День, ставший чьим-то воспоминанием
Нива Макото
● Особых событий / изменений нет.
Текущий суммарный счёт Очков Юности: -11
Това Эрио
● Особых событий / изменений нет.
Текущий суммарный счёт Очков Возвращения в Общество: -48
Това Меме
● Особых событий / изменений нет.
Текущий суммарный счёт Очков Счастья: +3
И вот так отряд как в РПГ, из одного парня и трёх девушек, направился после школы к дому Това. По цветку в каждой руке — на третью девушку, засунутую в корзину велосипеда, у меня рук уже не хватило. Я подобрал её по дороге с работы: шла босиком. Напряжение между ней и Рюши-сан, похоже, существовало только со стороны последней. Эрио же сохраняла лишь безучастное выражение лица.
Рюши-сан вздыхала по дороге к велопарковке:
— А-а-а~ Теперь позиция стартового состава от меня ещё дальше~ Не хочу больше быть секретным оружием~
Дом Това — не рай надежд и мечтаний, который стоит посещения. Хотя там живёт кое-кто, способный поджигать петарды силой мысли.
— О-хо-хо~ Значит, это дом Това?
Припарковавшись во дворе, Маэкава-сан внимательно осмотрела это жилище, которое должно было быть вполне обычным домом. Возможно, из-за того, что слишком долго (секунд пять) смотрела вверх, она простонала «ву-у~» и чуть не упала. Хотя она казалась типом, который не поддаётся давлению, её тело, похоже, в рабстве у кровотока. Она упоминала ранее, что «никогда не была в больнице» — если возможно, я надеюсь, она сможет жить дальше спокойно.
— Ого~
Всё ещё в шлеме на голове, Рюши-сан восхищённо посмотрела на здание и перешла на мою сторону, словно избегая Эрио:
— Я думала, стены будут увешаны футонами, а это просто симпатичный дом!
Рюши-сан серьёзно отрапортовала о разнице между своим воображением и реальностью. Услышав это замечание, Эрио бросила на неё взгляд, но не стала возражать. Она просто уставилась на свой дом. Для неё, возможно, ужасная мысль «а ничего так» тоже имеет место быть. В конце концов, она фанатичка, и если бы она не коллекционировала каталоги одеял, это было бы удивительно.
— А я думала, он будет накрыт белой простынёй.
Маэкава-сан тоже поддалась общему настроению.
Я такое уже где-то видел!
Где-то неподалёку раздался звонок из начальной школы, означающий какую-то перемену. Я там уже был: эта школа примерно в десяти минутах от дома Това. Эрио тоже там училась. Вопреки проблеме падения рождаемости, количество учеников там растёт, как будто количество печенья в кармане[1]. Сейчас школу как раз ремонтируют и расширяют классы. Вероятно, это значит, что пары в этом районе живут дружно.
Под звонок, мы двинулись ко входу, как ученики на стадионе — в классы после окончания обеда. Судя строго по внешности, воин Маэкава-сан взяла авангард, за ней следовали Рюши-сан, я и Эрио. Находиться в середине между Рюши-сан и Эрио — пожалуй, то, чем я должен гордиться. Но касательно Эрио, возможно, она просто хотела «приготовиться к засаде». С кем она могла бы сражаться? Мир явно питает к ней враждебность, так что у неё, наверное, не много союзников. Есть Меме-сан и Тамура Оба-сан.
И... я? По крайней мере, пока. Можно ли это считать нерешительностью?
— Хм, дверь заперта.
Ведущая Маэкава-сан выразила своё несогласие с твёрдостью двери и здравым смыслом всех домохозяйств.
— Обычно люди запирают дома, когда уходят.
Я достал ключ и подошёл к Маэкаве-сан.
— А мы — нет, чаще всего.
— Воры, вы услышали~?
Я подшутил над ней и открыл дверь.
— Открывается!
Почему-то Маэкава-сан воодушевилась. Приоткрыв дверь, она как-то странно развеселилась, закрывая и открывая её снова и снова. Я решил не мешать ей.
Вытащив ключ, я оглянулся и обнаружил, что Рюши-сан и Эрио стоят на месте.
— А вы чего стоите? Место кому-то занимаете?
Никакого лимита на вход нет, и никто не рассердится, если вы обгоните в очереди.
— Раз Нива-кун третий, я занимаю для тебя место хилером.
Она сохраняла радостный вид и, показав знак победы, похвасталась.
Ты здесь самая хилерская.
Но буквально секунду назад в моём животе зашевелилась нервозность — или, скорее, тревога. Технически, это не мой дом, но сам факт того, что две девушки идут в мою комнату, сдавил мне горло.
Не один на один, а один против многих. Ненормальная ситуация. Очки Юности, решившие, что их час настал, замерли в сомнениях и растерянности. Я тоже гадал, что же будет дальше.
— Мы заходим!
Наконец наигравшись с дверью как с игрушкой, Маэкава-сан шагнула в прихожую с небрежным приветствием.
— Извините, я зашла!
Рюши-сан застенчиво произнесла это, на полуслове повернувшись к Эрио. Что и ожидалось от вежливой девушки в шлеме.
А последние двое сказали:
— Я вернулся.
— Я вернулась.
И даже получили нормальную реакцию:
— Добро пожаловать домой!
Маэкава-сан, быстро скинув туфли, приветливо встретила нас. В этой ситуации много что вызывало вопросы. Она, видимо, и сама это поняла — неловко почесала затылок:
— Лажанула. Это в моём доме надо так говорить. Надо было «с возвращением».
Похоже, до конца исправить ошибку у неё всё равно не вышло. Хм, если бы я мог обменять хозяйку этого дома на Маэкаву-сан, я бы с радостью вышвырнул ту большую девицу. Вот только она вернулась бы быстрее лосося.
— Дом? А чем твои родители занимаются, Маэкава-сан?
Поставив обувь рядом с обувью Маэкавы-сан, Рюши-сан поинтересовалась, выпрямившись во весь рост.
— А, ты городская, так что не знаешь. Рюши.
— Я же сказала, я Рюко.
— Мои родители держат бар в торговом районе. Так что когда подрастёшь — заходи, Рюши… Если, конечно, бар к тому времени ещё будет работать!
А-ха-ха-ха~ «Раз уж я не могу выразиться лучше, я просто засмеялась». Именно такое выражение было на лице Маэкавы-сан.
— Ладно, пошли в комнату новенького. На каком этаже?
Маэкава-сан указала в сторону коридора.
— На втором. Но там нет ничего интересного, серьёзно.
— Что ты несёшь, новенький? Если сравнивать с покером, то в одной карте нет ничего интересного. Смысл в том, как её интересно разыграть.
Она без тени сомнения утверждала, что в комнате, где она никогда не была, нет ничего интересного. Я невольно подумал, что надо было поставить в комнате что-нибудь вроде игровой приставки — раз другие собираются критиковать отсутствие развлечений. В старом доме у меня была, но, кажется, я её продал, когда переезжал.
Человек, которому сам Бог велел быть экскурсоводом, Маэкава-сан, повела нас вперёд, словно вела свою паству. С такой скоростью продвижения можно была расслышать свист на расстоянии.
Один парень в компании трёх девушек. Почему-то это напомнило мне «Swimmy». Блин, как же давно это было! Кстати, в учебнике был рассказ «Алый фруктовый взрыв»? О чём он там был? Кажется, о девочке, которая пошла за рыбой… Но это не суть. В общем, неважно.
Маэкава-сан поднялась на лестницу и заглянула в комнату Эрио.
— М-м? Это комната Товы?
— Да. — тихое подтверждение из-за спины.
— Понятно~ Тебе идёт… А эта школьная форма? Для косплея?
— Нет.
Эрио отвергла предвзятую оценку Маэкавы-сан.
Тогда почему? Я ждал, что Эрио сама ответит, но она просто опустила взгляд и сжала юбку, заставив замолчать того, кто задал вопрос.
— О, это мистер Плутон![3]
Внимание Рюши-сан привлекла кукла бежевого цвета, сидевшая на шарообразном стуле. Это существо (?) примерно сорока сантиметров в длину. На голове у него волосы, похожие на причёску кого-то из родителей из семейства Исоно[4], даже с красной ленточкой. Плутон? Он хоть как-то связан с космосом? Вообще-то он сидит в комнате Эрио. М-м… Является ли обнаружение такого существа на Плутоне передовым научным открытием? НАСА бы офигело.
Симпатичная кукла, такие обычно нравятся девушкам. Рюши-сан поспешила в комнату и обняла куклу, которая была заметно больше её лица.
— Какая милашка~ Прыг!
Ты чертовски мила, подумал я, глядя на это лицо.
Дёрг, дёрг. Эрио потянула меня за рукав сзади. Я только обернулся.
— Э-это моё...
Она как маленькая девочка, которая жалуется маме на старшую сестру, стащившую её игрушку.
— ...Скажи ей сама.
Я тебе не брат — мы с тобой практически одного возраста.
— У-у-у.. У-у...
Эрио приблизилась к Рюши-сан и силой отобрала плюшевую игрушку. Э-э, назад? Она и правда её, но поступок был неоправданным.
— Э? ...А?
Мечтательное выражение лица Рюши-сан разорвалось от этого порыва; её пальцы дрожали.
— О-он сидит здесь.
Эрио положила игрушку на место.
— П-прости...?
Рюши-сан запинаясь извинилась, словно случайно села на домик из спичек.
Как и прежде, между ними заклубилась загадочная атмосфера. Словно разделенные плотной завесой, они никак не могли достичь друг друга.
Почему этим двоим так неловко? Девушка, обладающая чувствительностью к миру (спорно, но сейчас я не буду забирать свои слова назад) просто не может дружить с футон-роллом, оторванным от здравого смысла?
Тут наблюдательная Маэкава-сан высказала своё мнение насчёт плюшевой игрушки:
— Какая же ты ребёнок, Рюши, довольствуешься куклой такого размера.
Проповедовала великанша. Она даже неодобрительно вздохнула. Похоже, она тоже не так поняла, почему Рюши-сан так обрадовалась.
— Будь это я, мистер Плутон ростом 179,9 см — вполне реально.
— Не надо.
В этот момент это был бы уже другой вид существа.
— Хм. Ладно, а теперь — в долгожданную комнату Нивы-куна!
Рюши-сан воскликнула «О-о~!» и повела за собой, выставив вперёд правую руку. Став лидером, она поменялась местами с Маэкавой-сан, увеличив дистанцию до Эрио ещё на один шаг. Если проделать то же самое ещё раз, перегруппируется ли эта команда из четырёх человек, как в старых играх, и Рюши-сан пойдёт следующей за Эрио? Меня внезапно посетило такое чувство. Неужели и мой мозг начинает вырубаться от радиации Меме-сан? Эта мысль меня обеспокоила.
— О-хо-хо~ Так вот она какая, комната Нивы-куна?
Рюши-сан первой заглянула в мою комнату, оставляя фразы-впечатления.
— О-хо-хо~ Так вот в этой комнате новенький катается по полу.
Маэкава-сан описала пространство. Похоже, даже способ использовать меня был предопределён.
— О-хо-хо~ Комната кузена.
А ты за ними зачем пошла, Эрио? Ты же и так сюда постоянно заходишь?
С моей точки зрения, было бы страшно, если бы в моей комнате появилось что-то достойное внимания. Я сел на стул, отодвинутый от стола, и наблюдал за двумя одноклассницами, слоняющимися по комнате. Хм, обычно скучная комната вдруг ожила.
Пока эти двое в комнате, они могут заменить собой освежитель воздуха.
Эрио, не найдя в комнате ничего интересного, запрыгнула на кровать и, словно наматывая на себя футон, закрутилась на месте…
— Что это за розыгрыш?
Я потянул её за правую ногу.
Вытащенная мной из футона, Эрио захлопала глазами, словно спрашивая «в чём проблема?», слегка наклонив голову.
— Ты чего творишь?
— Это я у тебя хочу спросить: чего это кузен творит?
— Я делаю то, что естественно для твоего кузена. Перестань заматываться.
— Я притворяюсь трудолюбивой шестнадцатилетней девушкой, которая хочет носить дома расслабляющую одежду.
— Заткнись.
— На футон может перейти мой запах.
— Мне плевать.
Не могу поверить, что она запомнила эту нелепую деталь. Странный предварительный набросок превращения Эрио в Меме-сан через двадцать четыре года уже набросан карандашом. Черновик, что ли?
— Эй… Эй~ Нива-кун.
Позвала Рюши-сан. В её произношении чувствовалась лёгкая колкость, и я рефлекторно выпрямил слегка сгорбленную спину.
— Хм? Что такое?
Взгляд, которым она смотрела, потерял остроту, став круглым, как всегда:
— Это тот самый атлас глубоководных животных, о котором ты говорил?
Рюши-сан, просматривавшая книжную полку, положила палец на корешок одной книги.
— Ага, он самый. Там куча картинок. Он намного круче других книг!
— О-хо-хо~
Она достала атлас и пролистала его:
— Уа-а, голые фото страшненьких симпатяг!
Как обычно, её впечатления были немного искривлены.
Если бы Рюши-сан привели в зоопарк, она бы обвинила их в публичной демонстрации непристойностей?
— Э-э-э, а кто тебе нравится, Нива-кун?
Она села прямо на пол, раскрыв атлас размером с книгу в твёрдом переплёте. Затем Рюши-сан поманила меня, приглашая подойти к ней.
— Иду.
Я принял приглашение.
Я опустился на одно колено рядом с правым боком Рюши-сан. На странице, которую раскрыла Рюши-сан, были изображены четыре глубоководных осьминога. Моё любимое существо там не плавало.
— Какой милый!
Она указала на гримпотевтиса в центре.
— Знаю!
Я подыграл ей. Не помешает же любить одним животным больше.
— А кого ты больше всего рекомендуешь?
— Ну, я бы сказал~
Подтвердив страницу внизу слева, я прикинул, сколько страниц нужно пролистать назад. Шестнадцать страниц спустя я указал на картинку внизу слева.
— Helicolenus hilgendorfii?
Рюши-сан прочитала название.
— Ага, правда красивая?
Красная рыба с белой короной взмахнула хвостовым плавником.
— Красивая, хоть и окружена кучей жутких животных.
— Мне нравится, как она выделяется.
— О-о~ Но ты, Нива-кун, не должен выделяться, ладно?
— Хм, конечно...
Почувствовав взгляд на макушке, я поднял глаза.
Эрио сидела на кровати, уставившись на нас. В тот момент, когда наши взгляды встретились, она, казалось, намеренно зарылась в футон.
— Ха-а, да что ж такое?
Чего она хочет, моего внимания?
Ребёнок. Если так пойдёт и дальше, она может стать просто большим ребёнком.
Я расслабил скрюченные ноги и поясницу, двинувшись к Эрио. Я лечу~ Я мягко приземлился и с крайнего угла сорвал футон. Это был ещё менее джентльменский поступок, чем действия тоно-самы!
— О~ нет~[5]
Почему-то Маэкава-сан подала голос сзади. Кстати, а что это Маэкава-сан ищет по комнате? Хотя у меня было предположение.
Потому что её походка и то, как она осматривалась, напоминали кое-какого 39-летнего ребёнка.
— В этой комнате не хватает телесного цвета.
Что это за мысль такая? Это не место, где серийный убийца прячет трупы.
— Эй~ Нива-кун, иди сюда~ иди сюда!
Рюши-сан снова помахала мне, на этот раз с гораздо более тёплым настроем. Что я, товар нарасхват, что ли?
Что, моё время популярности настало? Но только не вываливайте всё сразу, растягивайте это удовольствие навечно!
Очки Юности — штука, которая не поддаётся, если биться с ними в лоб.
— Иду-иду~
Я ухватился за край одеяла и вытянул тело как можно дальше в сторону Рюши-сан. Моя шея вытянулась до предела, я заглядывал в атлас сверху. Моя голова почти врезалась в голову Рюши-сан.
— Кто тебе ещё нравится? ...Слушай, а почему бы тебе просто не отпустить одеяло?
— Ну... Если я отпущу, кое-кто станет местным талисманом.
— Почему бы тебе просто не связать её? Пусть себе катается там.
Чёрт, она такая спокойная только потому, что не ей с ней возиться. Она даже надула губы. Неужели ревнует? Будем считать, что да. Не стоит недооценивать силу самоуверенных фантазий подростка. Если это правда, то, э-э... Что же мне делать? Чёрт, решение под названием «опыт» не помогает мне сориентироваться. Потому что у меня его не существует!
— Эй~ Новенький, посмотри.
— А?
Я обернулся на голос Маэкавы-сан.
Наполовину намотав на себя одеяло, Эрио запрыгнула на мою кровать!
— Га-а~!!
Пыль же везде будет! Вот дрянь, теперь придётся проветривать комнату!
И что это ты так элегантно сидишь с улыбкой, Маэкава-сан?! Иди лучше порнуху поищи!
— Нива-кун, щёлк-щёлк!
Когда я уже ушёл, меня, словно успокаивая, подозвала Рюши-сан.
Я что, бездомный кот? Это выше или ниже статуса одноклассников?
В итоге я накрутил тридцать кругов вокруг одеяла между Эрио и Рюши-сан.
Весь в поту, я с сожалением открыл окно. Воздух, пропитанный девушками, и тепло вырвались наружу.
За окном сумеречный цвет начал пожирать край неба. Мир словно перевернулся.
Когда случаются неприятности, появляется только один человек. Все должны знать.
Личность, чей характер и прочее доводят до бешенства — Това Меме-сан. Когда девушки уже собрались уходить, они столкнулись с вернувшейся Меме-сан. Кстати, они обе назвали её Гладкокожим сенсеем.
Похоже, обе — и Маэкава-сан, и Рюши-сан — уже встречались с Меме-сан. Кстати говоря, Рюши-сан, кажется, получала от неё колу, а вот Маэкава-сан… Что это было? Я не вижу их связи.
Меме-сан прошептала пару слов Маэкаве-сан, хлопнула в ладоши, объявив «Ладно~ Решено!», затем заявила: «Я снова ухожу», а Маэкава-сан тоже сказала, что идёт домой, и начала обуваться. Она сказала, что хочет кое-что принести сюда… Что, чёрт возьми, происходит?
Обычно Меме-сан не поведётся на такую уловку. Но она действительно выглядела занятой. Неужели она что-то замышляет? Трудно сказать, потому что она вечно подкалывает.
Меме-сан также предложила нечто вроде этого:
— Раз меня не будет дома, может, девчонки сами приготовят поесть?
— Кхм-кхм, значит, мне готовить не придётся, кхм-кхм.
— Я не понимаю, зачем ты кашляешь.
После волнений Рюши-сан решила сначала позвонить домой. Решив остаться в доме Това до вечера, она планировала вернуться домой после того, как дождётся Маэкаву-сан, заняться чем-нибудь, приготовить и поесть.
Итак, Меме-сан и Маэкава-сан покинули дом. Остались Эрио, Рюши-сан и я.
…Это практически завязка для «давайте построим любовный треугольник».
Ну, это из-за слов, которые Меме-сан нам бросила, они смутили атмосферу, заставив меня и Рюши-сан чувствовать себя особенно неловко друг с другом.
Мы уставились друг на друга с кривыми улыбками. Кто-то из нас двинулся первым, а двое других последовали. Шаг, шаг. Только звук шагов легко отдавался эхом.
В гостиной, с Эрио в роли вершины, плюс я и Рюши-сан, мы изображали треугольник, сидя перед столом.
— ...…
Эрио, которая редко сидела прямо, ничего не говорила. Она тёрла плечо, словно передавая тревогу по поводу голой кожи. Её взгляд метался.
— Ах, ну… Интересно, что там Маэкава-сан принесёт~
Рюши-сан обращалась ко мне, говоря со мной, а не с Эрио.
— Понятия не имею. Что это может быть?
Может быть, костюм. Но я воздержался от ответа.
— Хм, интересно...
Голоса затихли, и разговор прервался на этом месте.
Если бы здесь были только я и Эрио или только я и Рюши-сан, любой разговор мог бы стать оживлённым, но сейчас… Как странно.
Тиканье часов, которое должно было быть звуком повседневной жизни, не звучало. В комнате царила полная тишина. В ушах множился звон. Стрекотание сверчков, начинающееся в начале осени, вызывало то же неприятное чувство, что и текущая ситуация.
Мой нос пересох; вкус горечи пропитал горло. Это был синдром скуки.
— Хотите… посмотреть телевизор?
Эрио держала пульт и заглядывала мне в лицо. Это вывод, к которому она пришла, чтобы справиться с бездельем?
— Давай.
Я согласился, телевизор засветился.
На постепенно освещающемся экране появились суши. Похоже, это была передача, рекламирующая магазины со свежими и вкусными суши премиум-класса. Репортёр и знаменитость, чьё имя я забыл, запихнули в рот суши с тунцом и закричали «как вкусно». Других комплиментов он не сказал.
Поскольку громкость была установлена на максимум, изначально тихая комната внезапно наполнилась шумом. Различные звуковые эффекты и фоновая музыка врывались в мои барабанные перепонки, вызывая удушье.
Теперь нам стало ещё тревожнее. Избыточный шум и текущее состояние комнаты слишком различались.
Я больше не мог этого выносить, встал с места и не спеша отправился на кухню заваривать чай.
Приготовив чай на троих, я вернулся в гостиную. Двое всё ещё сверлили дыры в телевизоре.
— Вот, чай.
Я поставил чай перед Эрио. Она посмотрела на чай сверху вниз, уставившись на своё отражение внутри.
По неизвестной причине она подвинула чай к Рюши-сан. Поднимающийся пар последовал за ним.
— Вот, чай.
Основываясь на чём-то, Рюши-сан подвинула чашку чая мне. Мы играем в игру «сцена в баре, которую вы всегда видите в ковбойских фильмах»?
— …Чашка чая.
Я попытался снова передать чай Эрио. Она не колеблясь передала чай Рюши-сан.
— Вот, чай.
Хотя и нахмурившись, Рюши-сан всё равно вернула чашку чая мне. Словно раздражённая тем, что приходится следовать за другими, пар время от времени смещался в сторону, вместо того чтобы тратить энергию на подъём.
Я подумал, что жажда скуки, казалось, увлажнялась поднимающимся паром.
После этого чашка чая бесконечно кружила по столу.
Остальные две чашки чая были изгнаны со стола, медленно теряя пар — свечу жизни.
Посреди всего этого я вспомнил день, когда меня заставили давить банки во время мероприятия в День защиты детей.
✩
Примерно через сорок минут вернулась Маэкава-сан.
— Я вернулась!
Каким-то образом она объявила о своём возвращении с выражением главы семейства.
И всё же никто не мог бы изменить атмосферу лучше неё. Что и говорить — «когда в беде — обратись к Маэкаве».
Лёгкие шаги, несоответствующие её росту, приблизились к гостиной.
Человек, вошедший в комнату, был белым Сантой с мешком, внутри которого не было никаких подарков.
— Раз уж я взяла на себя роль профессора, возвращаюсь к основам: лабораторный халат.
С ростом 179,9 см (само-оценка) и халатом поверх формы, врач медпункта в очках бодро двинулась вперёд, неся на плече пластиковый пакет. Если бы она появилась во время игры в дочки-матери, можно было бы беспокоиться, что тебе вскроют живот — вот какую тревогу вызывала её острая аура.
Пакет был полон пустых бутылок. К тому же, на дне лежали какие-то штуки, похожие на насадки.
— Кстати, очки — ненастоящие. Для стиля.
Она поправила очки свободной рукой.
— Ого~ Как круто!
Рюши-сан с благоговением посмотрела на неё снизу вверх.
Действительно, при её росте этот наряд отлично передавал ощущение крутизны.
— Хе-хе.
Поскольку её серьёзный косплей был оценён по достоинству, Маэкава-сан радостно усмехнулась и сказала:
— Я забираю эту чашку чая.
Её длинная рука подняла синюю чашку и опрокинула чай в рот.
— Что за? Температура идеальная!
Это прозвучало не как жалоба на холодный чай, а скорее как похвала. Похоже, Маэкава-сан боится горячего.
— Ладно, и что у тебя там?
Я спросил за всех троих.
— Ах.
Чашка оторвалась от губ Маэкавы-сан.
— Мы будем делать бутылочные ракеты! Это просьба Гладкокожего сенсея. Она сказала, чтобы Това и новенький сделали их. Вот материалы.
Вжух~ Она подняла пакет. Это был злой план Меме-сан? Или его часть?
— Я и для Рюши взяла — ты ведь тоже с нами, да?
Маэкава-сан наблюдала за реакцией Рюши-сан; та наклонила голову, прижав палец к губам:
— Хм-м-м. Я… не умею делать такие штуки. И я же сказала тебе — я Рюко. Не повторяй это прозвище.
— Нет проблем, я тебя научу. Я знаю этапы достаточно хорошо, чтобы учить.
— Тогда попробую~ Но почему вдруг? Я имею в виду, мама Товы-сан.
— Кто знает?
Маэкава-сан загадочно улыбнулась, уходя от ответа.
— Това или новенький, кто-нибудь из вас, сходите за ножницами и ножами в комнату Меме-сан… То есть, можешь проводить меня до её комнаты? Я думаю, инструменты, которые нам нужны, в её комнате.
— Тогда за мной.
Я остановил Эрио, которая уже привстала, и вышел из гостиной с Маэкавой-сан.
Пользуясь тем, что мы шли по коридору с освещением ярче солнечного, я спросил Маэкаву-сан.
— Слушай, Маэкава-сан.
— Хм? Что? И, кстати, с этого момента и на протяжении всего изготовления бутылок, называй меня доктором.
С руками в карманах белого халата Маэкава-сан потребовала смены профессии.
Если бы только Рюши-сан могла менять своё имя так же легко, как она.
— …Доктор Маэкава.
Скатывается с языка легче, чем Меме-тян.
— Хм, хм!
Плечи тряслись, она довольно улыбнулась.
— Ракеты, которые были тогда — они связаны с этим?
— О-хо-хо, как проницательно!
Маэ... Доктор Маэкава присвистнула, словно хваля выдающийся ответ своего ученика:
— Но необязательно знать язык цветов, чтобы ценить их красоту, новенький.
— Меня волнует, как это связано со мной и Эрио.
— К сожалению, я тоже не понимаю значения цветов.
Её метафорический ответ ускользал от моего понимания.
— А вот это я знаю: паучья лилия означает «печальное воспоминание», «желание встретиться снова» и «скучаю только по тебе».
— Мне кажется, тема уходит не в ту сторону…
— В любом случае, это не проблема! Это просто бутылки.
В конце концов, она отмахнулась от меня.
В истории, которая разворачивается где-то ещё, какую роль играю я?
— Ладненько. Занятие доктора Маэкавы сейчас начнётся.
В гостиной, сидя на противоположной стороне стола, доктор Маэкава объявила о начале своего урока рукоделия.
По бокам от меня сидели Эрио и Рюши-сан. Ученицы были полностью готовы. Только…
…М-м, меня используют как ширму, чтобы разделить этих двоих?
Разве не лучше было бы, чтобы они поладили? Рюши-сан, похоже, всё равно часто бывает в магазине Тамуры. Но не слишком ли я лезу не в своё дело? Вот в чём настоящий вопрос.
— Помнишь, как их делать, Това?
Маэкава-сан проверила, есть ли у Эрио необходимые знания.
— …Не знаю.
Моя левая соседка поспешно замотала головой.
— Ты должна была делать их на уроках труда, мы же учились в одной школе.
— Э-э-э, я приносила домой, чтобы мама помогла мне, так что…
Эрио смущённо сжалась и призналась. «Приносила домой, чтобы мама помогла», вероятно, означало «Меме-сан почти всё делала сама». Похоже, заметив это, Маэкава-сан поморщилась:
— Тогда будем считать, что у тебя есть лицензия! Ладно, сначала возьмите бутылку.
Следуя её указаниям, все трое положили бутылки на стол. Всего у нас было пять штук, и когда мы закончим, будут использованы все. Я этого до сегодняшнего дня не знал.
— Затем возьмите насадки, выданные заранее, и прикрутите их к бутылке.
Я плотно прикрутил насадки, лежавшие на дне, к горлышку бутылки. По сравнению со мной и Рюши-сан, у Эрио возникли небольшие трудности, но она всё же успешно справилась с заданием.
— Теперь с этим закончили, отложите в сторону. Подготовьте вторую бутылку.
— Готово, доктор Маэкава!
Рюши-сан притворилась невинной в ответе. Она довольно хорошо играет роль ученицы. Хотя она и так ученица.
— Видите линию на нижней половине? Отрежьте дно канцелярским ножом. Поскольку он у нас один, придётся по очереди.
Как демонстрацию, Маэкава-сан ловко отрезала дно:
— Хитрость в том, чтобы не двигать нож, а вращать бутылку вперёд, чтобы разрезать её — как чистить яблоко!
Дав совет, Маэкава-сан передала ножницы Рюши-сан.
— Как же это называется, я скучала по урокам рукоделия~
Рюши-сан работала, напевая песенку. Я завидую тому, как она, кажется, умеет наслаждаться всем.
Я тоже закончил без проблем. Что касается Эрио, мы все затаили дыхание, наблюдая. Эрио сжимала нож с такой силой, что могла бы повредить пальцы.
— Э-э-э, расслабься немного. Но держи крепко.
Она слегка ослабила хватку. Затем она вцепилась в бутылку, вдавив пальцы.
— Это не место для мусора… Но держи крепко.
Она снова ослабила хватку. И вот… скрип, скрип… нож погрузился в бутылку. Она осторожно прилагала достаточно усилий, чтобы лезвие могло сломаться. Если бы нож соскользнул, часть Эрио вместе с одеждой могла бы оказаться разрезанной. Я молился за её безопасность.
Возможно, мои молитвы были услышаны: она благополучно разрезала бутылку. Что, теперь каждый раз, когда наступает очередь Эрио, мы будем на пределе? Я проглотил это осознание, как камень.
— …Э-э-э, ну ладно. Следующий шаг — отрезать лишнюю часть ниже этой линии. Ключ в том, чтобы начинать снизу…
И так проект продвигался под руководством Маэкавы-сан.
Затем нужно было использовать третью бутылку, чтобы сделать основание. Снова грубая резка канцелярским ножом, а затем более тонкая обработка ножницами — так ракета в основном была готова.
— С пенопластовым обтекателем в качестве наконечника, вторая бутылка сверху, первая снизу и основание в конце… Вот он, готовый корпус!
Соединённые со своими частями, ракеты без крыльев стояли на полу. Мы с Рюши-сан пытались собрать ракеты в то время, как Эрио резала бутылку.
Хотя я предлагал помощь, она настояла: «Не надо. Я должна сделать это сама на этот раз». Так что я наблюдал со стороны. Со стороны наблюдателя мне было страшно. Теперь я понимаю, почему Меме-сан так её опекает.
— Ориентировочно, запуск ракет завтра.
Сказала Маэкава-сан.
— Завтра?
— В одиннадцать, на ближайшем пляже. Указание Меме-сан.
Если она прошептала инструкции по изготовлению ракет Маэкаве-сан, значит, Меме-сан должна быть как-то связана со всем этим. Ближайший пляж — это тот, куда мы с Эрио ходили той ночью? Туда ехать как минимум час!
После того как Эрио закончила свою работу, Маэкава-сан переключилась на изготовление крыльев. Части, отрезанные от бутылок, расплющили с помощью деревяшки. Это была единственная часть, которую Маэкава-сан выполнила плохо. После того как она некоторое время давила на них… «Гуа-а…» Этот человек планировала выбросить своё достоинство вместе с эффектом лабораторного халата.
Плоскогубцами можно было стабилизировать выступы на расплющенном прототипе крыла. Затем обвести маркером и вырезать. Склеить две части двусторонним скотчем и скрепить степлером. Наконец, закрыть следы от скоб изолентой. Крыло готово.
Теперь нужно прикрепить крылья к корпусу в форме буквы «Х» (это самая сложная часть). Примотать их к ракете изолентой — и можно кричать «готово!» А затем ждать, пока закончит Эрио. Я так и знал. Наши с Рюши-сан ракеты были не совсем художественными в части обмотки, но хотя бы форму имели. Я осмотрел её в руке. Забытое чувство достижения от создания чего-то своими руками облегчило растущую усталость, давившую на череп, согревая голову.
Я переключил телевизор, который так и не выключался, на новости, чтобы проверить время. Было уже за семь, почти восемь. Другими словами, мы потратили около полутора часов на изготовление ракет. С одной стороны, я понял, что голоден. С другой стороны, я была в шоке от того, что городским девушкам так поздно разрешают выходить на улицу. Если бы я жил там, где и раньше, то любого, кто вышел бы на улицу после восьми вечера, сочли бы подозрительным. В наше время такая вольность была бы недопустима для любой семьи.
— Ночь полна.
Глаза, приклеенные к телевизору, пробормотала Маэкава-сан.
Э? Получается, в городе те же стандарты?
— Ага, уже пора по домам.
— Сначала нужно приготовить ужин для Товы и новенького.
Услышав слова Маэкавы-сан, Рюши-сан вздрогнула. Она уставилась на меня, а я — на неё. Тьфу, слова Меме-сан эхом отдаются в голове. Как и она сама, они раздражали.
В свободное время Маэкава-сан даже украсила ракеты. Она покрасила их в белый цвет, подражая одному обтекаемому существу со странными крыльями. Она назвала его «скайфиш».[7]
— Я никогда не видела настоящий, так что это просто по мотивам манги.
— Ещё бы ты видела!
Смущённые глаза Рюши-сан оторвались от меня, рассматривая ракеты со всех сторон, пока она отвечала Маэкаве-сан.
Но в этом городе, говорят, скайфиши часто видели. Маэкава-сан говорила как бы сама с собой:
— Раз завтра запуск, времени на тесты у нас не будет. Хотя заставить их всех красиво взлететь всё равно невозможно. Эти ракеты вряд ли можно будет перепутать со следами НЛО; они просто рухнут на полпути. Может, мой летающий стержень закончит как глубоководная рыба.
А затем Маэкава-сан искоса взглянула на Эрио, осклабившись насмешливой улыбкой:
— Наверное, единственный способ — это подвесить их на леске из космоса, а?
Была ли Эрио наделена этим чувством, чтобы понять, что она только что стала объектом космической шутки?
Она прекратила работу над ракетой, слегка надув губы. Маэкава-сан, смотревшая со стороны, расслабила выражение лица и прищурилась. Это была скорее не колкость, а тонкая улыбка:
— Я жду этого, Това. Используй свою космическую силу и отправь эти ракеты вверх!
Ладно, урок окончен. Теперь к самостоятельному обеду. Меме-сан всё ещё нет дома.
Если посмотреть на это так: мы занялись необычным проектом и готовим ужин — это похоже на летний лагерь или что-то вроде. Довольно волнительно.
И ещё я буду есть еду, приготовленную девушками. Это, несомненно, три очка. Сама еда не важна — важен сам акт.
Было решено, что все, включая меня, должны приготовить по блюду. Максимальная вместимость кухни — два человека, так что мы решили, что сначала пойдут Маэкава-сан и Рюши-сан, а затем я и Эрио.
Мы с Эрио сидели на кухонных стульях, созерцая красоту перед нами. Сидя сзади и глядя на одноклассниц в фартуках, я смаковал вкус юности. Хотя на Маэкаве-сан всё ещё был лабораторный халат.
Совсем недавно Эрио, чья мама охарактеризовала её кулинарные навыки как «пока это бутерброд — она справится», казалась довольной своей ракетой. Она даже принесла её сюда и не могла перестать ухмыляться, глядя на своё творение. Поверхность была выкрашена в чёрный цвет; неровная текстура ещё больше подчёркивала ручную работу.
— Это моя третья ракета.
— О? Первые две Меме-сан сделала?
Ссутулившись, словно позвоночник сломился от стыда, Эрио втянула подбородок. Но затем снова выпрямилась. Чёрная ракета плясала в воздухе от человеческой силы, занимая мой обзор.
— Но эта — моя.
— Да-да, очень впечатляюще.
Я небрежно погладил её по голове.
На удивление, это было неплохое чувство — видеть, как она радостно трясётся.
Из-за ножа, тускло блестевшего в руке оглянувшейся Рюши-сан, я быстро прекратил свои действия. Э-э-э… Похоже, она правда дуется! То есть ей есть до меня какое-то дело? М-м-м… Это требует дальнейшего изучения.
Если целью Рюши-сан окажется Эрио, мне будет очень стыдно.
Сложное чувство радости и замешательства набухало в моей груди; глядя на спины девушек, я ждал своего выхода. Иногда приходится иметь дело с соседкой-ракетчицей; я даже думал о том, чтобы отправить гидрореактивную ракету в космос.
— Готово!
Примерно через двадцать минут доложила Маэкава-сан. Только вот обе спрятали свои блюда за спиной.
— Пока последние блюда не будут готовы, это секрет.
Сказала Рюши-сан застенчиво.
Следуя их желанию, я избегал смотреть на их еду и одновременно поменялся с ними местами. Эрио неохотно положила ракету в угол кухни и с трудом взяла у Рюши-сан фартук.
— Похоже, вам двоим нужна смазка!
Подшутила Маэкава-сан. Я подумал о том же.
Пока я размышлял, что приготовить, Эрио вернулась из холодильника с ветчиной, положила её на разделочную доску и нарезала — или, скорее, отбила. Я вспомнил маму-зомби из одной мёртвой семьи, которая зашла в заброшенный дом и притворялась живой, издавая звуки. Что она собирается делать?[7]
Я приготовил что-то простое. Взял пару яиц, потому что приготовить что-то необычное было невозможно.
И вот блюда Эрио и мои были готовы. Мы оба поставили их на стол.
Четыре миски, украшенные едой, цветовая гамма которых полностью покрывалась одной серой шкалой.
— Почему все решили положить рис и чем-то его залить?
— Это просто. — Моё коронное блюдо. — Вот, ветчина.
Последнему человеку я хотел на лоб наклеить надпись «учи японский».
— Это оякодон. Правда, остыл.
Маэкава-сан начала представление своего блюда. По сравнению с тем, что подавали в школьной столовой, у неё яйцо было красивее, и запах лучше. Все молча протянули палочки к еде и, как та знаменитость по телевизору, закричали: «Как вкусно!». Дело было не в том, что нам не хватало словарного запаса, просто мы предпочитали тратить время на еду, а не на разговоры — хвалить следует только после того, как съел блюдо.
Поскольку Рюши-сан избегала этих кусочков курицы, я их перехватил.
Но, разве лучшее не должно подаваться под конец? Из наполовину полного живота я извлёк похожее сожаление:
— Но, хм, это определённо заслуживает трёх очков.
Чтобы получить неожиданные очки, нужно успеть заявить права на них. Поскольку в последнее время я заботился об Эрио, у меня было чувство, что мои Очки Юности падают.
— Очки… Что ж, я приму это как комплимент.
Маэкава-сан, казалось, не была против, унося пустую миску.
Следующей Рюши-сан подняла свою миску с улыбкой, в которой смешались лёгкое смущение и предвкушение — прямо как когда она показывала мне свои каракули в тетради:
— А моё — оякодон без курицы.
То есть часть «оя» испарилась?
— Э-э-э… Тогда это стоит называть тамагодон (яйцо + рис)?
Я уставился на миску с вопросом.
— Но я слышала, что Нива-кун любит оякодон!
Проворчала она. Откуда пошёл этот слух? …А, от Маэкавы-сан? Правда, помню, как месяц назад хвалил оякодон в школьной столовой. Но это был просто комментарий по поводу школьной готовки, а не самого оякодона… Что ж, сегодня не поздно сделать его моим любимым блюдом.
К тому же, раз это то же самое, что и у Маэкавы-сан, она что, намекает? Хм, пахнет порохом.
— Чего ты боишься~ Просто попробуй. На~
Рюши-сан поднесла миску к моему рту; двое других скрестили палочки в воздухе. Атмосфера сейчас не располагала к тому, чтобы делиться едой.
Еда Рюши-сан предназначена только для меня (俺専用 ore senyou)? Или для складывания (折れ専用 orire senyou)? Не понимая её намерений, я колебался.
На заднем плане Маэкава-сан озорно ухмылялась. Хм, яйца, погодите… Там есть ещё кое-что. Я несколько раз покатал во рту этот предмет. По форме он напоминал морковку. Не курица, но довольно мягкий. Ну и ладно, я откусил этот загадочный предмет. Затем сладкий сок потек между зубами. Сто процентов фрукт.
— ...
Я сначала проглотил это.
— Слушай, Рюши-сан?
Послевкусие было таким же медовым.
— Как тебе?
Прямо как «как тебе?» после того, как девушка примерила новую одежду — это был настойчивый риторический вопрос.
Однако, прежде чем критиковать вкус, я должен кое-что отметить:
— Здесь ананас?
— М-м-м.
Она серьёзно подтвердила, улыбка всё ещё не сходила с лица.
— Значит, Рюши-сан любит ананас в кисло-сладком свином соусе, да?
На заднем плане двое, отложив палочки на стол и попивая чай, выглядели чертовски привлекательно.
— Обожаю. Лично я предпочитаю послаще.
Я специально говорил достаточно громко, чтобы Маэкава-сан слышала, одновременно заталкивая в мой рот ананасо-дон.
— М-м-м… Нравится? Как на вкус?
— Мама учила меня не разговаривать с набитым ртом.
— Ты же только что нормально разговаривал?
Как только люди начинали спрашивать моё мнение о вкусе, я отделывался этой фразой. В итоге я съел всю миску сам.
У меня в горле такая сладость. Когда я запил чаем, во рту расплылась размытая горечь, отчего меня почему-то затошнило.
Следующие два блюда не были интересны, так что я представлю их оба.
— Яичница-дон. — Моё. По мотивам кулинарной манги Меме-сан.
— Хам-дон. — Это были буквально ломтики ветчины, набросанные на горячий рис. Из-за того, что риса в пароварке оставалось мало, его там было немного. Это, конечно, было творение Эрио.
Ничего особо примечательного не было, все четверо ели молча. Не то чтобы я совсем не двигал палочками. Хотя под конец все вошли в режим «меня уже тошнит от риса» и бросили палочки, мы с трудом закончили.
— Спасибо за еду...
Вялые голоса благодарности поползли по кухне.
Возможно, есть оякодон Маэкавы-сан первым было правильным решением. В конце концов, мой желудок был слишком полон, чтобы ещё что-то чувствовать на вкус.
Из-за того, что мы объелись, никто не планировал вставать с места. Мы просто вяло ждали.
Хотя мысль о мытье посуды и ковырялась где-то на задворках сознания, нижняя половина моего тела отказывалась двигать отяжелевший торс.
— Ах, уже почти девять. Ты разве не собираешься домой, Маэкава-сан?
Рюши-сан, казалось, прощупывала её фразой «я не уйду, пока ты не уйдёшь!»
— Ага.
Маэкава-сан утвердительно кивнула, даже усмехнувшись. Но прежде чем что-то сорвалось с её губ, сидевшая рядом со мной Эрио подскочила:
— Э-э-э-э, остаётесь… ночевать?
— А?
Мы с Маэкавой-сан замерли.
Шок был не только от самого акта «ночёвки» — шок был от того, что это предложила Эрио.
К тому же, единственная вегетарианка в спортклубе вскинулась на эти слова:
— Ч-ч-ч-то ты такое говоришь~!!
Рюши-сан яростно заклевала Эрио. Какая-то она энергичная после еды.
— Э-э-э… Я имею в виду… Разве это не хорошо? На улице… темно… и опасно… Там… инопланетяне и всё такое.
Эрио заикаясь, бессвязно бормотала оправдания. Но Эрио, эта девушка с андрофобией, предлагает другим остаться.
Неужели она так рада возможности провести время с девушками своего возраста после столь долгого перерыва?
Что ж, раз у неё появилось желание общаться с другими, её Очки Возвращения в Общество действительно увеличились… Э-э-э, возможно, это первый и последний раз, когда они увеличиваются одновременно с моими Очками Юности.
Сначала вытаращившаяся Маэкава-сан быстро подхватила предложение Эрио:
— Если вы настаиваете. Меме-сан говорила, что мы можем остаться, если всё затянется. Я захватила чистую одежду, когда ходила за бутылками, так что я готова!
Ахаха! Маэкава-сан весело рассмеялась; лабораторный халат развевался.
Другими словами, я провожу ночь с Маэкавой-сан под одной крышей? У-у-у… Моё сердце, кажется, сдавило сверху.
Рюши-сан развернулась к нам лицом — на секунду возникла иллюзия, что у неё повернулась только голова.
— Совершенно бесстыдно!
Она сочла нужным сделать предисловие:
— А как же Нива-кун? Хватит валяться как тюлень!
— Хм. А в чём проблема? Раз Меме-сан и Эрио согласны.
— Что это за безразличие?!
— Ну, это не совсем мой дом.
Я живу под чужой крышей. Совсем другое дело, если бы это был мой дом.
Если девушка хочет остаться на ночь, разве нужно сразу отвергать её?
— Правда?
Я небрежно искал поддержки у Эрио.
— Правда~
Она повторила за мной как попугай. Подожди, это ведь твой дом, да? Убедительность моего заявления резко упала, потянув за собой даже моё понимание ситуации.
— Т-т-тогда я тоже остаюсь?! Ч-ч-то мне делать??
— Рюши-сан тоже… Разве это не нормально?
Моё сердце ускорилось. Мы говорим о совместном проживании!
— Это жульничество до выпускной поездки! Как член дисциплинарного комитета, я не могу это игнорировать!
— О, Рюши-сан в дисциплинарном?
Пока я лежал в больнице в мае, в классе назначили старост; меня затолкали в комитет классных собраний — который никто не хотел брать. Пока что меня не радует этот выпавший мне огрызок.
Однако, рассказать всем в школе, что «Рюши-сан и Маэкава-сан ночевали у меня дома~», и перевернуть школьную жизнь — это ждёт меня впереди! Не говоря уже о чувстве превосходства, конечно.
— А как же твоя смена одежды?
Здесь у нас нет формы баскетбольного клуба.
— Ах, да, я схожу возьму.
Рюши-сан решила выскользнуть из кухни.
— Я одолжу… тебе мою?
Эрио снова предложила неожиданную помощь. Я охнул, издав короткий вздох восхищения.
Рюши-сан тоже изобразила удивление, но неопределённо кивнула:
— М-м-м, тогда, пожалуйста?
— Хорошо. Хоро-ошо~
Возможно, её мозговые клетки наконец сдались, Эрио ответила невинно.
Я больше не мог отрицать вероятность того, что сон вторгся в её голову. Она обычно ложится около десяти, в конце концов.
Сбитая с толку беспечным видом Эрио, Рюши-сан достала из юбки телефон. Она кому-то звонит, вероятно, родителям.
— …Алло, мам. Так, значит...
Сказав это, она подтвердила мою теорию.
Только вот часть, где она спорила: «Я же сказала, что в этот раз не сбегу~», бросилась мне в глаза. Значит, Рюши-сан и раньше сбегала из дома. Услышав о неожиданном прошлом, я выдохнул. И всё же, глядя на эту успокаивающую спину, я не мог связать её с бунтарским актом побега.
У каждого есть прошлое, формирующее его так, как не видят другие.
В моём сонном сознании чувство благоговения росло только перед самой естественной вещью.
✩
Хотя был сезон дождей, июнь, воздух на улице в одиннадцать ночи всё равно холодил.
Намотав полотенце на голову, я вышел во двор остыть.
Шелест травы под подошвами радовал слух. Только вот меланхолия следом — пора прополоть сорняки.
Пропитанный июньским дождём, влажный ветер таял в тёплой коже только что из ванны. Словно восполняя потерянную влагу, обычно липкий воздух успокаивал кожу. Но, наверное, минут через десять он станет топливом для неприятного ощущения.
Я подошёл к тому месту, где были припаркованы два велосипеда, и взглянул на небо.
Облака затянули небосвод; ни звёзд, ни луны в воздухе не висело. Я смотрел на неясные огни, мерцающие над дальним городом.
Я успешно принял ванну, но девушки, кажется, пережили войну.
Ещё немного раньше они устроили в ванной настоящий переполох.
Чтобы усилить атмосферу выпускной поездки, трое девушек решили мыться вместе. Но едва они вошли в ванную, оттуда донеслись не самые привлекательные крики: «Уа-а~!» или «Га-а-а~!».
А затем шаги, подпитываемые яростью, затопали по коридору.
Правой рукой прикрывая крошечную голову Эрио, а левой волоча отключившуюся Маэкаву-сан, которая сидела в ванне, Рюши-сан ворвалась в комнату. Единственное, что было на ней — большое полотенце.
Довольно грубо так говорить, когда она в ярости, но не слишком ли много Очков Юности за один раз? Я уставился прямо на Рюши-сан.
— Я облажалась.
Доложила Эрио, с которой стекала вода.
— Она говорит, что облажалась.
— В чём именно?!
Услышав объяснение, которое ничего не объясняло, Рюши-сан издала возглас. Но поскольку Эрио всегда забегала в ванную полностью одетой, я уже привык, как один из жильцов дома Това. Ничего удивительного. Бывало, она принимала ванну прямо в футоне, что чуть не закончилось тем, что она утонула в ванне.
— К-координаты.
Пробормотав, Эрио ответила на вопрос Рюши-сан. Она была напугана угрожающим давлением Рюши-сан.
— По оси икс или игрек?!
Рюши-сан тоже закатила бессмысленную истерику, усугубляя хаос.
— А… Что с той вон?
— У-у-у-у-у.
Рука Маэкавы-сан была поднята Рюши-сан, её голова вяло свисала.
— Как она умудрилась свариться как осьминог всего за минуту в ванне?!
— Кровообращение было слишком хорошее.
— Не… Не хватило крови...
— Звучит как худшая комбинация!
Значит, случилось нечто подобное. С точки зрения дисциплинарного комитета, этого достаточно как прелюдия к выпускной поездке?
Меме-сан вернулась примерно через тридцать минут. Она быстро ворвалась в свою комнату, бормоча что-то о том, что завтра будет занята. Наверное, она что-то замышляла насчёт завтрашнего пляжа.
Бездонный ветер дул. Ветви на стене соседа тряслись как веера. Маэкаве-сан стоило бы выйти на улицу — это ускорило бы охлаждение.
Сказать ей? Я повернулся, но передумал и остался снаружи.
Больше, чем стоны Маэкавы-сан, я хотел продолжать слушать звук ветра. Шквал, дувший сегодня, звучал как эхо в горах моего старого дома — словно что-то парило в небе.
Вероятно, из-за близлежащей авиабазы Сил самообороны, этот район привык к звукам пролетающих самолётов. Что-то летело? Может, и правда НЛО? Или парящий велосипед?
В этот момент я услышал скрип входной двери. Слегка обернувшись, я увидел Рюши-сан в тапочках, которые Эрио не любила носить. Она собиралась выйти на улицу. Наши взгляды встретились, она улыбнулась, словно с облегчением.
— Хей.
Я окликнул её.
— Хей~!
Она помахала мне обеими руками. В бело-голубой полосатой пижаме, которую одолжила ей Эрио, она выглядела ещё моложе. В аккомпанировке шлёпанья тапочек она направилась ко мне.
— Я вернулась, быстро ополоснулась. Так жарко~
— Да? А как там Маэкава-сан?
— Просто прохлаждается на полу в коридоре.
— Эрио?
— Охлаждает Маэкаву-сан веером.
— Хм.
Может, эти двое неплохо ладят.
— Держи.
Рюши-сан встала рядом со мной и протянула холодную банку с соком.
— А, спасибо.
Я взял сок, дёрнул колечко вверх и налил в рот. Кислинка апельсина.
— А если завтра будет дождь?
— Хм. Ну, если пойдёт, спросим у Меме-сан.
— Точно.
Рюши-сан поднесла свою банку к губам:
— Хм, отлично.
Она тихонько выдохнула и улыбнулась. Моё сердце забилось быстрее от формы её губ.
— Похоже, в небе что-то летает.
Рюши-сан пробормотала, глядя на облачное небо. И правда, так и казалось.
— А что, если упадёт метеорит?
— Я слышал, их можно предсказать за годы до падения.
— Блин~ Не говори таких скучных вещей.
Шутливо надув губы, Рюши-сан отчитала меня за мои слова.
Скучных, говоришь. Если в нас попадёт метеорит, человечеству конец! Но, может, кто-то и правда этого хочет.
По крайней мере, сейчас я не хочу метеорита. Пока не договорю с Рюши-сан.
— Завтра, кстати, мой день рождения.
— Э?
Тело дёрнулось от неожиданности, так что мне пришлось заново восстанавливать равновесие.
Словно признаваясь в маленькой шалости, Рюши-сан скромно улыбнулась.
Если бы я знал немного раньше, я бы что-нибудь приготовил заранее!
— Правда? День рождения, значит. Мы на день раньше, но может, отпразднуем сейчас?
Я поднёс банку к банке Рюши-сан; она сделала то же самое.
— Ура!
Банки стукнулись. Давай хоть так отметим. Не очень сладкий апельсиновый сок полился в моё горло.
— Я всё ещё надеюсь, что в мой день рождения случится что-то особенное! Хочу, чтобы упал метеорит — и бах!
Рюши-сан изобразила руками своё заветное желание.
— Хм. Когда мы закончим с пляжем завтра, может, отпразднуем все вместе?
— Отпразднуем?
— Когда другие празднуют за тебя — это, может, и не особо что-то из ряда вон, но я думаю, это довольно важно.
Рюши-сан несколько раз моргнула и наконец сказала с покрасневшим лицом:
— Это тоже звучит неплохо.
Маленькая улыбка:
— М-м-м, может, это будет самый лучший вариант!
Словно соглашаясь, она глубоко кивнула. Её взгляд метался туда-сюда:
— Хотя это всё так внезапно, но всё равно немного неловко.
Хе-хе-хе-х. Рюши-сан потёрла тыльную сторону правой руки:
— Я имею в виду, остаться ночевать у… парня.
— Да?
Я притворился бесстрастным. Вот если бы я жил в доме у Рюши-сан...
— Да!
Рюши-сан подняла кулак в надежде на уверенность.
— Ну, я уже видел сонное лицо Рюши-сан на уроке математики.
— Почему ты смотрел?!
Её глаза расширились в отместку:
— И я же сказала, я Рюко!
Серьёзно! Она с вызовом отпила сок. Преувеличенная манера, с которой она кусала банку, вернее, наливала напиток, была немного по-детски, но мило.
— Было бы по-другому, если бы мы спали в одной комнате. А так — не в одной, мне не так уж и любопытно.
Кашель! Горло Рюши-сан раздулось. Поперхнувшись, она дрожа спросила со слезами на глазах:
— Д-другая комната… Да? Мы с Нивой-куном?
Теперь моя очередь поперхнуться.
— Д-другая комната.
— Т-ты прав, м-м-м...
Оба наших голоса сменили тон; оба уставились в собственные ноги.
Ветерок, становившийся холоднее, освежил наши горящие щёки.
Ах, точно. Может, стоит прояснить с ней кое-что.
— Рюши-сан. Насчёт т-той штуки… раньше.
Мой голос прервался на полуслове.
— Р-раньше?
О? Она колеблется.
Мы оба поспешно глубоко вздохнули, ожидая, пока внутренняя дрожь утихнет.
— Норм?
— Норм.
— Это мой отчёт на данный конкретный момент времени.
— М-м-м?
— Гипотетически: Эрио идёт по городу, и тут старые одноклассники начинают её донимать. И я случайно это вижу.
— ...М-м-м.
— Если такое случится, я встану на сторону Эрио.
Ресницы Рюши-сан дрогнули; она меланхолично опустила взгляд.
Ну, я тоже считаю, что это глупо.
Однако я не настолько умен, чтобы бросить Эрио на смерть.
— Э-э-э… Даже если это будет не Эрио, а Маэкава-сан или Рюши-сан, я тоже встану на вашу сторону.
Я имею в виду, в конце концов, все вы — красивые девушки.
— ...…
Рюши-сан хранила молчание, её левое веко иногда подёргивалось.
— Когда я соберусь помочь Эрио, а ты случайно будешь идти со мной домой — просто как следует пни меня в спину.
Я не могу допустить, чтобы Рюши-сан страдала из-за моих действий. Если она сделает только это, её не будут считать моим другом. Если же не сделает, её могут даже заклеймить как зачинщицу.
— Даже в одиночестве я всё равно придумаю, как быть счастливым. Тогда не беспокойся обо мне.
Даже один человек с метлой может перевернуть ею, как рычагом, весь мир. Наслаждайся жизнью!
Двигаться к юности без аксессуаров, возможно, тоже будет интересно.
И пока я буду на стороне Эрио, она, естественно, тоже будет на моей, не так ли?
Поэтому я попытался объяснить Рюши-сан своё отношение к Эрио в самой жизнерадостной манере.
Если всё действительно так и кончится, Очки Юности, вероятно, полетят в тартарары, упадут без возможности восстановления — это одновременное, гнетущее чувство бурлило глубоко в моей груди.
Рюши-сан держала голову низко, формулируя свой ответ прямо:
— Это чисто для данного конкретного момента времени.
— ...
Рюши-сан подняла взгляд. Не то чтобы на её лице не читалось никаких эмоций — безмятежное, почти обречённое выражение:
— В таком случае я не встану на сторону Товы-сан.
— Хм.
— Но...
Сделав паузу, Рюши-сан отошла от меня на шаг.
Сложив руки за спиной, она робко наклонилась вперёд:
— Но, я думаю, я встану на сторону Нивы-куна.
Закончив, Рюши-сан замерла на месте.
Мы уставились друг на друга.
Нам обоим стало неловко.
Наши лица покраснели.
— Уа-а~!
Она убежала. Ворвалась в прихожую и метнулась в дом.
Мне тоже захотелось куда-нибудь убежать. В основном, чтобы сбежать от смущения и сердца, которое билось ещё быстрее.
Только я подумал об этом, Рюши-сан высунула пол-лица из прихожей и назвала меня новым именем:
— Мако-тян~!
— Че-его~?
— Ты простудишься на ветру, возвращайся скорее!
— Знаю~!
Сначала ответив мамочке-персонажу дрожащими ногами, я почесал щёки.
Какой-то объект всё ещё разрезал воздух. Я посмотрел в небо.
Метеориты не прорезали облака.
Мы обязательно встретим завтрашний день.
— …Четыре, очка?
От чувства полноты и гордой улыбки на моём лице.
Следующий день наступил.
Под примеру Эрио и Маэкавы-сан, обе из которых были обычными жаворонками, я проснулся в восемь утра в выходной.
— Это довольно печально, новенький. Не можешь проснуться без петухов?
— Проснуться до полудня в моём доме считается здоровым.
На завтрак у нас были яичные сэндвичи Маэкавы-сан и ветчинные сэндвичи Эрио.
Мы разделили еду и, взяв в руки ракеты, вышли из дома, предварительно одевшись.
Кстати говоря, Эрио сегодня почему-то носила два хвостика.
Когда я спросил у обувного шкафчика, она тихо ответила:
— Потому что… Кузену так нравится.
С каких это пор я был фанатом хвостиков? Моё место в доме Това движется в каком-то странном направлении? Включая всякие дела с Меме-сан, в моей голове роятся тревоги.
— Я не ожидала, что мой план поехать с тобой на пляж осуществится вот так.
Маэкава-сан уселась на велосипед и с надеждой выпалила эти слова.
— Бип-бип!
Рюши-сан, которая была против пляжа из-за медуз, свистнула. Частота этого свиста была за пределами моих возможностей.
Эрио, естественно, пришвартовалась на своём законном (?) месте — в корзине велосипеда.
Това, ты великолепна! Прямо как разговор о побеге с острова на плоту, который может вместить только троих. «Когда будешь уплывать, пусть кто-нибудь из вас станет частью плота, ухватившись за дерево. Вот так это делается».
Пример, который привела Маэкава-сан, балансировал на грани между логикой и бессмыслицей, так что ответить на него было трудно.
Итак, мы отправились на условленный пляж.
Почему я послушался инструкций Меме-сан? Вопросы крутились вместе с колёсами, но я всё равно продолжал крутить педали.
Поездка, которая на старом велосипеде заняла бы два часа, сегодня заняла чуть больше часа.
На пляже, не имеющем ничего общего с Эрио.
Шесть бутылочных ракет выстроились на платформе, нацеленные в небо.
К нам пришёл посетитель. Это был мужчина в костюме, готовившийся к запуску.
Заметив нас, он остановился и направился сюда.
— А, космический сталкер.
— Мой фанат!
— Незнакомец.
— Кто?
Четыре человека оценивали стоящего перед нами мужчину средних лет. Что не так с первыми двумя?
— Вы...
— Ах, здравствуйте.
Поприветствовала Маэкава-сан. Ещё один её знакомый? Если считать Меме-сан, может, секрет её многочисленных связей — её рост по вертикали? Я поразился, подумав столь грубую вещь.
— Хм.
Мужчина посмотрел на ракеты в наших руках и кивнул:
— Това Меме попросила вас прийти?
— Да.
Быстрее всех на имя матери отреагировала не кто иная, как Эрио.
«Я так и думал». Мужчина радостно смягчил выражение лица:
— Тогда приступим. Не то чтобы оставалось что-то делать, но вы все должны подготовиться к запуску своих ракет. Если понадобится помощь, я помогу.
Он руководил с доброжелательным отношением, готовый протянуть руку помощи.
Судя по всему, незнакомая с ним, Эрио с недоумением наклонила голову.
— Давайте подготовимся пораньше, мало ли когда появится Меме.
Поторопил нас мужчина средних лет, бережно держа в руках багровую бутылочную ракету.
Возможно, заметив мой взгляд, он с ироничной усмешкой похвастался красным устройством.
— Это просто бонус; я подготовлю его сам, так что не трогайте.
— О нет!
Если подумать, кажется, я забыл разбудить Меме-сан.
Мужчина повернулся лицом к пляжу — и через мгновение пробормотал:
— Моя юность на вас. Рассчитываю на вас.
Эти слова долетели до моих ушей. И я решил помочь.
Я — стопроцентный подросток (青春男). Может, это читается как Ао-Хару-О, но я подчёркиваю:
Читается как Сэйсюн Отоко. До глупости серьёзный.
Честно говоря, я понятия не имел, почему всё обернулось так.
Я что, втянут во что-то? Не знаю, но сейчас меня несёт потоком. Вот что я подумал.
Но, ладно, какая разница из-за таких мелочей?
Иногда помогать другим получать Очки Юности — тоже неплохо.
Особенно если это пять очков — я разделю эту славу.
Примечания
[1] - Отсылка на детскую колыбельную "Fushigi na Pocket" (ふしぎなポケット). В тексте песни описывается волшебный карман, в котором количество печенья удваивается каждый раз, когда по нему хлопают.
[2] - "Swimmy" - рассказ Лео Лионни о черной рыбе, родившейся среди красных рыб. "Алый фруктовый взрыв" (紅い実はじけた) - сборник коротких романтических историй, каждая из которых посвящена моменту мгновенной влюбленности.
[3] - Отсылка к персонажу "мистер Сатурн" из игры EarthBound. Издаёт звук "прыг".
[4] - Отсылка к детской манге и аниме "Садзаэ-сан" Матико Хасэгавы. Исоно - фамилия Садзаэ.
[5] - Классическая сцена японской костюмированной драмы – коррумпированный губернатор (тоно-сама, 殿様) - дергает за пояс кимоно девушки, кружит ее, как волчок, и одновременно раздевает. Раздеваемая при этом повторяет "О нет" (あれえ～).
[6] - Скайфиш, или летающий стержень - объекты продолговатой формы, появляющиеся на фото. Считаются видом НЛО, либо же просто визуальными артефактами.
[7] - Отсылка к Forbidden Siren, конкретно к персонажу Маэде Маюми.