Продолжение банкета

— Скоро нас ждет великое событие, дорогие, — продолжил отец, его голос теперь стал чуть более оживленным, как если бы он делился с ними чем-то важным, что может изменить будущее. Его лицо, обычно хладнокровное и сосредоточенное, сейчас наполнилось тем редким блеском, который показывал, что он был горд тем, что собирался объявить. 

— Слияние корпораций выведет нас на совершенно новый уровень. Энергетика — развивающаяся отрасль, — добавил он, его слова стали не просто планом, а пророчеством. Он говорил, как будто уже видел этот результат, словно его руки уже держали в своих руках этот новый этап их империи. — Мы будем контролировать рынок и технологии, которые определят будущее. Никакие препятствия не смогут нас остановить. 

Аяна сидела молча, но внутри её снова закрались сомнения. Все, о чём говорил отец, звучало так легко, так уверенно, но она не могла не вспомнить те темные фигуры из своего сна. Этот проект, это слияние — они будут стоить чего-то большего, чем просто капитала и власти. И хотя она была воспитана с пониманием важности семейного дела, всё больше ей казалось, что в этой бездне амбиций скрывается нечто гораздо более опасное. 

 Он положил документы в сторону, наклонился вперёд, словно давая им почувствовать всю тяжесть своих слов. — Слияние корпораций — это не просто сделка. Это наше вступление в новую эру. Энергетика, Аяна, … мы говорим о ключе, который откроет перед нами все двери. 

Он не скрывал своего возбуждения, взгляд его был полон той огненной решимости, которая давно стала его визитной карточкой. Каждый его жест, каждое слово были продуманы, как ход в шахматах. 

— Мировая экономика такова, что те, кто контролирует источники энергии, контролируют будущее. Мы будем не просто игроками на этом рынке — мы будем его властителями, — его голос понизился, и в нём появилась та скрытая угроза, которой не было видно, но которая ощущалась в каждом слове. — Слияние даст нам доступ к технологиям, которые других ещё пугают. Мы будем первыми, кто внедрит их в промышленность. Экологически чистая энергия, невиданные достижения в технологиях переработки… Мы изменим мир, и те, кто не будет с нами, просто исчезнут. 

Он на секунду остановился, посмотрел на них обоих, а затем продолжил, теперь уже как наставник, которому не нужны сомнения. 

— Люди будут стоять в очередь, чтобы подписать контракт с нами. А мы, как всегда, будем выбирать, с кем работать. Мы не просто влиятельные — мы непобедимые. Это не просто обогатит нас, это даст нам силу, власть, которую мир ещё не видел. Мы сможем контролировать поток энергии, как бы контролируя сами времена. Вы должны это понять. Тот, кто контролирует энергию, управляет всем. 

Фудживара Такацу сделал паузу, его взгляд стал угрожающим, как если бы он внезапно заметил слабое звено в их рассуждениях. 

— И я буду первым, кто возьмёт эту власть в свои руки. Только те, кто понимает цену каждому моменту, будут двигаться вперёд. Только те, кто безжалостно будет использовать каждый шанс, смогут войти в новую эпоху. И эта эпоха начнётся с нас. 

Он снова откинулся на спинку кресла, но даже в этом расслабленном положении его лицо оставалось непроницаемым и строгим. 

Двери распахнулись с лёгким скрипом, и в комнату вошёл Хирото. Его шаги были мягкими, почти бесшумными, как у хищника, скрывающего свою силу. Он не спешил, будто не было смысла торопиться, потому что пространство вокруг него и так подчинилось его присутствию. Взгляд его был холодным, но при этом в нём ощущалась та же неуловимая опасность, которая исходила от их отца. Это была привычная игра — игра между ними, где каждый шаг, каждый взгляд значил больше, чем могли бы сказать слова. 

Фудживара Такацу не повернул голову, но его лицо слегка изменилось, когда он заметил сына. Он знал, что тот не был одним из тех, кто готов подчиниться без вопросов. Хирото всегда был слишком независимым. Иногда это раздражало, иногда — вдохновляло. Но сейчас это раздражало. 

— Ты опоздал, — произнёс Такацу, его голос оставался холодным и точным, как удар ножа. — Мы не привыкли терять время. 

Хирото не спешил с ответом. Он взглянул на часы, и в его глазах промелькнуло краткое, почти неуловимое выражение усталости, как если бы в его мире было слишком много того, что требовало его внимания. Затем, с ленивым движением плеча, он ответил: 

— Да, отец, работа. Ты ведь сам говорил, что великое дело никогда не приходит без множества мелких задач. 

Его тон был лёгким, почти игривым, но неуклюжие попытки скрыть внутреннее напряжение не могли обмануть ни Аяну, ни их отца. Хирото был мастером манипуляций, но и ему иногда приходилось поддаваться правилам этой игры. 

Фудживара Такацу молча наблюдал за сыном, его взгляд пронизывал Хирото, как если бы он пытался разглядеть не просто его физическое присутствие, но и скрытые мотивы. Он не говорил больше ничего, но в его молчании скрывался тот холодный контроль, которым он держал в руках свою империю. 

— Хорошо, — сказал наконец Хирото, опуская взгляд на бумаги, которые были перед ним. — У нас есть важное дело. Слияние, энергетика... Мы все это знаем. Но я не думаю, что мы должны просто идти по уже проложенному пути. Что если мы будем действовать немного... неожиданно? 

Аяна почувствовала, как её сердце невольно сжалось от этого взгляда. Он всегда был таким — никогда не довольствовался тем, что было перед ним. Хирото видел возможности, где другие видели только риски. И это было одновременно его силой и его опасностью.