Битва за жизнь (ll)

Глава 43. Битва за жизнь (ll)

— Ну что, раскрываю следующее желание.

Было уже за пять, солнце садилось.

Юмика включила свет и взяла следующий листок.

— Я хочу поцелуй.

Так и знал…

Но время выбрано странное.

Логичнее было бы оставить поцелуй на потом, когда у меня закончатся вето.

Если она поставила его сейчас, значит, позже будет что-то ещё более… откровенное.

— …С кем?

— Ну ясен пень что с тобой!

Юмика ткнула меня в бок, раздражённая моей тупостью.

— Ну так что?

Она нервничала — видимо, потому что если я соглашусь, это будет настоящий поцелуй.

— Вето.

— Ты уверен?

Она не сразу приняла мой отказ.

— Если дальше будут более откровенные желания… Тратить вето сейчас — не лучшая идея.

— У меня ещё осталось одно.

— А если я захочу, чтобы мы жили голыми или поженились?

— Ты бы так не написала.

— Фух…

Я проигнорировал её намёки.

Целоваться — значит проиграть.

— Итак, я накладываю вето.

Я передал Юмике листок с отказом.

Она вдруг улыбнулась.

— Отказали, а ты рада.

— Конечно! Значит, из оставшихся трёх желаний два точно исполнятся.

Она замурлыкала себе под нос.

Хоть я и отклонил поцелуй, она была в восторге.

— Пора готовить ужин. Остальные желания — на десерт.

— Я помогу.

— Спасибо. Без твоего присмотра ведь будет плохо~

Юмика потянулась к одежде, но я остановил её.

— Фартук без ничего — запрещён.

— Э-э-э?! Я и не собиралась!

— Ты только что вслух сказала «э-э-э»! Слишком очевидно!

— Вообще-то, это моё дело, как одеваться.

— Тогда я подожду в комнате. Позовёшь, когда будет готово.

Увидев её в одном фартуке, я бы потерял рассудок…

— Злюка!

— Это я должен так говорить! Я хочу увидеть тебя в фартуке!

— П-правда?..

Моя искренность заставила её задуматься.

— Придумала! Жди тут!

Вряд ли это что-то хорошее, но я проводил её взглядом.

…

— Та-дааам!

Юмика вернулась в купальнике.

Голубой, облегающий, подчёркивающий каждую линию тела.

Соблазнительный вырез, идеальный живот, соблазнительные бёдра…

Мельком взглянуть — ещё куда ни шло, но если задержу взгляд — конец.

— Пожалуйста, вернись назад.

— …Протестую.

Она явно не собиралась сдаваться.

— Ты же видел Кану-чан в купальнике, да?

— Конечно.

— Тогда и это нормально. Мы же семья.

Её лицо пылало от стыда, но она продолжала нести чушь.

— Нельзя запрещать мне то, что разрешено ей.

— Ладно, не буду спорить.

— Вот и славно.

Она надела фартук поверх купальника.

Это было даже хуже, чем просто фартук.

— Мама оставила продукты для оякодона — его и приготовим?

— С-сись… Само собой!

— Какой же ты предсказуемый.

Она улыбнулась, заметив мой взгляд.

Пока она готовила, я заметил, что она дрожит.

В октябре, даже дома было прохладно.

— Одевайся, замёрзнешь.

— Нет. Ты же так заглядываешься…

— Нельзя. Простудишься — и наши дни наедине пройдут зря.

— Сакия…

Я снял толстовку и накинул ей на плечи.

— Спасибо. Люблю тебя.

Она надела её поверх купальника, а затем — фартук.

Выглядело ещё более развратно.

Иногда мелькали лямки купальника…

— Пахнет тобой.

Она уткнулась носом в ткань.

Недавно я делал то же самое.

…

Оякодон получился более насыщенным, чем у мамы, но мне понравилось.

«Если бы мы поженились, каждый день был бы таким…»

Мысль мелькнула и исчезла.