Кровавый след.

Я не стала задавать вопрос о том, почему он не забрал топор. Вся голова была заполнена мыслями о болезненной ране на ноге. Кровь всё еще стекала на дорогу, оставляя за собой тоненькую красную нитку, будто художник делает осторожные, но небрежные завершающие мазки на холсте, при этом немного пачкала его руку, которой тот поддерживал мои ноги. И нёс меня на руках так легко, словно держал свою невесту. Его глаза смотрели куда-то вперед, но куда именно, я не видела.

Однако вскоре это изменилось. За небольшим деревом с густой листвой и множеством веток стоял его джип, судя по всему. Ступая по траве, его ботинки тихо ломали ветки, создавая успокаивающий треск. Мне так нравилась эта песня, которую исполняла природа: легкий ветерок, который играл с моими черными волосами, завязанными в хвост, шелест листвы и треск сучьев под ботинками парня.

Он аккуратно опустил меня на землю так, чтобы я стояла на ногах, при этом одной рукой всё еще придерживал за плечи. А второй рывком потянул за ручку джипа, и его дверца со скрипом открылась. Парень помог мне сесть спереди, рядом с водительским сиденьем, устраивая поудобнее. А после с громким хлопком закрыл дверь, обошёл спереди машину и сам сел на место водителя. Машина завелась быстро и сразу. Как часто он её чинил?

Джип рванул мгновенно, не набирая постепенно скорость, что заставило меня прижаться к спинке сиденья. Но когда он уже поехал прямо и по ровной дороге, не сильно раскачиваясь из стороны в сторону, я снова могла позволить себе удобно сидеть. Острая боль в ноге сменилась тупой, что начало сводить меня с ума, вместе с постоянным зудом и страхом, что инфекция может проникнуть в мой организм через рану. Мои глаза наблюдали за кровью, которая уже образовала маленькую лужицу под ботинком. Эта картина заставила меня поморщить нос и нахмурить брови. Моя реакция на красную жидкость и рану на ноге не ускользнула от внимания парня, который всё это время смотрел на дорогу. Почему-то перед тем, как что-то сказать, у него появилась легкая ухмылка.

- Извини, бинтов не взял, - небрежно извинился он за свою невнимательность, - но не волнуйся, моя база недалеко. Приедем — обработаем рану.

Он выглядел слишком довольным, говоря об этом. Кажется, именно такими довольными я представляла пиратов в детстве, когда те находили сокровища, которые долго и нервно искали. Почему мне вдруг вспомнились все книжки про пиратов, которые читала когда-то?

- Как тебя зовут? - после немного длинного молчания задала вопрос я, вспомнив, что не знаю его имени.

- Неужели не узнаешь главного красавчика этого города? - приподняв одну бровь, он посмотрел на меня и самодовольно улыбнулся. - Ну оно и понятно. Я настолько неотразим, что ты ослепла от моего сияния, верно?

- Ах да, припоминаю, - с сарказмом вздохнула я и закатила глаза как можно выше, - твоё имя — Идиот. Как же могла забыть.

- Ха-ха, ты жестока. Раните в самое сердце, миледи, - будто специально стараясь меня задеть, он давал мне странные прозвища, - Дэмьян я. Ударение на первый слог.

- Я Суа, — коротко представилась я, не обратив внимания на его многословность и старания вызывать у меня какую-либо реакцию.

- Красивое имя для красивой девушки, - он снова усмехнулся про себя, сказав эту фразу, а после продолжил, но уже более спокойным тоном, - знаешь, ты первая, кого я встретил за последние полгода в этом аду. Как тебе удавалось скрываться всё это время?

- Ты тоже первый человек, которого я увидела, начиная с момента, когда эпидемия захватила весь мир, - призналась я в ответ, переведя взгляд на окно, - мне приходилось прятаться. То тут, то там. Даже не помню, когда в последний раз нормально спала.

- Ясно. Ну, у меня не хоромы, но спать явно где найдется. Ты, должно быть, счастлива. Будешь видеть такого красавчика, как я, каждый день, - самоуверенно произнес он, и мне даже показалось, что вокруг него образовалось сияние. Неужели настолько уверен в себе?

Я ничего не ответила. Самооценке Дэмьяна можно было только позавидовать, особенно в наши дни, когда никто даже не обращает внимания на внешность. Его самоуверенность даже раздражала, особенно если знать, что она обоснована. Даже в помятой старой одежде, с потрепанными волосами и ссадиной на лице под глазом, он был привлекателен. Было в нем что-то, что в мирное время заставило бы девушек толпами бегать за ним. Или так и было?

Дэмьян не соврал. Через минут пять мы подъехали к полуразваленной многоэтажке с закрытой железной дверью. Практически все окна были выбиты, и несколько осколков лежали на земле. И в какое ни глянь, в каждом из них кроме темноты ничего не было видно. А солнце уже пряталось за здание и, будто от стыда, окрасило небо в теплые рыжие и даже пурпурные тона. Его база находилась здесь? Поверить не могу, что не заметила с самого начала тут чье-то убежище, при этом уже успела обойти практически весь город вдоль и поперёк, когда искала пропитание. И пока я размышляла над этим, парень энергично вылез из машины, обошел ее спереди и открыл мне дверь, которая открылась с откровенно громким скрипом, предлагая свою руку. Принимая от него помощь, моя ладонь потянулась к его. Но как только они скрепились, он потянул меня к себе и взял на руки, как держал до этого, когда забирал с того места.

- О таком предупреждать надо! - воскликнула я, приходя в шоке от неожиданности его действий. При этом мои руки уже инстинктивно обвили его шею, удерживая равновесие.

- Прошу прощения, но ты такая легкая. Я не рассчитал силы, - рассмеялся он из-за моей реакции.

И опять парень нёс меня, будто я ничего не весила. Его шаг был энергичным и быстрым, при этом качков почти не было. Как если бы ты плыла на лодке по тихой речушке, поверхность которой украшали маленькие волны.

А между тем на улице уже темнело. Меня понемногу начинала накрывать беспокойство по поводу этих тварей. Это заставило мои губы поджаться, а глаза бегать из стороны в сторону в поисках потенциальной опасности для наших жизней. Но посмотрев на парня я заметила, что он вообще ни о чем не волнуется. О чем он думает?

Со стороны это выглядело так, как если бы маленький мальчик принес домой уличную черную кошку. Пока он заботливо нёс меня в свою базу, моя голова не переставала вертеться по сторонам, одновременно ища возможную угрозу и с интересом оглядывая всё вокруг. Он ногой открыл входную железную дверь, которая открывала проход на лестничную клетку заброшенного подъезда. В нос ударил запах сырости и пыли, но почему-то не такой навязчивый, каким был в супермаркете.

Войдя внутрь, он закрыл дверь ногой так же, как и открывал. При этом хлопок от удара был громче, заставив меня снова поморщится. Дэмьян поднимался по лестнице прямо до последнего пятого этажа. Я слышала по его дыханию, что давалось это ему немного тяжело, но не настолько, чтобы сильно запыхаться. Дойдя до последней квартиры, он ударил ногой по двери, открыв ее и быстро войдя, успевая до того, как она сама закроется. Здесь неприятный запах сырости и пыли заканчивается.

Он дошел до гостиной и положил меня на диван. На удивление диван не был таким жёстким или сильно пыльным, как мне казалось сначала. Мягкий и относительно чистый, какой и была мебель до начала катастрофы, охватившей практически весь мир.

- Посидите пока здесь, миледи. - Слегка поклонился он мне. Я что, в театре? - Сейчас принесу чем обработать и перевязать рану.

С этими словами он ушел куда-то в другую комнату. Я лишь фыркнула тихо, про себя вспоминая его глупый жест, который видела лишь в театрах и представляла, читая книги про средневековье.

Квартира не была маленькой. Наоборот, очень даже большой. И, вероятно, ужасно дорогой, если судить по оставшимся вещам: выключенная плазма, покрытая пылью, склеенная, видимо, суперклеем, белая ваза и засохшие цветы в ней, широкий и высокий стеллаж с книгами и парой фигурок животных. Люстра сверху была уже не в таком хорошем состоянии: большая часть драгоценных камней на ней уже не было, но всё же свою красоту она сохранила. Даже проигрыватель пластинок здесь имелся. Сколько это все стоило бы в мирное время?

Пока я размышляла над красотой и стоимостью этой квартиры, Дэмьян уже вернулся с аптечкой, которую держал в одной руке и стаканом воды в другой.

- На, попей. Ты, должно быть очень устала за сегодня, - с улыбкой на губах, которая, как мне казалась, никогда не сходила с его лица, он протянул стакан воды. Когда я приняла его, парень присел на корточки, кладя аптечку на диван. Он осматривал мою рану, а когда закончил с осмотром, покачал головой, - как ты умудрилась так пораниться? Прыгать не умеешь?

- Пошел к черту, - колко послала его я сразу, как только услышала некий упрек в свою сторону, - всего лишь споткнулась.

- А так кричала, что думал, у твари голова взорвется, - пошутил он и сам рассмеялся. Выглядело это глупо, как по мне.

Я быстрыми глотками выпила стакан воды. До того, как он предложил мне его, я даже не осознавала того, как сильно была обезвожена. Ужасно хотелось пить, а от ощущения прохлады, которая теперь растекалась по всему телу, с моих губ сорвался удовлетворённый выдох. Но не успела я полностью расслабиться, как почувствовала новую острую боль в своей раны. Это вызвало у меня громкий стон, а тело было готово согнуться в три погибели. Посмотрев на ногу я заметила, что парень уже начинает ее обрабатывать, и сейчас протирает мокрой тряпкой, чтобы убрать кровь.

- Больно! Предупреждать надо уметь, - выругалась на парня. Мне хотелось его даже поколотить за такое, но это было бы уже слишком.

- Тише-тише, не надо так кричать.

- Легче мне от этого не станет.

- Зато я не останусь глухим.

- Ты!... - не успела я договорить еще что-то от возмущения, как он снова провел мокрой тряпкой по ране.

В этот раз я была готова и просто прикусила губу, чтобы не кричать. Но боль постепенно уходила. А парень, видимо, подметил мою первоначальную реакцию на его действия и потому стал мягче прикасаться тряпкой к коже. Мысленно я была ему за это благодарна. Но мне было известно, что скоро должно стать еще больнее и уже готовилась к предстоящей агонии. Я откинулась на мягкую спинку дивана, прикрыла глаза и тяжело дышала. Удивительно, что частое дыхание могло действительно уменьшить боль. И плевать хотела, если после этого Дэмьян будет поддразнивать меня из-за моей реакции.

Послушав мои возмущённые возгласы после промывки кожи от крови, парень достал перекись и стал заливать рану. В мгновение ока средство зашипело и постепенно стала подниматься пенка. Ну а мне приходилось терпеть адскую боль, сжав кулаки до такой степени, что побелели костяшки пальцев и казалось, сейчас ногти порвут кожу. В первый раз стон боли все таки не удалось сдержать. Однако голова была слишком заполнена агонией, что я даже не заметила этого.

Спустя час, который по ощущениям длился как сутки, парень наконец закончил с заживлением раны. И я была поражена проделанной работой: на неё были наложены швы, и притом такие аккуратные, что я бы не удивилась, если бы он заявил, что является сыном хирурга. А сверху замотал ногу в медицинские бинты, которые уже в первые минуты ношения впитали немного крови, показывая красные пятна на белой повязке.

- Готово, - он наконец встал на ноги и поставил руки в боки, смотря на меня с улыбкой, явно довольный своей работой, - теперь главное, чтоб наша принцесса 3 недели минимум никуда не ходила.

- 3 недели?!

- Ну если хочешь, можешь выйти прямо завтра. Правда, не уверен, что вообще встанешь, - с сарказмом произнес он, унося с собой маленькое ведерко, в которой вода уже давно смешалась с кровью, окрасившись в темно-красный оттенок.

Возражать ему не стала, ведь и сама прекрасно понимала, что навряд ли смогу хотя бы ходить ближайшие несколько дней, что уже говорить о вылазках в город для поисков пропитания. Я слышала, как тот смывал воду в раковину на кухне, тихие его шаги и даже как тот что-то то напевает себе под нос.

Дэмьян вернулся быстро, сев рядом со мной. При этом все еще мычал какую-то то незнакомую мне мелодию. Это меня удивило. Как можно петь, когда вокруг происходит полная катастрофа?

- Почему ты поёшь? - спросила я, слегка наклонив голову в бок.

- Я подумал, что принцессе нравятся песни, - закончил он напевать мелодию и ответил на мой вопрос. Эта улыбка на его губах... Казалась мне теперь загадочной, будто о чём-то то задумался.

- Что-то не вижу принца, - с сарказмом ответила я.

Ответом мне был лишь его непринужденный смех, который эхом отдавался в пыльных стенах с отклеивающимися по кусочкам обоями, обнажая белую шероховатую шпаклёвку. Я никогда не видела людей, которые могли бы вести себя так спокойно и даже расслабленно, пока снаружи уже снуют тут и там твари. Но тут смех прекратился и он пальцем стер слезу с уголка глаз, которая уже проступила от его смеха. И парень наклонился чуть вперёд, подставив ладонь под подбородок.

- Скажи, принцесса, сколько тебе лет?

Сначала мне не хотелось ему отвечать, все еще раздраженная из-за того, как тот называл меня, при этом зная мое имя. Но всё же решилась ответить.

- 17 лет, - пришлось мне признаться, - когда весь этот кошмар начался, я была выпускницей школы и готовилась к экзаменам. А тебе сколько?

- Старшеклассница, значит, - приободрился почему-то то он, - да мы с тобой одногодки, принцесса! Мне тоже 17. Да уж, не ожидал, что найду в этом мире школьницу, хах.

И снова смеется. Но уже как то ликующе, приободренный этой новостью.

- Хочешь продлить себе жизнь смехом? - с сарказмом в голосе спросила я, - да и какая разница. В непростое время это почти не имеет значение.

- Без смеха жизнь была бы скучнее, - уверенно заявил мне парень, - вот представь: проживать каждый день без песен, улыбок, смеха. Это же просто тоска смертная!

- Странно, я пока не умерла, - вырвалось у меня сразу после того, как тот стал объяснять свое поведение.

- И это отлично! Такой принцессе нельзя умирать. По крайней мере, пока всё это не закончится, - сказал он веселым тоном, положив руку мне на голову, словно разговаривал с ребенком. Не обратив внимание на мой дикий и раздраженный взгляд от этого жеста, Дэмьян продолжил, - ты устала. Ложись спать здесь.

- Но...

- Да брось ты. У тебя теперь есть супер-сильный и очаровательный компаньон. То бишь, я.

На счет его силы спорить не стала. Он поднимался до пятого этажа, неся меня на руках и только глубоко дышал. Поэтому, послушав его совета, я легла на бок, положив голову на мягкую подушку дивана.

Глаза закрывались сами собой, а разум медленно мутнел. Я переставала что-либо слышать и будто опускалась на самое дно океана. Почему-то ощущение другого человека рядом давало мне больше спокойствия и уверенности, что всё будет в порядке и мой сон в безопасности. Сновидения приняли меня в свои теплые и сладкие объятия, которые оказались крепче чем я думала. Однако, перед тем, как полностью уснуть, почувствовала чьё-то присутствие рядом, а после, как что-то укрывает моё тело. Я почувствовала, как заснула сразу, как только одеяло дошло до моих плеч, а тихи шаги стали отдаляться и затихать.

Тишина. Не гнетущая, не звенящая. Это была долгожданная тишина, которой я так давно не ощущала.