Под покровом алых роз(1)

Услышав странный гул, исходящий со стороны улицы, я и Лоренс вздрогнули, словно в нас ударила молния. Это был звук, выходящий за рамки обыденного — глубокий, вибрирующий, такой, какой можно услышать в сырых, темных пещерах или на дне заброшенных колодцев. Он был чистым, почти кристальным, но в то же время чуждым, пронизывающим. Казалось, само пространство содрогается под его воздействием, а воздух становится тяжелым, словно насыщенным невидимой энергией. Инфразвуковые волны, невозможно различимые ухом, проникали под кожу, заставляя волосы на теле вставать дыбом. Они впивались в сознание, пробуждая древний, первобытный страх.

Спустя несколько томительных секунд мое тело больше не выдержало. Я рухнула на пол, корчась от боли. Казалось, что звук вырывает мою сущность изнутри, стирая границы между мной и окружающим миром. Я вскрикнула, но голос утонул в хаосе, став лишь сдавленным хрипом. Гул нарастал, пульсируя, словно живое существо, впиваясь в мозг ледяными когтями. Я зажала уши руками, но это не помогало — звук находил лазейки, проникая внутрь, раздирая сознание на части.

Мир вокруг начал плавиться. Тени закручивались в спирали, свет дробился на мириады искр. В глазах двоилось, а тело больше не слушалось. Где-то далеко, за границей восприятия, я чувствовала присутствие Лоренса, но его фигура тоже расплывалась, становясь призрачной.

И вдруг — тишина. Резкая, давящая, словно вакуум после мощного взрыва. Я замерла, прислушиваясь, сердце колотилось в груди, а уши заложило, как после резкого перепада давления. Голова гудела, тело дрожало, а в сознании еще плясали отголоски недавнего кошмара.

За окном слышались звуки паники. Приглушенные крики, шум шагов — люди метались, охваченные тем же страхом, что только что пронзил меня. Но любопытство уже брало верх над ужасом. Что это было? Что могло породить такой звук? Что-то внутри меня требовало ответов.

С трудом поднявшись на ноги, я опёрлась на стену, пытаясь удержать равновесие. Воздух казался плотным, вязким, но я заставила себя двинуться к Лоренсу. Он стоял рядом, неподвижный, его лицо было словно высечено из камня.

— Лоренс... — голос предательски дрожал. — Ты слышал это?..

— Конечно, — его голос был на удивление ровным, даже холодным. Ни тени эмоций, ни страха. — Но не понимаю, зачем ты так реагируешь. Это всего лишь звук.

— Всего лишь звук?! — я уставилась на него, не веря своим ушам. — Лоренс, это было что-то... что-то неестественное. Ты же тоже это почувствовал?!

— Почувствовал, — сухо ответил он. — Но мне кажется, что тебе не стоит туда идти.

— Ты же знаешь, что я все равно пойду, — я выпрямилась, скрывая дрожь в ногах. — Я должна выяснить, что там произошло.

Он молчал, глядя прямо мне в глаза. Его взгляд был слишком спокойным, слишком осознанным. Будто он знал больше, чем говорит. Будто это не было для него сюрпризом. Этот ледяной, отрешенный взгляд пробежал по мне, и внутри меня вспыхнуло беспокойство.

— Хорошо, — наконец произнес он. — Но будь осторожна.

Его голос прозвучал... странно. Не как забота, а скорее как предупреждение. Как зловещее предостережение, скрывающее в себе нечто большее.

Прежде чем выйти из дома, я снова посмотрела на Лоренса. В моем взгляде – немой вопрос, просьба о поддержке. В ответ – лишь нервный кивок, слишком быстрый, чтобы быть искренним. Это настораживает, но времени на раздумья нет. Моей задачей было узнать, откуда исходил этот странный звук и кто мог его сделать.

Вскоре, отдаляясь от дома, я нашла место, откуда он исходил. Это было словно попадание в кошмар: вся земля вокруг изрыта глубокими трещинами, как будто гигантский кулак обрушился на это место. Земля стонала под ногами, а в воздухе висел запах озона и гари. Зрелище одновременно пугающее и притягивающее.

— А вот и виновник всего торжества, — прошептала я, осматривая искорёженный пейзаж. Но даже увидев разрушения, я не почувствовала облегчения. Наоборот, тревога только усилилась. Здесь было нечто большее, чем просто природная аномалия. Здесь чувствовалось чужое присутствие, незримое, но отчетливо ощутимое.

***************************************

— Прости меня, Изуми, — прошептал я, словно извиняясь перед кем-то, кого нет рядом. – Я не хочу, чтобы ты напрягалась по этому поводу, я сам разберусь со всем. Ты не должна быть втянута в это.

— Какие трогательные слова, Лоренс, — раздался ехидный голос, словно насмехаясь надомной. – Как мило, что ты проявляешь заботу.

Я вскинул голову, и посмотрел на этого человека

— Ц, ты здесь откуда? Что тебе нужно?

— Пришел пожелать тебе удачи, — промурлыкал он, чье лицо скрывалось в полумраке. – Хотя, зная тебя, это скорее формальность.

— К чему это всё? Что ты задумал?

Он подошёл ко мне наклонился к уху и прошептал: — Скоро узнаешь, скоро всё закончится. Прощай!

*************************************

На испещрённой множеством различных трещин земле, лежала израненная, измотанная девушка. Ее чёрные, как смоль волосы, окутывали ее тело, как цистой покрывается амёба. Она хоть и была в таком, казалось бы ужасающем состоянии, но продолжали быть изящной и притягательной в своей загадочности. Взглянув в её пустые, безжизненные глаза, я мигом узнала её. Мы ранее несколько раз пересекались, да и она буквально недавно была в моем доме.. Так что.. Я просто не могла её не узнать.

И эта девушка лежала без сознания. Я чувствовала странное присутствие, будто нависшая угроза, решила проявить себя. Я медленно огляделась, изучая местность вокруг, стараясь подмечать все, даже самые незначительные детали. Я старалась найти хоть какое-то укрытие, для этой уязвимой в этот момент девушки. Один её безжизненный, опустошенный вид, вызывал во мне волну жалости. Я не могла её оставить. Я аккуратно подхватила ее на руки, как обычно принцы держат своих принцесс и потащила её к тени, отбрасываемой от массивной кроны, возвышающегося ввысь дерева. На удивление, эта сильная девушка, весила не больше пёрышка. Всего за пару минут, я легко дотащила ее до тени, особо и не напрягаясь.

Осторожно опустив её на сухую, пахнущую хвоей землю, я отступила на шаг, наблюдая, как бледное лицо медленно приобретает оттенок жизни. Лучшим вариантом сейчас было бы уйти и не связываться, но что-то внутри меня противилось этому. Она могла убежать, скрыться в тени леса, и я бы, вероятно, больше никогда её не увидела, но мысль об этом не вызывала облегчения, а наоборот – какое-то странное, ноющее чувство.

— Ладно, пока ты не очнёшься – займусь делом, — пробормотала я, больше для себя, нежели для неё.

В воображении тут же возникли мои кинжалы – два клинка, черные, как полуночное небо, с лезвиями, заточенными до бритвенной остроты. Я вытянула руки, словно держала их, и начала двигаться, размахивая ими в безмолвном танце, представляя перед собой невидимого врага. Каждое движение было отточено до совершенства, каждое вращение – точным и смертоносным. Взмах, выпад, парирование – тело помнило все движения, даже без оружия в руках.

Сосредоточенность была такой полной, что я потеряла счет времени. Но тишину внезапно пронзило ощущение чужого взгляда – тяжелого, пристального, словно прикосновение холодной стали к коже. Мгновенно обернувшись, я увидела её.

Она сидела, подтянув колени к груди, и смотрела. Не просто смотрела, а прожигала меня взглядом, полным такой бездонной пустоты, что по спине пробежал озноб. В её глазах не было ни страха, ни любопытства – лишь обжигающий холод, словно я лично убила всю её семью, выжгла её дом дотла и оставила её скитаться в вечном одиночестве. Этот взгляд был как ледяной клинок, пронзающий до самой души.

— Можешь назвать своё имя? — прошептала она, и её голос был таким тихим, будто боялась нарушить хрупкое безмолвие леса. Звук словно лезвие скользнул по барабанной перепонке, оставляя после себя странный отголосок.

Я выдохнула, стараясь убрать с лица напряжение, смягчить взгляд. Важно было, чтобы она почувствовала себя в безопасности, даже если я сама не понимала, насколько это реально.

— Изуми. Изуми Хирано. Приятно познакомиться, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и дружелюбно. — А тебя как звать?

— Сирен Грэй, — произнесла она, словно выплёвывая имя. — Это моё имя. Мне тоже очень приятно, и… спасибо, что помогла мне, хоть это и нельзя назвать помощью, но все равно спасибо.

Её вид не менялся. Она по-прежнему сидела, поджав колени к груди, и смотрела на меня этим своим пронзительным, отчаянным взглядом. Будто внутри нее пылал огонь, который не мог согреть, а только сжигал ее изнутри. Любопытство жгло меня изнутри. Что сделало ее такой? Какую боль она скрывает? Но я сдержалась. Чувствовала – сейчас не время для расспросов. Момент был слишком хрупким, чтобы нарушать его бесцеремонными вопросами.

Инстинктивно хотелось протянуть руку, коснуться ее плеча, но я знала, что это будет ошибкой. Она казалась дикой кошкой, готовой броситься в любой момент.

— Слушай, Сирен, не хочешь зайти ко мне? — предложила я, опускаясь на колени, чтобы быть с ней на одном уровне. — Хотя ты уже заходила, конечно… Но ты сейчас в таком состоянии… Мне тебя очень жалко, и я хочу тебе помочь!

Мне действительно было её жаль. Не знаю, почему, но в ее взгляде было что-то, что заставляло мое сердце сжиматься.

Она вскинула бровь, будто моя забота показалась ей смешной.

— Не нужно таких формальностей, — отрезала она. — Просто Сирен будет достаточно.

И в этом коротком ответе было столько боли, столько усталости, что я почти физически ощутила ее на себе. Мое решение окрепло.

— Сама встать сможешь? — спросила я, стараясь не выдавать беспокойства в голосе. Мне было любопытно, насколько она сильна, несмотря на пережитый кошмар.

— Смогу, — ответила Сирен, в голосе прозвучала упрямая решимость.

Она попыталась встать, опираясь на ближайший ствол дерева, но едва выпрямившись, покачнулась и начала пошатываясь оседать на землю. Слабость, которую она так жгуче ненавидела, будто оплела ее тело, как сети паука, сковывая, не давая и шанса шевельнуть ни единым мускулом в собственном теле.

Инстинктивно среагировав, я бросилась вперед и успела подхватить её, прежде чем она коснулась земли. Её тело было лёгким, почти невесомым, словно состояло из одних костей и кожи.

— Не напрягайся, я тебя донесу, — сказала я, чувствуя, как её хрупкость обжигает мне руки. — Всё равно до дома идти минуты три.

Я бережно подняла её на руки, стараясь двигаться плавно и осторожно. Она не сопротивлялась, лишь слабо прижалась ко мне, и я почувствовала, как её тело дрожит мелкой дрожью. В этот момент она казалась такой уязвимой и потерянной, что во мне проснулось какое-то щемящее чувство, напоминающее родительское волнение о своём непутёвом ребёнке. Словно я должна была её защитить, во что бы то ни стало.

С каждой секундой тревога нарастала. Предчувствие беды, словно змея, обвивалось вокруг сердца, лишая покоя. Я старалась отгонять дурные мысли, но они настойчиво возвращались, рисуя в воображении мрачные картины.

Не обращая внимания на тревогу, я как можно скорее направилась к дому, где можно было укрыться.

Стремительно пересекая лужайку, я невольно ускорила шаг, словно пытаясь убежать от нарастающего чувства опасности. Но как только мы переступили порог дома, мир вокруг перевернулся.

Я замерла, словно поражённая молнией, ноги подкосились, и я рухнула на колени, не в силах отвести взгляд от ужасающей картины, развернувшейся передо мной. Того, что я увидела, просто не могло быть. Это был вымысел, кошмар, сон, но, увы, это было всё на яву. Ноги немели, а в глазах двоилось от ужаса, все внутренности будто завязали в тугой морской узел и выпотрошили, как обычно разделывают трупы рыб, счищая все ненужную чешую. Так и я, наблюдая за этой ситуацией чувствовала себя целиком и полностью опустошённой, мои органы будто выбросили, продали, а мозг, воспалённый увиденным кошмаром наяву, отказывался принимать и осознавать реальность.

— Не может быть… — отчаянно сказала я, голос дрожал от ужаса и отрицания. — Как… как такое могло случиться?

Руки непроизвольно взметнулись к голове, словно пытаясь остановить карусель безумных мыслей, заполонивших сознание. Это была нереальность, кошмар, от которого хотелось проснуться. Но чем сильнее я пыталась осознать происходящее, тем яснее понимала, что это – жестокая, беспощадная правда.

Рядом со мной сидела Сирен, её присутствие казалось странным, почти нереальным. Она смотрела на развернувшуюся перед нами трагедию с каким-то отстранённым, безучастным видом. Её лицо, словно маска, не выражало ровным счётом ничего. Ни шока, ни ужаса, ни даже малейшего удивления. Словно она ожидала увидеть именно это.

Слёзы жгли глаза, но я старалась их сдержать. Нельзя было сейчас поддаваться эмоциям. Нужно было собраться, понять, что произошло.

— Изуми, это кто? — спросила Сирен, и её голос прозвучал ровно и спокойно.

— Это… мой товарищ, Лоренс, — ответила я, и в горле застрял комок боли. Каждое слово отдавалось эхом в голове, напоминая о внезапной и нелепой утрате.

— Товарищ… понятно, — произнесла Сирен, не выражая никаких эмоций. — Видимо, тот, кто его убил, не мог сделать это получше. Просто оставив труп здесь, убийца не скроется, ведь улик уже предостаточно.

Её слова, словно удары плетью, обжигали своей жестокой правдой. Она говорила о Лоренсе, словно о какой-то вещи, о простом трупе, а не о человеке, с которым я только что провела вечер, делясь своими надеждами и мечтами.

— Жалко только орудия убийства нет, но по огромной дырке в животе могу сказать, что это было связано с эхом бесконечности, - сказала Сирен, продолжая бесстрастно разглядывать труп. — Не понимаю, почему ты так расстраиваешься из-за него.

В её словах не было ни капли сочувствия. Лишь холодный, расчётливый анализ, словно она рассматривала сложную головоломку, а не тело убитого человека.

— Хоть мы и познакомились только сегодня, но… если честно, Лоренс стал для меня другом, — с трудом выдавила я из себя, и голос сорвался. — За день мы столько всего рассказали друг другу… С Лоренсом я бы могла избавиться от фантомов, но… — Не успела я договорить, как слёзы, словно прорвав плотину, хлынули из меня, обжигая щёки. Я шмыркала носом и бессильно вытирала глаза руками. Такого жестокого, бессмысленного убийства я ещё никогда не видела.

— Изуми, я хочу проверить труп Лоренса, — спокойно произнесла Сирен, словно это было само собой разумеющееся.

— Делай, что хочешь… — прошептала я, чувствуя, как силы покидают меня. — Можно… я просто посижу?

Я опустила голову, стараясь спрятать своё лицо, свои слёзы, свою боль. Мне хотелось одного – исчезнуть, провалиться сквозь землю, чтобы не видеть этого кошмара, не чувствовать этой невыносимой пустоты. Но я знала, что это невозможно. Что я должна остаться, должна что-то сделать. Но что? Я просто не знала.

Подняв голову, я смотрела на ужасающее тело Лоренса. В голове прокручивались моменты, как он был счастлив от печенья, как смущался, но теперь всего этого нет. Меня переполняла злость и отчаяние.