Большой босс Ин потерпела сокрушительное поражение.

Глава 159. Большой босс Ин потерпела сокрушительное поражение. 

Каким бы водонепроницаемым ни был конверт, и какой бы качественной ни была бумага внутри, это всё равно бумага. Как только письма попали в печь, они тут же превращались в золу, и от них не оставалось и следа. 

Все. Кроме одного письма. Последнее письмо осталось нетронутым. Конверт был окружён пламенем, но огонь его так и не повредил. 

Увидев эту сцену, дворецкий на мгновение опешил, а затем, казалось, что-то понял и немедленно использовал инструменты, чтобы потушить огонь. Затем он надел перчатки и осторожно вынул письмо. Дворецкий присмотрелся повнимательнее и обнаружил, что конверт не только цел, но на нём даже не было и пылинки. Он был смущён и напуган. 

Я отвечаю за управление периферией замка Лоран и каждый день получаю десятки писем. Эти письма в основном отправляют сумасшедшие фанаты снаружи. После того, как члены семьи Лоран прочитали несколько таких писем, они перестали обращать на них внимание. Мне также сказали, что, если в будущем будут приходить подобные письма, я должен их сжигать. Никто не будет использовать такой древний способ общения для действительно важных вещей. – У дворецкого давно вошло в привычку каждый день сжигать письма. – Но сегодня я впервые столкнулся с подобным. Я никогда не слышал о бумаге, которую нельзя сжечь. Что, если это письмо покрыто чем-то ядовитым? Будет плохо, если это причинит вред молодым господам и леди в поместье. 

Как раз в тот момент, когда дворецкий колебался, передавать это письмо или нет, из холла на первом этаже замка донеслись шаги. В то же время позади него раздался голос:

– Отдай мне письмо, которое ты держишь в руке. 

Дворецкий внезапно очнулся от своих мыслей. Когда он повернул голову, то не узнал посетителя, но заметил, что его манжеты были расшиты золотыми ирисами. 

Золотой ирис – символ Банка Лорана. Только основные слуги внутри замка могут носить такой знак. 

Дворецкий поспешно протянул письмо, которое было у него в руках. 

– Всё в порядке. – Молодой слуга взял его и тихо вздохнул: – Я знал, что ты будешь сжигать письма, поэтому специально попросил использовать наноматериалы. 

Дворецкий был ошеломлён и напуган. Он осторожно сказал:

– Вы имеете в виду... 

– Это не имеет к вам никакого отношения. – Молодой слуга махнул рукой: – Продолжайте. 

Аккуратно положив конверт в карман, он покинул зал замка, обошёл сад рядом с ним и направился к самой внутренней части поместья. 

Естественно, дворецкий не осмелился последовать за ним.

Меня тоже можно считать старым слугой семьи Лоран. Я работаю уже тринадцать лет, но до сих пор мне не разрешали входить в сердце замка. Говорят, что там живёт настоящий правитель семьи Лоран. Не говоря уже обо мне, даже другим членам семьи не разрешается входить без разрешения. 

В таком случае это письмо также должно быть адресовано тому самому настоящему, стоящему у власти, человеку. – При мысли об этом дворецкого прошиб холодный пот. – К счастью, с этим письмом всё в порядке, иначе, даже если бы у меня было несколько жизней, этого было бы недостаточно. 

Китай. Город Шанхай. Два часа пополудни. В первоклассном салоне красоты. 

Этот салон красоты обслуживал только состоятельных и знатных дам, но сегодня впервые он был полностью зарезервирован. Внутри такие первоклассные специалисты как визажисты, косметологи, парикмахеры и другие техники с множеством инструментов в руках были в постоянном движении. 

Ин Цзыцзин сидела перед зеркалом для макияжа без всякого выражения на лице. За ней стояли ученики 19-го класса и старый мастер Чжун. Она совершенно не хотела ни с кем из них разговаривать, и даже не хотела вспоминать, как её сюда притащили. 

Утром я закончила урок биологии для 19 класса, а в полдень заснула на столе. Прежде чем я успела полностью проснуться, Сю Юй и ещё одна девочка из класса потащили меня за собой, сказав, что хотят угостить меня новым десертом. Только вот никакой кондитерской я так и не увидела, зато увидела дедушку Чжуна, который ждал меня с улыбкой, а также группу стилистов, которым не терпелось приняться за работу. Затем меня усадили на этот стул. 

– Мисс Цзыцзин, у вас такая хорошая кожа. – Визажист посмотрела на девушку с удивлением и завистью: – Изначально я планировала сделать вам пилинг и фотонное отбеливание, но, похоже, в этом нет необходимости. – Она взяла маску, лежавшую рядом с ней, и не могла дождаться: – Я использую увлажняющее средство, чтобы можно было нанести макияж. 

Ин Цзыцзин зевнула, вспомнила, что в последнее время она часто засиживалась допоздна, поэтому кивнула. 

После того, как процесс увлажнения был завершён, визажист подтолкнула тележку с косметикой и спросила:

– Мисс Цзыцзин, какой стиль макияжа вы хотите сделать? Стиль мори или богемный? 

Ин Цзыцзин:

– Пожалуйста, нарисуй мне шамате. 

• Мори – Стиль Мори появился относительно недавно, в первом десятилетии 21 века в Японии. Сам стиль — это смешение различных образов: лолита, деревенский стиль, хиппи, фолк. Леди, которые одеваются в стиле mori, выглядят как романтичные лесные нимфы. Одежды с цветочными принтами, только натуральные ткани, приглушенные цвета в одежде, винтажные вещицы и украшения. 

• Шамате (Shā mǎ tè /杀文特) – это острая эстетика, пришедшая из Китая. Очень похожий на эмо и сценические субкультуры или японский Visual Kei, Шамате включает в себя стрижку волос и окрашивание их в неестественные цвета, тёмный макияж с акцентом на глаза и губы, а также шокирующие / вызывающие аксессуары, такие как религиозные символы, ошейники для собак или что-либо, символизирующее смерть и тьму. 

Визажист:

– … 

Старый мастер Чжун, который тоже внимательно слушал:

– … 

Ин Цзыцзин увидела в зеркале, как старый мастер Чжун схватился за грудь с печальным выражением лица, сделала паузу и неохотно изменила свои слова:

– В стиле барокко. 

Макияж в стиле барокко имел сильный ретро-стиль, и он был популярен только на Континенте О. Потому что, если у девушки черты лица всего лишь немного плоские и неправильные, макияж в стиле барокко будет выглядеть неуместно. Визажист работала здесь уже несколько лет, но она встретила только двух человек, которые попросили сделать макияж в стиле барокко, поэтому забыла, что такой стиль тоже существует. 

Однако нет стиля, который этой девушке подошёл бы больше, чем стиль барокко. Сдержанный, роскошный, благородный, таинственный. 

Глаза визажиста загорелись. К ней пришло вдохновение, и она сразу же начала действовать. 

– Платья! Платья уже здесь! – Полчаса спустя Сю Юй внесла большую коробку из-за двери: – Папа Ин, смотри, я купила тебе несколько штук, ты можешь выбрать любое. 

С этими словами она открыла коробки и начала вынимать их одно за другим, чтобы показать Ин Цзыцзин. Там было платье принцессы цвета морской волны, маленькое чёрное платье в стиле ретро и чонсам с лацканами. Каждое из них было сделано на заказ, а цена составляла более миллиона юаней. 

Ин Цзыцзин медленно выдохнула:

– Есть ли какое-нибудь платье, которое не показывает руки и ноги? А ещё лучше, чтобы оно ещё и шею прикрывало. 

Младший брат почесал затылок, его лицо ничего не выражало:

– А? Тогда подходят только арабские халаты. 

Сю Юй:

– … 

Она хочет спрятать свою хорошую фигуру. Когда я это вижу, у меня, девушки, болит сердце. Хотя даже если наша папа Ин наденет арабский халат, её внешность и аура всё равно останутся несокрушимы. 

Сю Юй могла только беспомощно сложить платья обратно в коробку. 

В этот момент вбежал клерк с подарочной коробкой в руке:

– Мисс Цзыцзин, кто-то прислал это. 

Ин Цзыцзин всё ещё наносили макияж, поэтому Сю Юй пришлось открывать коробку. Внутри лежала чёрная вечерняя одежда, но это было не обычное платье. 

Сю Юй с первого взгляда поняла, что только верхняя часть стоила более десяти миллионов юаней. В сочетании с бриллиантами и другими материалами, общая цена определённо превысила бы 100 миллионов юаней. 

Кто мог прислать такой дорогой подарок? 

Хотя Сю Юй было любопытно, но она не спрашивала:

– Папа Ин, так получилось, что эта одежда соответствует твоим предпочтениям. Когда тебе закончат накладывать макияж, я помогу тебе его надеть. 

Мэрия Шанхая. 

Концерт начинался в семь часов, но многие фанаты выстроились в очередь ещё в четыре часа дня. Большинство из них впервые пришли послушать концерт Ин Лувэй, и когда они смогли зайти в шесть часов, то уже сгорали от нетерпения. 

За кулисами. 

Ин Лувэй наносила макияж перед зеркалом, но выглядела она неважно. 

Первоначально я записалась в салон красоты, но всего несколько часов назад сотрудники сообщили, что не смогут меня обслужить. Я даже повысила плату, но они так и не согласились. Это произошло настолько внезапно, что я не смогла найти другого визажиста. – Поэтому ей пришлось делать это самой. 

Рядом с ней стояла Чжун Маньхуа. Она была обеспокоена и встревожена. 

Я всегда намеренно избегала всего, что касалось Ин Цзыцзин. В течение всего этого времени мне ни разу не позвонили из Цинчжи, и я смогла вздохнуть с облегчением. Неожиданно Ин Лувэй прямо сбросила на меня такую бомбу. 

Только после того, как Чжун Маньхуа пришла в мэрию, женщина узнала о том, что произошло, поэтому, даже если бы захотела, уйти она бы не смогла. Думая о том, сколько придёт известных артистов, и о том, что концерт будет транслироваться в Интернете в режиме реального времени, у неё заболели сердце, печень и лёгкие.

Чжун Маньхуа думала, что это Ин Лувэй хотела любезно предоставить Ин Цзыцзин возможность подружиться с известными художниками, поэтому никак не могла отказаться от приглашения. Неожиданно оказалось, что это Ин Цзыцзин проявила инициативу и захотела принять участие в концерте. 

– Невестка, ты плохо себя чувствуешь? – Ин Лувэй как бы невзначай обратила внимание на Чжун Маньхуа, но при этом притворилась, что не понимает причину её беспокойства: – Ты хочешь поехать в больницу? 

– У меня немного болит живот. – Чжун Маньхуа, естественно, ни за что бы не сказала, что не хотела видеть выступление Ин Цзыцзин: – Это не имеет большого значения. 

– Невестка, ты должна уделять больше внимания своему телу. – Ин Лувэй закончила накладывать макияж и встала: – Концерт вот-вот начнётся. Позволь мне отвести тебя на твоё место. 

Услышав эти слова, Чжун Маньхуа подсознательно крепко сжала ремень сумки. Они вдвоём вышли за дверь и лоб в лоб столкнулись с иностранцем. 

– Вы мистер Барт? – Ин Лувэй на мгновение растерялась, затем удивилась и сказала по-английски: – Для меня большая честь, что вы снизошли до того, чтобы прийти на мой концерт. Когда выступление закончится, не могли бы вы дать мне несколько советов? 

– Хорошо ли я тебя знаю? – После того как Берг насильно притащил его сюда, Барт уже был в плохом настроении, но после столкновения с Ин Лувэй его настроение ещё больше испортилось. Он прямо проигнорировал её и оглянулся: – Где другой исполнитель? Она ещё не пришла?