Глава 4.

«Она пнула его и после этого начала снова и снова бить своей книгой...»

Как безумно.

Не могу поверить, что вы говорите ему ложь, ловко искажая правду.

Довольно шокирует то, что у Асталлиу есть мозг, способный на это.

Я хотела закричать, чтобы сразу отрицать то, что он сказал небыло правдой, но я решила сдержаться.

Вместо этого я смотрела на дедушку взглядом, подразумевающим: («Мне есть что сказать!»)

«...»

Дедушка заметил это и переспросил у Асталлиу:

"Так ты хочешь сказать, что Флорентия начала бить тебя и Велисака без причины?"

«Да, это..!»

К сожалению, Асталлиу не умеет быстро придумывать оправдания и плохо справляться с ситуациями.

< < Среди вен Ромбарди, особенно тех, кто не понимает, используют, ли они свои тела, как вы можете быть хозяином, если у вас нет мозга? > >

«Флорентия ненавидела нас с самого начала ...»

Чувствуя кризис, голос Велисака проговорил это вслух, прервав колебания Асталлиу.

Уголоки моих губ молча приподнялись.

"Не вмешивайся в чужие разговоры, Велисак".

Потому что это то, что дедушка ненавидел больше всего.

Вот почему я так долго не кричала что меня ложно обвиняют.

"Где ты так научился?"

Глаза Велисака вновь наполнялись слезами, остановленные моими выговорами.

Тем не менее, он не может даже громко хныкать, потому что боится дедушку.

«Продолжай говорить, Асталлиу».

Теперь настала очередь Асталлиу напрячься, и он стал ещё более нервным. Бедный мальчик, который некоторое время назад, не мог даже придумать подходящего оправдания, теперь начал зарываться лицом в одежду своего отца, Лорела, чтобы поплакаться.

Что ж...

Это была нормальная реакция детей, которые стояли перед дедушкой, когда их ругали.

Огромная харизма Рулака Ромбарди иногда заставляет дрожать от страха даже здоровых взрослых. А это дети Ромбарди, которые видели его с детства.

Большинство людей не осмеливались даже в глаза смотреть.

«Флорентия».

Когда дедушка позвал меня, я почувствовала руку отца, держащую меня за плечи.

«Расскажи».

Но прося моих объяснений, дедушка, похоже, не возлагал больших надежд.

Это было очевидно.

В детстве Флорентия была крайне хрупким и боязливым ребёнком.

Робкая личность моего отца - это то, что я унаследовала и из-за этого, меня преследовали кузены, которые могли бы легко избегать последствий.

Но я ответила, глядя прямо в глаза деду.

-Я не сделала ничего плохого.

«Ты смеешь сказать это, когда мой сын сейчас выглядит вот так...!»

"ВИЕДЗЕ!"

В конце концов, дедушкин голос раздался громким рёвом.

Виедзе, который казалось собирался раздвоить меня, внезапно умолк, согнув плечи.

Несколько мгновений назад, видя, что его сына ругают за подобное, он всё же не смог перебороть свои эмоции и не вмешаться.

Яблоко от яблони.

"Продолжай."

Дедушка приказал мне с холодом.

Но с первого взгляда я поняла, что в этих глазах было что-то помимо льда.

-Я ждала здесь своего папу, но внезапно, пришли Велисак с Асталлиу и начали дразнить меня, обзывая полукровкой. Я сказала ему не делать этого, поэтому он меня ударил.

"Ударил тебя? Кто тебя ударил?"

-Велисак.

Я подняла указательный палец, чтобы указать на виновного.

-И он назвал меня нижайшей тварью. Сказал мне вернуться в свои трущобы.

Хотя я не могла его видеть, я знала какое выражение лица у отца, когда он сейчас меня слушает.

Я чувствую, как его руки на моих плечах дрожат от гнева.

Я могла бы бегло пропустить все эти слова, но сейчас у меня появился шанс и время, чтобы рассказать им, как со мной обращались в последние месяцы.

Прости, отец. Просто подожди ещё немного.

"Так ты ударила Велисака из-за этого?"

-Нет.

"Тогда почему ты это сделала?"

-Это потому, что Велисак...

Я сделала небольшой вдох и ясно произнесла свои слова:

-Это потому, что Влесак сказал мне что я не Ромбарди.

Взгляд деда сразу же встретился с моими.

Его карие глаза были просты, но я поняла, что они знают так много, что преступники даже себе представить не могли.

-Я полукровка.

К сожалению, у моей матери не было разрешения на то, чтобы полностью унаследовать фамилию Ромбарди, так что я полукровка.

И не собираюсь этого отрицать.

-Даже если на половину, то я определенно Ромбарди, Ромбарди, которого признаёт мой дедушка.

Раньше я считала себя несовершенной, потому что моя мать родилась в простонародье.

Так что я всегда старалась игнорировать свою от части неблагородную кровь, а мои кузены, считали меня наполовину без дворянских кровей.

Велисак счёл это разумным. Именно поэтому он относился ко мне как к слуге, а не как к члену Ромбарди.

Хотя я и узнала, как вести домашнее хозяйство, поняла я это только тогда, когда ушла.

Более того, я в сто раз более подхожу для звания Ромбарди, чем те идиоты, которые называют себя таковыми.

По правде говоря, я как Ромбарди не уступаю никому.

-Он отрицал мое существование как Ромбарди. И я не могла этого выносить.

"Ты была зла, не потому что он тебя высмеивал, а потому что он сказал что ты не часть Ромбарди?"

-Верно.

Я ответила кивком и намеренно добавила:

-Дедушка.

Означающие («Я тоже твоя внучка»).

-Я хотела сказать, что заслуживаю звать тебя так, не меньше Велисака.

И в этот момент я увидела... слабую улыбку на губах разгневанного деда с твердым лицом.

«У тебя болит колено?»

Только тогда я взглянула на свои колени при его словах.

Кровь текла по коже в последствии падения.

-Конечно, больно.

"Но ты не плачешь. Ты всегда была такой плаксой".

Я забыла об этом.

Неужели они подумают, что это странно, что я, до вчерашнего дня плакса, внезапно изменилась?

Я немного смутилась и быстро ответила.

-Я буду плакать. Я пойду в свою комнату и заплачу после того как выскажусь.

Пфф.

Я услышала над головой лёгкий смешок отца. В то же время напряжённая атмосфера плавно спала.

Какое облегчение.

Я тихо вздохнула расслабившись.

Первым шагом, который мне необходимо сделать чтобы стать преемницей, было заслужить доверие деда.

Короля Ромбарди - моего дедушки.

От малых и больших вещей семьи, до наследников, всё будет идти по дедовской воле.

Вкратце, это означает, что как только я заслужу расположение дедушки, я получу и его *красоту.

Хотя Виедзе и остальной семье я могу не нравиться, пока дедушка меня любит, они ничего не смогут сделать.

Однако, быть вне поля зрения деда в Ромбарди, означает автоматическую смерть - вот и всё.

Этот инцидент оказался неожиданной случайностью, но для меня, это стало замаскированным благословением.

Мне было интересно, как привлечь внимание своего дедушки к себе, но похоже, я сейчас определенно воспользовалась этой возможностью.

«Прости меня, отец. Я думаю, мы покинем вас, надо вылечить раны Тии».

Мой отец, который очень настороженно относился к моему деду, аккуратно подбирал слова.

"Хм. Да, тебе следует. Отведи её куда нужно."

Я получила разрешение уйти, мне нужно поскорее сбежать. И тут, когда я пыталась взять отца за руку...

"Погоди."

Позвал меня дедушка.

Ой. Почему снова?

"Флорентия. Эта книга принадлежит тебе?"

Спросил дедушка, поднявший с пола книгу.

Книга под названием «Люди Юга», в толстом переплете с первого взгляда явно не была детской. Даже являлась скорее очень драгоценной книгой.

В этот момент я почувствовала приступ боли.

Всё потому, что я небрежно забыла о книге и знала, что дедушка думал о людях, которые пользуются книгами без разрешения, и о том, как люди обращаются с ними.

Я решила сдаться.

Дедушка даже видел, как я этой книгой била Велисака, так что выхода не было.

-Да. Это моя книга...

Я ответила, хватая книгу обеими руками.

-Мне жаль.

"Хм?"

Дедушка посмотрел на меня так, словно ему было любопытно.

Что это? Разве он не зол?

"За что ты извиняешься?"

-Ну за то, что я грубо обращаюсь с книгой. Книги предназначены для передачи знаний, а не для того, чтобы побеждать, нет, вредить людям.

"Разве ты не сказала, что не сделала ничего плохого?"

У него тоже хорошая память.

Я представляла, что-бы такого сказать, и в итоге произнесла:

-Думаю, хорошо сразу признать свою неправоту, когда вы понимаете, что совершили ошибку.

"Хо-хо ..."

Мой дедушка, который в любой момент смог бы рассмеяться после услышанного, сказал моему отцу:

"Иди и отведи Флорентию к доктору."

Внутри поместья Ромбарди находится врач-резидент. Это небольшая больница, где студентов обучали тому, как лечить людей под эгидой их семей.

«Да, отец».

Отец взглянул на мое окровавленное колено и прижал меня к себе сильнее.

Поскольку я семилетний ребенок, для отца было естественно обнимать свою дочь, но её здоровый ум - взрослый.

Было немного неловко, когда меня так ласково обнимали.

Особенно мой отец, который умер очень давно и никогда больше я его не видела.

«Но отец! Ты собираешься просто прикрыть это? Флорентия втянула во всё это Велисака!»

Виедзе, чьё лицо было искаженно гневом, кричал о несправедливости.

«Флорентия должна взять на себя ответственность за то, что сделала!»

Ах ты идиот.

Я мирилась с желанием уткнуться лицом в плечи отца. Не сумев уловить настроение, ты всё такой же, как и в будущем, и сейчас.

Ты смеешь оспаривать моё решение?"

Голос дедушки снова стал резким.

«Нет, не что бы...»

"Виедзе."

«...Да, отец».

"Тебе должно быть стыдно за себя."

Мой дедушка, сказав эти слова, вернулся в комнату. Остальные члены Ромбарди скрежетали зубами, но ничего не могли поделать.

«Тогда мы откланяемся».

Мой отец попрощался с ними, всё ещё держа меня на руках.

Я думала, что мы собираемся сразу же уйти, но когда мы проходили мимо Виедзе, отец остановился и сказал:

«Брат, разве тебя не слишком волнуют детские шалости?»

«-Галлагер!»

Я прикрила рот рукой, сдерживая смех. В своё время, всякий раз когда Велисак беспокоил меня, мой отец останавливался после подобных слов своего брата.

«Ты... почему ты..?!»

Виедзе был так зол, что уже не знал, что делать. Но мой отец просто ушёл с полным спокойствием и безмятежностью на лице.

Я обняв его за шею, выглянула сзади стараясь увидеть Велисака. Когда наши взгляды встретились, он пожал плечами.

Я произнесла ещё несколько слов, пытаясь скрыть улыбку:

-Я. Увижу. Тебя. Позже.

Тихий парень вдруг расплакался.