Место встречи изменить нельзя
Глава 7. Место встречи изменить нельзя
Асуна сидела за своим рабочим столом, слегка откинувшись назад. Локти упирались в подлокотники стула, а в руке она держала телефон. Её палец замер над экраном, словно сама мысль о следующем действии требовала огромных усилий. Ещё утром она была полна решимости, но теперь, когда все слова были почти готовы, её внутренний голос начал твердить:
— А вдруг он не ответит? Или ответит слишком формально? — она нахмурилась, вздохнула и на мгновение прикрыла глаза. — Нет, глупости. Просто напиши.
Её взгляд метнулся к окну, где густые ветви деревьев едва колыхались под лёгким дуновением ветра. Солнечные лучи пробивались сквозь листья, играя на стенах комнаты. Это спокойствие контрастировало с её внутренним состоянием. Наконец, Асуна упрямо сжала губы и ввела текст:
"Завтра на большой перемене встретимся в моём кабинете. Надо кое-что обсудить."
Она перечитала сообщение трижды, добавила в конце смайлик и отправила. Вслед за этим внизу экрана тут же появились две галочки — знак того, что сообщение прочитано. Её сердце дрогнуло.
— Прямо сейчас? — прошептала она, ощущая, как на щеках появляется лёгкий румянец. Она машинально накрутила прядь волос на палец и прикусила губу. Мысли начали хаотично кружиться: Почему он смотрит прямо сейчас? Ждал моего сообщения? Или просто случайно? Что он думает?
Её нерешительность длилась недолго. Всплывающее уведомление отвлекло её. Ответ Хару появился на экране:
"Как раз хотел предложить встретиться, но не знал, как это правильно написать."
Её пальцы замерли на мгновение, а затем она расплылась в широкой улыбке. Даже короткий ответ, в котором он явно пытался быть вежливым, выдавал его смущение.
— Ну, ты даёшь, Хару, — тихо произнесла она, словно обращаясь к экрану. Но тут её взгляд уловил продолжение сообщения:
"Единственное... мне немного неудобно заходить в чужой кабинет. Там ведь много людей..."
Её улыбка стала чуть хитрее. Она знала его скромность и робость, но это было даже мило.
— Так уж и быть, помогу тебе, — прошептала она, отвечая. "Серьёзно? Пересиль себя. Это же просто кабинет."
Ответ пришёл почти мгновенно:
"Для тебя это просто кабинет, а для меня — чужая территория."
Она не удержалась и рассмеялась. Наконец, сделав вид, что сдаётся, Асуна написала:
"Ладно, ты победил. Тогда место встречи — там, где мы встретились в первый раз. Время то же."
Она не ожидала, что его ответ заставит её сердце содрогнуться. Вместо слов он поставил сердечко под её сообщением. На секунду она застыла, а потом вдруг почувствовала, как её лицо заливается жаром. Ещё секунду назад она уверенно держала ситуацию в своих руках, но теперь всё изменилось.
— Что это значит? — пробормотала она, чувствуя, как внутри вспыхивает лёгкое волнение. Но прежде чем она успела придумать ответ, сердечко исчезло. Вместо него на экране замелькало новое сообщение от Хару:
"Прости, я случайно. Не это имел в виду. Ты не подумай. Всё нормально."
Она на мгновение замерла, а потом не удержалась и снова рассмеялась.
— Ох, Хару, ты такой забавный, — проговорила она, набирая ответ. "Успокойся. Всё в порядке. До завтра."
Хару сидел на своей кровати, держа телефон обеими руками, словно это был не гаджет, а что-то хрупкое и ценное. Его лицо горело, а мысли метались, как испуганные птицы.
— Сердечко? Серьёзно? — он потряс головой, закрывая лицо рукой. — Что она обо мне подумает? Теперь точно решит, что я странный.
Он убрал руку и снова посмотрел на экран. Её ответ немного успокоил его, но всё же внутри продолжала грызть тревога. Почему я такой неловкий? Почему всё время порчу всё в самый важный момент?
Он сжал телефон сильнее, а затем глубоко вдохнул. Её сообщение звучало легко, как будто она не обратила внимания на его оплошность. Но внутри него зародилось тёплое чувство: она снова дала ему понять, что всё под контролем. Её контроль всегда был для него как спасательный круг в бурном море.
Асуна, отложив телефон, улыбнулась, наклонившись к подоконнику. Она взглянула на ночное небо, где постепенно зажигались звёзды. Внутри неё царило удивительное спокойствие. Её план начал воплощаться в жизнь, и теперь оставалось лишь дождаться завтрашнего дня.
— Ну что, Хару, посмотрим, как ты справишься, — сказала она тихо, будто надеялась, что он услышит её через расстояние.
В её глазах мелькнуло озорство, и она потянулась выключить лампу. На часах только стукнула полночь, но она знала, что на следующий день её ждёт нечто особенное.
И вот наступил он, следующий день. Тишина библиотеки словно обнимала всё вокруг, растворяя малейшие звуки в мягком шелесте страниц и лёгком перестуке клавиш, когда кто-то осторожно печатал что-то на ноутбуке. Просторный зал с высокими стеллажами книг был почти пуст, если не считать редких посетителей, бродивших между рядами. Большие окна пропускали мягкий свет зимнего солнца, окрашивая пыльный воздух в золотистые оттенки.
Асуна сидела за круглым деревянным столом у окна, облокотившись на спинку стула и скрестив ноги под столом. Её взгляд то и дело скользил по двери, в ожидании, что она вот-вот откроется, но Хару всё не появлялся. Волнение охватывало её всё сильнее. Она поджала губы, чуть нахмурилась и склонила голову на бок, словно пытаясь задуматься о чём-то более важном, чем о предстоящей встрече.
Почему он так долго? — думала она. Её пальцы непроизвольно накручивали прядь волос, а взгляд снова вернулся к двери. Что сказать, когда он придёт? Пошутить? Или лучше не надо, вдруг это его смутит ещё больше? Асуна усмехнулась. Она знала, насколько легко выбить Хару из равновесия. С одной стороны, это было мило. С другой... Может, не стоит напоминать ему про сердечко?
Мысль о вчерашнем заставила её лицо налиться румянцем. Она опустила голову, прикусила губу и уставилась на свои руки. А вдруг он воспримет это как издевательство? Внутренний голос тут же возразил: Ну да, а ты ещё пошути, что он тебе безразличен, потому что опаздывает. Асуна фыркнула, а затем замерла, поражённая собственной мыслью. Почему меня вообще беспокоит, как он это воспримет? Почему я так сильно думаю о его чувствах? Может он вообще мне нравится?
Её лицо совсем уж раскраснелось и стало горячим, и она резко выпрямилась, словно пытаясь избавиться от неуютного чувства. Он просто мой знакомый, вот и всё. Какое "нравится"? Это абсурд! Но сердце стучало так, будто собиралось выпрыгнуть из груди.
Она глубоко вдохнула, медленно выдохнула и заставила себя сосредоточиться. Мысли постепенно начали рассеиваться. Лишь лёгкая тишина и спокойное мерцание света оставались в её сознании. Так, Асуна, соберись. Сейчас он придёт, и всё будет как обычно.
Но тут новая мысль нарушила её хрупкий покой. А что, если он вообще не придёт? Вдруг он забыл, где мы встретились впервые? Или... Она потянулась к своему телефону и быстро открыла переписку с Хару. "Был в сети в 0:08."
Асуна нахмурилась. После вчерашнего злополучного сердечка он больше не заходил в Лайн. Может, я перегнула палку? Может, стоило ответить взаимностью? Её мысли снова закрутились в вихре. Если бы я тоже отправила сердечко, он бы понял, что всё в порядке.
Она остановилась, осознав, что поднимается к совершенно неожиданному выводу. Подождите, что? Отправить сердечко? Это бы значило... что я люблю его? Её глаза широко распахнулись, а дыхание стало чуть учащённым. Нет, нет, это бред! Какое "люблю"?! Мы же просто знакомые.
Но голос в её голове был непреклонен: Тогда почему тебе так важно, чтобы он пришёл? Почему ты волнуешься? Почему думаешь, что он тебе не безразличен?
Асуна накрыла лицо руками, не в силах справиться с нарастающим смущением. Её сердце колотилось всё сильнее, а губы непроизвольно дрогнули в улыбке. Она позволила себе всего на мгновение задуматься: А вдруг это правда?
Но тут, словно гром среди ясного неба, её осенило. Она выпрямилась, сбросив это наваждение, и сердито пробормотала:
— Так, Асуна, соберись! Сейчас он придёт, и нужно выглядеть нормально. Никакой глупой улыбки, никаких странных мыслей. Просто будь собой.
Едва она успела справиться с собой, дверь библиотеки резко распахнулась, и внутрь ворвался запыхавшийся Хару. Его волосы слегка растрепались, дыхание было тяжёлым, а взгляд — слегка растерянным.
— Асуна! — громко произнёс он, привлекая внимание нескольких посетителей. — Прости, что опоздал, меня задержали на уроке.
Асуна, сидящая за столом у окна, слегка вздрогнула, когда тишину библиотеки нарушил голос Хару. Она не ожидала, что он появится так внезапно, и это будто застало её врасплох. Медленно подняв взгляд, она встретилась с его глазами. В этот момент ей показалось, что её смущение стало буквально осязаемым. Щёки тут же запылали румянцем, а сердце забилось чуть быстрее.
— О, ничего страшного. Я только что сама пришла, — выдавила она, едва справившись с дрожью в голосе. Её руки нервно поправляли выбившуюся прядь волос, будто эта маленькая деталь могла отвлечь её от смущения.
Хару, напротив, выглядел удивительно расслабленным. Он подошёл ближе, аккуратно поставил сумку на пол, словно боялся нарушить покой этого места. Его губы дрогнули в лёгкой, почти невидимой улыбке, но в глазах мелькнула неожиданная уверенность.
— Ну что, Асуна, ты хотела поговорить?
Она почувствовала, как её смущение лишь усилилось от его спокойного тона. Обычно именно она задавала темп их разговоров, но сейчас всё было иначе.
— Д-да, я... Да, хотела, — проговорила она, поспешно отводя взгляд к своему блокноту, который тут же начал казаться ей необычайно интересным.
Хару сел напротив и, чуть склонив голову, внимательно посмотрел на неё.
— Так о чём будет наш разговор?
Асуна замешкалась, её пальцы начали крутить ручку, как будто это могло помочь ей справиться с нахлынувшим волнением.
— Э-э... не знаю... — пробормотала она, стараясь выглядеть сосредоточенной на блокноте.
— То есть ты просто хотела со мной пообщаться, так, без повода? — уточнил он, слегка наклонившись вперёд.
Его пристальный взгляд был слишком пронзительным, она чувствовала себя, словно под микроскопом.
— Нуу... не совсем, — пробормотала она, всё сильнее нервничая.
И тут она увидела, как уголки его губ приподнялись в едва заметной, но явно озорной улыбке.
— Ну, если ты не хочешь общаться, мы можем просто посидеть молча. Я буду разглядывать твои волосы, — он сделал театральную паузу и добавил с долей игривости: — А ты будешь наслаждаться моей компанией.
Её глаза округлились, а лицо стало ещё более алым. Она посмотрела на него с искренним недоумением.
— Ч-что?! Хару, ты... ты ведь шутишь?
— Конечно, — спокойно ответил он, чуть откинувшись на спинку стула, но его взгляд по-прежнему был устремлён на неё. — Просто странно видеть тебя такой... задумчивой. Обычно это ты находишь, над чем подшутить.
Асуна почувствовала, как её напряжение слегка ослабло, и вздохнула. Её пальцы всё ещё сжимали ручку, но теперь чуть менее нервно.
— Знаешь, ты иногда бываешь слишком проницательным.
Хару улыбнулся чуть мягче, его голос стал тише, будто он хотел, чтобы его слова звучали искренне.
— А ты слишком скрытной. Так в чём дело, Асуна?
Она отвела взгляд, чувствуя, как её сердце всё ещё колотится. Несколько секунд она молчала, пытаясь подобрать слова. Наконец, она глубоко вдохнула, подняла глаза и, собравшись с духом, сказала:
— Просто... я хотела сказать, что ты изменился.
Хару слегка нахмурился, его взгляд стал сосредоточенным.
— Изменился?
Её губы изогнулись в мягкой улыбке, которая словно согревала окружающее пространство.
— Раньше ты был... более закрытым. А теперь ты можешь шутить. Даже ставить меня в неловкое положение. Это... неожиданно. Но мне это нравится.
Его глаза расширились от удивления. Он отвёл взгляд, провёл рукой по затылку, явно смущённый её словами.
— Ну... думаю, это всё ты. Ты помогаешь мне выходить из моей зоны комфорта.
Она хихикнула, и её смех прозвучал звонко, как лёгкий ветерок.
— Всё равно ты остаёшься странным. Но знаешь... это мне тоже нравится.
На мгновение их взгляды встретились. Библиотека словно замерла, и время перестало существовать. Только тёплый свет заходящего солнца, пробивающийся сквозь окно, деликатно освещал их лица.
— Спасибо, — тихо произнёс Хару, его голос звучал почти шёпотом, но в нём была удивительная искренность. — За то, что ты есть.
Асуна застыла. Эти простые слова звучали так, будто в них заключалась целая вселенная. Её сердце дрогнуло, но вместо ответа она просто улыбнулась, а в её глазах мелькнуло тепло, которое говорило куда больше, чем слова.
—Спасибо тебе за вчерашнее, — тихо сказал Хару, опуская взгляд на стол, будто ему было трудно выдержать её внимательный взгляд.
Его голос прозвучал так искренне, что Асуна чуть приподняла брови, застигнутая врасплох. Она уже привыкла видеть его замкнутым и немного отстранённым, а теперь перед ней был совсем другой Хару — уязвимый, но в то же время решивший высказаться.
— Та вечерняя прогулка... — продолжил он, на мгновение замявшись. — Она помогла мне понять много важных вещей. Я стал замечать то, что раньше ускользало от моего внимания. Очевидные вещи...
Он поднял на неё глаза, и Асуна увидела в них нечто, что заставило её сердце дрогнуть.
— Ты так много делаешь для меня, а я... я не знаю, чем могу тебе отплатить. Мне даже как-то неловко. Спасибо тебе, Асуна.
Её сердце замерло, а затем бешено заколотилось. Она была поражена этим градом атак, этим откровением. Хару, который обычно был таким осторожным в выражении своих мыслей, вдруг сказал это. Так прямо. Так искренне.
“Что ты делаешь, Хару? Ты собираешься добить меня этим признанием?” — промелькнуло у неё в голове.
Асуна изо всех сил старалась сохранять невозмутимость, хотя в душе бушевал настоящий шторм. Она поняла, что если продолжит бездействовать, то рискует окончательно потерять контроль. И тогда её чувства, которые она так тщательно скрывала, могут вырваться наружу.
Собравшись с мыслями, она выпрямилась, её губы дрогнули, и на лице появилась привычная игривая улыбка.
— Быть с тобой для меня уже награда, мой герой, — сказала она, придав своему голосу оттенок лёгкой насмешки.
Она хищно улыбнулась, вновь обретя своё уверенное выражение лица. Этот ответ был её последним шансом на то, чтобы вернуть контроль над ситуацией.
Хару широко распахнул глаза, его лицо мгновенно покраснело. Он попытался сохранить невозмутимый вид, но на его лице были подробно расписаны все его эмоции, забавно было наблюдать контраст между его внутренней бурей и внешней попыткой сохранять спокойствие.
— Э-э... — он попытался что-то ответить, но слова словно застряли в горле.
“Что происходит? Как она может так легко перевернуть всё в свою пользу?!” — думал он.
Асуна заметила его растерянность и решила пойти дальше, подметив то, как вчера он был сбит с толку её внезапным касанием на прощание.
— Кстати, — протянула она с ноткой лукавства, склонив голову набок. — Ты вчера выглядел таким забавным, когда я коснулась твоей руки. У тебя лицо было такое... милое.
Она наклонилась чуть ближе, её улыбка стала шире, словно она почувствовала вкус победы.
— Н-ну... эээ... я... — Хару растерянно заморгал, чувствуя, как его лицо становится всё более горячим.
“Почему она делает это? Почему я ничего не могу сказать?!” — мысленно вопил он. В голове метались мысли: “Что ей ответить? Она издевается? Или это шутка? А может, серьёзно? Надо что-то сказать! Но что?!”
Асуна прищурилась, будто хищник, играющий с жертвой. И наконец сделала решающий выпад:
— А что насчёт того сердечка? — с убийственной улыбкой произнесла она. — Ты же отправил его мне вчера, Хару. Что это значит? Неужели... ты влюбился в меня? Это так мило, с твоей стороны)
На Хару не осталось лица. Он застыл, как будто игра внезапно зависла. Его рот то открывался, то закрывался, но слова так и не находились.
“Я влюбился? Нет... Ну, может быть... Но...” — его мысли носились хаотично, как персонажи на поле битвы, сталкивающиеся друг с другом.
Ему казалось, что он персонаж видеоигры, который внезапно попал на два уровня выше своего опыта. Простые враги в виде мыслей уже становились непреодолимой преградой, а тут выскочил босс в лице Асуны, что нещадно спамит его градом своих колких как лезвие меча вопросов.
Асуна, наблюдая за его смятением, вдруг почувствовала капельку вины.
“Что я делаю? Зачем я так на него давлю? Ему, наверное, так неловко... Но... он же сам начал. Хмм, может, ему даже нравится, что я так дразню его?”
Её улыбка чуть смягчилась, она выдохнула и сменила тон, на этот раз более мягкий и заботливый:
— Хару, — тихо обратилась она, положив локти на стол и сложив ладони. — Вчера ты выглядел уставшим. Ты как до дома добрался? Всё ли было в порядке?
— Да... всё нормально, — тихо произнёс Хару. В его голосе ощущалась явная неловкость, но он старался сохранить спокойствие.
Повисла долгая, почти осязаемая пауза.
Асуне стало не по себе. Она чувствовала, что зашла слишком далеко со своими подколами. Всё те же вопросы крутились у неё в голове: "Может, не стоило так на него давить? Он же совсем не привык к таким шуткам... Ему, наверное, было некомфортно. А если я случайно его обидела? Но ведь я просто хотела немного подбодрить его, немного разрядить атмосферу... Может, я перестаралась?"
Тем временем Хару был полностью поглощён своими мыслями. Слова Асуны эхом звучали у него в голове. "Она мне нравится? Интересно, правда это или шутка? Но её голос... её глаза... Вдруг это правда? Но если это правда, тогда что это значит? А она? Она сама-то... любит меня? Как понять это чувство? А если даже да, то что тогда?"
В конце концов, Асуна решила разрядить ситуацию. Она слегка подалась вперёд, расправляя длинные ухоженные волосы, и улыбнулась:
— Нормально всё? — произнесла она мягким, но чуть лукавым тоном. — Я думала, ты захочешь поговорить с такой привлекательной девушкой, как я, и рассказать о своих подвигах. Как ты пробирался через тёмные, страшные улицы, рискуя жизнью, чтобы добраться домой... мой герой.
Хару на мгновение замер.
— Н-ну... — начал он, всё ещё чувствуя лёгкое смущение, но стараясь взять себя в руки. — На самом деле я хотел сказать ещё вчера...
Он на секунду замялся, будто набираясь смелости, а затем добавил:
— Но ты так быстро улетела домой, что я не успел сказать ни слова. На самом деле... я живу напротив тебя, Асуна. Я твой сосе...
Не успел он договорить, как услышал громкий смех.
— Асуна, что-то не так? — спросил он растерянно, не понимая, чем вызвал такую реакцию.
Она держалась за живот и, пытаясь успокоиться, всё же выдала сквозь смешки:
— Ха... Хару, я думала, ты в замешательстве от моих шуток. А ты... Ты не только в порядке, ты ещё и шутить умудряешься! "Живу напротив тебя!" — Надо же было такое придумать!
Она снова рассмеялась, прикрывая рот рукой, а её глаза блестели от слёз радости.
Хару смотрел на неё с выражением полной растерянности.
— Но я не шучу, — произнёс он после короткой паузы. — Я действительно живу напротив.
Асуна замерла, её смех постепенно утих. Она посмотрела на него внимательно, пытаясь понять, шутит он или говорит серьёзно.
— Да ладно тебе, — ответила она с полуулыбкой. — Шутка действительно удалась, но я правда хочу узнать, как ты добрался до дома.
— Но я не шучу! — воскликнул Хару, его голос звучал настойчиво. — Я действительно живу напротив. Я сам был удивлён, когда вчера это понял.
— Нет, — перебила его Асуна. — Напротив меня живёт милая, приветливая женщина. И живёт она одна.
— Это моя мама, — спокойно объяснил Хару. — Раньше я жил с тётей. Её квартира находилась ближе к школе, поэтому это было удобнее. Но полгода назад тётя уехала работать в Токио, и я переехал к матери.
Он достал телефон и протянул его Асуне. Экран был тёмным.
— Держи, — сказал он, включив устройство.
Асуна уверенно взяла телефон, быстро повысила яркость до максимума и уставилась на фотографию.
— Так это... действительно ты? — спросила она, рассматривая изображение. На фото была её соседка с мальчиком лет двенадцати, который удивительно напоминал Хару.
— А почему такая старая фотка? Не нашлось чего-то поновее? — с привычной насмешкой спросила она.
— Это единственная фотография с мамой, которая у меня есть, — ответил Хару, его голос стал чуть серьёзнее.
— Тут ты такой... — Асуна задумалась, подбирая слова. — Такой счастливый. Сколько тебе было?
— Двенадцать, — тихо ответил он. — Это мы с мамой и тётей на фестивале фейерверков. Тогда было весело. В начале праздника.
Его голос дрогнул, будто он хотел что-то добавить, но замолчал. Асуна поняла, что лучше не спрашивать.
— Понятно, — коротко ответила она.
Наступила ещё одна пауза, и вдруг Асуна заговорила, но её голос прозвучал неожиданно решительно:
— Ладно, герой. Раз так, тогда зайдём к тебе сегодня после школы.
Хару был ошеломлён.
— Ч-чего так внезапно?
Асуна глянула на часы.
— Ладно, мне пора, скоро урок. Увидимся, — сказала она, её глаза блеснули тёплым светом, а затем она быстро исчезла за дверью.
Хару остался сидеть на месте, всё ещё переваривая произошедшее. В голове его роились мысли, а в душе осталась странная лёгкость.
— Увидимся... — тихо повторил он, будто пробуя это слово на вкус.