Глава 3.0

Это Айзек чувствовал себя скорее неловко из-за неторопливой Бриджит.

Удобно, что она не злится, но почему у неё такое спокойное лицо?

Айзек заговорил язвительно, нарочно пытаясь задеть Бриджит.

«Тогда почему бы тебе не пойти сейчас и не использовать свои очищающие силы, чтобы смыть с Пенелопы всякую скверну, которая могла пристать к ней в путешествии? Это может навредить плоду».

«...»

«Бесполезный навык, который не годится в таких случаях».

«Я так и сделаю».

Бриджит ответила послушно, даже глазом не моргнув.

Айзек издал разочарованный звук, словно его озадачил такой кроткий ответ.

'Неужели она правда притворяется, будто ничего не случилось?'

Даже когда муж изменил с подругой?

Даже когда этот брак был заключён лишь для того, чтобы покрыть карточные долги её брата, она всё равно выглядит такой безмятежной.

Айзек заговорил с нарочито более властным тоном, ощутив странное беспокойство.

«Тогда мне больше нечего сказать, я пойду».

«Мне есть что сказать».

Её спокойный голос источал ауру, которую невозможно было игнорировать.

«Ты думаешь отправить Пенелопу куда-то?»

«Не вижу твоей заботы. Что, не хочешь провести вместе хотя бы несколько дней?»

На самом деле Айзек тоже считал, что приводить любовницу в дом, где живёт жена, — это перебор.

В аристократическом обществе, где политические браки были обычным делом, иметь любовницу считалось допустимым, но держать жену и наложницу под одной крышей не было здравым смыслом.

Но его оскорбило, что первой эту тему подняла именно Бриджит — это походило на вмешательство.

Однако Бриджит не дрогнула от его резкого тона.

«Моя обязанность — принимать гостей».

«Не беспокойся. Я уже послал человека найти ей жильё».

«Нет, не нужно».

«Что ты говоришь?»

«Ничего страшного, если она останется с нами».

«Что?»

«У неё будет ребёнок. А я могу побыть с подругой. Думаю, это не так уж плохо. Пенелопе, должно быть, тоже здесь всё знакомо — она ведь часто бывала в этом доме».

Айзек в недоумении смотрел на жену, которая заявляла, что хочет жить вместе с любовницей мужа.

Бриджит сказала спокойно:

«Матушка говорила мне не ревновать к любовнице мужа. Она сказала, что если я выйду замуж и буду жить с тобой, такой день когда-нибудь настанет».

«...Да?»

«Вот так».

Айзек лишился дара речи при виде спокойного взгляда Бриджит, которая невозмутимо заявила, что случилось то, что должно было случиться.

---

Сразу после разговора с Айзеком я направилась в комнату Пенелопы. Слуги, переносившие багаж, украдкой поглядывая на меня, бесшумно вышли из комнаты.

Я увидела тени слуг под закрытой дверью.

Было ясно, что они стоят за дверью и подслушивают разговор.

'Видно, вам очень любопытно'.

У меня не было ни малейшего желания ругать их и прогонять.

Потому что для начала спектакля нужны зрители.

Зачем мне улыбаться Пенелопе, от одного взгляда на которую у меня сводит зубы, если никто не видит и не слышит?

«Пенелопа».

«Бриджит!»

Пенелопа посмотрела на меня со слезами на глазах.

«Я всё объясню. Я никогда не хотела, чтобы так вышло. Мои чувства к тебе всё те же, что и раньше. Я тебе всё расскажу, хорошо?»

Я любезно предложила Пенелопе сесть, когда она схватила меня за руку и умоляла.

«Давай сначала присядем, Пенелопа. Ты, должно быть, устала».

Ободрённая моим добрым отношением, Пенелопа села и принялась торопливо рассказывать обо всём, что случилось.

Люди, которые оправдываются, обычно говорят много и долго.

«Ты же знаешь, я уехала в Рассел, чтобы забыть покойного мужа. Я тогда была сама не своя. Мне было так одиноко и невыносимо».

«Да, ты писала об этом в письме».

Пенелопа сбежала в Рассел сразу после похорон мужа.

Благодаря этому, когда дети графа Беллингема от предыдущего брака подали на Пенелопу в суд из-за наследства и выиграли, Пенелопа смогла сохранить многочисленные драгоценности и золотые вещи, которые граф оставил ей.

«Я встретила Айзека на маскарадном балу. Клянусь, я и мечтать не могла, что это Айзек. Если бы я знала тогда, то отвергла бы его. Поверь мне, Бриджит».

Пенелопа вытерла слёзы платком, причитая: «Что это за дьявольский трюк?»

«Когда я позже узнала, что это Айзек, я была готова всё прекратить. Но...»

Она долго плакала, не в силах говорить.

В отличие от меня — элегантной, утончённой и на первый взгляд ничем не примечательной, — Пенелопа с её большими лаймовыми глазами, контрастными густыми рыжими волосами и пухлыми губами была ослепительной красавицей, притягивавшей взгляды где бы она ни появлялась.

Пенелопа, ронявшая крупные, как горошины, слёзы, была прекрасна даже в плаче.

«Я слишком сильно полюбила его, Бриджит. Я несколько раз пыталась остановиться, но просто не смогла. Сердцу не прикажешь. Разве ты не понимаешь?»

Она плакала так горько, что любой, кто видел её, мог подумать, будто это у Пенелопы, а не у меня увели мужа.

«А когда я пришла в себя, было уже...»

Пенелопа погладила свой ещё не очень округлившийся живот.

«Я не хотела говорить Айзеку. Я думала родить ребёнка одна и вырастить его. Я думала, что так смогу сохранить нашу дружбу. Я знала, что мне будет горько, но не хотела терять тебя. Но Айзек узнал всё. Я не могла его остановить. Я не знала, что делать...»

Пенелопа горько плакала, повторяя, что её притащили сюда против воли.

«Я правда ничего не могла поделать, Бриджит. Прости меня. Не ненавидь меня, хорошо? Мы же лучшие подруги, как одно целое. Кроме тебя, у меня никого нет».

Пенелопа отчаянно умоляла.

Я похлопала её по плечу, пытаясь утешить, но слёзы продолжали мочить платок.

Пенелопа была той, кто совершил проступок, но утешать приходилось мне.

«Не плачь, Пенелопа. Я в порядке».

«Ты правда в порядке?»

«Да. Честно говоря, когда я впервые узнала о вас с Айзеком, я разозлилась. Но потом я подумала и поняла: возможно, я злилась потому, что боялась, что из-за этого мы станем чужими. Поэтому я решила принять тебя. Ведь ты единственная, с кем меня связывает такая великая дружба».

В словах «великая дружба» была затаена колючка, но Пенелопа её не заметила.

«Правда...?»

«Конечно. Мы же особенные. С самого детства».

Я улыбнулась.

Когда я вспоминаю детство, у меня много счастливых воспоминаний.

Мы, как сёстры, всегда ходили рука об руку по горам и полям, усердно пачкая юбки.

Вместе собирали корзину лесной земляники и варили варенье, а ещё нас ругали взрослые, когда мы падали с качелей.

Даже если потом мы найдём того, кого полюбим, мы часто повторяли данное друг другу обещание — никогда не забывать друг друга.

Это были тёплые воспоминания. Поэтому было еще больнее.

Именно Пенелопа помогала готовиться к свадьбе и встречалась с Айзеком чаще, чем сама невеста.

Как много из её слов можно было принять за правду? Что она полюбила его, потому что не узнала на балу, когда его лицо было скрыто маской размером с ладонь? Что она ничего не могла поделать, потому что полюбила?

Разве способ сохранить дружбу — не в том, чтобы тайно родить ребёнка, а в том, чтобы вообще не ложиться в постель с мужем подруги?

Пенелопа, с которой я провела почти всю жизнь, была ещё большим предательством.

Мои челюсти сжались от того, как сильно я стиснула зубы.

Будучи близкой подругой, Пенелопа знала меня лучше кого бы то ни было.

Так что же случилось в моей прошлой жизни?

У меня отняли всё, что было дорого. Пенелопа хотела обладать всем, что принадлежало мне.

'Где началась твоя ложь?'

Я хотела спросить об этом в прошлой жизни, но, увидев твоё лицо, я всё равно захотела спросить об этом.

Мои руки уже некоторое время слегка дрожали.

Я всё ещё не могла понять, вызывает ли эту дрожь гнев, чувство предательства или какая-то другая эмоция.

В прошлом я успокаивала дрожь, избегая Пенелопы и убегая от неё.

Но на этот раз всё должно быть иначе.

Если падать — то падать тому, кто поступил неправильно. Если убегать — то убегать тому, кто виноват.

«Я рада, что ты приехала».

Я спокойно положила дрожащие руки на плечи Пенелопы и погладила её по спине, будто ничего не случилось.

'Я не знаю, когда началась твоя ложь, но моя начинается с этого момента'.