Нежданный Гость (3)

Граница между королевством и империей тянется длинной полосой с севера на юг, и в самом ее центре зияет ущелье. Было ли оно создано природой или возникло в древнюю эпоху драконов — неизвестно, но в человеческий век оно служит рубежом.

Королевство закрепило за собой внутреннюю часть расщелины. В те времена, когда Врат еще не существовало, в ущелье постоянно шли сражения с переменным успехом, но как только возвели укрепления, проход официально стал территорией Нострума. Империя же объявила своей землю по ту сторону обрыва. Это произошло одновременно с основанием королевства, около пятисот лет назад.

— Нуар. Хочешь краткий урок истории?

— Что, что...?

— Это базовые знания, которые должен иметь каждый из Гибралтаров. Считай это изучением семейных хроник. Ах, и попить.

Я заказал чай у горничной.

— Чего застыла? Почему не несешь?

— О, да! Я сейчас всё приготовлю, молодой господин!

Горничная, получив указание, всполошилась и бросилась кипятить воду, заметно нервничая. Кажется, она из тех, кто поступил на службу в последний год? Выглядит так, будто впервые сталкивается с подобной ситуацией.

«Должно быть, новенькая».

В тот день, когда отец объявил себя предателем, погибло несколько служанок. Естественно, на вакантные места наняли новых. Наверняка они до смерти боятся графа, который за одну ночь может пустить под нож прислугу...

«Впрочем, те, кто умер, не были хорошими слугами».

По иронии судьбы, те, кто попал под раздачу в столовой, не отличались кротким нравом. Парадоксально, но репутация отца сработала ему на пользу: люди решили, что убитые горничные, должно быть, совершили нечто ужасное — возможно, дерзили хозяйке дома. Раз это было отчасти правдой, смерти сочли оправданными.

«Не хочется сейчас возиться с домашней прислугой».

Может, стоит просто всё перевернуть? Чтобы вершить великие дела, нужно сначала навести порядок в собственном доме.

— В-вот, ваш чай.

— Хм.

Разборки с прислугой подождут, но пить безвкусную бурду я не намерен...

— О.

Аромат чая оказался лучше, чем я ожидал.

— Ты новенькая?

— Да, да! Я Мерилли, меня недавно наняли!

— Хм, понятно.

Я не спрашивал её имени, но раз она умеет так заваривать чай — она прошла проверку.

«Отложу "чистку" дома на потом».

Это необходимо сделать, но пока отец здесь, мне нет нужды вмешиваться в управление поместьем.

— Нуар, тоже выпей чаю. А Летар... лучше не стоит. Приготовь ей теплое молоко.

— М-молоко...

— Его нет?

— Нет, что вы! Я сейчас принесу!

Она всё еще кажется неумелой во многих вещах, но пока это не доставляет мне дискомфорта, это не имеет значения.

— Итак... Нуар. Ты сидишь молча, пока я пью чай.

— Ик...

— Я сказал, что мы займемся историей, верно? Простой вопрос. Те три тысячи орков, которых убил отец — на чьей земле они испустили дух?

— Гм, на... на имперской?

— Верно.

Орки погибли на территории Империи.

— А была ли эта красная пустошь имперской землей пятьсот лет назад?

— Гм... ты имеешь в виду время основания Нострума? Тогда...

— Тогда это не была нынешняя Империя. У того государства было другое название.

Королевство сохраняет династию Нострум почти пять веков, в то время как земли за ущельем постоянно пребывали в хаосе.

— Е-если ты спрашиваешь о том, что сейчас принадлежит Империи, то да, это была их земля.

— Правильно. Пятьсот лет назад хозяин тех земель стал империей, объединившей "Западный Континент" за ущельем. Граница по центру расщелины осталась неизменной.

— Тогда там тоже была такая же красная пустыня?

— Гм, ну...

— Ответ — "нет".

Говорят, тогда там зеленели луга.

— До пятисот лет назад земли за ущельем не были бесплодной пустошью, где не растет ни травинки. Как думаешь, что сделало их такими? Хм?

— По-потому что там... погибло слишком много людей?

— В точку!

Нуар всё-таки настоящий Гибралтар.

— Когда горы трупов громоздятся друг на друга, разве жизнь найдет место для роста? Каждое десятилетие там гибли тысячи.

Мой брат, может, и не силен в науках, но он унаследовал отцовское чутье к "искусству войны", присущее нашему роду.

— В первые годы, когда Империя потеряла ущелье, они забирали тела, но позже стали просто бросать их.

— Потому что наши предки убивали слишком много, чтобы их можно было собрать?

— Отчасти. Но трупы — это еще и оружие.

Мертвецы — тактически важный ресурс. Как Империя катапультировала головы дворян через стены при штурме столицы для подрыва морали, так и здесь — нет лучшего средства. Бросить трупы в источники воды осажденного врага — это классика. Использовать гниющие тела для распространения чумы — тоже. Именно так Империя подчиняла малые королевства.

— Естественно, наши предки ответили. Знаешь, что они сделали?

— О, я знаю! — Глаза Нуара заблестели. — Они высекли вход в ущелье энергией меча так, чтобы ветер всегда дул в сторону Империи!

— Верно.

Изначально в ущелье ветер дул куда угодно.

— Они сохранили ширину внизу, но направили энергию меча на скалы, чтобы создать коридор для ветра. Только в одну сторону.

Магические инженеры Империи называли это "насильственным созданием перепада давления через изменение рельефа мечами". Это не природный поток. Всё, что летит, пахнет или гниет, должно уходить в сторону Империи.

— Тела трех тысяч орков... теперь ты понимаешь, куда они делись?

— ...Их сдуло в Империю!

— Тела не то чтобы катаются по земле, но ветер, пропитанный запахом крови, непрерывно несется в их сторону.

Манипулируя природой, мы создали ситуацию, которую имеем сегодня.

— И Империя не может это просто так оставить. Запах гниющих монстров проходит через пустошь и в итоге достигает их границ. Раз они привели маркграфа Клейдолла для этой демонстрации, в этот раз они настроены серьезно.

— Значит, действительно будет битва...!

— Поживем — увидим.

Я смочил горло подостывшим чаем, изучая вражеских солдат через магическую проекцию. Есть две вероятности.

— С папой всё будет хорошо? Этот старик выглядит... сильным...

— Это один из прославленных генералов Империи. Грубый, свирепый старый боров.

— Ик...!

Первый вариант — то, чего боится Нуар: полномасштабное сражение. За последний век они не раз пытались пересечь ущелье, бросая десятки тысяч войск. Даже с пятью тысячами, наличие Мастера Меча делает атаку вполне реальной.

— Ха.

— Б-брат. Ты разве не волнуешься? За папу...

— С чего бы мне волноваться?

Меня беспокоит не ущелье, а замок графа.

— Нуар. Будь я на месте Империи, я бы не послал против отца всего одного Мастера.

— Тогда...

— Это просто демонстрация силы.

Второй вариант — типичная имперская стратегия.

— Они выманят отца к ущелью, а затем раскроют свой истинный замысел.

— Какой замысел...?

— Ну... — я не стану ему говорить. — Подумай сам.

Хотят ли они заставить отца оплатить сбор трупов через переговоры? Или планируют занять Первые Врата, если он не выйдет лично? Или это просто акция, чтобы успокоить своих граждан, жалующихся на вонь?

«Это предел стратегии самой Империи».

Но если в дело вмешается будущий император, нынешний кронпринц... Будь я на его месте, я бы ударил иначе.

— Сэр Роберт?

— Да, молодой господин! — Роберт, стоявший за спиной, отозвался мгновенно.

— Кто-нибудь из дворян забывал вещи в поместье или внезапно возвращался после банкета?

— Нет, сэр.

— А прямо сейчас?

— До того, как я вошел сюда, никого не было. Хотите, чтобы я проверил?

— Хм.

Я думал, найдется хотя бы один.

— Нет. Просто спросил. Подумал, вдруг какой-то безумец затаился в банкетном зале, желая посмотреть на битву отца. — Я снова поднял чашку. — Но если такой найдется, обязательно скажи мне. Развлекать таких гостей — моя обязанность.

Если это не тактика генералов, а схема кронпринца…

***

В этот момент. На окраине графства Гибралтар, на лесной дороге.

КРАШ!

С оглушительным грохотом карета заваливается на бок. Кони ржут от испуга, а пассажир внутри кричит от боли.

— Что происходит!

Распахнув дверцу перевернутой кареты, наружу выбирается мужчина средних лет — барон Эрбант Лангир, поправляя свою фетровую шляпу.

— Я и так в ярости, что пропустил битву, так еще и ты, Маршель, меня злишь...

Барон не договорил.

Фьють.

Звук, похожий на свист рассекаемого воздуха. Одновременно с этим слуга, сидевший на козлах — Маршель — завалился набок. Лошади, сорвавшись с привязи, умчались прочь, а перед бароном что-то рассыпалось.

— Я же говорил себе не налегать на алкоголь...! А-а-а! Ты знаешь, сколько стоила эта лошадь...

Барон увидел это. Отрезок веревки, пролетевший мимо него, не был разорван — он был чисто «перерезан».

— Это... неужели...

За телом Маршеля стояли таинственные фигуры в черном с кинжалами в руках.

— Ик!

— Это тот самый? — Голос был настолько невнятным, что нельзя было понять, мужчина это или женщина.

— Эрбант Лангир. Точно он.

Разговор масок был лишен эмоций. Холодный, как сталь их клинков.

— К-кто вы такие! Я гордый дворянин великого королевства Нострум, барон Эрбант Лангир...

Хлюп.

Кинжал пронзил горло барона. Не успев вскрикнуть, он повалился обратно в карету, захлебываясь кровью.

— Какая морока — убирать здесь...

— Люди королевства сами всё уберут. Нам нужно только сделать это.

Одна из масок подняла тело мертвого кучера.

— Забери у барона всё ценное.

— Тебе не надоел сценарий "слуга обокрал господина"?

— Классика вечна. Если есть претензии — жалуйся [Великому Командующему], который писал этот сценарий.

— Тц.

Фигура в маске ворчала, обыскивая карету.

— Ах да. Мы не будем делать сценарий с "забытой вещью"?

— Нам сказали, что Гибралтары не купятся на такие дешевые трюки.

— Тогда? Мы просто оставим замок в покое?

— Нет.

Бам.

— Мы закопаем этого и пойдем туда сами.

— Мы? Это не опасно?

— Мы должны использовать и это тоже.

Один из нападавших достал из-под одежды белый бумажный конверт.

— Нам не несдобровать, если поймают.

— Мы ведь работаем не для того, чтобы нас ловили?

— И то верно. Поможешь мне?

— Хватит болтать, хватай лопату.

Спустя мгновение.

— Ты иди вперед. Я оставлю следы, потом догоню. Ты должен убежать как уродливый старик, зарезавший своего господина. Понял?

— Кто бы говорил.

Обнаженный труп кучера упал в глубокую яму. В этот момент ворон опустился на разбитое окно перевернутой кареты.

Кар.

Ворон отвернулся от того, что не блестело, и улетел в ночное небо.

Как я и думал.

— Нуар. Летар. Вы двое не должны выходить отсюда, пока отец не вернется.

Пользуясь банкетом, они кого-то пришлют. Неважно, как — важен результат.

«Нет более эффективного метода, чем захват семьи командующего в заложники».

Даже Мастер Меча — человек. Особенно отец. Они, вероятно, еще не знают, что мать как заложник ценнее детей.

«К счастью, среди горничных, вошедших сюда, предателей нет».

Снотворное в чай или яд. Внедрение шпионов в число новых слуг — это азы их ремесла.

Глоток.

«Пока еще не тот уровень, видимо».

Я допил всё до дна для проверки — чисто.

Скрип.

Дверь открылась.

— Ах!

— Мама!

— С возвращением, мама.

— ...Да.

Мать вошла в комнату с усталым лицом под охраной рыцарей.

— О?

И за ней.

— Сэр Ментэ? — Знакомое лицо. — Какими судьбами?

— ...Приказ лорда Гибралтара.

Сэр Ментэ надулась с недовольным видом.

— Когда я сказала, что хочу за ним на поле боя, он велел мне охранять это место.

— ......

Весь в отца.

— Понятно. Мама, пожалуйста, присаживайся. Наша помощь отцу сейчас — это сидеть здесь тихо.

Мать молча кивнула и села на диван. Я протянул пустую чашку горничной.

— Еще одну. И я проголодался — принеси мне стейк.

— Да, да...?

Все посмотрели на меня как на сумасшедшего. Будто не понимали, как можно есть в такой момент.

— Что не так? Нам нужно подкрепиться. Приготовь как следует. О, и не режь его перед подачей... — Я поднял пустую руку, будто сжимая нож. — Принеси нож, который режет жилы как масло.

Я слегка рассек воздух.

— Я сам его разрежу.