах, спасибо. Простите, если будет громко. И посуду я домою, так что отдыхайте, сэмпай. Э-хе-хе...
Акари-тян застенчиво улыбнулась и снова закрыла дверь туалета.
Затем до меня слабо донеслась J-pop песня, вроде из тех, что я недавно слышал в телевизионной рекламе или где-то ещё.
— Пожалуй, пока просто сделаю, как она сказала, и посижу...
Я вернулся в комнату и, лёжа на кровати, достал смартфон.
Однако почти ничего на экране до меня не доходило; мысли были целиком заняты Акари-тян.
— Если оставить туалетный вопрос в стороне, раз она остаётся на ночь, она будет принимать ванну и спать в этой комнате...
Честно говоря, меня беспокоило, как долго я смогу сохранять рассудок рядом с Акари-тян, которая так много смеялась, плакала и раз за разом обрушивала на меня свой шквал очарования.
С другой стороны, испытывать такие чувства к сестре человека, которого я настолько хорошо знал, вызывало у меня сильное сопротивление. Как ни крути, поверх Акари-тян у меня тут же накладывалось ухмыляющееся лицо Субару... Что это вообще? Проклятие?
Тем не менее, не будь она сестрой Субару, она ни за что не пришла бы сюда из-за залога за долг и повода вроде подготовки к роли невесты — нет, стажировки?
Может, мне стоит считать это бонусом.
Так или иначе, я не знал, сколько это продлится, но одно было несомненно: моя жизнь полностью изменилась.
Моя одинокая, свободная жизнь в одиночестве заканчивалась, и начиналась жизнь на двоих — с младшей сестрой моего друга, которая к тому же была невероятно красивой и опасной во множестве смыслов.
А-а, серьёзно, что мне делать...!?