Запретная книга

— Как тебя зовут? — спросила Сара.

Существо на мгновение замолчало, словно обдумывая ответ. Затем его голос, одновременно глубокий и нежный, прозвучал в библиотеке:

— У меня много имён, Сара. В разных мирах меня называют по-разному. Но ты можешь звать меня Нивенс. Я слежу за ходом времени.

Сара кивнула, запоминая имя. Нивенс. Оно казалось ей одновременно знакомым и чужим, словно отголосок древней легенды.

— Нивенс, — повторила она, пробуя имя на вкус. — Что мне делать дальше? Куда мне идти?

Существо слегка наклонило голову, и в его глазах, казалось, заплясали искры далёких звёзд.

— Можешь не торопиться, — ответил Нивенс, его голос звучал успокаивающе. — У нас ещё есть время. А тебе нужно отдохнуть. Изменение множества историй подряд вредит здоровью, особенно, — он сделал паузу, словно подбирая слова, — особенно здоровью души. Позволь ей восстановиться.

Здесь, в библиотеке, время течёт иначе. Ты можешь провести здесь день, неделю, год, и снаружи не изменится ничего.

Он указал рукой на один из мягких диванов, утопающих в полумраке.

— Присядь. Выпей чаю. Но если не хочешь оказаться в какой-то истории, не трогай книги. Просто будь. А когда почувствуешь, что готова, решишь, в какую историю пойти дальше. Но сейчас тебе нужен покой.

Сара решила, что нужно хотя бы осмотреть это место. Она огляделась, стараясь запомнить каждую деталь. Высокие стеллажи, уходящие под самый потолок, казались бесконечными лабиринтами, заполненными книгами всех размеров и форм. Некоторые из них были обтянуты кожей, другие — украшены драгоценными камнями, а третьи выглядели так, словно их только что вытащили из-под земли, покрытые пылью и паутиной.

В воздухе витал запах старой бумаги, воска и чего-то неуловимо магического. Сара чувствовала, как этот запах проникает в неё, успокаивая и одновременно пробуждая любопытство.

Она заметила, что некоторые книги словно светятся изнутри, излучая мягкое, теплое сияние. Другие, наоборот, казались темными и зловещими, от них веяло холодом и опасностью. Сара старалась держаться от них подальше.

Вдруг её взгляд упал на книгу, лежащую на небольшом столике у окна. Она была без названия и обложки, просто переплетена в грубую серую ткань. Сара почувствовала непреодолимое желание взять её в руки. Она подошла к столику и осторожно взяла книгу.

Как только её пальцы коснулись ткани, она почувствовала легкий электрический разряд. Книга словно ожила в её руках, и Сара увидела, как на пустых страницах начинают проявляться слова. Они складывались в предложения, рассказывая историю о девушке, похожей на неё, все события описывали всё то, что с ней сейчас происходит.

Вдруг книга захлопнулась и отлетела в сторону, где стоял Нивенс.
– Эту книгу тебе читать нельзя, – сказал Нивенс.

Сара вздрогнула от неожиданности и испуганно посмотрела на Нивенса. Его лицо было серьезным, даже суровым, чего она не замечала раньше.

– Почему? – тихо спросила она, чувствуя, как любопытство борется со страхом. – Что в ней такого?

Нивенс подошел к ней, его шаги звучали приглушенно в тишине библиотеки. Он поднял книгу с пола и бережно положил её обратно на столик.

– Эта книга особенная, – ответил он, избегая смотреть ей в глаза. – Она о тебе.
– Обо мне? – Сара не могла поверить своим ушам. – Но как это возможно?

Нивенс вздохнул, словно собираясь с духом.

– Она пишется сама, – ответил он наконец. – На много шагов вперёд и с каждой твоей мыслью, с каждым твоим действием. Это летопись твоего путешествия по историям. И читать её сейчас – значит предопределить своё будущее. А это лишит тебя выбора, свободы. Она может запутать, сбить с толку, заставить тебя принять неверное решение. Сейчас тебе это ни к чему.

– Но я хочу знать, что меня ждёт! – воскликнула Сара, чувствуя, как в ней нарастает раздражение. – Я хочу быть готовой ко всему!

Нивенс вздохнул и посмотрел на неё с сочувствием.

– Знание будущего – это тяжёлое бремя, Сара. Иногда лучше идти вперёд, не зная, что тебя ждёт за поворотом. Доверься своей интуиции, своим чувствам. Этого будет достаточно.

Он снова указал на диван.

– Пожалуйста, отдохни. Выпей чаю. Позволь себе просто быть здесь, в этом месте, где время не имеет значения. А когда будешь готова, мы поговорим о том, куда тебе идти дальше.

– Эта книга пишется не для тебя, а для других хранителей.

Сара нахмурилась, не понимая, почему Нивенс так настаивает. Ей казалось, что он что-то скрывает, что-то очень важное. Но в его голосе звучала такая искренняя забота, что она не могла не прислушаться.

– Других хранителей? – переспросила она, пытаясь уловить смысл его слов. – Каких хранителей?

Нивенс замялся, словно не зная, как объяснить.

– Я хранитель времени, ты хранитель истории, помимо нас есть и другие. Ты скоро с ними познакомишься на одном из следующих заседаний.

Сара почувствовала, как в голове роятся вопросы: "Хранители? История? Что всё это значит?" Она всегда считала себя обычной девушкой, случайно попавшей в странное место.

– И эта книга... она рассказывает о том, как я стану хранителем истории? – спросила она, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело от волнения.

Нивенс кивнул.

– В некотором смысле, да. Она фиксирует твой путь, твоё становление. Но, как я уже говорил, это не просто летопись. Она обладает силой. Силой, которую ты пока не можешь контролировать.

Он подошёл к окну и посмотрел вдаль, словно видел что-то, недоступное Саре.

– Каждый хранитель связан со своей стихией, со своей областью знаний. Ты связана с историей, с прошлым. И эта связь делает тебя уязвимой. Эта книга может стать оружием в руках тех, кто захочет использовать тебя в своих целях.

– Кто захочет меня использовать? – спросила она, чувствуя, как в голосе появляется дрожь.

– Те, кто хочет изменить прошлое, переписать историю. Те, кто считает, что знают, как должно было быть. Они всегда были и всегда будут. И они всегда будут искать способы получить контроль над хранителями.

Он подошёл к Саре и положил руку ей на плечо.

– Поэтому я прошу тебя, Сара, доверься мне. Не читай эту книгу сейчас. Дай себе время освоиться, понять, кто ты есть и что тебе предстоит делать. Когда ты будешь готова, я сам покажу тебе эту книгу. Но только тогда, когда ты будешь достаточно сильна, чтобы противостоять её влиянию.

– Я хранитель времени, Сара, поэтому, где бы ты ни была, я узнаю, читала ты эту книгу или нет.

Сара посмотрела в глаза Нивенсу. В них она увидела не только заботу, но и твёрдость, решимость. Она поняла, что он говорит правду, что он действительно хочет её защитить.

– Хорошо, – тихо сказала она. – Я не буду её читать. Пока.

Нивенс слегка улыбнулся, и его лицо снова стало мягким и приветливым.

– Спасибо, Сара. Я знал, что ты примешь правильное решение.

Он отошёл от неё и подошёл к одному из стеллажей.

– А теперь, – сказал он, – позволь мне предложить тебе чай. У меня есть несколько сортов, которые помогут тебе расслабиться и восстановить силы. Какой ты предпочитаешь? С травами, с фруктами или, может быть, что-нибудь более экзотическое?

Сара немного расслабилась, почувствовав, что напряжение постепенно отступает.

– Я не знаю, – ответила она. – Что-нибудь успокаивающее, наверное.

Нивенс кивнул и начал перебирать баночки с чаем, стоящие на полке.

– Тогда, я думаю, тебе подойдёт чай с лавандой и ромашкой. Он обладает прекрасным успокаивающим эффектом и поможет тебе заснуть, если ты захочешь.


Он достал небольшую баночку и открыл её. В воздухе разлился нежный аромат цветов.

– Пойдем, – сказал он. – Я приготовлю тебе чай, и мы поговорим о том, что ты будешь делать дальше.

Сара последовала за ним к небольшому столику, на котором стоял старинный чайный сервиз. Нивенс ловко заварил чай и налил его в изящную чашку.

– Вот, – сказал он, протягивая ей чашку. – Попробуй.

Сара взяла чашку и сделала глоток. Чай оказался очень вкусным, с легким цветочным ароматом. Она почувствовала, как тепло разливается по её телу, успокаивая и расслабляя.

– Спасибо, – сказала она. – Очень вкусно.

Потеряв сознание, она рухнула лицом на стол.
Он мгновенно оказался рядом с ней, подхватил её и осторожно перенес на диван, стоявший в углу комнаты. Он внимательно осмотрел её, проверяя пульс и дыхание. Сара дышала ровно, но была без сознания. Нивенс вздохнул с облегчением. Все шло по плану.

Снотворное, которое он подмешал Саре, было мягким и безопасным, но достаточно сильным, чтобы погрузить её в глубокий сон на несколько часов. Этого времени ему должно было хватить.

Он укрыл Сару пледом и отошел от дивана, оглядываясь по сторонам. Все было готово. Теперь оставалось только ждать.

Вскоре в комнате раздался тихий стук в дверь. Нивенс подошёл и открыл её. На пороге стоял мужчина в тёмном плаще, скрывающем его лицо.

– Ты звал, Нивенс? – спросил мужчина хриплым голосом.

– Да, Райан, – ответил Нивенс. – Она здесь. Спит.

Райан вошёл в комнату и подошёл к дивану, на котором лежала Сара. Он внимательно осмотрел её, словно оценивая.

– Она действительно хранитель времени? – спросил он.

– Да, – подтвердил Нивенс.

Райан повернулся к Нивенсу, и в полумраке комнаты блеснули его глаза.

– Ты уверен, что она не читала книгу?

Нивенс покачал головой.

– Абсолютно. Я убедил её не делать этого. Она доверяет мне.

Райан усмехнулся.

– Доверие – это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Но если ты говоришь правду, это упрощает задачу.

В этот момент в комнате раздался тихий голос: – Ты же не забыл ей рассказать о том, что случится?

– Нет, конечно, нет. Я я собирался. Просто... не было подходящего момента.

Райан бросил на Нивенса презрительный взгляд. – "Подходящий момент"? Ты играешь с огнём, Нивенс. Она должна знать. Иначе все наши усилия пойдут прахом.

– Но... если она узнает, она может отказаться, – пробормотал Нивенс, опуская голову.

– Отказаться? – голос в тени стал ледяным. – У неё нет выбора.

– Если она этого не сделает, то просто сотрёт себя из истории.

Райан подошел к Саре и наклонился над ней. Его лицо, скрытое в тени капюшона, казалось зловещим.

– Она должна знать, Нивенс. И ты ей расскажешь, ведь ты единственный из хранителей сделаешь это без последствий, ведь вы считай что одно целое. Хранитель времени, что следит за ходом уже созданного времени и старается помешать тем, кто хочет его изменить, и хранитель истории, чья сила записывает жизнь каждого человека.

Нивенс вздрогнул. Слова Райана прозвучали как приговор. Он знал, что Райан прав, но мысль о том, чтобы рассказать Саре правду, вызывала у него ужас, он просто не мог сказать Саре, что она должна изменить свою историю.

Нивенс подошел к дивану и опустился на колени рядом с Сарой. Он смотрел на ее спящее лицо, пытаясь найти в нем хоть какой-то намек на то, что она сможет выдержать правду. Ее лицо казалось таким безмятежным, таким невинным. Как он мог разрушить этот покой?

Он коснулся ее щеки, чувствуя мягкость ее кожи. Он знал, что должен сделать это. Ради нее, ради всех. Но страх сковывал его, не давая произнести ни слова.

В голове Нивенса боролись две противоположные силы: долг и любовь. Долг требовал рассказать Саре правду, какой бы ужасной она ни была. Любовь умоляла защитить ее от боли, сохранить ее невинность.
- Пусть Сара и теряла часть себя, изменяя истории, но это же было не навсегда, рано или поздно она бы вернула все чувства и память, но рассказать ей об этом значит искалечить без возможности восстановить.

– Помни, Нивенс. Если она откажется, последствия будут катастрофическими. Не только для нее, но и для всего мира.

С этими словами Райан развернулся и вышел из комнаты, оставив Нивенса одного в полумраке, наедине со своими страхами и надвигающейся необходимостью рассказать Саре правду. Он подошел к дивану и опустился на колени рядом с ней. Сара мирно спала, ее лицо казалось безмятежным. Нивенс знал, что этот покой скоро будет нарушен. Он должен был рассказать ей о ее предназначении, о бремени, которое ей предстоит нести.

- Твоя история пишется даже сейчас, пока ты спишь. Когда я дам тебе книгу, и ты все узнаешь, ты будешь готова справиться с этим, а твои силы окрепнут.

Твоё будущее под угрозой, не то будущее, в котором ты живёшь сейчас, а то, которое ты изменила. Сейчас ты одновременно существуешь и нет.

Нивенс задрожал. Слова Райана эхом отдавались в его голове, усиливая и без того невыносимое давление. Он чувствовал, как его собственная сила, обычно такая стабильная и надежная, дрожит и колеблется, словно пламя свечи на ветру.

– Твоя история пишется даже сейчас, пока ты спишь. Когда я дам тебе книгу, ты всё узнаешь. Ты будешь готова справиться с этим, а твои силы окрепнут. Твоё будущее под угрозой, не то будущее, в котором ты живёшь сейчас, а то, которое ты изменила. Сейчас ты одновременно существуешь и нет. –Он провёл рукой по своим волосам, чувствуя, как к вискам подступает головная боль. Как объяснить Саре, что она – живая аномалия, парадокс во времени? Как заставить её поверить в то, что она одновременно существует в нескольких реальностях, и ни в одной из них полностью?

– Но как? – прошептал Нивенс, обращаясь скорее к себе, чем к спящей Саре. – Как я могу рассказать ей об этом, не сломав её?

Он снова посмотрел на её лицо. В лунном свете, проникавшем сквозь неплотно задернутые шторы, оно казалось ещё более хрупким и уязвимым. Нивенс знал, что Сара сильная, но хватит ли ей сил, чтобы выдержать правду?

– Будем действовать по ходу времени, книгу она скоро сама прочитает, всё узнает, тогда и найдёт меня, тогда я ей расскажу всё детальней, – думал Нивенс.