Ржавое пробуждение

Последнее, что Танака помнил – это гулкий стук клавиатуры, запах растворимого кофе «3 в 1» и раздраженный голос начальника, требующего отчет «еще вчера». Затем – провал. Не тьма, не свет, а какое-то… металлическое ощущение. Будто он… стал частью чего-то. Холодного. Твердого.

Когда сознание окончательно вернулось, мир предстал перед ним… необычно. Вернее, он не предстал вовсе. Танака не мог пошевелиться. Не мог повернуть голову. Не мог даже поморгать. Паника начала медленно, но верно заползать в то, что, видимо, теперь заменяло его мозг.

«Где я? Что происходит?» – мысленно завопил он, пытаясь хотя бы пошевелить пальцами. Но пальцев не было. Рук, ног, тела – ничего привычного. Только… ощущение металла. Холодного, шершавого металла. И какое-то странное давление у основания.

Сконцентрировавшись на новом, непривычном «зрении», Танака наконец-то смог хоть что-то рассмотреть. Прямо перед собой он видел… камень. Грубый, серый камень, покрытый мхом и какими-то лишайниками. Камень был совсем близко – сантиметрах в десяти. И он… торчал из него.

Медленно, мучительно медленно, до Танаки начало доходить. Он – рычаг. Металлический рычаг, торчащий из каменной стены. Ржавый, потрепанный жизнью рычаг, застрявший в каком-то богом забытом месте.

«Рычаг?! Я – рычаг?!» – внутренний вопль едва не оглушил его. Это был абсурд. Полный, несусветный абсурд. Он, Танака, обычный офисный планктон, любитель рамена быстрого приготовления и ненавистник понедельников, переродился… в кусок железа. В инструмент. В рычаг, черт побери!

Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь мерзким чавканьем и бульканьем. Запах… Запах был отвратительный. Смесь гнили, болотной тины и чего-то еще, неописуемо мерзкого. Танака представил свой офис с его стерильной чистотой и ароматом дешевого кофе, и ему захотелось… захотелось чего-то, чего у рычагов, вероятно, не бывает. Например, заплакать.

Внезапно тишину разорвал пронзительный визг. Звук приближался, становясь все громче и противнее. Танака, в силу своей рычажной природы, мог только наблюдать. И наблюдать было на что.

Из-за ближайшего куста, похожего на гигантский мохнатый гриб, выскочило нечто… зеленое. И мелкое. И злобное. Это был гоблин. Первый гоблин, которого Танака видел в своей… рычажной жизни. И, судя по его виду, последним он явно не будет.

Гоблин был одет в некое подобие кожаной брони, скорее напоминающей лохмотья, чем защиту. В руках он держал кривой, зазубренный кинжал, а на лице застыла гримаса жадности и тупости. Он озирался по сторонам, нюхал воздух и издавал те самые визгливые звуки, которые так раздражали Танаку.

За первым гоблином показался второй. За вторым – третий. Вскоре вокруг рычага образовалась целая стайка этих зеленых существ. Они что-то бормотали на своем гортанном языке, тыкали пальцами в камень, в болото, друг в друга. И, конечно же, в рычаг.

Один из гоблинов, самый мелкий и противный на вид, протянул к рычагу свою грязную лапу. Танака замер. Он не знал, чего ожидать. Гоблин схватился за него и… дернул.

Резко, неожиданно, с каким-то маниакальным упорством. Танаку качнуло. Металл скрипнул. Камень задрожал. Ничего не произошло. Кроме того, что гоблин издал разочарованный вопль и отпустил рычаг.

«Тупой гоблин! Что он делает?» – мысленно возмутился Танака. Он, конечно, понимал, что гоблины не отличаются высоким интеллектом, но дергать рычаг просто так… Это было даже для гоблинов как-то… нелогично.

Впрочем, логика в этом болоте, казалось, вообще отсутствовала. Гоблины продолжали суетиться вокруг, переругиваясь и толкаясь. Один из них, самый толстый и, видимо, самый главный, подошел к рычагу и внимательно его осмотрел. Он почесал свою зеленую бородавку на подбородке и что-то прохрипел своим подчиненным.

После этого гоблины начали… спорить. Они жестикулировали, тыкали пальцами в рычаг и в болото, кричали друг на друга и даже пару раз подрались. Танака наблюдал за этим цирком с нарастающим чувством абсурда. Он попал в какой-то гоблинский театр абсурда, где он, рычаг, играл роль… декорации? Объекта поклонения? Игрушки?

Внезапно толстый гоблин снова схватился за рычаг. На этот раз он дернул не просто так, а с каким-то намеком на усилие. Рычаг скрипнул громче. Камень задрожал сильнее. И… что-то щелкнуло.

Внутри камня, где-то глубоко, раздался приглушенный щелчок. Гоблины замерли, как по команде. Тишина стала еще более напряженной. Толстый гоблин медленно отпустил рычаг и отступил на шаг. Он смотрел на камень с каким-то… страхом? Уважением? Любопытством?

Из щели в камне, прямо под рычагом, начал сочиться… свет. Слабый, мерцающий свет, похожий на светлячков, но гораздо более яркий и холодный. Свет становился все сильнее, щель расширялась, и вскоре из нее повалил густой, белый туман.

Туман клубился, заполняя все вокруг. Гоблины отступили еще дальше, жались друг к другу и испуганно переглядывались. Танака, запертый в своем металлическом теле, чувствовал нарастающее напряжение. Что происходит? Что он натворил? Вернее, что натворили гоблины, дернув его?

Туман рассеялся так же внезапно, как и появился. И то, что Танака увидел, заставило его… ну, если бы он мог дышать, задохнуться от изумления. Перед ним, прямо на месте камня, зиял… портал. Круглый, светящийся портал, внутри которого бурлили разноцветные вихри и мелькали странные, непонятные образы.

Гоблины замерли, разинув рты. Толстый гоблин, преодолев свой страх, медленно подошел к порталу и осторожно просунул в него палец. Он тут же отдернул его, издав испуганный визг. Затем, поколебавшись, просунул палец снова. И еще раз. И еще.

Вскоре к порталу подошли и остальные гоблины. Они тыкали в него пальцами, палками, кинжалами. Пытались заглянуть внутрь. Шумели, толкались, спорили. А Танака, рычаг, продолжал стоять на месте, невольный виновник всего этого безумия.

«Вот это я попал…» – подумал Танака, осознавая, что его рычажная жизнь только начинается. И, судя по всему, скучной она точно не будет. Портал манил, звал, обещал приключения и неведомые опасности. И Танака, хоть и был всего лишь рычагом, чувствовал, как внутри него, в самой глубине металла, зарождается… любопытство. И, возможно, даже… предвкушение.