Я стала потерянной дочерью злодея (Новелла)
Глава 5.0

Глава 5.0

Я стала потерянной дочерью злодея (Новелла) Том 1.0 Глава 5.0

Глава 5

Аслан, посмотрев, как дышит Эрита, тихо вышел из комнаты, чтобы его дочь не проснулась.

Кайл, ждавший в коридоре, догнал Аслана, который бесшумно закрыл дверь.

“Господин, Перн прибыл в подвал, я закончил систематизировать личные данные и обработку документов.”

Кивнув, Аслан поспешил в подвал большого особняка.

Мне нужно было поспешить, потому что я хотел уладить все дела до пробуждения Эриты.

***

Рыцари, увидевшие Аслана, вежливо поклонились и отошли в сторону.

Темный подвал пугал своим величиной.

“Перн.”

“Вот вы где.”

Перн поклонился.

Перед ним на коленях стоял директор Лиссенского приюта.

Директор, чья голова была в мешке, дрожал, настолько он был напуган.

“Вы уже начали?”

“Еще нет.”

Аслан, который легким жестом дал свободу действий Перну и Кайлу, которые медленно двигаясь, подходили к директору.

“Чего ты так нервничаешь?”

Директор, похищенный из приюта, был охвачен страхом.

Он первым делом подумал, что пришедший человек должен быть главным здесь.

“Зачем ты это делаешь!”

Аслан холодно улыбнулся, прерывая речь директора.

“Я еле сдерживаюсь, чтобы не отрезать тебе голову.”

Тело директора, стоящего на коленях, задрожало еще больше.

Низкий голос был таким холодным и угрожающим, что я даже не мог думать о том, чтобы солгать.

“Семь лет назад двухлетняя девочка попала в твой приют. Ее зовут Рита.”

Это тот граф, забравший проклятую девочку!

Черная ткань, закрывавшая лицо директора, соскользнула.

Подняв голову, он увидел фигуру Аслана.

Граф наклонил его голову.

“По-пощадите меня, пожалуйста, я готов сделать всё, что хотите, только пощадите меня…!”

В этой ситуации единственное, что мог сделать директор-молить о сохранении его жизни.

“Что значат твои извинения?”

“Боже, спаси меня…”

“Ты хочешь попросить прощения перед смертью?”

“Кх, я извиняюсь перед Ритой.”

“Как ты смеешь произносить ее имя!”

Накопившаяся мана была готова вырваться наружу.

В воздухе витала невероятная злость.

Аслан был возмущен тем, как директор пытался искупить вину за всю боль, причиненную его дочери.

“Даже если я тысячу раз перережу тебе горло, я не смогу избавиться от этой ярости.”

Тело директора задрожало из-за нехватки воздуха.

Желание задушить его росло, но Аслан смог сдержать бушующую магию.

Ему еще есть что услышать.

“Ты помнишь человека, который семь лет назад привел к тебе Риту?”

“Что вы имеете ввиду?”

“Кто оставил Риту. Ты помнишь это?”

Не дождавшись ответа, Аслан протянул руку Кайлу, который подал ему меч.

“От ответа зависит твоя жалкая жизнь, так что подумай хорошенько.”

Директор посмотрел на клинок, вспыхнувший синим светом.

Он понимал, что этот меч может оказаться рядом с его горлом в любую секунду.

“Я расскажу, расскажу все, что знаю!”

Аслан убрал меч в ножны.

“Это была зима, тот, кто привел её…”

Аслан пытался подавить гнев, он не мог выносить дрожащий голос директора.

***

Как всегда, во снах я вижу то, что ненавижу больше всего.

Сверху доносились громкие звуки.

‘Это потому, что ты проклята. Никто не приметтакого ужасного ребенка, как ты.’

‘Она некрасивая и очень тихая, поэтому я не думаю, что она нам подходит.’

Я не могла проснуться, хотя осознавала, что этовсего лишь сон. Мне пришлось беспомощно ждать, пока он закончится.

‘Боже мой, у тебя нет родителей? Как они умерли… Что? Ты из детского дома? Фу!’

Я не могла побороть ту грусть и отчаяние, которое испытывала, слыша подобные слова.

“…Рита. Эрита.“

Как долго я пытаюсь сдержать слезы? Откуда-то раздался низкий и дружелюбный голос.

Не было никого, кто защитил бы меня, пока я сплю, и никто не разбудил бы меня, когда я страдала от кошмаров.

В мой кошмар проник теплый голос.

“Ах…”

Я открыла глаза.

“Ты выспалась?”

Первое, что я увидела, проснувшись, было красивое мужское лицо, а не старый потолок или отвратительное лицо директора.

Мужчина улыбнулся и обнял меня.

“Чих!”

Только тогда я осознала, что происходит.

Когда я много плачу перед сном, на утро я медленно соображаю.

Я медленно подняла голову и посмотрела на мужчину.

Этот человек, который держал меня на руках ...

“Граф?”

На мои слова ответа не последовало. Я видела, как он нахмурился, будто ему что-то не понравилось.

“… отец?”

На этот раз мужчина счастливо и удовлетворенноулыбнулся.

Затем он осторожно поцеловал меня в лоб.

“Да, моя дочь.”

После этих слов, вся тревога, скопившаяся во мне, начала таять, как снег.

***

“Эрита”

“……”

Мой отец улыбнулся мне и позвал меня снова.

“Эрита, девочка моя.”

“……да.”

Не в силах снова проигнорировать эти слова, я тихо ответила ему.

“Что бы ни случилось, я буду рядом. Так что тебе не о чем беспокоиться.”

Это было довольно внезапно, но меня переполняли эмоции, когда я услышала что-то настолько нежное и доброе.

Хотя он стал моим отцом, с которым мы познакомился всего день назад, он впервые показал мне настоящую любовь.

Я кивнула.

“Да, этого достаточно.”

Мой отец, который тихо бормотал, вскоре поднял меня на руки.

Но куда же мы идем теперь?

“Мы идем в столовую, я подумал, что ты проголодалась пока спала.“

“Хорошо, это…!”

Я пыталась сказать хоть что-то, но потом заметила,что одежда моего отца была залита слезами.

По удлиненному мосту мы прошли в столовую.

Отец посадил меня на стул.

“Я не знал, что тебе понравится. Поэтому я сказалподготовить как можно больше еды. Ешь только то, что сама хочешь.”

‘Ты должна съесть это все…’

Стол, за который могли сесть человек десять, был уставлен едой.

Стейки, копченые утки, рыба на гриле и другие лакомства стояли на столе.

“Это слишком…”

“Мы не едим так много. Только сегодня, специально для тебя, я постарался подготовить все наилучшим образом.”

Отец немного утешил меня.

“Спасибо за твою заботу.”

В книге, несмотря на то, что этот человек был самым сильным злодеем, он просто хотел быть хорошим отцом, который любит свою дочь.

“…… отец, пожалуйста, поешь тоже.”

Мне до сих пор неловко называть его так, но мненравилось то, как он смотрел на меня, слыша эти слова.

Медленно поставив передо мной тарелку с мясом, он улыбнулся.

“Не стесняйся.”

Наш первый обед, который начался немного беспорядочно и странно, закончился очень мило и уютно.