Ты пудришь мне мозги

Юй Цзинмо и не ждала, что Линь Хуэй и остальные вступятся за неё. Она лишь слегка изогнула губы в усмешке:

— Спасибо. Вообще-то, если чего-то не знаете, всегда можно спросить у меня напрямую.

Лицо Лян Синь окаменело:

— Я проявила бестактность, надеюсь, ты не сердишься.

Юй Цзинмо улыбнулась:

— Вот беда, я человек очень мелочный и злопамятный. — Заметив, как собеседница позеленела от злости, она неспешно продолжила: — Я и правда немного расстроена. Как думаешь, что нам с этим делать?

Лян Синь с беспомощным и смущенным видом взглянула на Линь Цинчуаня:

— Это же…

В душе она была в ярости — она еще отыграется на этой женщине! Она не могла предугадать мысли Линь Хуэя, но Линь Цинчуань всегда отлично ладил с её детьми. Он точно не станет безучастно смотреть, как мачеха издевается над его тетей.

Так думала Лян Синь, пока не встретилась с ледяным взглядом мальчика. Холодный, как у волка, и даже свирепый — от этого взора у неё невольно подкосились ноги.

Прежде чем она успела что-то сказать, сверху раздался приятный, чуть низкий и прохладный голос:

— Тем, кто не справляется со своими обязанностями в старом особняке, больше не нужно здесь работать. Я попрошу дядю Линя во всем разобраться.

Остальные мужчины не проронили ни слова, но их позиция была ясна. Как бы там ни было, Юй Цзинмо официально вышла за него замуж, и пока она не совершит ничего предосудительного, разводиться в ближайшие два года они не собирались. А значит, никто не смеет принижать её статус «миссис Линь». Линь Хуэй редко бывал в старом доме, но это не значило, что прислуга и родственники могли забыть, кто платит им жалованье.

Юй Цзинмо была немного удивлена, но рада, что ей не пришлось разбираться самой. Каков бы ни был процесс, её устраивал результат.

Пока они мешкали на улице, почти все обитатели дома вышли навстречу. Компании столкнулись у входа. Все бурно и восторженно приветствовали Линь Хуэя и Линь Цинчуаня, но Юй Цзинмо будто в упор не видели — никто даже не подошел. Даже младшее поколение не соизволило поздороваться из вежливости.

Ей стало смешно: интересно, кто их этому научил? Как ни крути, она жена Линь Хуэя. Пытаясь унизить её, эти люди не понимали, что бьют по лицу самого Линь Хуэя.

Лян Синь почувствовала одновременно облегчение и страх. Предыдущая сцена заставила её смутно осознать: отношение Линь Хуэя к Юй Цзинмо совсем не такое, каким они его себе представляли. Она несколько раз пыталась вставить слово, чтобы предупредить остальных, но её постоянно перебивали.

На самом деле, в глубине души она все еще надеялась на лучшее. Может, Чжи Юань вмешался только потому, что Юй Цзинмо вот-вот начала бы скандалить? Он просто не хотел сцен. А сейчас, при свидетелях и старших, он не станет заставлять всех терять лицо. Чем больше Лян Синь об этом думала, тем больше успокаивалась.

Юй Цзинмо была только рада, что кузены и сестры Линь Цинчуаня к ней не лезут — так спокойнее. Путь от дверей до столовой Линь Хуэй и его сын проделали в кольце дядей, тетей и их отпрысков. Тревога в душе Лян Синь окончательно улеглась. Все было так, как они и думали: Линь Хуэю и его сыну плевать на эту жену-мачеху.

— Разве дяди и тети не учили вас приветствовать старших?

Никто не ожидал, что Линь Цинчуань внезапно пойдет в атаку. Юй Цзинмо тоже удивленно взглянула на него, но наткнулась на его разочарованный взгляд.

Юй Цзинмо: «…?»

Линь Цинчуань лишь мельком глянул на неё и отвернулся, холодно смотря на двоюродных братьев. Атмосфера стала невыносимо неловкой. Впрочем, на «святую троицу» это никак не повлияло. Подобострастные улыбки застыли на лицах Лян Синь и остальных, превратившись в комичные гримасы.

Линь Ку украдкой глянул на жену, чье лицо выражало крайнюю степень тупости. Мысленно выругавшись, он выдавил из себя улыбку:

— Они просто так давно не видели брата, что совсем голову потеряли от радости!

Сказав это, он тут же принял суровый вид и рявкнул на сыновей:

— Куда подевалось ваше воспитание? Совсем разучились здороваться?!

Линь Чунвэнь и Линь Чунъу никогда не получали таких нагоняев, тем более при всех. Сердца их пылали от стыда и обиды. Но они не были малышами и понимали серьезность момента, поэтому, подавив недовольство, обратились к Юй Цзинмо. Однако они еще не знали жизни, и как ни старались скрыть неприязнь, взрослые её прекрасно видели.

Заметив это, Линь Син и Линь Бао последовали их примеру, не дожидаясь гнева родителей. Юй Цзинмо лишь слегка улыбнулась и небрежно кивнула в ответ. По правде говоря, вид блюд на столе интересовал её куда больше, чем приветствия этих сопляков.

Линь Хуэй заметил, как её взгляд то и дело косится на еду, и легко разгадал её мысли. Опустив глаза, чтобы скрыть мимолетную улыбку, он негромко произнес:

— Если школа не справляется с воспитанием, наймите специального учителя по этикету.

Произнося это, он вдруг осознал, насколько нелепой была его прежняя затея: он хотел, чтобы Цинчуань стал общительнее, и специально задерживался на семейных ужинах, надеясь на его сближение со сверстниками. Тогда он думал только о сыне, забыв поговорку: «С кем поведешься, от того и наберешься». Казалось, раньше в вопросах, касавшихся Линь Цинчуаня, его разум застилал густой туман, не давая отличить черное от белого.

Линь Хуэй слегка нахмурился. Чем больше он вспоминал подобные случаи из прошлого, тем сильнее сдвигались его брови. В итоге за ужином мало кто мог насладиться едой.

Единственной, кто ел с аппетитом, была Юй Цзинмо. Стоит признать, повар в старом доме знал свое дело. Но её гастрономический восторг был прерван резким электронным звуком в голове:

【Хозяйка, Хозяйка! Беда, всё идет не так!】

Юй Цзинмо хрустнула хрящиком: «Ты мешаешь мне думать».

Услышав этот отчетливый хруст, Система мгновенно замолкла. Спустя мгновение она заговорила снова, уже гораздо тише:

【Хозяйка, я только что обнаружила, что сюжетная линия отклонилась от курса!】

Юй Цзинмо ждала продолжения, но его не последовало.

— И в чем отклонение?

【Я… я не уверена. Я чувствую только общее направление, детали заранее не видны. Но это изменение по сравнению с оригинальным…】

Система внезапно осеклась. Юй Цзинмо прищурилась и небрежно переспросила:

— По сравнению с оригинальным «чем»?

Система мысленно вытерла электронный пот, её процессор работал на пределе возможностей.

【Ничем! Просто… не знаю, изменится ли всё снова позже.】

— И что нам делать?

【Ни-чего. Мы всё равно ничего не можем сделать. Просто продолжай выполнять миссию.】

Почувствовав вину в голосе Системы, Юй Цзинмо уловила несколько ключевых зацепок.