Танака-сан заботливая

Сразу задам вам один вопрос: какого человека любят и парни, и девушки? Того, кто добр ко всем без исключения, в любой ситуации? Или, наоборот, того, кто со всеми одинаково строг, но справедлив? Наверное, у каждого будет свой ответ, но лично у меня есть на этот счёт одна теория.

По-настоящему всем нравится человек, который умеет заботиться о других. Когда тебе тяжело, разве можно не почувствовать благодарность к тому, кто протягивает руку помощи?

Конечно, в зависимости от того, как именно эту руку тебе протянули, поначалу в душе может мелькнуть даже лёгкое раздражение. Но в конце концов, когда начинаешь лучше понимать этого человека и осознаёшь, что у него на самом деле на уме, все неприятные чувства обычно тают без следа.

И тут возникает следующий вопрос. Что происходит, когда все дурные чувства к товарищу, вместе с которым вы плечом к плечу решали какую-то проблему, окончательно исчезают?

Ответ прост: расцветает дружба.

А может быть… и любовь.

Вот почему люди, которые умеют заботиться о других, нравятся всем.

К такому выводу я пришёл благодаря одному человеку, с которым свела меня судьба.

— О, Накаяма-кун, что ты делаешь в таком месте?

— А, Акидзуки-сэмпай. Привет.

— Фуфу, и тебе привет.

Окликнула меня красавица с рыжими волосами и такой фигурой, что глаз не отвести. После уроков я стоял один в пустом коридоре, погружённый в свои мысли, когда её голос нарушил тишину.

Это Акидзуки Мадока-сэмпай, известная на всю школу как «Акихимэ». На первый взгляд она производит холодное, даже немного грозное впечатление, но, вопреки внешности, у неё отличное чувство юмора, она поразительно легко сходится с людьми и ко всему относится с искренним жаром.

Именно поэтому она невероятно хороший человек: часто выслушивает чужие переживания и изо всех сил старается помочь так, чтобы решение подошло именно этому человеку.

Разумеется, поскольку у меня сохранились воспоминания о прошлой жизни, я и раньше это знал. Но знать и увидеть своими глазами — совсем не одно и то же. Когда смотришь, как она по-настоящему переживает за другого человека и вместе с ним ищет выход — причём всё это ради него самого, — это и правда ослепляет. Неудивительно, что она популярна не только у парней, но и у девушек.

Я до сих пор посмеиваюсь, вспоминая прошлогодние выборы президента школьного совета, когда за неё проголосовали вообще все ученики. Серьёзно, её тут любят уже чересчур.

И каким-то образом я сам нахожусь в довольно хороших отношениях с этой всеобщей любимицей и президентом школьного совета. Когда я только поступил сюда, мне казалось, что мы вообще никогда не пересечёмся — всё-таки учимся в разных классах и на разных годах. Но по какому-то капризу судьбы меня назначили в комитет по школьному фестивалю.

У нас естественным образом стало больше поводов поговорить, а теперь мы даже спокойно переписываемся в мессенджере. В то время я совершенно не понимал, с какой стати сэмпай, известная тем, что почти никому не даёт свои контакты, вообще обменялась ID с таким мобом, как я. Но, узнав её поближе, я выяснил, что она ещё и довольно хардкорная отаку.

Главные герои вроде Кайсэя и Харуно — это скорее лёгкие любители, которые просто следят за тем, что сейчас в моде.

Так что, наверное, ей хотелось иметь друга, с которым можно от души поговорить об отаку-тематике, не опасаясь, что всё усложнится романтическими чувствами. Если вспомнить наши недавние переписки в LINE, то там действительно были одни только манга и аниме.

— Так что случилось? — снова спросила она, выдёргивая меня из мыслей. — Стоишь тут один-одинёшенек посреди коридора.

— А, ну… классный руководитель попросил меня помочь перетащить парты для завтрашнего урока, — объяснил я. — Но ему внезапно пришлось уехать в командировку, и теперь я думаю, что делать дальше.

— Понятно, — сказала она, и выражение её лица изменилось. — Ну что ж. — Откашлявшись, она встала в позу. — О жалкий агнец, жаждешь ли ты силы великой меня?

Поняв мою ситуацию, Акидзуки-сэмпай протянула мне руку, заговорив чуть театральным голосом. Похоже, ей вдруг захотелось разыграть сцену из недавнего фэнтезийного исэкай-аниме.

Я мысленно вздохнул, но решил подыграть.

— «Хочу! Одолжи мне свою силу, о Великий Дух Тьмы».

— «Хорошо», — объявила она, и глаза у неё засверкали. — Тогда я, Акидзуки Мадока, Великий Дух Тьмы, дарую тебе свою силу.

Она радостно схватила меня за руку, а я с трудом удержался, чтобы не улыбнуться. Если честно, с такими ярко-рыжими волосами на Духа Тьмы она не слишком-то тянет.

Но учитель, который поручил мне эту работу, уже ушёл, так что её помощь была мне жизненно необходима. Нечего было ляпать что-то лишнее и портить ей настроение.

— Спасибо, — сказал я, слегка склонив голову.

Тут её пафосный образ моментально растаял, а на его месте появилась смущённая улыбка.

— Ахаха, спасибо, что подыграл.

Похоже, её актёрский режим наконец спал, и до неё дошло, что она только что творила.

Если ей самой потом так неловко, то зачем вообще было это начинать? Из-за неё теперь и меня накрыла волна испанского стыда, и я никак не мог перестать ёрзать.

— Ну что, возьмёшь тот край? — спросила она, показывая на стопку парт.

— Есть.

Будто пытаясь стряхнуть остатки неловкости, мы вместе ухватили сразу около четырёх парт и пошли по коридору.

— Слушай, ты вчера смотрел романтическое аниме про офисных работников? — заговорила она, уже вернув себе обычный энтузиазм. — Там, где героиня, которая вообще ничего не понимала, наконец осознала собственные чувства. Вот это был просто лучший момент!

— Ага, было отлично, — согласился я. — Это так здорово показали, что я прям прочувствовал её состояние.

— Правда ведь?! Хааа… Я тоже хочу такую любовь.

— В твоём случае, Акидзуки-сэмпай, размеренный роман, который медленно развивается, просто невозможен. С таким количеством соперниц, если будешь слишком долго тянуть, его уведут раньше.

— У-у, я и сама это знаю, — надулась она. — Но помечтать-то можно, правда?

— По-моему, сэмпай, ты и так уже живёшь в романтическом аниме.

— Я, между прочим, не люблю гаремники! — тут же парировала она. — Но не в этом дело, ты вот послушай! На днях Кайсэй-кун…

Следующие десять минут, пока мы носили парты туда-сюда, мне пришлось слушать её восторженный поток — взрывную смесь разговоров об аниме и жалоб, которые на деле были просто скромным хвастовством её любовной жизнью. И только на четвёртом заходе работа наконец закончилась.

— Ты очень выручила, сэмпай, — сказал я, доставая кошелёк, когда мы оказались в уже опустевшем кабинете. — Давай я куплю тебе сок.

Она медленно покачала головой.

— Всё в порядке. Я помогла, потому что сама захотела.

Такого ответа я и ожидал. А потому у меня уже был заготовлен контрудар.

— Просто мне самому очень хочется пить. Не хочешь сходить со мной за чем-нибудь выпить?

Мой ответ попал точно в цель. Акидзуки-сэмпай на миг уставилась на меня пустым, ошарашенным взглядом, а потом её плечи задрожали от смеха.

— Фуфу, а ты, похоже, никогда не теряешься, что сказать, да, кохай? Ну раз так, ничего не поделаешь. Эта Акидзуки Мадока снизойдёт до того, чтобы составить тебе компанию.

«Ну вот, теперь я хотя бы немного смогу вернуть тот долг, что у меня перед ней скопился», — с мысленным вздохом подумал я.

Эта женщина никогда ничего не принимает просто потому, что она моя сэмпай.

Вот ведь хлопотный человек.

С этой мыслью я направился к автоматам с напитками.

По дороге до нас донеслось звучание духового оркестра из школьного корпуса напротив.

— О, да это же «Same Blue» из «Seishun no Hako», да? — Акидзуки-сэмпай узнала песню ещё до того, как я сам успел её вспомнить. Что и говорить, отаку она даже покруче меня — в аниме-опенингах разбирается как эксперт.

[Примечание: речь о Same Blue — опенинге к «Blue Box».]

— Это что-то недавнее? — спросил я.

— Нет, это спортивное романтическое аниме, которое шло прошлой осенью. Как только вышел PV, я сразу поняла, что это полностью в моём вкусе, и в итоге оно действительно стало хитом. Мне так понравилось, что я купила все тома манги, — объяснила она, а потом посмотрела на меня с укором. — И вообще, мы ведь уже об этом говорили, разве нет? Почему ты не помнишь?

— Э-э… ну, это… — Я поспешно отвёл взгляд.

Не говорить же ей, что в тот момент я был слишком занят мыслями о Танака-сан.

Впервые я пересёкся с Танака-сан как раз примерно прошлой осенью. Я всего лишь поднял листок, который она уронила, — мы тогда толком даже не поговорили.

Оглядываясь назад, думаю: заговори я с ней тогда, может, сейчас мы были бы уже ближе. Но в тот момент меня настигла жесточайшая любовь с первого взгляда, и я вообще не был способен на нормальный разговор. Наверняка только выставил бы себя дураком, так что, возможно, всё и к лучшему.

Нет, это всё потому, что Танака-сан слишком милая. Она поистине грешная женщина.

Пока я мысленно сваливал всю ответственность на Танака-сан, выступление оркестра закончилось, и ему на смену пришли весёлые голоса из корпуса напротив. Среди них я уловил знакомый голос и невольно навострил уши.

— Вот-вот, на этот раз ты уже доиграла до конца! И ошибок почти не было, это же просто здорово!

— Спасибо большое! Это всё потому, что вы так тщательно меня учили, Танака-сэмпай.

— Да я всего лишь показала тебе пару мелких приёмов. Ты смогла сыграть только потому, что сама усердно старалась, Хамада-сан.

Это и правда была Танака-сан. Я посмотрел в ту сторону и увидел, как она гладит по голове девушку, которая, похоже, была её младшей по клубу.

— Ч-что?!

Да я сдохну от зависти! Эй, первогодка, давай поменяемся местами! Я дам тебе сто миллионов иен!

Мой невольный вопль ревности заставил Акидзуки-сэмпай удивлённо уставиться на меня.

— Что это с тобой вдруг, Накаяма-кун?

Если она прямо здесь узнает про Танака-сан, всё точно станет ужасно сложно.

— Да ничего, — как мог небрежно отмахнулся я.

— Хм-м, вот как. А мне любопытно-о~ — протянула она, наклоняясь ближе. — Очень-очень любопытно~~?

За всё это время нашего знакомства она уже научилась чувствовать, когда я что-то скрываю, и теперь явно не собиралась так просто отступать.

— Правда ничего. Серьёзно.

— Э-э~ да у тебя и голос, и лицо сейчас прямо кричат, что что-то случилось~ Ну же, ну же, сдавайся уже.

Её приставания продолжались до самого автомата. И как раз когда моё терпение уже было на исходе, из здания школы вышла сама Танака-сан.

— О, Накаяма-кун, — сказала она, с любопытством моргнув. — Необычно видеть тебя в школе в такое время. И ещё вместе с президентом Акидзуки.

— А, ну, Ямамото-сэнсэй, мой классный руководитель, попросил меня кое о чём, — объяснил я. — Я таскал кое-какие вещи. Акидзуки-сэмпай мне помогла, так что сейчас я просто хотел её отблагодарить.

— Эй-эй, слушай сюда! — Акидзуки-сэмпай тут же ухватилась за шанс и, обняв Танака-сан за плечи, заговорила: — Накаяма-кун ужасно упрямится. Ни слова не говорит. Вы же одноклассники — может, ты знаешь хороший способ заставить его разговориться?

— А… эм… — Смущённая неожиданным объятием со стороны президента школьного совета, Танака-сан перевела взгляд на меня, и её брови чуть тревожно сошлись.

Видя, как она растерялась, я тут же бросил ей спасательный круг.

— Танака-сан, таких людей лучше вообще не воспринимать всерьёз.

Как и ожидалось, внимание Акидзуки-сэмпай моментально переключилось обратно на меня.

— Какой ты злой! Честное слово, Накаяма-кун, я считаю, что тебе стоит проявлять к сэмпаю больше уважения.

— Я уважаю тех, кто этого достоин.

— Это сейчас что было~!? Ну и нахал!

Пока мы с ней обменивались шутливыми колкостями, на губах Танака-сан появилась маленькая красивая улыбка.

— Вы так хорошо ладите.

Только вот почему-то в этих её словах ощущался лёгкий укол.

Плохо дело. Она сейчас неправильно поймёт и решит, что мне нравится Акидзуки-сэмпай! Нужно срочно всё прояснить.

— Мы совсем не ладим, — твёрдо сказал я, пожалуй, даже чересчур резко. — Кстати, Танака-сан, а ты что здесь делаешь?

Пусть я и знал, что пока она наверняка не смотрит на меня в таком ключе, мне всё равно нужно было немедленно отрицать любую особую связь с Акидзуки-сэмпай.

— А, да. Я пришла купить сок в награду младшекурснице, которая очень старалась, — ответила она.

После этих слов удушливая атмосфера, висевшая ещё секунду назад, исчезла, а колючесть в улыбке Танака-сан смягчилась.

Неужели причиной того напряжения была она?.. Нет, быть того не может. Передо мной же ангел, который покупает соки старательным младшим. Она никак не могла создать такую атмосферу.

Я поспешно отступил в сторону, чтобы дать Танака-сан подойти к автомату. Она опустила монеты и купила одну банку сока.

— Ну тогда я пойду, — сказала она, слегка поклонившись.

— А, подожди секунду. Возьми ещё и это.

Меня почему-то задело, что она взяла только один напиток. Повинуясь порыву, я остановил её и бросил ей бутылку молочного чая, которую только что купил для себя.

— Эм, а это что? — озадаченно спросила она, явно растерявшись от такой внезапности. Она посмотрела на бутылку у себя в руках, потом подняла глаза на меня, словно пытаясь понять мои намерения. Разумеется, я никак не мог сказать ей правду — что это своего рода покаяние за то, что совсем недавно я мысленно сваливал на неё ответственность за свою рассеянность.

— Это тебе, Танака-сан, — поспешно нашёлся я. — Ты ведь помогала младшей с репетицией, да? Я немного подслушал. Так что считай, это тоже награда.

— …

Она замолчала, не сводя взгляда с бутылки молочного чая.

Я что, где-то ошибся?

Меня охватила тревога, которой и названия-то не подберёшь. После долгой паузы она подняла голову и еле слышно сказала:

— …Спасибо.

А потом, не добавив больше ни слова, развернулась и убежала обратно в школьное здание.

А-а-а-а-а—! Я всё испортил—!

Я проклял себя прошлого за то, что решил: раз это её любимый напиток, она наверняка обрадуется. Как ни посмотри, это был полный провал в общении. Потрясённый до глубины души, я рухнул прямо там, где стоял.

— Эй, Накаяма-кун! Что с тобой вдруг такое!? — донёсся издалека голос Акидзуки-сэмпай. — Ты вообще-то ничего плохого не сделал, наоборот, это даже было очень хо—

Но её слова уже не могли пробиться сквозь туман моего отчаяния.

◇

— А, с возвращением. Танака-сэмпай, а что это у вас?

— А, эм… Награда. Ты ведь очень старалась, Хамада-сан, вот я и купила тебе.

Танака протянула ей апельсиновый сок.

— Правда!? Большое спасибо! Тогда можно мне молочный чай? — спросила младшая, показывая на вторую бутылку.

— Нет!

Ответ Танака прозвучал резко и слишком уж поспешно.

— Ч-что!? Я-я-я прошу прощения! С моей стороны было слишком самонадеянно самой выбирать!

— А, нет-нет, прости, — поспешно замотала головой Танака. — Не в этом дело. Просто этот… подарок. А апельсиновый сок тебе подойдёт? Ты ведь его любишь, да, Хамада-сан?

— Если так, то всё в полном порядке! Сегодня мне, конечно, хотелось молочного чая, но апельсиновый сок я тоже просто обожаю-обожаю-обожаю! Я так рада, что вы запомнили!

— Ну разумеется, запомнила. Держи.

— Спасибо большое.

— Не за что.

Передав младшей напиток, Танака прижала бутылку молочного чая к груди и уставилась куда-то вдаль.

Подарок… от него…

— Эм, что случилось, сэмпай?

С её губ сорвался тихий звук:

— …Кюу.

— А-а-а-а-а—! Танака-сэмпай упала—!