Chanel в канализации

На следующее утро, ровно в восемь пятьдесят пять, Шэнь Яояо вошла в здание Особого следственного управления.

Ночью она почти не спала. Не из-за страха: Линь Ся примерно к двум часам ночи наконец угомонилась и уплыла куда-то в коридор — чем она там занималась, оставалось только гадать.

А дело было в стене по соседству. Оттуда доносилось едва уловимое низкочастотное гудение — не звук работающего механизма, а скорее глухая вибрация, проходившая прямо сквозь бетон. Частота держалась ровно на нижней границе человеческого слуха: толком не расслышать, но она точно есть, и от этого тихого давления ныло где-то в глубине ушей.

Шэнь Яояо долго лежала в темноте с открытыми глазами и в итоге пришла к самому практичному выводу: в следующем месяце надо купить беруши.

◇◇◇

Офис находился на втором этаже. Когда она вошла, большая часть сотрудников уже была на местах.

Бай Тан стоял у окна и что-то писал на белой доске, сдвинув очки на лоб. Сяо Ли забился в свой угол, перед ним светились три монитора, а пальцы мелькали над клавиатурой с бешеной скоростью. Ещё двое или трое полицейских, чьи имена Шэнь Яояо пока не знала, сидели каждый за своим столом и молча просматривали документы. Атмосфера была рабочая: тихая, но с заметным внутренним напряжением — так бывает, когда все ждут, что дело вот-вот сдвинется с места.

Шэнь Яояо выбрала свободное место у стены, поставила сумку у ног и уже собиралась включить старый компьютер, который ей выделили, когда спереди раздался голос Бай Тана:

— Завтракала?

— Да.

Не завтракала... Лапша быстрого приготовления считается? Если да — значит, завтракала.

Бай Тан уточнять не стал и снова повернулся к доске. Шэнь Яояо проследила за его движениями и увидела прикреплённую к доске фотографию: снимок молодой женщины на документы. Рядом красным маркером было выведено: «Линь Ся, 23 года, пропала полмесяца назад».

Под фотографией шёл длинный список сведений по делу. Шэнь Яояо пробежала его взглядом, строку за строкой.

⨳ Линь Ся, женщина, 23 года, магистрантка первого курса, снимала комнату 404 в доме для сотрудников Особого следственного управления. Полмесяца назад её соседка по комнате заявила в полицию о пропаже: телефон выключен, в соцсетях активности нет.

⨳ Осмотр места: в комнате 404 явных следов борьбы не обнаружено, реакция на кровь отрицательная, личные вещи в основном целы, тело не найдено.

⨳ Записи с камер: единственная камера в коридоре показывает, что Линь Ся накануне исчезновения, в 21:23, вернулась в свою комнату и после чего больше не попала ни на один кадр.

⨳ Вывод: типичное исчезновение из закрытой комнаты. Человек вошёл, но не вышел, в комнате его тоже нет.

Бай Тан дописал последнюю строку, положил маркер и оглянулся. Сотрудники постепенно собрались почти в полном составе. Он поправил очки:

— Краткую сводку по делу все уже видели. Я ещё раз подчеркну несколько ключевых моментов...

Договорить он не успел: дверь офиса открылась. Вошёл Цинь Сяо.

Сегодня на нём была тонкая чёрная куртка, под ней — тёмно-синяя рубашка. В руке он держал стакан чёрного кофе, непонятно где купленного. Выражение лица — такое же, как вчера вечером: без какой-либо лишней информации. Он остановился перед доской, скользнул взглядом по написанному и сразу сказал:

— К делу.

Бай Тан без возражений пропустил вступление.

— Главное одно: в коридоре дома стоит только одна камера. Она покрывает участок от входа на первом этаже до поворота на третьем. Четвёртый этаж и выше — слепая зона. Но за семьдесят два часа до исчезновения Линь Ся и после камера не зафиксировала ни одного подозрительного человека, который входил бы или выходил. Саму девушку после возвращения тоже не засняло.

Он начертил на доске временную линию.

— Иными словами, если против неё действительно совершили преступление, этот человек либо жил в доме и ему не нужно было проходить через вход на первом этаже, либо он воспользовался другим путём, о котором мы пока не знаем.

Цинь Сяо сделал глоток кофе и ничего не сказал.

— А место? — спросила высокая женщина-полицейский, сидевшая у двери. Позже Шэнь Яояо узнала, что её зовут Цзян Нань; голос у неё был спокойный, но цепкий, — Люминолом обрабатывали?

— Обрабатывали, — ответил Бай Тан, — Распыляли по всей комнате. Ни одной реакции на кровь. Пол, стены, мебель, ванная — везде отрицательно. Если это убийство, место преступления вычищено до учебникового нуля.

— Материал пола? — уточнила Цзян Нань.

— Ламинат. Стыки тоже проверяли, следов просачивания нет.

В офисе на несколько секунд стало тихо, что было слышно, как на столе у Сяо Ли гудит один из мониторов.

Шэнь Яояо сидела в углу, опустив голову, и делала вид, что внимательно изучает документы. На самом деле она слушала Линь Ся. В этот момент призрак висел вниз головой на потолочном вентиляторе. Она зацепилась ногами за лопасть, голова внизу, окровавленные волосы свисают и слегка покачиваются в воздухе — вылитый ветряной колокольчик для хоррор-инсталляции. Линь Ся тыкала пальцем в сторону Бай Тана и громко вещала:

— Скажи этому красивому очкарику! Убийца использовал высококонцентрированный промышленный отбеливатель! Промышленный! Тёр три часа! И ещё взял такую жёсткую щётку, которой унитазы чистят! Он на корточках целых три часа тёр пол! А я рядом висела и на всё это смотрела!

Шэнь Яояо глубоко вдохнула. Она быстро прикинула ситуацию. Совет Цинь Сяо вчера звучал так: «Сначала говори направление, источник не упоминай». Значит, оставалось попробовать.

— Капитан.

Голос Шэнь Яояо был негромким, но в офисе стояла такая тишина, что услышали все. Цинь Сяо повернул голову и посмотрел на неё. Взгляды остальных тоже потянулись следом: в них читалось любопытство, оценка и ещё что-то вроде мысли: «Стажёр в первый же день берёт слово?»

Шэнь Яояо сглотнула.

— Может быть, — она постаралась, чтобы это прозвучало как обычное логическое рассуждение, — убийца использовал для уборки места преступления высококонцентрированный промышленный отбеливатель? Окислитель такой концентрации способен полностью разрушить структуру гемоглобина и дать отрицательный результат при проверке люминолом.

Первым отреагировал Бай Тан. Он поправил очки — на лице было не сомнение, а профессиональная строгость.

— Теоретически возможно, — сказал он, — Высококонцентрированный гипохлорит натрия действительно может нарушить реакцию люминола. Но чтобы получить отрицательный результат по всей комнате, нужны совершенно чудовищные объёмы и очень много времени на очистку. И ещё: у отбеливателя такой концентрации крайне резкий запах. Соседи вокруг не могли бы его не почувствовать.

— А если он долго проветривал? — сказала Шэнь Яояо, — Или изначально выбрал промежуток, когда соседей не было дома.

— Это можно проверить, — подхватила Цзян Нань, — Но пока это только предположение. Чем это подтверждается?

Шэнь Яояо за две секунды перебрала варианты. На потолке Линь Ся бешено махала ей рукой, губы двигались очень быстро:

— Ещё! Ещё! Ванная! Пусть проверят ванную! Слив под раковиной! Когда этот псих мыл пол, он смёл туда мою серьгу!

Шэнь Яояо прикрыла глаза на мгновение.

— Я предлагаю повторно проверить ванную в комнате 404, — сказала она, — Особенно слив под раковиной. Если убийца промывал пол большим количеством жидкости, в U-образном сифоне могли остаться следы. И ещё...

Она сделала паузу, изображая размышление.

— Если у жертвы были мелкие личные вещи, например украшения, во время уборки их могло смыть в слив.

Бай Тан посмотрел на Цинь Сяо, тот на Шэнь Яояо. Что именно было в этих глазах, она прочитать не могла, но на возражение это точно не походило.

— Например? — спросил он.

Вот и пришли. На потолке Линь Ся почти сорвала голос:

— Моя серьга Chanel! Лимитированная! Восемь тысяч! Когда он мыл пол, он смёл мою лимитированную серьгу в слив!

Шэнь Яояо мысленно посчитала, что для неё означают восемь тысяч юаней: примерно две с половиной месячные зарплаты. Цифра неприятно кольнула где-то в районе желудка.

— Например, серьга, — сказала она, стараясь говорить ровно. — Я проверила последнюю публикацию Линь Ся в ленте WeChat перед исчезновением. На селфи она была в серьгах, но я заметила: в шкатулке с украшениями, оставшейся в комнате 404, лежит только правая серьга. Если левая потерялась на месте преступления, слив — самое вероятное место, которое могли упустить.

Эту логическую цепочку она вчера перед сном придумывала двадцать минут.

Строго говоря, ленту WeChat Линь Ся она не проверяла. Но она ставила на то, что у двадцатитрёхлетней магистрантки наверняка есть селфи в соцсетях и с большой вероятностью на одном из них будут те самые серьги, о которых та никак не могла забыть.

Цинь Сяо ответил не сразу. Он поставил кофе на стол и молчал примерно три секунды.

— Идём, — сказал он, — Повторный осмотр.

Он развернулся и пошёл к выходу, а проходя мимо Шэнь Яояо, на мгновение задержался.

— Ты тоже.

◇◇◇

Когда с двери комнаты 404 сняли опечатку, помещение оказалось необычайно чистым.

Пол блестел почти зеркально, на поверхности мебели — ни пылинки, окна закрыты, шторы наполовину задёрнуты. В воздухе висел слабый, трудноопределимый химический запах — не свежего ремонта, а скорее остаточный след какого-то едкого дезинфицирующего средства, от которого слегка першило в горле.

Бай Тан заметил это первым. Он присел в центре комнаты, рукой в перчатке коснулся пола и поднял голову к Цинь Сяо:

— Пол недавно промывали большим количеством жидкости. Такой блеск ненормален.

Цинь Сяо кивнул, давая технической группе знак брать пробы.

Шэнь Яояо стояла у двери и смотрела в комнату. Душа Линь Ся парила перед ней, как чересчур увлечённый агент по недвижимости: летала туда-сюда и активно тыкала пальцем.

— Здесь! Вот здесь! Именно здесь мне закрыли глаза. Да, прямо посреди гостиной. Потом он потащил меня к спальне... Нет-нет, сначала сдавил шею, а уже потом потащил...

Девушка не стала хаотично следить за её указаниями и перевела взгляд к ванной.

— Капитан.

Цинь Сяо подошёл из гостиной. Шэнь Яояо указала на пол в ванной, под раковиной.

— Тот слив.

Цинь Сяо посмотрел на неё, затем на слив.

— Основание?

Шэнь Яояо знала: ему нужна причина, которую можно будет вписать в отчёт, а не «женская интуиция».

— Расположение раковины и направление сливных труб, — сказала она настолько профессиональным тоном, насколько могла, — означают, что если по полу прошло большое количество жидкости, мелкие предметы потоком могло снести именно туда. К тому же изгиб U-образного сифона сам по себе предназначен для задерживания мусора.

Эта фраза была правдой, хотя источник информации висел вверх ногами на потолке. Цинь Сяо опустил голову и присел, чтобы рассмотреть слив ближе.

— Разобрать.

Подошёл техник с инструментами и начал откручивать решётку. Когда U-образный сифон сняли, из трубы ударила зловонная волна — густая, спёртая, — и несколько человек вокруг одновременно поморщились. Техник осторожно ковырялся пинцетом в комке из волос, грязи и непонятных веществ.

Потом замер. Он поднял пинцетом небольшой предмет. В луче фонарика тот на мгновение блеснул.

Серьга. Металлическая застёжка — маленькая, изящная; на лицевой стороне — фирменный логотип из двух переплетённых букв C, узнаваемый с первого взгляда. Даже перепачканный грязью, логотип оставался отчётливым. Это был Chanel.

На потолке Линь Ся издала полный отчаяния вопль:

— Моя серьга! Восемь тысяч! Серьга за восемь тысяч юаней полмесяца пролежала в канализации!

Шэнь Яояо стояла на месте с непроницаемым лицом. Бай Тан быстро подошёл и ватной палочкой осторожно взял с застёжки образец. Несколько секунд посмотрел на палочку против света, потом открыл переносной набор для экспресс-теста.

Атмосфера в комнате уже изменилась — стала плотнее, напряжённее. Через несколько минут Бай Тан поднял голову, снял перчатки, посмотрел на Цинь Сяо, потом на Шэнь Яояо. Голос у него стал чуть напряжённее обычного:

— Капитан, на застёжке обнаружены следы биологических жидкостей человека.

Взгляды всех присутствующих одновременно упали на стажёра. Бай Тан смотрел на неё, поправляя очки, и в голосе звучало то неприятное чувство, какое бывает у профессионала, когда попадают в его больную точку:

— Шэнь Яояо, откуда ты знала?

Пальцы Шэнь Яояо слегка сжались у шва брюк, потом разжались.

— Я уже сказала, — произнесла она ровно, — Лента WeChat, шкатулка с украшениями, слив. Логический вывод.

Бай Тан явно не поверил до конца, но и дыр в объяснении найти не смог. Цинь Сяо посмотрел на неё — на этот раз взгляд задержался чуть дольше, примерно на три секунды, — потом повернулся к Бай Тану:

— Отправить на экспертизу, срочно. Сравнить с образцом ДНК Линь Ся. Кроме того, отработать состав остатков чистящего средства: установить марку и место покупки.

Он развернулся к выходу, дошёл до двери и остановился, не оборачиваясь.

— Шэнь Яояо. Группа выездной аналитики. С сегодняшнего дня.

Шэнь Яояо стояла у входа в ванную и смотрела на серьгу в пакете для улик. Внутри у неё поднялось очень сложное чувство. Душа Линь Ся подплыла к ней совсем близко и заплакала ещё громче:

— Восемь тысяч... Я три месяца экономила, чтобы её купить... Как он посмел...

Шэнь Яояо мысленно ответила: «Линь Ся, тебе сейчас стоило бы переживать не из-за серьги», — но вслух не сказала.

Некоторые вещи мёртвым говорить необязательно.