Конец прошлой жизни?

Том 1 Глава 3: «Конец прошлой жизни?»

Бескрайная бездна, вокруг которой лишь пустота. И вот я снова здесь. Опять в этой кромешной темноте. Сколько раз это повторяется? Разве имеет смысл считать? Такое чувство, будто я бывал здесь и не один или два раза, а куда больше…

Это место явно скрывает в себе много тайн, но даже так, чувство такое, будто так и должно было быть. Будто я посещал это место гораздо чаще, чем я мог себе подумать. Разве такое бывает? Я не припомню такого… Неужели… я потерял память?

Я стоял неподвижно, не видя смысла в движении. Как бы сильно я ни пытался что–то изменить в этой тьме, ничего не произойдет. Всё, что я мог сделать, это терпеливо ждать, когда тьма отпустит меня. На этот раз, я заметил нечто странное – я чувствовал облегчение и некое спокойствие.

– Да уж, и снова никого, – пробормотал я себе под нос, делая шаг вперёд. Ступни тяжело ударились об неизвестную поверхность, похожую на стекло.

Никаких изменений. Никаких ответов. Поняв, что ситуация не изменится сама по себе, я просто ждал. Время текло медленно, мучительно. Минуты растягивались в часы. Я провёл рукой по лицу, чувствуя усталость, хотя и не знал, мог ли я тут действительно устать. Я продолжал ходить по кругу, бездумно наматывая шаги. Такое ощущение, будто я вот-вот рухну.

Топ… топ… топ…

В какой–то момент я уловил звук шагов. Они были слабыми, будто кто–то крался вдалеке. Я остановился, вслушиваясь. Шаги приближались.

– Хм? Кто здесь? – голос прозвучал в пустоту, эхом отразившись в бездне.

Топ… топ… топ…

Шаги стали громче, но я по–прежнему не видел никого. Оглядываясь вокруг, я напряг слух, но источник звука оставался вне поля зрения. Шаги, казалось, окружали меня, но я не мог их локализовать. Топот был таким, будто кто-то ходит в железной броне, издавая стук металла.

ТОП… ТОП… ТОП…

Вскоре шаги стихли. Воздух будто застыл, и меня охватила тревога. Я чувствовал, что за мной наблюдают. Впервые за всё это время по моей спине пробежал холодный страх. Мурашки покрыли руки. Я не один. И этот «кто-то» явно видит меня.

– Это ты… наследник?

Глухой, низкий голос раздался за моей спиной. Я резко обернулся и замер. Руки сжались в кулак, а по лбу стекал пот. Передо мной стояла высокая фигура в тяжёлой, чёрной броне. Шлем полностью скрывал его лицо, но из–под забрала ярко светились два алых глаза, сверля меня взглядом.

– Наследник? – переспросил я, чувствуя, как сердце замерло. – Ты о ком?

Голос дрожал. Мне было непонятно, кого он имел в виду. Кто этот человек? Или… что это вообще такое?

Фигура молчала. Из–под его шлема медленно поднимался густой, тёмный пар, как от перегретого механизма. Это не было похоже на дыхание, скорее на испарения от чего–то невероятно горячего. Он стоял молча, словно в задумчивости, не сводя с меня горящих глаз.

Его присутствие давило на меня. Я почувствовал, как холодный пот проступает по моей спине, и судорожно сглотнул. От него исходила опасность. Каждое его движение было плавным и имело вес, будто любое неверное слово могло стать для меня последним.

Он заговорил снова, но голос его звучал с ноткой сомнения:

– Почему он? – его голова медленно повернулась, словно он смотрел на что–то позади меня.

«Но ведь сзади никого нет…» – мысль пронеслась в моей голове.

Внезапно у него на спине появились ножны с мечом внутри, покрытым темнотой, настолько плотной, что казалось, сам свет боялся приблизиться к этому оружию. Он молча вытащил его и направил в пустоту перед собой. Чёрное пламя затрепетало на клинке, и его странный, ритмичный огонь начал медленно извиваться вдоль лезвия.

– Что ты делаешь? – мой голос прозвучал тихо, почти шёпотом.

Рыцарь сжался, готовясь к удару, и с резким движением взмахнул мечом в пустоту, разрезая её, будто она была реальной. Меч легко разрубил невидимую преграду, и он вонзил клинок в землю под ногами. Земля задрожала, и я едва удержался на ногах, когда сильная вибрация прошла по моему телу. Облако чёрного дыма поднялось вокруг нас, скрывая всё.

– К-какого черта?! – воскликнул я, пытаясь устоять на ногах.

Всё вокруг заволокло дымом, но постепенно он начал рассеиваться, открывая мне новый образ. Вдалеке, среди тумана, появилась ещё одна фигура. Мужчина сидел на стуле, скрестив ноги, с выражением лица, полным самодовольства. Он расслабленно наклонил голову, наблюдая за нами.

– Ах, вот ты где, – его голос был мягким, но проникновенным, как если бы он разговаривал с давним другом.

Он сел прямо и подался вперёд, внимательно меня разглядывая. Его глаза скользили по моей фигуре, будто он искал в ней что–то конкретное. Спустя мгновение он, казалось, убедился, что нашёл то, что искал, и на его лице появилась ещё более широкая улыбка.

– Давно не виделись, Алан, – он произнёс это с лёгкой усмешкой.

Я замер. Лицо исказилось, а руки судорожно задрожали. Отойдя на шаг назад, я сглотнул.

Какого хрена? Почему он ведет себя как не в чем не бывало? Откуда он знает меня? Так еще и говорит так, будто мы давно знакомы. Кто он вообще такой?

– Вы… меня знаете? – мой голос дрожал от напряжения.

Мужчина медленно поднялся со стула и низко поклонился, на удивление вежливо. Он был выше, чем я ожидал, не меньше метра девяносто, и выглядел как обычный человек – черная рубашка с открытым воротником, пиджак, небрежно накинутый на плечи, и строгие брюки.

Его длинные чёрные волосы казались растрёпанными, а глаза были настолько тёмными, что выглядели, как две чёрные дыры, поглощающие всё вокруг. На лице выделялись длинные бакенбарды, придавая ему немного странный вид.

– Меня зовут Мамори Иракура, – он слегка улыбнулся. – Согласен, имя не самое удачное, но тебе стоит его запомнить. А это Каге, – он кивнул в сторону рыцаря в броне, который по–прежнему стоял неподвижно. – Он спас тебя, когда на тебя напала та девица в офицерской форме, хотя в тот момент она была вся в бинтах.

«Так это был он?» – подумал я про себя.

– Я… – начал было я, но осёкся. – Кто вы такие? И откуда меня знаете?

Мамори рассмеялся, хотя в его смехе не было тепла.

– О, Алан. Мы знаем тебя лучше, чем ты думаешь. Нам суждено было встретиться еще до этого момента, но… - внезапно запнулся Мамори. – Ладно уж, что было, то было…

Я посмотрел на Каге, который продолжал стоять, словно статуя, и на Мамори. Вопросы роились в голове. Кто они? Что это за место? Почему Каге назвал меня "наследником"?

– А кто вы такой? И почему я здесь? – я все еще был в смятении, но старался скрыть это за маской спокойствия.

Мамори снова ухмыльнулся, как будто знал, что–то, что мне оставалось только понять со временем. Он вернулся на свой стул, наклонился вперёд, упираясь локтями в колени, и продолжил смотреть на меня с этой своей странной, почти насмешливой улыбкой.

– Ха... Кто я? – Мамори хмыкнул, словно этот вопрос был ему забавен. – Хе–хе, ты скоро сам всё узнаешь. Очень скоро, Алан.

Его слова звучали слишком загадочно, и это начинало пугать. Он смотрел на меня, как на человека, который уже должен был знать ответ, но я всё ещё пребывал в полном замешательстве. Что он имеет в виду? Откуда он меня знает? Почему называет меня по имени, будто мы старые знакомые?

– Но запомни одно, – продолжил он, его голос стал более серьёзным. – В этом мире всё не так просто. И прежде, чем сделать что–то, обдумай все хорошенько, Алан. И да, не верь…

В конце Мамори будто остановился, но его губы двигались. Я попытался услышать, что она говорит, но четно. Он говорил, но не было звука, будто я потерял слух.

– Алан! – внезапно вскрикнул он. – Ты меня понял?

– Я ничего не понимаю! Что здесь происходит? Кто вы? Как я здесь оказался? Дайте хоть какой-то нормальный ответ! – не выдержав, ответил я грубым тоном.

Мамори замолчал, словно размышляя над моим вопросом, затем поднял руку и показал на меня указательным пальцем. Его взгляд стал серьёзным и настойчивым, будто это был последний важный урок, который я должен был усвоить.

– Просто делай то, что должен, – сказал он наконец. – Как бы то ни было, я постараюсь помочь тебе, как только смогу. А пока, просто жди. Ведь тебе еще предстоит стать для людей надеждой.

Я почувствовал, как в груди стало тяжело. Слова Мамори казались обжигающими и тяжелыми. Лишь большой ком в горле заставлял меня молча слушать, но все же я ответил:

– В каком смысле «просто жди»? Я ведь… – переспросил я с дрожью в голосе. – Но я... Что вы хотите от меня? Как я могу быть тем, кем вы хотите, чтобы я был? Какая еще надежда?

Мамори посмотрел на меня с легкой усмешкой, будто моя неуверенность была для него предсказуемой. Он по–прежнему выглядел спокойно и уверенно, скрестив руки на груди, словно видел перед собой не беспомощного юношу, а человека, который уже сделал свой выбор.

– Все, кто начинали великие дела, сначала делают, а потом уже думают, – произнес он медленно, словно выговаривая каждое слово с особым смыслом. – Не сомневайся в себе. Сомнения погубят тебя быстрее, чем ты думаешь.

Я открыл рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Мамори смотрел на меня так пристально, что я почувствовал себя словно под лучом прожектора. Слова застряли на языке. Я ведь действительно ничтожен перед всем этим...

– Но ведь, я...

Внезапно Мамори поднял палец, как будто остановив меня. Его взгляд стал серьёзным, как будто он готовился сделать что–то важное. Он пристально посмотрел мне в глаза, и я почувствовал, как внутри меня проснулось странное чувство.

– Ты справишься, – сказал он тихо, но твёрдо.

Я почувствовал, как слова сами слетают с моих губ.

– Я постараюсь, – сказал я неуверенно, но голос выдал более решительный тон, чем я ожидал.

Мамори удовлетворённо кивнул и снова ухмыльнулся. Его фигура начала постепенно таять, словно туман, размываясь в воздухе. В последний момент он повернулся к Каге, рыцарю в чёрных доспехах, который до сих пор стоял неподвижно, словно статуя.

– Позаботься о нём, Каге, – сказал он коротко, его голос прозвучал как приказ.

Каге кивнул, не проронив ни слова. Его грозная фигура будто замерла на месте. Мамори, с ухмылкой и лёгким хлопком по плечу рыцаря, окончательно растворился в пустоте, оставив меня наедине с рыцарем.

Я почувствовал, как к горлу подкатил ком. Каге медленно повернул голову в мою сторону, и его горящие красные глаза снова уставились на меня. Я ощутил странное давление, исходящее от него, словно он был не человеком, а самой тьмой, принявшей форму.

– Смотри, не умри, наследник, – его голос был низким и холодным, почти шипящим, словно он предупреждал меня о грядущих опасностях.

Я сглотнул, не зная, что сказать. Слово "наследник" эхом отдалось в моей голове, пробуждая тягостные вопросы, на которые у меня не было ответов. "Наследник... Я? Но кто я такой?"

Каге развернулся ко мне спиной и сделал несколько шагов, растворяясь в тумане и темноте. Его фигура исчезала, оставляя за собой лишь странное ощущение присутствия чего–то гораздо большего.

– Наследник... – прошептал я снова, но уже тише, как будто произнося это слово только для себя.

Мир вокруг меня начал колебаться. Сознание затуманилось. Сначала я ощутил лёгкую слабость в ногах, потом всё вокруг начало плавно рассыпаться, как иллюзия. Тьма поглотила меня вновь, тягучая, словно смола.

Я начал падать, ощущая, как теряю контроль над своим телом, а в голове звучало только одно слово, эхом отдающееся в пустоте:

"Наследник..."

.

.

.

Я медленно открыл глаза, почувствовав, как солнечные лучи пронзают веки и ослепляют меня. Свет был настолько ярким, что я инстинктивно поднял руку, чтобы прикрыть глаза.

– Черт, как же ярко, – пробормотал я, сквозь тяжесть усталости пытаясь сфокусировать взгляд.

Передо мной была палата. Белоснежные стены, резкий запах антисептиков и тихое гудение приборов наполняли пространство. Казалось, весь мир замер, предоставив мне время осознать, где я нахожусь. Тело болело – каждое движение отзывалось тупой, мучительной болью, словно я провел целую вечность в борьбе с чем–то невидимым.

– Что произошло? – тихо вырвалось у меня.

Воспоминания всплывали медленно, как осколки сна, который стремительно ускользал от меня. Темнота, шаги Каге, его горящие красные глаза, слова Мамори… Всё казалось настолько реальным, что это не могло быть просто сном. А что, если это и вправду был сон? Раз так, тогда, что вообще было реальным?

Я оглядел палату. Всё было безмолвно и тихо. Казалось, что я здесь один, но интуиция подсказывала обратное. Постепенно я начал замечать мелкие детали: лёгкий шорох страниц и приглушённые звуки дыхания. Ветер, что проникал через приоткрытое окно, играл с белыми занавесками, заставляя их колыхаться, как волны на море. Несмотря на то, что на улице была осень, погода казалась на удивление теплой.

– О, ты уже проснулся? – раздался знакомый голос.

Этот нежный, но слегка дрожащий голос тут же привлёк моё внимание. Я повернул голову в сторону, откуда прозвучал голос, и увидел девушку, сидящую рядом. Её русые волосы мягко падали на плечи, некоторые пряди скрывали её правый глаз, а оставшиеся легонько трепетали под дуновением ветра. Её голубые глаза смотрели на меня с беспокойством, а в руках она держала книгу. Её тонкие пальцы нервно сжимали и разжимали страницы, как будто она не могла сосредоточиться на чтении.

– Я так рада, что ты очнулся, – её голос дрогнул, когда она говорила. – Аой сказала мне, что ты в больнице, и я сразу поехала сюда. Говорили, что ты был серьезно ранен во время того взрыва, но все обошлось, как я вижу. Я очень рада.

Я слегка нахмурился, пытаясь собрать свои мысли. Всё ещё было как в тумане, но постепенно передо мной начал выстраиваться образ девушки, что сидела рядом. Это была Курисутару Хато – девушка, с которой я познакомился еще в первом году старшей школы. Её лицо, её голос – всё это вернуло меня в реальность, но смешанные чувства и неясность происходящего всё ещё не отпускали.

– Алан? Ты как себя чувствуешь? – спросила она с беспокойством, наклонившись чуть ближе.

Её лицо было таким знакомым и одновременно как будто далеким. Я посмотрел на неё, ещё не до конца осознавая, что сказать. Слова застряли в горле.

– Я… Всё в порядке, Хато. Не переживай, – ответил я слабо, стараясь успокоить её.

Её глаза сразу смягчились, но на лице всё ещё оставалась тень тревоги. Затем, неожиданно для меня, она опустила голову, и её голубые глаза заблестели от подступающих слез.

– Ты… не представляешь, как я волновалась. Ты был без сознания целую неделю… – прошептала она, пытаясь удержать слёзы.

– Неделю? – я не мог поверить в это. – Я был без сознания целую неделю?

В её глазах появилась боль. Хато всегда была эмоционально чувствительной, и видеть её в таком состоянии рвало моё сердце на части. Она закрыла лицо руками, пытаясь сдержаться и не показывать слабость, но вскоре начала всхлипывать еще громче.

– Я... я думала, что больше никогда не увижу тебя! – в её голосе было столько отчаяния, что у меня внутри всё сжалось.

Она резко прижалась ко мне, обняв так крепко, будто боялась снова потерять. Я почувствовал, как её горячие слёзы капают на моё плечо.

– Прости... Это моя вина. – Я пытался успокоить её, но чувствовал, что слова не могли полностью передать моё сожаление.

Её хватка слегка ослабла, и я осторожно обнял её в ответ, гладя по волосам. Она была тёплой, дрожащей, но постепенно её дыхание начало успокаиваться. Я чувствовал её беспокойство и понимал, что это – реальность. Хато была настоящей, её прикосновения, её слёзы – всё это было здесь и сейчас.

– Алан... – тихо прошептала она, не отрываясь от меня.

– Да? – Я прижал её к себе крепче, чувствуя, как её плечи всё ещё подрагивают.

Она медленно подняла голову, её глаза, полные слёз, смотрели на меня с искренней мольбой.

– Обещай мне... что больше никогда не оставишь меня, – сказала она, её голос дрожал. – Что бы ни случилось, мы будем вместе, правда? Ты... ты обещаешь? Я ведь… я ведь… – не сумела закончить фразу Хато, после чего просто уперлась лицом в мою грудь.

Её слова пронзили меня насквозь. Обещание... Я чувствовал, как это обещание будет нелёгким. Всё, что происходило со мной за последнее время – эти странные видения, битвы, наследники – было слишком запутанным. Я не мог полностью понять, что меня ждёт впереди. Но смотреть в её глаза, полные надежды и страха... я не мог отказать ей.

– Я обещаю, – ответил я, стараясь говорить уверенно, хотя сам не был до конца в этом уверен. – Я буду рядом с тобой. Всегда.

Услышав мой ответ, девушка подняла свою голову и посмотрела мне прямо в глаза. Её лицо мгновенно просветлело. Хато улыбнулась сквозь слёзы и снова обняла меня, крепко прижавшись к груди. Её руки, дрожащие от облегчения, обвили меня так, будто она больше никогда не хотела отпускать.

– Спасибо, Алан... Спасибо, что ты жив... – прошептала она, уткнувшись мне в плечо.

Но все же, что это было? Я закрыл глаза, пытаясь восстановить в памяти всё, что произошло. Образы снова начали всплывать в голове. Если со сном все понятно, хотя и сном это нельзя назвать, то я не понимал одного. Как я оказался в больнице? Как…

Точно, Хато сказала, что Аой рассказала, где я нахожусь… Аой… Стоп, взрыв? Может она про… Верно, я вспомнил, та битва.

Я всё пытался собрать свои мысли воедино. Происходящее не оставляло мне выбора, и, несмотря на глубокую привязанность к Хато, я понимал, что не могу подвергать её опасности. Её присутствие в моей жизни – это риск, который она не осознаёт. Воспоминания о той странной битве, о девушке в военной форме и о том, как она хотела меня убить, были слишком яркими, чтобы считать их плодом воображения.

– Как её звали? – бормотал я себе под нос, словно пытался вернуть воспоминание о той роковой встрече.

– Алан? – голос Хато донёсся словно издалека, но я едва ли заметил её.

– Девушка, которая хотела меня убить… – продолжал я, погружаясь в свои размышления.

– Алан, с тобой всё хорошо? – Хато уже звучала более встревоженно, но я был поглощён другим.

– Адо? – пытался я вспомнить её имя, но всё было расплывчатым. – Ода… да, точно, Ода.

– Алан! – голос Хато стал резче, вырывая меня из плена собственных мыслей.

Я поднял взгляд и наконец увидел. Её голубые глаза смотрели на меня с волнением, словно она не могла понять, что происходит у меня в голове.

– Прости, – сказал я, словно извиняясь за всё сразу. – Ты, наверное, права. Мне нужно прийти в себя и слегка отдохнуть.

Хато поднялась со стула с неожиданной решимостью, положила книгу в свою школьную сумку и посмотрела на меня последний раз, прежде чем направиться к двери.

– Я, пожалуй, пойду. Отдыхай, – тихо сказала она.

Я хотел её остановить, но слова застряли в горле. Дверь за ней закрылась, и я остался один в тишине палаты, чувствуя пустоту, которая воцарилась вокруг меня. Её тёплое присутствие исчезло, оставив после себя лишь холод.

Хато… Она всегда казалась мне обычной девушкой. Ничем не выделялась, не привлекала внимание, но для меня она была особенной. Мы встретились случайно, и с тех пор она заняла место в моём сердце. Начало первого года старшей школы. Она тогда была всего лишь незнакомкой, которая пряталась от мира, плача под лестницей, но именно этот момент стал поворотным для нас обоих.

«Полтора года назад»

15 сентября, солнце светило так ярко, что казалось, лето еще не закончилось. Я помню, как хотел скорее вернуться домой, но задержался из–за школьных дел. Когда я выходил из класса, последним из учеников, в школьных коридорах уже было тихо. Спускаясь по лестнице, я вдруг услышал странный звук. Это был хриплый плач – кто–то рядом явно рыдал из-за чего-то.

Я огляделся, пытаясь понять, откуда исходит звук, и вскоре заметил её. Под лестницей, прижав колени к груди, сидела девушка. Я узнал её – она была из параллельного класса, но её имя не вспоминалось. Находясь неподалеку, я чувствовал каждый ее вздох и хрип. Её русые волосы свисали мокрыми прядями, а от голубых глаз было невозможно оторвать взгляд. Она была промокшей до нитки, дрожала от холода и плача, словно мир вокруг неё разрушился.

Лучи солнца пробились через окно, осветив её тонкую фигуру. Когда я подошёл ближе, моя тень заслонила свет, и она подняла голову, заметив меня. Её глаза встретились с моими, и я увидел столько боли в этих голубых глубинах, что не мог просто уйти, оставив ее на произвол судьбы, словно бродячую кошку.

– Что с тобой случилось? – тихо спросил я, надеясь помочь.

Она вздрогнула, явно не ожидая, что кто–то обратит на неё внимание. Ее глаза на миг расширились, но затем снова вернулись в исходное состояние.

– Зачем тебе это знать? – её голос был полон обиды и недоверия. – Хочешь посмеяться надо мной, как и все остальные?

Её слова прозвучали с горечью, но в них было столько боли, что я не мог просто уйти. Я медленно присел перед ней, пытаясь понять, как ей помочь.

– Нет, я не хочу смеяться, – ответил твердо я. – Но я хочу понять, что случилось.

Она слегка наклонилась назад, упираясь спиной в стену, и, посмотрев на меня сквозь слёзы, проговорила:

– Это они. Девочки из моего класса… Они… они сделали это.

Её голос дрожал, но в нём была слышна решимость рассказать правду. Я всё понял. Она подверглась очередной травле. Эти хулиганки давно были известны в школе своим издевательским поведением, и я сразу понял, о ком идёт речь.

– Это ведь не в первый раз, да? – тихо спросил я, понимая, что ситуация была более серьёзной, чем казалось.

– Да… – она едва кивнула, её лицо исказилось от боли.

Я глубоко вздохнул. Девушке действительно нужна была помощь. Просто оставить её здесь в таком состоянии – это было бы неправильно.

– Меня зовут Алан Нала, я из класса 1–Б, – представился я, протянув ей руку. Это, вероятно, звучало слишком пафосно, но мне хотелось сделать хоть что–то.

Она на секунду посмотрела на мою руку с удивлением, но потом снова отвернулась, продолжая сидеть на полу, словно даже не хотела притрагиваться ко мне.

– Так и будешь здесь сидеть? – неосторожно вырвалось у меня.

Она вздрогнула и медленно подняла голову, снова встретившись со мной взглядом.

– Что?

Поняв, что сморозил глупость, я поспешил исправиться:

– Я имею в виду… ты так и будешь сидеть и ничего не делать? Разве это правильно?

Её взгляд всё ещё был настороженным, но она начала слушать. Я отступил на шаг, оказавшись под солнечными лучами.

– Тыне должна просто сидеть, тебе нужно бороться, – продолжал я, хотя сам не понимал, откуда берутся эти слова. – Не давай им возможность унижать тебя, покажи, что ты на много сильнее, чем кажешься.

Её лицо постепенно изменилось. Она больше не выглядела настолько потерянной. В её глазах зажглась искра, и это придало мне сил продолжать.

– Ты не обязана быть смелой всё время, – сказал я. – Но ты можешь показать им, что не сломлена. Если ты покажешь им свою смелось и решимость, они сами отстанут от тебя.

Закончив свою «речь», я повернулся, собираясь уходить, но вдруг почувствовал, как она осторожно схватила меня за край рубашки. Я обернулся.

– Ты ведь Алан, да? – спросила она тихо, с легкой улыбкой на губах. – Красивое имя.

 Её лицо всё ещё было мокрым от слёз, но теперь в её глазах был огонёк надежды. Она представилась:

– Приятно познакомиться, меня зовут Курисутару Хато.

.

.

.

«Наше время»

Спустя некоторое время после моего пробуждения, дверь палаты медленно приоткрылась, и внутрь вошла медсестра. Она была высокой, даже выше меня, и её лицо было весьма симпатичным, но всё же не могло сравниться с Хато, если говорить откровенно. На её лице застыло выражение изумления, когда она увидела меня сидящим на кровати, словно ничего не произошло.

– Г–господин Алан? – она несколько раз моргнула, словно пытаясь убедиться, что не ошиблась, и, потерев глаза, медленно подошла ближе. – И давно вы проснулись?

Её удивление было настолько явным, что я не сразу смог подобрать ответ. Она нервно теребила папку и ручку в руках, словно не знала, что делать дальше. Её шаги были осторожными, как будто она боялась, что при малейшем движении я снова исчезну в небытие. Медленно покачиваясь на месте, она отложила папку на столик рядом с дверью и подошла ко мне ближе.

– Как вы себя чувствуете? – её голос был тихим, но в нём сквозило неподдельное беспокойство. Она начала осматривать меня, дотрагиваясь до разных участков тела, проверяя, не болит ли что–то. Её прикосновения были мягкими, почти невесомыми, но в каждом ощущался профессионализм.

– Да… вроде нормально, – наконец ответил я, хотя мысли всё ещё были разбросаны. Я чувствовал, что мне нужно больше времени, чтобы прийти в себя.

Медсестра, видимо, это поняла, и больше не стала задавать лишних вопросов. В процессе осмотра она взяла у меня анализ крови и слюны, двигаясь ловко и быстро, как человек, привыкший к подобным процедурам. После этого она достала несколько таблеток из маленького контейнера и протянула их мне.

– Это должно помочь вам восстановиться быстрее, – сказала она с уверенностью в голосе. Я взял таблетки и запил их водой, предоставленной заранее.

Спустя некоторое время, медсестра начала обследовать меня. Она проверяла, все ли хорошо с моим восприятия произошедшего, мою психику, рациональное мышление и само состояние моего организма.

Когда все процедуры были завершены, она собралась уходить, но внезапно замерла у двери, словно вспомнив что–то важное.

– Ой, чуть не забыла. Господин Алан, вы ведь знакомы с… – она замялась, её голос был неуверенным.

– Простите, что? – переспросил я, сбитый с толку.

– Я имею в виду Шое, вы должны будете пройти ещё одну процедуру у него. После того как выйдете из палаты, хотя это и не обязательно, – медсестра явно нервничала, её пальцы подрагивали, словно она боялась, что я могу неправильно воспринять её слова.

– Хорошо, – ответил я, всё ещё не до конца понимая, о чём идёт речь, но запомнив её слова.

– До завтра, господин Алан. Ваши результаты будут готовы к утру, – сказала она перед тем, как тихо выйти из палаты, оставив меня в одиночестве.

Процедуры заняли больше времени, чем я ожидал – на часах было уже около пяти вечера. В комнате становилось всё темнее, и через окно можно было наблюдать, как солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая небо в оттенки оранжевого и пурпурного. Я смотрел на этот закат, но из–за странного ощущения мутности в голове всё казалось далёким и нереальным.

Во время процедур я успел спросить медсестру о том, что произошло со мной, на что она ответила, что меня нашла и принесла сюда Аой Факурон. Она рассказала, что в моём районе произошёл взрыв. Всё звучало слишком буднично для того, что я видел. Мой дом был разрушен, но самое главное – бой, в котором я участвовал… Аой победила. Что же тогда стало с той девушкой, Одой? Жива ли она? Я не мог представить, чтобы Аой убила её, учитывая, что они знают друг друга уже много лет, по крайней мере мне так показалось.

Закат за окном становился всё меньше, уходя за горизонт, но мои мысли были туманными и беспокойными. Со временем, от скуки, я начал постепенно вспоминать слова Мамори. Стоит ли мне прислушаться к ним? Весь этот хаос с Аой и Одой… Что вообще происходит в этом мире? Или мне стоит просто расслабиться и попытаться забыть обо всём? Когда время придет, я помогу…

– Тебя что–то тревожит?

Неожиданно я услышал знакомый голос. Я резко обернулся к окну и увидел там знакомую женский образ. Она стояла у самого края окна, её фигуру обрамляли развевающиеся на ветру занавески, а её длинные волосы следовали за движением ветра. Её лицо выглядело уставшим, глаза были полузакрыты, как у человека, не спавшего несколько дней. Моё сердце сжалось от тревоги… Не уж то…

– Аой? – я не мог скрыть удивление.

Она тихо улыбнулась, но в её глазах всё ещё было отчаяние.

– Значит, с тобой всё в порядке, Алан? Я так рада, – её голос был мягким, но я чувствовал в нём скрытую усталость, которая не давала ей покоя.

– А ты выглядишь не лучшим образом, – сказал я, пытаясь как–то разрядить обстановку.

Аой пожала плечами и подошла ко мне поближе, сев на стул рядом с кроватью. Она устало протёрла глаза, затем подняла голову, посмотрев на меня.

– Не волнуйся, я просто слегка переживала за одного человека, – ответила она, сделав акцент на «слегка», как будто хотела убедить и себя, и меня в этом.

– За одного человека? – я усмехнулся. – И ты не спала все эти дни?

Она посмотрела на меня и чуть ухмыльнулась, на её лице промелькнула тень привычной уверенности, а взгляд опустился вниз.

– Так заметно?

– Очень, – я кивнул, изучая её измученный вид.

Аой, шатаясь, опустилась на стул, скрестив ноги и запрокинув голову на спинку стула. Её взгляд устремился в потолок, словно она пыталась найти там ответы на все вопросы.

– Я не спала пять дней, – призналась она. – Всё думала, что кто–то может прийти за тобой.

Я вздрогнул от её слов.

– Ты имеешь в виду Оду? – спросил я, подняв голову.

Аой отрицательно кивнула, закрыв глаза, и устало потянулась, разминала шею, словно накопленная усталость наконец–то начала брать верх.

– Так ты запомнил её имя? – спросила Аой, её взгляд был сосредоточенным, но в голосе чувствовалась нотка интереса.

– Да, пришлось. Мы можем скоро снова встретиться, – я попытался сохранить спокойствие, несмотря на бурю эмоций, бушующую внутри.

– Ты прав, но я уверена, что она не придёт добивать тебя здесь.

Слова Аой вызвали во мне недоумение. Я знал, что Ода не станет искать меня в больнице, но то, что она не собирается меня добивать, казалось странным. Я чувствовал, что здесь не всё так просто.

– С чего ты взяла? – спросил я, не понимая её уверенности.

– Я знакома с ней лучше, чем кто–либо другой. Знаю её слабости и сильные стороны. Алан, она не будет тратить время на поиски тебя здесь. К тому же, ей это просто не интересно, – ответила Аой, её голос был твердым, но в нём сквозила скрытая тревога.

 Я был поражён её знанием. Как это возможно? Я помнил Аой ещё с младшей школы, но не знал, что у неё есть такая связь с Одой. Да и к тому же, как вообще так получилось? Как давно они знакомы? Может, это произошло, когда я уехал? Нужно будет как-нибудь спросить ее об этом, ну и не только об этом. У меня очень много вопросов.

– Тогда зачем ты здесь? – спросил я, пытаясь сменить тему.

 Аой, закончив разминать шею, потёрла глаза и вздохнула. Ее усталость все больше сказывалось на ее действиях и тону голоса.

– Другие маги могли видеть тебя, – сказала она. – И они могли заметить, что ты не обычный человек. Другими словами, ты стал потенциальной угрозой для магов, имея при себе такую силу и тебя нужно ликвидировать, пока не поздно. Само существования таких людей как ты – угроза для этого мира.

– Но я же был без сознания весь бой, – возразил я. – Как это возможно? Да, и что за угроза для мира?

 Аой нахмурилась и села на край стула, глядя на меня с беспокойством.

– Так ты действительно ничего не помнишь? – её голос стал мягче.

– Помнить? А что я должен помнить? – я почувствовал, как страх начинает подниматься.

– Хорошо, – она выдохнула и прищурилась. – Тогда позволь объяснить.

 Она сделала паузу, её взгляд был сосредоточен, а руки нервно перебирали края стула.

– Когда ты потерял сознание, твои внутренние силы вырвались наружу. Это могло быть опасно. Если тебе интересно, то слушай…

.

.

.

К–какого черта?

Стоило Аой закончить рассказ о произошедшим, как меня тут же охватила паника и ужас. Я почувствовал, как моё сердце забилось быстрее.

Из–за меня пострадали люди… Я лишил людей их жилья, их имущества, их жизни…

– К–как так? – я задрожал, и голос дрогнул. – Я ведь мог убить людей…

 Мои руки начали дрожать, дыхание стало частым и прерывистым. Паника охватила меня, и я почувствовал, как мир вокруг меня закручивается.

– Алан, успокойся! – Аой схватила меня за плечи, её глаза были полны беспокойства. – Сначала послушай меня!

Но я не мог её услышать. Мои мысли были в хаосе. Я чувствовал, как теряю контроль над своим телом.

К–какого хрена. Я… что я натворил… Дышать… тяжело.

Я начал чувствовать сильный жар и холод одновременно. Взгляд был затуманен, а тело знобило. Руки судорожно дрожали, ноги онемели, а в горле будто застрял ком. Чувство такое, будто я вот-вот потеряю сознание…

– Алан…

Нет…

– Алан.

Нет…нет…

– Алан!

Внезапно я почувствовал резкую боль – кто–то шлёпнул меня по щеке. Я прикоснулся к месту удара.

– Чего? – я встряхнулся, глядя на Аой, которая стояла передо мной с мрачным выражением лица.

– Алан, успокойся, – её голос был строгим, но в нём звучала забота.

Моё сознание постепенно возвращалось, и я увидел, как Аой села обратно на стул, её руки сжаты в кулаки на коленях.

– Переживать незачем. Пускай и улица была разрушена, но все люди остались живы. Только несколько человек получили ранения, и их жизнь вне опасности, – она старалась говорить спокойно, чтобы успокоить меня. – К тому же, всех успели эвакуировать до того, как ты потерял контроль, так что хватить.

Я глубоко вздохнул, стараясь усвоить её слова. Почти физически чувствовал, как груз с плеч начинает спадать. Я всё ещё был напуган, но Аой была права – это не конец света.

Внезапно девушка взяла меня за руку. Я не ловко вздрогнул, после чего просто поднял голову.

– Алан, – в голосе Аой звучала решимость. – Ты не слаб. Просто твои силы скрыты глубже, чем ты думаешь. Тот инцидент показал, на что ты способен.

Я посмотрел на неё, пытаясь понять, верит ли она в меня или просто пытается успокоить. Её уверенность была заразительна, но мне трудно было поверить в свои же собственные силы.

– Аой… – я начал, но слова не шли.

Аой, словно почувствовав моё состояние, отпустила мою руку и подошла к окну. Я видел, как её взгляд стал отдаленным, и в её глазах отражался закат.

– Пока я не буду уверена, что ты в безопасности, я продолжу за тобой присматривать, – её голос был мягким, но твёрдым.

 Я кивнул, понимая её заботу, хотя внутренне чувствовал, что это сложный и трудный путь.

Стоило мне лишь на секунду отвести от девушки свой взгляд, как та сразу же исчезла, и я снова остался один, окружённый своими мыслями и воспоминаниями.

Моя голова была полна воспоминаний о той трагедии, которая случилась, когда мне было семь… Воспоминания о родителях и младшем брате. Это мы тот самый момент, который и изменил меня и всю мою жизнь. Именно с него все и началось…

Стоило мне поддаться воспоминаниям, как мое сердце сжалось, а дыхание далось тяжко. Глаза горели, но слезы не шли. Я старался успокоиться, но это лишь усугубляла все. Я все больше начал уходить в воспоминания… Однако, в один миг в моем сознании мелькнула одна фраза. Фраза моего отца…

– Чёрт… Прости меня, отец. Я совсем забыл…

Я помнил его последние слова: «Не отпускай руки, Алан. Ты еще можешь встать и изменить все. Просто делай то, что считаешь нужным, а я тебя подержу, ведь я всегда здесь, в твоем сердце. Я всегда рядом». Эти слова звучали в моей голове, и я не мог их забыть. Грудь все сильнее сжалось, пока в один миг все закончилось. Я успокоился, как и всегда…

– Ладно, уже поздно. Мне стоит ложиться спать, – пробормотал я, вытирая оставшиеся слёзы.

На улице уже настала кромешная тьма. Темное небо озаряли лишь яркие звезды и лунный свет.

 Укрывшись одеялом, я закрыл глаза и погрузился в сон. Всё ещё было неясно, но одно было точно – я стоял на пороге чего–то важного, и это будущее я должен был встретить лицом к лицу, кто бы не стоял у меня на пути.

.

.

.

 В темной комнате, освещённой лишь мерцающим светом двух свечей, стоял длинный стол. В центре стола, окружённого тенями, находилось перо с чернильницами, рядом с которым лежали разложенные бумаги. В тишине комнаты, нарушаемой лишь треском пламени, сидел молодой парень в белом одеянии. Его белые волосы были аккуратно уложены, а фиолетовые глаза, казалось, светились от неведомого волнения. Перед ним стояла девушка с серебренными глазами. Она была одета в белую рубашку, голубой пиджак и темные брюки, а её белые волосы были собраны в длинную косу. Кожа её была слегка бледной, придавая её образу некую мистическую ауру.

– Алан? – спросил парень, не поднимая глаз от бумаг.

– Да. Его зовут Алан Нала, он живет на улице "Корако". Сейчас он находится в больнице "Кавамура" в Токио неподалеку от нас, – ответила девушка, передавая сводки и документы.

 Парень кивнул, и она положила бумаги на стол. Затем, сделав лёгкий поклон, она развернулась и вышла через массивную деревянную дверь, которая закрылась за ней с глухим звуком.

 Оставшись один, парень склонился над документами, медленно изучая биографию Алана. Он читал о том, где Алан учился, какие у него были достижения и какие трудности он пережил. На его лице появилось лёгкое удовлетворение, когда он дочитал до конца.

– Алан, значит, – пробормотал парень, улыбаясь. – Интересно, как ты справишься с этим испытанием.

 Он сложил документы обратно на стол и, не скрывая своей удовлетворённой улыбки, сложил руки на груди. В его взгляде был блеск ожидания, словно предвкушение скорой встречи.

– Наша встреча будет довольно скоро. Жду не дождусь этого, – произнёс он, его голос был полон уверенности и таинственного предвкушения.

 С этими словами он вновь погрузился в раздумья, освещённый только мерцанием свечей и с глубоким чувством предстоящих событий.

.

.

.