Враг у ворот
Моросящий дождь стекал с козырька, собираясь в тяжёлые капли, которые падали с глухим «плюх» на асфальт. Двое охранников стояли у массивных ворот, с явной скукой наблюдая за пустынной улицей, где, казалось, не происходило ничего интересного.
— Слышал, в западных доках опять заварушка была? — лениво протянул первый, высокий мужчина с крепкими скулами и недельной щетиной. — Говорят, какой-то псих резал людей ножами, как мясник.
— Пфф, ножами? — отозвался второй, помоложе, с глазами, которые постоянно бегали, словно искали опасность в каждом углу. — Против пуль ножи — игрушки для самоубийц. Ты лучше скажи — ты уже бабки на слияние поставил? Говорят, акции попрут вверх, как на дрожжах.
Первый охранник хмыкнул, изогнув бровь.
— Да какие там акции… Вроде деньги большие, а пахнет грязью. Ты же знаешь, наш босс. Он не делает ходов без крови.
— Зато мы всегда при деле, — усмехнулся второй. — Лишь бы платили вовремя, и фиг с ним, с грязью. Мы чисто для фона, чтобы пальнули разок по-праздничному и…
Резкий, сухой хлопок оборвал его фразу. Он обернулся — и увидел, как его напарник, чуть дёрнувшись, с пустым взглядом валится навзничь, будто кукла, у которой перерезали нити. На лбу темнела крошечная дырочка, из которой медленно стекала алая капля, смешиваясь с дождём.
— Чёрт… — выдохнул он, хватаясь за рацию. — Нападени…
Светлая вспышка прорезала серую муть, словно электрическая игла прошила воздух. Боль — острая, жгучая, как удар ножа в бок — перерезала дыхание. Охранник пошатнулся, но руки больше не слушались. Он почувствовал, как тёплая тяжесть собственной крови обожгла грудь.
Шаги — мягкие, будто кошачьи, — раздались за спиной. Тёмные фигуры возникли из теней, сливаясь с ними так, словно сами были лишь призраками в этом холодном, бездушном мире. Лица скрывали маски, а движения казались слишком плавными, слишком уверенными, чтобы принадлежать простым смертным.
Когда последний звук его дыхания растворился в дождливой ночи, один из спецназовцев медленно поднял руку, словно дирижёр, который только что завершил свою симфонию смерти.