Прекрасная студентка по обмену не хочет, чтобы её забирали
Глава 7: «Прекрасная школьница не хочет, чтобы ее увели»
(Приятного чтения)
— Никогда не думал, что действительно проиграю... — среди шума вокруг нас после игры Акира протянул мне руку с неописуемой улыбкой. Я был слишком вымотан, чтобы подняться сам, и с благодарностью принял его помощь, чтобы встать с земли.
— Я не могу считать это победой, если выиграл у тебя, когда ты был не в лучшей форме, Акира.
— Нет, настоящий нападающий должен вести свою команду к победе, несмотря ни на что. Сегодняшний матч заставил меня понять, почему меня до сих пор не выбирают в национальную сборную.
Его способность забивать голы может быть одной из лучших в стране, но его дриблинг пока не соответствует мировым стандартам. Без игроков, которые могли бы использовать его сильные стороны, как в его нынешней команде, ему сложно добиться победы. Однако если бы он был в национальной сборной, там были бы игроки, способные раскрыть его потенциал. Возможно, его не выбирают из-за недостатка общих навыков — решение, которое принимает тренер национальной сборной.
Хотя я верю, что у Акиры есть талант, чтобы попасть в национальную сборную, я не могу отвечать за решения тренера.
— Я уверен, что ты сможешь попасть в национальную сборную, Акира. Продолжай в том же духе.
— А... Эй, Акихито.
— Что?
— Сегодня, играя против тебя, я кое-что осознал. Ты действительно должен играть в футбол. Как насчёт того, чтобы снова вместе присоединиться к команде? — Акира посмотрел на меня с серьёзным выражением лица. Это было сказано явно не на шутку. Но для меня...
— Извини, я не планирую возвращаться в футбол.
— Это из-за чувства вины?
— ...Ну, до недавнего времени я действительно так думал. Но сейчас я смотрю вперёд, и причина совсем другая. Для меня есть нечто более важное, чем футбол. Без желания посвятить себя полностью, я не смогу стремиться стать профессионалом.
Самое важное для меня сейчас — это Шарлотта и маленькая Эмма. Я не променяю время, проведённое с ними, ни на что другое. К тому же, если я снова займусь футболом, я скорее стану поддерживать и развивать талант Эмма. У неё куда больше способностей и потенциала, чем у меня.
— Понял, тогда ничего не поделаешь, — Акира улыбнулся чуть грустно, но, кажется, понимает меня.
— Извини за это.
— Всё в порядке, чувак. Но эй, оглянись, — Акира жестом указал на окружающих нас учеников, и я перевёл взгляд на тех, кто наблюдал за нами. И тогда…
— Аояги, Сайонджи, это было так круто…!
— Поздравляю с победой, вы все были потрясающими!
— Раньше ты меня раздражал, но теперь я немного изменил своё мнение!
— Этот матч был слишком хорош для школьного спортивного дня!
— Аояги-сэмпай, пожалуйста, встречайтесь со мной~!
К моему удивлению, вокруг звучали слова восхищения. Похоже, мне удалось изменить мнение окружающих обо мне. Хотя среди них проскальзывали неподобающие комментарии, я предпочёл их проигнорировать. Пока я удивлялся реакции толпы, ко мне подбежала знакомая сереброволосая красавица.
— Я не буду мешать, догоню тебя позже, — сказал Акира, отходя в сторону, будто уступая ей место. Нет, ну… Серьёзно, я должен ловить её прямо перед всеми этими людьми?
— Акихито…!
— Ого, Шарлотта…! — К моему удивлению, обычно застенчивая девушка бросилась в мои объятия. Она смелая, раз делает такое на глазах у всех.
— Ты был таким крутым… действительно, невероятно крутым…
— Шарлотта, я весь в поту…
— Мне всё равно. Как и Эмма… нет, даже больше, чем Эмма, я тебя очень сильно люблю, — сказав это, она крепче прижалась ко мне. Её смелое признание вызвало некоторое подшучивание со стороны толпы, но негативных комментариев почти не было. Скорее, это выглядело как общее радостное празднование.
— Спасибо, я тоже тебя люблю, — прошептал я Шарлотте на ухо так, чтобы услышала только она. Она слегка вздрогнула, вероятно, от щекотки, но я надеялся, что она простит меня за это. Мы обнимались перед всей школой, и я сам чувствовал себя довольно неловко.
— Ах, серьёзно, вы двое, найдите для своих нежностей другое место. Всему своё время и место, — прервала нас Мию-сенсей, подошедшая с крайне недовольным видом. Услышав это, Шарлотта тут же отошла от меня, смущённо опустив взгляд.
— Вы первые, кто стал обниматься перед всей школой?
— Честно, Шарлотта, вы такая смелая!
— Симидзу!? Это ведь ты меня подтолкнула к этому, да!?
— Я просто сказала пойти и поблагодарить его, я ничего не говорила про объятия~ — Симидзу отвернулась с хитрой улыбкой, явно понимая, что сделала. Благодаря ей, Шарлотта теперь застенчиво прятала лицо на моём плече.
— Ну что ж, молодец, Аояги. Такое редко бывает, чтобы вся школа признала кого-то. Возможно, немногие открыто будут тебя хвалить, но, похоже, большинство всё-таки начали уважать тебя больше.
Это было очевидно по подшучиваниям вокруг. Раньше я ожидал услышать только язвительные замечания, но теперь это были тёплые и ободряющие слова. Удивительно, как сильно могут измениться высказывания в чей-то адрес в зависимости от того, как человек проявил себя.
— Мы могли бы на этом закончить, но… раз уж внимание к тебе уже привлечено, почему бы не сделать ещё один шаг? — с хитрой улыбкой сказала Мию-сенсей. Мне было любопытно, что она задумала. Тут Шарлотта внезапно взяла меня за руку и повернулась к ученикам, наблюдавшим за нами.
— Э-э, все, пожалуйста, послушайте…! — громко позвала она, и шум на поле внезапно стих. Что она собирается сказать…? Я не знал, что делать, и просто молча смотрел на неё. — Я знаю, что в школе говорят разное! Я понимаю, что могут быть те, кто не может это принять, и это неизбежно! Но Акихито очень добрый и замечательный человек, он невероятно трудолюбивый! Я люблю его за всё, что он есть, и поэтому надеюсь, что все смогут признать наши отношения!
— Ш-Шарлотта…
— Пожалуйста!! — Пока я растерянно стоял, Шарлотта глубоко поклонилась. И я, сам того не осознавая, тоже поклонился вместе с ней. Затем—
Громкие аплодисменты раздались по всему полю, охватив его целиком. Казалось, что все готовы нас принять. Более того—
— Шарлотта, я болела за вас с самого начала!
— Вы такая идеальная пара, так что не переживайте!
Девушки вокруг выражали свою поддержку, и я заметил, что стоявшая рядом Шарлотта-сан прослезилась.
— Похоже, после этого никто не попытается вам помешать. Естественно, пока вы не переходите границ, я тоже ничего не скажу. Поздравляю вас.
— Поздравляю, Шарлотта, Аояги
Мию-сенсей и Симидзу, стоявшие рядом, тоже поздравили нас. После этого мы с Шарлоттой вернулись в класс под нескончаемые аплодисменты.
◆
— Я действительно благодарен за то, что в моей жизни есть такие замечательные люди, — с улыбкой сказала Шарлотта, пока мы шли домой после спортивного дня. Я чувствовал то же самое — благодарность к Мию-сенсей, Акире и всем остальным, кто помог нам пережить эту непростую ситуацию. Без них всё могло бы стать гораздо сложнее.
— Нам действительно нужно будет поблагодарить их. Кстати, куда мы сейчас идём?
Шарлотта упомянула, что хочет куда-то заглянуть по пути домой, поэтому мы свернули с привычной дороги. Она посмотрела на меня, слегка извиняясь.
— Я знаю, что не должна была делать это сама… но я просто не могла оставить всё как есть… Поэтому, Акихито — ты мог бы поговорить с ней как следует? — Пока она говорила, её взгляд направился туда, где стояла Косака. Я этого совсем не ожидал. При всей своей доброте, я и подумать не мог, что она захочет стать посредником между мной и Косакой…
— Э-э, Беннет-сэмпай…? Я этого не просила… — Она тоже выглядела озадаченной и растерянной. Она могла бы отказаться от приглашения Шарлотты, но её добросердечность, вероятно, не позволила ей этого сделать. Несмотря на то, что её часто неправильно понимают из-за поведения в школе, Косака на самом деле довольно добрая.
— Но у тебя точно есть что-то, что ты особенно хотела сказать Акихито. Из того, что я слышала от Сайонджи, я не думаю о тебе плохо, Косака. Поэтому я считаю, что лучше будет, если ты выскажешься открыто и прямо.
— Это… — Косака бросила взгляд на моё лицо. У неё наверняка были вещи, которые она хотела обсудить. Сейчас, вдали от школы и без посторонних, никто не сможет нам помешать. Даже если я не знаю её намерений, если ей есть что сказать, я должен её выслушать.
— Можешь говорить всё, что у тебя на душе. Я не убегу и не спрячусь.
— ……
Когда я посмотрел прямо на неё, она неловко встретилась со мной взглядом. Казалось, что внутри себя она боролась с решением — говорить или нет. Мы с Шарлоттой терпеливо ждали её ответа. И наконец…
— Почему… почему ты не посоветовался с нами…? Почему ты всё нёс на себе один…? — Голос Косаки дрожал, когда она заговорила о наших днях в средней школе. Возможно, так же, как я был связан теми событиями, они затронули и её.
— Потому что я был слабым. Я боялся положиться на кого-то.
— А теперь всё иначе…?
— Я не могу сказать, что стал сильнее, но теперь я не буду держать всё в себе. Я понял, что, замыкаясь и никому не говоря, я лишь делаю тех, кто вокруг, тревожными и несчастными.
— Ты… уже оставил прошлое позади…?
— Да, благодаря тому, что Шарлотта была рядом, Акира и все остальные в школе, — ответил я.
— Вот как… Это хорошо… — Косака, с глазами, наполненными слезами, мягко улыбнулась, словно испытывая облегчение. Кажется, Акира и я могли кое-что неправильно понять.
— Я знала, что из всех, кто пострадал из-за случившегося в средней школе, больше всех страдал именно ты, Акихито-сэмпай. Я видела, как усердно ты работал, чтобы попасть на национальный турнир. Поэтому я не могла поверить, что ты мог просто так покинуть клуб, — сказала Косака. Похоже, она была частью футбольной команды с начальной школы и, поскольку её дом находился рядом с нашей средней школой, она часто приходила смотреть на тренировки и матчи, когда я учился в средней школе. Наверное, поэтому она так хорошо знала, через что мне пришлось пройти.
— В то время я ничего не могла сделать… Все члены команды свалили вину за поражение только на тебя, Сайонджи-сэмпай был серьёзно травмирован, а ты, Акихито-сэмпай, взял всё на себя, не пытаясь оправдаться… Я никак не могла тебе помочь… — Она скривила лицо от досады. В то время я был слишком занят своими переживаниями, чтобы думать о ней. Похоже, мои действия непреднамеренно причинили ей глубокие душевные раны.
— Тебе абсолютно не стоит беспокоиться об этом. Так что, пожалуйста, перестань волноваться. Ты ни в чём не виновата.
— Но это не так… Я поступила с тобой ужасно, Сэмпай… Я разозлилась из-за того, что ты не хотел на меня опираться, и грубо высказалась… Мне очень жаль… — Косака низко поклонилась.
Акира всегда считал, что она была одной из тех, кто жестоко обвинял меня. Да, её манера говорить была резкой, но всё, что она делала, — это пыталась понять, что произошло. Она снова и снова спрашивала, что случилось, и почему я не рассказываю. Скорее всего, в средней школе она никогда меня по-настоящему не обвиняла.
— Косака, ты просто пыталась помочь, верно? Виноват был я, потому что молчал. Ты ни в чём не виновата, так что, пожалуйста, подними голову. Это я должен извиняться за то, что заставил тебя беспокоиться.
— Почему ты такой добрый…? Ты должен был бы обвинить кого-то другого, чтобы тебе стало легче…
— Я не могу так поступить, зная, что это моя вина. Вот, вытри слёзы, — я достал из своей сумки запасной носовой платок и протянул его Косаке. Она вытерла им слёзы и затем посмотрела на меня.
— Даже когда я поднимаю такие вопросы, ты всё равно никогда не слушаешь, да, Сэмпай? — Косака улыбнулась с видом смирения. Учитывая, что это не первый и не второй раз, когда у нас возникает подобный разговор, неудивительно, что она так считает. — Я рада, что теперь рядом с тобой есть человек, который может быть твоей опорой, Акихито-сэмпай. Хотя жаль, что этим человеком не смогла стать я…
— Ч-что… — слова Косаки застали Шарлотту врасплох, её дыхание перехватило от удивления. Она заметно нервничала, явно растерявшись из-за неожиданного поворота разговора.
— Дело не в том, что ты была ненадёжной, Косака. Как я уже говорил, у меня просто не хватило смелости положиться на кого-то.
— …Тогда могу ли я стать человеком, на которого ты теперь сможешь опереться…?
— Не хочу быть жалким сэмпаем, которому приходится полагаться на своих младших, но…
— Я хочу, чтобы ты полагался на меня.
— Понял. Тогда я буду рассчитывать на тебя, когда придёт время. И ты, Косака, тоже можешь рассчитывать на меня, хорошо? Ведь мы учились в одной средней школе, верно? — Возможно, нам удалось вернуть отношения, которые у нас были в средней школе. Тогда она часто общалась со мной, и я помню, что мы были довольно близки. У неё есть свои неловкости в общении, и я всегда хотел быть рядом, чтобы поддержать её, если что-то случится. Однако по какой-то причине она улыбается с выражением смирения.
— Большое спасибо. Но знаешь, лучше не говорить так неосторожно, чтобы не заставлять волноваться свою замечательную девушку, верно?
— А?
— Ничего. Эм, Беннет-сэмпай…?
— Д-да, что такое? — Шарлотта напряглась, услышав, что её неожиданно обратили. Косака неловко теребила пальцы, сложив их вместе. Что же она может сказать…?
— Ну, спасибо за всё. Если это не слишком нагло… могу ли я ещё когда-нибудь поговорить с вами…? — Похоже, Косака за этот день привязалась к Шарлотте. Это объясняет, почему она была рядом с ней во время всех матчей.
— Да, конечно, — Шарлотта на мгновение удивилась, но ответила красивой улыбкой, которая сразу же осветила лицо Косаки.
— Т-тогда могу ли я называть вас Шарлотта-сэмпай!?
— Конечно.
— А можно, чтобы вы звали меня Каэдэ?
— Хорошо, Каэдэ-сан
— Можете не использовать формальности, знаете ли… — сказала Косака, но, вероятно, она надеялась, что её просто будут называть по имени без всяких добавлений. То, как она украдкой посматривала вверх, словно с ожиданием, выдавало её.
— Эм… Тогда, как насчёт Каэдэ-тян…? — Даже Шарлотта выглядела немного ошарашенной напором Косаки. Ей, вероятно, непривычно так легко отказываться от формальностей, поэтому это могло быть хорошим компромиссом для неё. Косака, кажется, поняла это и с улыбкой кивнула.
— Тогда ещё раз, приятно познакомиться, Шарлотта-сэмпай!
— Да, и мне приятно познакомиться, Каэдэ-тян.
— А! Я пойду! Давайте встретимся на следующей неделе! До свидания! — Косака, похоже, не могла сдержать своего восторга, энергично поклонилась и удалилась.
— Э-это было похоже на вихрь, не так ли…?
— Просто раньше это было не так очевидно из-за её злости. Она всегда такая. Она стесняется людей, поэтому кажется недружелюбной перед такими, как Акира и другими.
— …Акихито, тебя окружают милые девушки, верно? — Что происходит? У Шарлотты весь настрой, кажется, изменился. На самом деле, она надула щёки и посмотрела на меня обиженно.
— Что случилось…?
— Акихито, ты же мой парень, верно?
— Д-да…? То есть, конечно, но…?
— Будь то чудесный учитель, милая младшая сестра с скрытыми глазами и внушительным бюстом, Ямато Надешико или недружелюбная, но очаровательная кохай, которая раскрывается, когда её узнаёшь, ты окружён такими замечательными девушками, Акихито. Это меня довольно беспокоит…
— Ш-Шарлотта…? Давай успокоимся на мгновение, ладно…? — На середине её речи я совершенно потерял нить разговора, но ясно было одно: её настроение явно было не то. Кажется, она очень злилась. Неужели она опять ревнует…?
— Акихито, ты мой парень, так что мне нужно доказательство этого.
— Ч-что ты собираешься делать…?
— Вот что я сделаю ― ммх.
— Мм!? — Что только что произошло? Она только что прижала свои губы к моим. А потом, через несколько секунд, она отстранилась.
— Ты не должен смотреть на других девушек…! Я не хочу потерять тебя ради кого-то ещё, Акихито…! — Её лицо покраснело, пока она это говорила. Похоже, она из тех, кто переступает черту, когда слишком ревнует.
Увидев её обычно спокойное и доброе поведение, я мог только кивнуть в согласии, но, когда она посмотрела на меня с тоской, я решил поцеловать её в ответ. Когда наши губы разошлись через несколько секунд, она снова потянулась ко мне, и, не успев насладиться нашим первым поцелуем, мы продолжили обмениваться поцелуями снова и снова.
Похоже, она была настоящим поцелуйным демоном.
Но — как же было мило, когда Шарлотта умоляла «ещё раз…», и я не смог устоять. В результате, когда мы наконец поняли, что произошло, небо уже полностью потемнело, и когда мы поспешили забрать Эмму-тян из детсада, она была очень расстроена.
Спасибо за прочтение!!! До встречи в следующей главе.