Интерлюдия

Глава 10: Интерлюдия

Не дожив до своего 17-летия, Камисиро Фуука использовала свою силу Спасительницы, но в конечном итоге не смогла достичь цели — полностью стереть все Греховные Цветы и очистить грех человечества. Тем не менее, ей удалось продлить жизнь Земли. То, сколько именно времени было нам дано, всё ещё исследуется, но этот результат явно не был оптимальным и не оправдал надежд большинства. Конечно, её жертва была не совсем напрасной. Все Греховные Цветы, бродившие по Кюсю, были уничтожены, что позволило избежать множества жертв. Благодаря этому члены Голгофы и Искариоты сумели уцелеть. Однако многие восприняли действия Спасительницы как бессмысленную атаку, и их охватила ярость. Естественно, стрелы критики были направлены на меня, но командующий Тэнноудзи Угэцу мгновенно заглушил все эти голоса.

Для этого было две причины. Во-первых, моя сила и способности как пользователя теней резко возросли. Сила Искариотов питается яростью и утратой. В тот день я снова потерял нечто важное. И поскольку я находился в непосредственном контакте с плотными миазмами Греховного Цветка, появляющегося раз в несколько сотен лет, я оказался наиболее удалён от законов Бога во всём человечестве. Из-за инцидента в Кюсю одно место среди 13 Апостолов освободилось, и его предоставили мне в рамках подготовки к защите следующего Спасителя.

Вторая причина не была обнародована — а именно, то, что мне стало известно о том, что происходило за кулисами событий в Кюсю.

---

Поскольку я был освобождён от любого возможного наказания, то немедленно направился на встречу с командующим. Естественно, не для того чтобы поблагодарить его за защиту. Я хотел узнать правду.

— Командующий!

— …

Увидев, как я врываюсь в комнату, движимый яростью, он нахмурился, и на его лбу залегла глубокая складка. Он не выглядел слишком удивлённым.

— !

Даже это расчётливое выражение лица вывело меня из себя настолько, что я смахнул со стола все документы.

— …Чем я могу помочь вам сегодня, Кагэяма Рин?

— Мне нужно кое о чём вас спросить. — Я перегнулся через стол, глядя на командующего со злостью. — Всё это… было по вашему плану?

Всё время, пока я был заперт под штаб-квартирой после инцидента в Кюсю, я думал о словах Фууки. Было много намёков. То, что сказал Мидзуцуки Сион. Неестественные действия организации и то, о чём мне рассказала Фуука. Другие вещи привлекли моё внимание, но больше всего выделялся разговор между Мидзуцуки Сионом и командующим, который подслушала Фуука. У неё не было намерения идти к командующему, она только хотела высказать Мидзуцуки своё мнение. Но когда он не пошёл на уступки, она направилась в кабинет командующего. К тому времени Мидзуцуки уже добрался туда и как раз забыл закрыть за собой дверь. В идеальный момент, когда Фуука оказалась рядом, чтобы подслушать, он раскрыл её прошлое — это было слишком удобно.

Даже если это было совпадением, всё равно выглядело странно. Командующий мог предупредить Мидзуцуки не поднимать прошлое Фууки, но он не остановил разговор вообще. Были бы лучшие методы, если бы он хотел заставить его замолчать. А что, если всё это было планом, чтобы заставить её подслушать? Что, если он с самого начала планировал, чтобы она сбежала? Именно поэтому они просто позволили нам уйти. Именно поэтому наблюдали за нами, вместо того чтобы задержать. Но зачем позволять ей сбегать? Скорее всего…

— Вы знали, да? Что один человек никогда не сможет пожертвовать своей жизнью ради блага всех остальных. Вот почему вы предоставили ей мотив спасти мир.

И меня выбрали по этой причине. Конечно, я не думаю, что всё шло точно по их плану. Возможно, был шанс, что меня не выберут, и любое небольшое различие в прошлом могло привести к другому исходу. Но когда они увидели, что Фуука и я достаточно сблизились, они приступили к финальной части плана — позволили нам сбежать.

— Учитывая цель организации, я понимаю вашу причину пытаться быть доброжелательным к девушке… Но разве вам действительно нужно было заходить так далеко? Она уже была счастлива проживать свои последние дни как ученица. Если бы вы не разрушили тот послефестиваль, всё могло бы сложиться…

— Что один из вас двоих признался другому, и затем вы начали встречаться по-настоящему? — Командующий прервал молчание и закончил мысль, которую я собирался высказать.

Судя по его тону и отношению, моя догадка, вероятно, была близка к истине.

— Естественно, у нас были готовы планы на случай, если события пойдут в этом направлении… Однако нам не нужна была обычная любовь между вами двумя. Нам нужна была любовь на всю жизнь, ставшая достаточно сильной, чтобы вы были готовы рисковать жизнями друг за друга.

— …

Несмотря на высокопарные слова, которые использовал командующий, я чувствовал лишь ледяной холод в своём опустевшем сердце.

— Несчастье, вред, трагедия — вы двое преодолели все эти трудности, и это породило расцветающую любовь.

— …

Осознание, что мы с самого первого дня танцевали под их дудку, вызвало во мне желание разрушить всё это место, но я едва сдержался.

— И из-за этого… она умерла, знаете ли?

— Конечно, не всё пошло по плану. Обидно, что мы потеряли её. — Командующий спокойно возразил, глядя на меня холодным взглядом.

— Однако… вы и сами должны были понимать. Поскольку она родилась Спасительницей, у неё был выбор: либо умереть одной, либо умереть вместе со всем человечеством.

— Это…

Это была абсолютная правда. У неё никогда не было иного выбора, как и у всех нас. Каким бы ни был её путь, он всё равно вёл к смерти. И это было не то, что командующий или я могли изменить. Пока я пребывал в растерянности, не зная, как возразить, командующий покачал головой, словно выражая мне сочувствие.

— И если существовали только эти два пути, то мы оба заставили её выбрать один из них, вы так не думаете?

— Что?

— Точно так же, как я был готов пожертвовать одной девушкой ради мира, вы были готовы отдать приоритет её короткой жизни над остальным человечеством.

— …

Всего несколько секунд назад я намеревался убить этого человека, но теперь медленно разжал сформированный кулак. Даже если Фууке было суждено умереть через год, причина её смерти лежала на командующем. Однако он всё равно взвешивал судьбу всего мира против жизни одной девушки. Даже те, кто был против её долга как Спасительницы, не могли увидеть ничего за пределами этого базового уравнения. Если бы командующий принадлежал к группе, сделавшей этот выбор без какой-либо заботы о девушке, я бы не колеблясь убил его. Однако он уважал обе стороны и всё равно выбрал первую. Точно так же, как я выбрал вторую.

— Вы…

Он также солгал о том, что якобы убил родителей Фууки?

— …Нет, неважно.

На мгновение я подумал, что он просто пытался изобразить злодея, но оставил эту мысль при себе. Это был результат сделанного выбора, но она была обречена с самого начала. У меня нет никакого права возлагать вину. Я просто отвел взгляд от командующего и покинул комнату.

---

— Ах! Рин-сама!

Когда я вышел из комнаты, рыжеволосая девушка подскочила с пола и бросилась ко мне, словно щенок.

— Вы закончили разговор?

— Да.

— Это заняло довольно много времени. О чём вы говорили?

— …Не твоё дело.

— Уга-а-ах!

Я грубо отстранил её, когда она закричала и затопала ногами.

«…»

Я попытался просто уйти, но она не отставала и погналась за мной с криками: «Подожди меня!» Её зовут Анемона. Она появилась в день исчезновения Фууки. Хотя, пожалуй, это не совсем верно. В конце концов, она не совсем живая. Она — часть силы Спасительницы Камисиро Фууки, отделившаяся прямо перед её смертью, словно мираж или след, оставленный в моём сердце. Её облик, этот след, похож на форму моего сердца — по сути, она отражает мой идеал. По этой причине внешность Анемоны сильно напоминает Фууку, но при этом у неё нет её воспоминаний. Однако она несла в себе то же сердце, и поэтому испытывала ко мне привязанность.

Её имя «Анемона» было единственным, что она знала с самого начала. Полагаю, Камисиро Фуука имела к этому какое-то отношение. Так же, как она не является живым существом, у неё, строго говоря, нет жизни. Она существует как концепция в моём сердце. По сути, она — непостоянное существо, которое исчезнет в тот миг, когда мои чувства к Камисиро Фууке угаснут. Пока я продолжаю любить Фууку, Анемона останется «живой».

— Рин-сама, Рин-сама, у вас есть время после этого? Если возможно, я бы хотела, чтобы мы куда-нибудь сходили…

— Заткнись. У меня нет времени.

— Агх! Тогда хотя бы позвольте проводить вас, пока вы не уйдёте!

— Мне это не нужно.

— Так нельзя!

— …

Видя её невинную и сияющую улыбку, я вынужден был напоминать себе, что она не Фуука. Её лицо может быть похожим, но именно поэтому оно казалось мне таким чужим. Всякий раз, когда она улыбалась, я чувствовал острую боль в груди, сводящую с ума. Какого чёрта Фуука оставила после себя Анемону? Она ушла, ничего не объяснив, и я не могу угадать её мотивы.

— Рин-сама!

— Не тяни меня за руку.

Я знаю, что у Анемоны есть способности, довольно полезные для поддержки, но ей нужно оставаться рядом со мной, чтобы использовать их, так что мы всё это время были вынуждены работать вместе. Я думал просто оттолкнуть её навсегда… но она не найдёт места для жизни вне Голгофы. Если я откажусь от неё, она просто будет страдать. Итак, с самого начала и до конца у меня никогда не было выбора.