Глава 5.0

Пенелопа часто навещала Бриджит в этом особняке до начала этого года, когда её муж умер и она уехала одна в королевство Рассел.

Так что она вернулась всего через девять месяцев.

Три года назад Айзек уехал за границу, оставив Бриджит одну в этом особняке сразу после свадьбы…

Благодаря этому Пенелопа могла навещать и утешать свою одинокую подругу в пустом особняке, не опасаясь чужих глаз, и ходила туда как к себе домой.

Пенелопа любила этот особняк.

Это был особняк, купленный семьёй Уинстон — достаточно богатой, чтобы приобрести титул виконта, — чтобы выставить своё богатство напоказ.

Сад с большим фонтаном был прекрасен в любое время года, а декоративные каменные строения выглядели величественно и роскошно.

Больше всего Пенелопе нравилась чайная комната на первом этаже.

Чайная комната, в которую попадали через коридор, выложенный великолепной узорчатой плиткой, привезённой с Восточного континента, была изысканным местом, лучше всего демонстрировавшим богатство семьи Уинстон: стены украшали белые панели с выпуклой резьбой и золотой пылью.

'Моей мечтой было жить в таком месте'.

Как же она завидовала Бриджит каждый раз, когда приходила в гости.

Но теперь она сама оказалась здесь.

Когда Айзек, предлагавший найти ей жильё, сказал просто остаться в особняке, Пенелопа обрадовалась.

Для Пенелопы, которая и так жила вдали от здешнего света, не было никакого стыда в том, чтобы украсть мужа подруги и поселиться в этом доме.

Раз она уже стала посмешищем из-за своего старого мужа, у неё не осталось ни достоинства, ни чести, которые стоило бы защищать.

'Неужели это оказалось так просто?'

Даже забрать у наивной Бриджит её мужа и дом было легко.

Пенелопе нравилась Бриджит. Нравилась и раньше, но теперь она нравилась ей ещё больше.

'Моя добрая Бриджит. Твоё гостеприимство стало для меня полной неожиданностью.'

Пенелопа, сидевшая за гостевым столом и, по своему обыкновению, оглядывавшая чайную комнату, тихо пересела на главное место — туда, где всегда сидела Бриджит, когда принимала гостей.

'Отсюда виден весь сад как на ладони'.

Вид сверху оказался именно таким.

'Пока я влачила эту отвратительную жизнь со стариком, Бриджит всё это удовольствие получала одна'.

Выражение лица Пенелопы, когда она думала об этом, было странным.

В этот момент в чайную комнату вошла Бриджит.

«Вот ты где, Пенелопа».

«Ты пришла, Бриджит».

Пенелопа улыбнулась, подражая манере Бриджит приветствовать гостей во главе стола.

Бриджит мельком взглянула на неё и молча села на гостевое место.

Места поменялись.

Пенелопа, осознавая этот факт, почувствовала себя лучше и спросила с величайшей заботой:

«Ты меня искала? Зачем?»

«Я хотела спросить, не возражаешь ли ты перевезти свои вещи в особняк, раз ты больше не гостья. Неудобно же пользоваться только теми вещами, что ты взяла в путешествие. У тебя всего несколько комплектов одежды, верно?»

«Это правда».

Пенелопа мрачно кивнула.

Затем она украдкой взглянула на платье Бриджит и сравнила со своим.

Платье Бриджит, отделанное великолепным шёлком и изысканным кружевом, выглядело по-настоящему прекрасно.

По сравнению с ним, как выглядело её платье?

'Я уже два года ношу эту одежду, и она мне осточертела'.

После того как граф Беллингем слёг и уже не мог двигаться, она не могла позволить себе никакой роскоши — ни платьев, ни драгоценностей.

Потому что её пасынок, который был на двадцать лет старше Пенелопы, беспокоился, как бы мачеха не растратила состояние на излишества без ведома отца.

Единственное, что пасынок разрешил ей носить, — это траурное платье на похоронах отца.

Ей осточертело это платье, напоминавшее о несчастливом браке.

Пенелопа пожаловалась:

«Все мои платья изношены. Даже если я привезу те, что отослала в родительский дом после смерти мужа, они будут не лучше того, что на мне сейчас».

Затем она с завистью посмотрела на платье Бриджит.

И тогда Бриджит предложила:

«Тогда сколько из моих платьев ты хочешь?»

Глаза Пенелопы расширились.

«Ты серьёзно?»

«Чтобы сшить новое платье в ателье, потребуется время. Так что если ты не против носить платья, которые носила я, выбери несколько».

Пенелопа так обрадовалась, что чуть не подпрыгнула.

«Я могу выбрать любые?»

«Да, любые».

Бриджит не жалко было отдавать платья.

Это были вещи, которые её муж через дворецкого покупал ей, чтобы выставить напоказ своё богатство.

Пока Айзек был за границей, он поручил дворецкому заказывать платья Бриджит в самом популярном ателье среди благородных дам.

Платья были роскошными, как кукольные наряды.

Ни одно из них не было тем, чего хотела сама Бриджит.

Они были просто дорогими платьями, созданными для того, чтобы не ронять достоинство семьи Уинстон.

Даже дома Бриджит должна была постоянно ходить в этих громоздких и неудобных нарядах, больше похожих на бальные платья.

Для неё, с её тонкими чертами лица и спокойным впечатлением, такие яркие платья казались чересчур.

Поэтому она часто вздыхала, глядя на себя в зеркало.

Но было забавно видеть, как Пенелопа так вожделеет эти вещи.

'Они вам обоим очень к лицу'.

В прошлой жизни она была так занята, пытаясь пережить бурю эмоций, что даже не замечала этого, но теперь, когда успокоилась и начала новую жизнь, она видела и чувствовала то, чего не чувствовала раньше.

Теперь Бриджит, казалось, понимала, почему Пенелопа встретилась с Айзеком и что Айзеку понравилось в Пенелопе.

Платья, купленные Айзеком, казалось, будут очень хорошо смотреться на яркой красавице Пенелопе.

---

Пенелопа прошлась по моей гардеробной.

Она выглядела вполне счастливой, отдавая слугам команды унести выбранные платья.

Я знала, что это не будет разовым событием.

Пенелопа, должно быть, с самого начала чувствовала, что сможет полностью опустошить гардеробную, поэтому сразу выбрала всего несколько платьев, но всё же оставалось несколько нарядов, от которых Пенелопа не могла отвести взгляд и смотрела с сожалением.

Я спросила у Анны, которая наблюдала со стороны, с изумлением глядя, как Пенелопа получает платья своей госпожи.

«Анна, не могла бы ты принести мои свадебные подарки?»

«Свадебные подарки?»

Сразу после свадьбы я ни разу не надела драгоценности, полученные в качестве приданого.

Потому что три года назад я, возненавидев Айзека за то, что он уехал, не сказав ни слова, велела Анне убрать их с глаз долой.

Анна, озадаченная моим внезапным желанием найти подарки, принялась искать их.

Драгоценности всё ещё лежали в подарочных коробках, глубоко зарытые в гардеробной.

Анна достала все коробки и поставила на стол. Она стёрла с них пыль и спросила:

«К чему вдруг это всё?»

Анна с подозрением посмотрела на меня.

«Вы же не собираетесь отдать их госпоже Беллингем? Они слишком хороши, чтобы тратить их впустую…»

Анна была недовольна тем, что платья отдавали Пенелопе.

Конечно, это моя собственность, и я могу делать с ней что хочу, но Анне было трудно скрыть свои истинные чувства. А уж тем более, когда речь шла о Пенелопе.

Я усмехнулась про себя, глядя на Анну.

«Разве я похожа на человека, который дарит подарки другим?»

«Тогда зачем…?»

Я сухим взглядом посмотрела на драгоценности.

Браслет, украшенный тремя рядами жемчуга и крупным бриллиантом, был очень роскошным.

Жемчуг с мягким блеском крутился в моих руках.

«Такая красивая вещь — жалко просто пылиться в углу».

«Вот именно!»

Анна, которая так и думала с самого начала, активно закивала.

Как бы ты ни ненавидел того, кто тебе это подарил, драгоценности не виноваты.

«Не могла бы ты поставить их на мой туалетный столик, чтобы я не забыла надеть их в хороший день?»

«Да, конечно».

Анна аккуратно выставила прекрасный набор драгоценностей на моём туалетном столике.

Драгоценности, которым так завидовала Пенелопа, ослепительно сверкали под светом.