Легенда о 5 королевства

Говорят, что давным-давно Гармония, мать земли, создала пять рас. Первыми она сотворила людей и наделила их частичками своей силы. Некоторым досталось больше магии, а другим — лишь крупицы. Людям она подарила Силеттиум — землю, где царят четыре времени года.

Однако среди людей, обладавших большей магией, зародилась жадность. Они возжелали ещё большей силы, мечтая заполучить саму сущность Гармонии. Один из таких амбициозных кланов носил имя "Ноктон". Их стремление обрести абсолютную власть привело к трагедии. Люди из этого клана замыслили убить Гармонию, надеясь забрать её силу.

Но они недооценили её могущество. Разгневанная предательством, Гармония прокляла клан Ноктон. Она превратила их сердца в лёд, лишив их способности чувствовать тепло и сострадание, а земли, которыми они владели, обрекла на вечную зиму. Под тяжестью проклятия клан начал вымирать: один за другим его члены теряли волю к жизни и погибали.

Остался лишь один мальчик по имени Люциан Ноктон. Легенда гласит, что Гармония пощадила его, увидев в нём что-то, чего не было в остальных — искру надежды. Именно Люциан стал первым императором Силеттиума, а его владения навсегда остались под покровом зимы.

Есть и другая легенда, согласно которой спасение Люциана связано с силой истинной любви. Говорят, что некий человек, проникнувшийся к нему искренним чувством, смог растопить лёд в его сердце, дав ему шанс на новую жизнь. Хотя никто не знает, правда это или лишь красивая сказка, история Люциана Ноктона и его проклятого клана навсегда осталась в памяти народа.

Разочаровавшись в людях, Гармония решила создать новую расу — преданных зверолюдей. Она наделила их уникальной способностью превращаться в животных, чтобы они были ближе к природе. Зверолюди отличались гордостью, силой и верностью. Они превосходили людей своей физической мощью и острыми инстинктами.

Однако, как и у всего идеального, у них был свой недостаток. Зверолюди оказались дикими и необузданными, что соответствовало их двойственной сущности. Они жаждали быть сильнейшими, и эта жажда часто переходила в стремление доминировать. Они воевали не только с людьми, но и друг с другом, проявляя жестокость и безжалостность.

Гармония, осознав, что не может их контролировать, приняла трудное решение. Она изолировала зверолюдей, отослав их далеко за моря, в землю под названием Афанасиос. Этот край был покрыт густыми лесами и находился под постоянным дождем. Здесь зверолюди могли жить, оставаясь верными своей дикой природе, вдали от остального мира.

Так они обрели свой дом,

В третий раз Гармония решила создать существ, чья красота и очарование могли бы вдохновлять мир. Так появились сирены — существа с изысканной внешностью и волшебными голосами. Их пение было даром, который Гармония дала им, чтобы они могли приносить радость и покой.

Изначально всё складывалось хорошо. Сирены использовали свой дар для исцеления душ и вдохновения, и люди восхищались ими. Но вскоре всё изменилось. Очарованные их пением, люди начали терять рассудок. Они стали видеть в сиренах не равных существ, а объекты для удовлетворения своих желаний. Сирен начали ловить, запирать в клетки, словно птиц, и заставлять петь до самой смерти.

Не выдержав такого обращения, сирены восстали. Те, кто смог избежать плена, покинули мир людей и отправились в скрытую от посторонних глаз страну Вайолет. Этот загадочный край стал их новым домом. Там они обрели долгожданную свободу и возможность развивать свои способности без страха перед людьми.

В Вайолет сирены стали ещё могущественнее. Они обрели новые таланты, которые позволили им защищать себя и своё общество от внешнего вмешательства. Их песни остались столь же чарующими, но теперь их голос стал не только символом красоты, но и предупреждением для тех, кто посмеет нарушить их покой.

Подумав, Гармония решила создать безобидных и гармоничных существ — эльфов. Она поселила их в земле под названием Вивета, что в переводе означает «жизнь». Это был край вечной весны, где деревья всегда были покрыты цветами, а воздух наполнял запах свежести и спокойствия.

Гармония наделила эльфов особыми способностями. Они могли понимать язык животных и находились в полной гармонии с природой. Эльфы стали хранителями мира и равновесия, их души были чисты, а сердца наполнены добротой. Они умели исцелять раны, восстанавливать разрушенные леса и сохранять красоту мира.

Эльфы стали воплощением мира и уюта, которого так не хватало Гармонии в её первых созданиях. Их культура и традиции развивались в гармонии с окружающим миром, а сам Вивета стал символом возрождения и жизни. Гармония верила, что эльфы будут примером для всех остальных рас.

Наконец, Гармония создала Солис — страну вечного зноя и палящего солнца. Она населила её людьми, чьи сердца были такими же тёплыми, как и земля, на которой они жили. Чтобы защитить их от сурового климата, Гармония наделила их кожей, способной выдерживать жару, и сильным телом, выносливым к испытаниям.

Каждый житель Солиса рождался с врождённым талантом, будь то искусство, ремесло, наука или воинское дело. Гармония хотела, чтобы эти люди стали созидателями, способными принести в мир что-то новое.

Однажды в Солисе появился мальчик с глазами золотого цвета, словно само солнце. Легенда гласит, что Гармония отметила его своим даром, и люди говорили: «Он рождён, чтобы стать Султаном.»

Этот мальчик действительно стал великим правителем. Под его властью Солис процветал, а его потомки унаследовали как золотистые глаза, так и мудрость и силу, сделавшие его легендой. Говорят, что даже сегодня в крови его потомков живёт благословение Гармонии, ведущее их к величию.

И вот я сижу, читаю древние легенды и думаю: почему я не переродилась эльфом, сиреной, зверолюдом или хотя бы жителем солнечного Солиса? Почему мне выпало родиться именно в Силеттиуме, в стране вечной зимы, да ещё и потомком Ноктонов?

Меня зовут Эмилия Ноктон, самая младшая принцесса королевской династии, и моя жизнь далека от сказки. Моё существование — это не жизнь в роскоши, как можно подумать о дочери Императора, а бесконечная борьба за выживание. Моя мать — злая и алчная женщина, которая ненавидит меня с самого рождения, забирает весь мой скромный бюджет, оставляя мне буквально крохи.

А что мой отец? Император, чьё внимание могло бы изменить всё? Ему совершенно плевать на меня. За девять долгих лет я ни разу не видела его. Он словно призрак, недостижимая фигура, существующая где-то далеко, но никогда не в моей жизни.

Я здесь, сидя в холодных, нищих условиях, задаюсь вопросом: почему именно я? Почему Гармония позволила мне родиться в этом месте и в этой семье? Может быть, для того, чтобы я доказала, что даже в самых суровых условиях можно найти свет? Или это просто её очередной жестокий эксперимент?

И вообще, существует ли эта Гармония на самом деле? Всё-таки я читаю книгу о мифах, а мифы — это сказки, придуманные, чтобы объяснить то, чего никто не может понять.

Может быть, Гармония — просто красивая легенда, созданная людьми, чтобы оправдать свои ошибки. Они придумали её, чтобы переложить вину за всё плохое на проклятия и гнев богини, а не на себя. Это ведь так удобно: обвинить что-то недостижимое и далёкое, чем признать свои слабости.

Но если она всё-таки существует, почему она допустила, чтобы я, потомок «великого» рода Ноктонов, жила в нищете, среди холода и голода? Где её гармония и равновесие, если мир, который она создала, настолько жесток?

Сложно верить в Гармонию, когда единственное, что я вижу вокруг, — это хаос.

Хотя, если подумать, мне повезло, что Гармония сделала вечной зимой только часть земель Ноктонов. И как я знаю, эти земли сейчас принадлежат Эрцгерцогу Ноктону, а не всей династии. 

Я же живу на территории, принадлежащей Императору. Здесь зима всё же сменяется весной, и, хотя жизнь далека от идеальной, холод не пронизывает до костей каждый день. Видимо, даже у проклятия Гармонии есть свои границы.

Но почему я родилась именно той, у кого даже нет права на престол? Почему я так говорю? Да потому что у моего дорогого папочки — великого Императора — целых четыре наложницы (одна из которых моя мать) и одна законная жена, Императрица Аврора. И у каждой из них, конечно же, есть дети. 

По счёту я самая младшая — шестой ребёнок. Что ж, такая у нас «прекрасная» семья. У каждого из старших братьев и сестёр есть своё место, своё влияние и хоть какие-то права. А я? Я просто младшая дочь, о которой, кажется, забыли сразу после рождения. 

Если я когда-нибудь увижу своего любимого папочку — впервые за все восемь лет, — то, наверное, скажу ему: «Спасибо за такое чудесное детство и за замечательных братьев и сестёр, которые сделали мою жизнь такой… насыщенной». Хотя, возможно, он даже не узнает, кто я.

Ох, надо вернуться в свою комнату, иначе снова получу по шее шапалки от матери. Она всегда найдёт повод, чтобы наказать. Даже если я просто подниму взгляд не в ту сторону или скажу что-то не так.

Сколько бы я ни пыталась избегать её, всё равно она всегда рядом — готова напомнить, кто в доме главный. Так и живу: избегаю её взглядов, стараюсь не попадаться на глаза, чтобы не получить очередной порцию унижений.

Эх, пока, моя любимая библиотека. Жаль, что в прошлой жизни мы с тобой не ладили, как сейчас — ведь тогда меня интересовали только манхвы с красавчиками. Но ничего, теперь я гораздо больше ценю тебя. До встречи!

Завтра нужно помыться, сходить в столовую и украсить хлебушек...

— ВОТ ГДЕ ТЫ БЫЛА, МАЛЕНЬКАЯ ТВАРЬ! — её голос прорезал воздух, как нож.

О, боже, кажется, я всё-таки получаю шапалки сегодня. Но мне нужно держаться. Я должна быть сильной, несмотря на её яростный взгляд. Надо постараться так, чтобы её золотые украшения не упали из моих лохмотьев. В её алых глазах сверкала не только ненависть, но и что-то ещё, что я не могла понять. Может, это была злобная гордость? Или просто раздражение от того, что я всё ещё существую?

Я ненавижу её. Ненавижу её больше всего на свете. И самое страшное — мои глаза точно такие же, как у неё. Эти алые глаза, которые отражают всю её жестокость, её презрение ко мне. И это невыносимо, ведь каждый раз, когда я смотрю в зеркало, я вижу её.

Она схватила меня за волосы и, стиснув зубы, проговорила:

— Знаешь, сколько я тебя искала? А?

Я почувствовала, как её пальцы, как железные когти, вонзаются в мои волосы. Но мне нужно быть абсолютно невинной, как всегда.

— Простите, мама, я больше так не буду... — я еле сдержала слёзы, стараясь выглядеть как можно беззащитнее.

«Давай бей меня!» — думала я, сжимая зубы. Почему она отпустила мои волосы?

— Слушай меня внимательно. Завтра мы поедем на Эр-герцогство. Нас пригласили на Зимний бал. Это один из особенных балов, где нужно вести себя нормально. Ты меня понимаешь?

«Нормально», конечно. Полностью притвориться, что я — обычная девочка, которая три раза в день получает еду, спит на мягкой постели и носит красивые наряды. Короче, быть как все, как будто я — обычный ребёнок.

— Да, мама, я поняла.

— Тогда хорошо. А теперь иди в свою комнату и ложись спать. — Сказала она с довольной улыбкой. Но эта улыбка... она была чудовищной, как улыбка хищника, готового нанести удар.

Я услышала, как она отдала распоряжение горничной готовиться к поездке. Ну что ж, кажется, наконец-то у меня будет новая одежда. Но почему она берёт меня с собой? Раньше она так не поступала. И вряд ли Эр-герцог лично просил её о моём присутствии. Это может означать только одно — что это приказ Императора. Но почему именно сейчас?

Но почему именно сейчас? Неужели он вспомнил обо мне? Эти мысли вертелись в голове, и я даже не заметила, как оказалась в своей крохотной комнате.

Блин... Даже дочь нашей прислуги живёт лучше меня. И это невыносимо. Я всегда чувствовала себя как нечто ненужное, забытое, затмённое теми, кто находится выше меня в этом безжалостном дворцовом мире.

Знаю, что император должен присутствовать на балу. Может, он выслушает меня? Может, хоть раз обратит на меня внимание, как на человека, а не как на игрушку, которая всегда находится на заднем плане? Но... что будет, если ему действительно плевать на меня? Что если я всего лишь очередное ничтожество, которое он забудет, как только я выйду из его поля зрения?

Всё, мне нужно спать, иначе я не выдержу долгий путь в герцогство, который займёт два месяца. Я закрыла глаза и попыталась успокоить своё беспокойное сердце. Даже мысль о долгом пути заставляла меня чувствовать, как напряжение накапливается в теле.

Прикол в том, что именно после этих двух месяцев наступает декабрь — месяц, в котором начнётся Зимний бал. Месяц, который я так жду, хотя бы чтобы узнать, что мне предстоит там. Я, конечно, могу надеяться на что-то лучшее, но это будет слишком наивно. Вряд ли меня кто-то заметит на этом балу.

Закрыв глаза, я попыталась погрузиться в сон, надеясь, что хотя бы во сне мне удастся убежать от этих мыслей.

Ой, чуть не забыла спрятать драгоценности. Это мои сбережения на побег, на случай, если я всё-таки решу уйти. В этом мире, полном интриг и предательства, они могут стать моим единственным шансом на свободу. Я аккуратно спрятала их в укромном месте, надеясь, что никогда не придется использовать. Но если всё пойдёт не так, как я планирую, это будет моё спасение.

С этими мыслями я легла в кровать и попыталась успокоить беспокойное сердце. Но в глубине души я знала, что я всё равно не могу полностью отложить эту мысль. Ожидание — самое тяжёлое наказание.