Эхо Разрушений

Пепел оседал на улицах Эрланга, словно серый саван, укутывая разрушения, оставленные недавним боем. Солнце, с трудом пробиваясь сквозь дымную завесу, выхватывало из тьмы острые углы развороченных камней, срубленных деревьев, искорёженные останки доспехов. В воздухе висел едкий запах гари, перемешанный с тошнотворным привкусом крови. Но не это пугало Мансури сильнее всего. Он не мог забыть, как его ладони дрожали, когда он пытался укрыть жителей за импровизированными баррикадами, а глаза видели лишь лица, искажённые страхом и болью. Это всё давило на него, и чувство вины медленно заполняло его сердце.

Он закрыл глаза и увидел, как Аврора, ее волосы развеваются от ветра, а руки окутаны светом, возводит каменные стены. А потом, как от их атак задрожала земля. Снова открыл глаза. Он увидел Аврору, и ее образ показался ему нерушимым, но не для всех. Он почувствовал ее присутствие рядом и знал, что она понимала его, что она, в отличии от всех остальных жителей, помнила не меньше его.

Аврора, стоя на самом высоком обломке стены, которую сама возвела прошлой ночью, казалась силуэтом на фоне багрового рассвета. Её лицо, обычно такое живое и лучистое, сейчас было бледным и измученным, а глаза цвета грозового неба метали молнии, выдавая всю усталость, которая сковывала её тело. Рядом с ней Мансури, размышлял, пытаясь скрыть свои дрожащие руки, и чувство вины за то, что не мог помочь. Но в глубине души, он понимал, что он был нужен, но ему нужно было понять как.

– Мансури, – позвала она, ее голос был твердым, но в нем чувствовалась хрипотца. Она провела рукой по лицу, словно стирая остатки ночной битвы. – Надо помочь раненым, а после… узнать, кто это устроил, и почему? – она посмотрела прямо ему в глаза, и Мансури увидел в них решимость.

Он кивнул, но промолчал, стараясь скрыть дрожь, сковывавшую его руки. Голос застрял в горле, и отчаянное желание использовать свой навык, пронзило все его тело. Но он сдерживался, понимая, что не время. И от этого становилось только хуже. Он словно чувствовал как ослабевают мышцы, а ноги начинают подкашиваться. – Я… помогу, – прохрипел он, стараясь выровнять голос.

– Ты в порядке? – спросила она, прищурив глаза. Её взгляд проникал прямо в его душу, вызывая чувство вины и сожаления. – Я вижу, что это не так. Навык… Он доставляет тебе столько боли. Ты не должен молчать.

Мансури отвернулся, и медленно повернулся к ней спиной, не желая, чтобы она видела его слабость. Его плечи опустились, как будто невидимый груз придавил его к земле. – Не говори об этом. Я справлюсь, – произнес он, не желая признавать свою немощность. – Это всего лишь усталость.

Аврора подошла ближе, и легонько коснулась его плеча, словно стараясь передать ему свое тепло. – Ты не должен. Ты не должен все держать в себе, Мансури, – ее голос был мягким и нежным, словно она разговаривала с раненным зверьком, но её взгляд был полон решительности. – Мы вместе в этом. Ты не один.

Мансури повернулся к ней, и увидел в ее глазах не только заботу, но и тревогу. Это ранило его еще больше. Он глубоко вздохнул, стараясь унять бурю эмоций, что терзали его душу. – Я знаю, Аврора. Просто… Я не хочу быть обузой. Я хочу… Быть тем, кто спасёт Арбидиул. А не тем, кого нужно спасать. – его голос дрожал, но в нем чувствовалась твердость.

– Ты не обуза, Мансури, – она сжала его руку крепче, ее пальцы были холодными, словно мрамор. – Ты мой друг, и самый сильный человек, которого я знаю, даже если твой навык делает тебя слабее. Но есть кое-что еще, – добавила она, и в ее глазах мелькнула странная задумчивость. – Я видела, как ты смотрел на меня вчера, когда я поднимала стены. Что это был за взгляд? – она внимательно вгляделась в его глаза, и Мансури почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Он встретился с ее взглядом, и на долю секунды, в его сердце вспыхнула надежда. – Я… верю тебе, – прошептал он, хотя в глубине души его терзали сомнения. Он почувствовал что-то неладное, и отчаянно пытался отвести ее взгляд. – Но что мы можем сделать? Главарь сказал, что им заплатил какой-то “король”. Кто это может быть? Может быть, у него есть какие-то отличительные черты? – он посмотрел на нее, пытаясь сменить тему.

– Нужно выяснить, – Аврора кивнула, отпустив его руку, ее глаза снова загорелись решимостью. – Может быть, есть какие-то следы, которые они оставили после себя. Или кто-то, кто видел больше, чем остальные. Но сперва я хочу кое что тебе показать.

Она повела его в библиотеку, где раньше хранились древние манускрипты, а сейчас - лишь груды обломков. По пути, они встретили одного из старейшин, который с дрожью в голосе рассказал, что видел, как один из нападавших оставил на стене странный символ. Он описал его как круг с извивающимися линиями, но больше ничего сказать не смог.

– Вот, – Аврора указала на обрывок пергамента. Он был не тронут, и словно ждал их. Она нашла его за старинным стеллажом, и что-то подсказывало, что он тут не случайно. На нем, был нарисован тот же символ, что описал старейшина, но в этот раз он был более четким. Он был выгравирован чернилами, которые отчаянно блестели при свете солнца. Символ был явно не из Арбидиула.

– Что это? – спросил Мансури, проводя пальцем по контуру рисунка. Его сердце бешено колотилось, словно он уже знал, что ответ лежит где-то рядом.

– Я не знаю, – Аврора покачала головой, ее глаза выражали растерянность и тревогу. – Но я чувствую, что это как-то связано с тем “королем”. Нужно будет изучить символы. Может это как-то связано с историей Арбидиула.

Внезапно, снаружи раздался громкий крик, а за ним – еще несколько. Аврора обменялась тревожным взглядом с Мансури. Они выбежали на улицу, и то, что они увидели, заставило их сердца похолодеть. Группа вооружённых людей, в черных плащах и с тем же символом на броне, как и те что были ночью, атаковали город. Они не делали никаких предупреждений, и действовали чётко, словно хорошо отработанные машины.

Аврора мгновенно призвала каменные стены, словно желая защитить весь город, но их натиск был слишком силён. Она понимала, что ее магия не сможет их долго сдерживать, и ей нужна помощь. Её дыхание участилось, а руки начало покалывать. Она пошатнулась, словно вся сила мира, что была у неё, резко испарилась. Мансури смотрел на неё с ужасом, и в голове пронеслась мысль: “если она упадет, то и весь Эрланг падет вместе с ней”. Он видел, как она напрягается, призывая все больше и больше силы, но понимал, что она на пределе.

И тут он осознал, что другого выхода нет. Он посмотрел на свои руки. Они слегка дрожали, но его глаза загорелись от осознания происходящего. Он знал, что если использует свой навык, он ослабнет, но сейчас не было времени на раздумья. С каждым мгновением он понимал, что выбора нет. Он должен был спасти Аврору, спасти Эрланг, и спасти себя.

Глава подошла к своему завершению, оставив читателя в состоянии напряжения, мучаясь вопросом: использует ли он свой навык или нет? Какова цена спасения?