Разведка.

В которой безобидная прогулка по городу оборачивается жуткими предзнаменованиями.

Мы шли то широкими площадями, то узкими улочками. Уайт в основном молчал, а я пытался внять как можно больше. Чем глубже в город мы заходили, тем мрачнее становилась обстановка. Вот заколоченный подвал, завешенный грязной шторой, возле которой угрюмо выпивали бездомные. Они странно посмотрели на Уайта и громко засмеялись беззубыми ртами. Вот жуткое каменное здание с покосившимся флюгером в виде кренделя, на ступеньках которого маленькая девочка безрезультатно заметала листья. 

— Жуткий райончик, — констатировал я.

— Вроде того. Это западное крыло города, единственный путь до гостиницы на данный момент, — ответил Уайт.

— Что мешало пойти через центральные улицы? 

— На днях ураган был, обрушилось большое здание, теперь там не пройти. В городе может быть сложно ориентироваться поначалу. 

Хотел было я выразить свое негодование, как среди прохожих мелькнула рыжая голова. В мгновенье ока по земле рассыпалась целая стопка книг. Уайт замер. Перед нами сидела рыжеволосая девушка в пышном белом платье с глубоким декольте, отчаянно пытавшаяся собрать книги. Уайт, наконец, отмер, когда я уже помогал собирать. 

— Простите, мне так неловко, — она аккуратно укладывала их в сумку.

— Грэтт, — видимо окликнул ее по имени Уайт. Он принялся помогать. — Нужно смотреть на дорогу.

— Знаю, торопилась, — она выдохнула, когда все ее книги были собраны. — Уайт! Ты как раз мне и нужен. Это по поводу лекарств.

— Знаю-знаю, — он скрестил руки на груди. — Я уже устал ей напоминать. А ключи от хранилища не дает, говорит, что порядок нарушу.

— Госпожа Дрим как всегда сама эксцентричность, — рассмеялась девушка. Милашка. — Прямо как Зельген. Тоже никогда не даст убраться у него. Так или иначе...

— Я ей напомню … в сто первый раз, — кивнул Уайт с учтивой улыбкой. Девушка лучезарно улыбнулась. 

— Ох! Я совсем забыла представиться твоему спутнику. Привет, малыш, — она наклонилась ко мне. — Меня зовут Грэтт. 

— Лиэт, — твердо выдал я. Видимо, дамочка приняла меня за ребёнка. — И я старше, чем кажусь, леди.

— О-о, и сколько же тебе лет? — она не унимается. Вот, ее рука уже тянется потрепать меня за щеку, а я в общем-то и не против.

— Понятия не имею, — ответил я, наслаждаясь женским вниманием. Уайт поспешил прервать мое блаженство и обратился к девушке:

— Грэтт, мы торопимся. 

— А? — она захлопала глазками. Какие ресницы...

— Он... Эм... Лиэт гость госпожи Дрим, мне нужно оформить его в гостиницу. 

— Гостиницу? Почему бы не пожить у нас? А то он будет там в гостинице, совсем один, даже со сверстниками не поговорить. 

— Я не ребенок, леди, — повторил я, но ее взгляд сразил мое сопротивление. Ну какая красавица! 

— Кроме того, в «Стране чудес» много всяких подозрительных личностей. Я бы никогда не оставила там такого невинного пирожочка. В миг съедят. 

— Грэтт, — Уайт выдохнул. Он смотрел устало. — Наш гость уже взрослый юноша, ему не место в сиротском приюте. Кроме того…не Зельген ли жаловался на то, что не хватает мест? 

Грэтт печально вздохнула.

— Да, мест действительно не хватает. Приют никто не финансирует. А вас беспокоить неудобно. После того случая с доктором брат отказывается пускать в приют посторонних. Особенно врачей. 

— Совсем помешался, — ответил Уайт.

— Я могу понять его решение, но принять его... В приют нужны врачи, а он вредничает. Вот же...

Я внимательно слушал их разговор, ничего, само собой, не понимая. Нужно будет позже расспросить у Уайта подробности. Они ещё о чем-то вежливо поговорили и, наконец, начали прощаться. Грэтт повернулась ко мне, нежно вороша мои волосы.

— Пока-пока, Лиэт. Захочешь поиграть с ребятами — заходи, — она мягко улыбнулась мне, затем кивнула Уайту и побежала дальше. Я был, стоит сказать, в тяжелой форме замешательства. Я перевел взгляд на Уайта, невозмутимо ведущему меня по улицам. Опережая мои расспросы, он вздохнул:

— Грэтт хозяйка сиротского приюта. Она и ее брат Зельген. Одно из немногих социальных учреждений здесь. Они держат его на собственные деньги. 

— А что за ситуация с врачами?

— Детям постоянно нужен надзор, соответственно, в приют нужен врач, — пояснил Уайт.

— Почему ты не пойдешь? 

— Потому что я единственный врач в городе. Я не могу разорваться. 

Единственный врач? Странно, а госпожа Дрим? Уайт снова будто предвидя, что я спрошу, сказал:

— Просить о чем-то госпожу Дрим — высшая степень неуважения к себе. Не знаю, как можно быть такой безответственной, но... К тому же, она не врач, она фармацевт. Лечебное дело дается ей через раз, а при ее темпе — через два. Поэтому меня можно считать единственным врачом в городе.

— Тебе, наверное тяжело?

— Наверное. Работать с ней в одном здании уже тяжело, а работать в таких условиях и подавно.

Я усвоил. Неизвестно зачем, но усвоил. Остальная часть дороги прошла в тишине. Я исследовал улицы взглядом, пытаясь запомнить каждую мелкую деталь. Вскоре на горизонте замаячило красивое новенькое здание. Оно выделялось среди трущоб, поэтому я сразу его заметил. Уайт оповестил меня о том, что мы на месте. Над входом висела разноцветная вывеска, неумело раскрашенная вручную. «Страна чудес»... Ступени были вымощены из черно-белой плитки, а в клумбах под окнами во всю цвели розы. Мы вошли внутрь. Колокольчик над дверью чудаковато брякнул. Интерьер здесь весьма своеобразный. Столько цвета я не видел ни в одном помещении. Да и не то, чтобы я видел много помещений. Сейчас все помещения, в которых я был, это клиника и эта гостиница. Откуда тогда взялись мои пространные рассуждения? 

За стойкой регистрации сидела опрятно выглядящая девушка и читала книгу. Уайт подошёл к ней, положив на стойку несколько монет. 

— Лорина, мне нужен номер для этого джентльмена на... Неопределённый срок. 

Девушка подняла глаза от книги, взглянула на монеты и снисходительно улыбнулась мне. По энергетике она выглядела прямо как старшая сестра. Хотя я не уверен, как выглядят старшие сестры, но теперь уверен, что выглядят они именно так. 

— Этого хватит дня на три, — пояснила она. Уайт кивнул. — Хорошо, сейчас запишу. Как ваше имя, юноша?

— Лиэт, — ответил я, рассматривая книгу, которую она отложила в сторону. Мелкий шрифт, мелкие отступы, никаких диалогов и иллюстраций. Значит, что-то заумное.

— Ли-эт... Ага... Дополнительные услуги?

— Нет, — отмахнулся Уайт, а я вспомнил про питание. Но намекнуть было бы не прилично, он и так за меня платит. Однако очень уж есть хочется. Я решил обнаглеть.

— Леди, где здесь ближайший ресторан? — спросил я, опираясь на стойку. Хозяйка протянула мне какую-то бумажку. Это буклет! На нем меню и адрес. Уайт уловил мой намек и протянул мне несколько монет с недовольным видом. Я приветливо улыбнулся. Вскоре Уайт покинул меня, а я остался в гостинице один. Я уже собирался было подниматься наверх, чтобы заселиться, но откуда-то оттуда послышался оглушительный грохот. Я вздрогнул. Лорина даже не оторвалась от книги. Единственное, что она сделала, это негромко, но строго окликнула: «Алиса!».

Со второго этажа выскочила девочка в голубом. О, это же та девочка, которую я встретил в клинике. Она увидела меня и вытаращила глаза. На ее поясе висел большой ремень с маленькими сумками, а также с целым рядом инструментов вроде гаечных ключей и отвёрток. Она здесь работает? В наше время дети так рано... О чем я вообще? 

— О, это же ты! Тот парень из леса! — Алиса улыбнулась. — Ты теперь тут живешь, не так ли? 

— Получается, что так, — ответил я. 

— Твой номер свободен, — она деловито подбочилась. — Чинила там…всякие штуки. 

Я кивнул с улыбкой. Хозяйка обратилась к Алисе:

— Отведи нашего гостя в «Горшочек масла». Вы недавно в городе?

— Да, я…только прибыл. Ничего не знаю. 

— Тогда, быть может, прогулка пойдет вам на пользу. Алиса, — Лорина вновь окликнула девочку, она уже с кем-то приветливо болтала. Услышав свое имя, она тут же вернулась ко мне, бесцеремонно взяв за рукав и потащив прочь из гостиницы.

Смеркалось. Алиса с очень гордым видом вела меня в ресторанчик неподалеку. Я предположил, что он находился буквально в двух шагах от гостиницы, но она вела меня какими-то замысловатыми витиеватыми путями. Я осматривался. Нет, это место почему-то не кажется мне уж очень знакомым. Это такой же маленький городок, как и любой другой. Хотя я не помню ни одного маленького городка. Так странно это. Сравниваю с тем, что никогда я глаза не видел. 

Пока я рассуждал, Алиса остановилась. Я врезался в ее спину, но она не сдвинулась с места. Ее поза казалась напряженной. 

— Что-то не так?

— Тс-с, — отозвалась она, после чего схватила меня за рукав и оттянула за угол. В непонятной мне суете, она выглянула. Я за ней. По пустой улице брел человек. Мужчина, судя по силуэту. В дряхлых темных одеждах и белыми, неаккуратно торчащими волосами. Половина его лица была скрыта под бинтами, а за спиной он нес золотой посох. Он шел медленно, глядя в пол. Алиса затащила меня глубже в переулок, закрыв мне рот ладонью, когда незнакомец проходил мимо нас. Я в недоумении старался на всякий случай не дышать. Это какой-то опасный преступник? Городской сумасшедший, которому лучше не попадаться? Призрак? Вскоре он скрылся. Алиса отпустила меня, я отдышался. 

— Кто это? — спросил я.

— Кварц-Спайкс. 

Я поднял бровь. Алиса с досадой почесала затылок.

— Не очень хороший парень. Сосуд Энио. 

Я поднял бровь выше. Алиса нахмурилась. Я всем своим видом дал ей понять, что ничерта не понимаю в том, что она только что сказала. 

— Сосуды Энио — это темные владельцы даров. Даров предков. Знаешь о них?

Я вспомнил, как Уайт пояснял что-то про дары. С сомнением я кивнул. 

— У нас здесь не было никогда сосудов Энио. А потом появился он. Я тогда еще не родилась, это мне постояльцы наши рассказывали. Он врач бывший, кажется. Как сосудом стал — ушел из города и больше не появлялся. А тут... Страшный он, конечно.

— Да не очень. Похож на обычного бездомного, — пожал я плечами.

— Это ты просто не знаком с ним. Он может так проклясть, что век не отмоешься. Проще на тот свет отправиться, чем переживать это. Это темная магия.

— У него есть какой-то злой умысел? 

— Не знаю. Впервые увидела его, до этого лишь на картинках и со слов. Говорят, его манит горе и беда. Он приносит с собой несчастье. Если бы он нас заметил...

Алиса изобразила немногозначительный жест, полоснув пальцем поперек горла. Я усвоил, лучше с этим парнем не пересекаться. Вскоре мы дошли до гостиницы. По пути мы оба часто оглядывались, опасливо разведываю обстановку за ближайшими закоулками. Но ресторанчик уже рядом. Мы с Алисой нырнули туда. Обстановка спокойная. Люди шумели, пахло домашней стряпнёй и выпечкой. Я подметил в толпе знакомое лицо. Руби, уже без красной накидки, а лишь в фартуке, маневрировал между столиками с трёхэтажной стопкой подносов. Заметив нас, он помахал, чуть их не опрокинув. В пару движений, он ловко подскочил к нам. 

— Алиса! Лесной парень! Добро пожаловать! 

Вот это прозвище. Едва я представился новым именем, Алиса громко затараторила:

— Мы видели Кварц-Спайкса! 

Гам ресторана немного стих. В тишине раздался звук разбитой тарелки. Вскоре зал снова погрузился в галдёж, но уже менее громкий. Кажется, каждый держал сейчас ухо в остро. Руби вытаращил глаза. Он оглянулся куда-то назад, четко обратив взгляд на какого-то мужчину. Тот напряженно поднялся из-за стола. Приятный на лицо мужчина, хорошо одетый, с аккуратно уложенными рыжими кудрями. Он поспешил удалился, хлопнув дверью, по пути задев меня плечом.

— Руби, подносы! — послышался женский голос с кухни. Мальчик отмер, побежав туда. Мы с Алисой переглянулись.

— Что это был за парень? — спросил я, когда мы сели за столик. 

— Тот, что вышел? Господин Зельген. Владелец сиротского приюта.

— В последнее время часто захаживает к нам, — вмешался непонятно откуда взявшийся Руби. Он сел за столик, положив перед нами меню. Поначалу я взял его в руки и даже начал листать, но разговор был таким интересным, что я напрочь забыл о голоде. 

— Чего это он? — спросила Алиса.

— Не знаю, заказывает один кофе без ничего и сидит весь день. Под вечер уходит. Не ест даже ничего.

— Он обычно себя так не ведет? — спросил я.

— Обычно он вообще у нас не обедает. Даже не захаживает, — пояснил Руби.

— Я слышала, они с Кварц-Спайксом раньше дружили, — сказала Алиса.

— Дружили? — в один голос воскликнули мы с Руби.

— Много лет назад. Это мне Грэтт по секрету рассказала. 

— Может, он собирал слухи о том, что Кварц-Спайкс вернется? — предположил я.

— Зачем ему это? — не понял Руби.

— Ну не знаю, может увидеться хотел? Если они друзья.

— Они поссорились, — пояснила Алиса. — Грэтт сказала, что Кварц-Спайкс убил кого-то в приюте, и Зельген выгнал его. 

— Убил?! — вдохнул Руби.

— Что Кварц-Спайкс забыл в сиротском приюте? — в свою очередь, спросил я.

— А он не врач разве?

— Врач, — кивнула Алиса.

Я вспомнил, как Уайт говорил, что в приюте не хватает врачей. Мне кажется, эти истории как-то связаны. Я кратко пересказал свой разговор с Уайтом ребятам, и их лица приняли озадаченный оттенок. Некоторые время мы продолжали обсуждать ситуацию, но ни к каким логическим выводам не приходили. Странная это история. 

— А что, если..? — Руби едва открыл рот, как тут кто-то шлепнул его по макушке газетой. Позади него стояла грозная старушка в милом розовом фартуке. Она строго осмотрела всех нас, после чего поставила перед нами большую тарелку дымящихся лепешек. Сверху они были политы приличным слоем меда. 

— Чем языком трещать не по делу, лучше бы заказ принял. Шалопай, — сказала она, пока Руби потирал голову. Я тут же схватился за еду. Голод нахлынул как только я увидел лепешки. Горячие, румяные, только что, судя по всему, из печи. Не медля ни секунды, я, с набитым ртом, совсем обнаглев, попросил чаю.