На мосту

Вечер был странно тёплым, будто весна решила сделать передышку перед новым ливнем. Город утопал в сумерках, где фонари ещё не разгорелись, а небо уже стушевалось в дымчатую синеву.

Юу шёл к мосту.

Его сердце билось ровно, но в голове было слишком много шума: слова Хинаты, взгляд Юны, его собственный голос, где-то в прошлом, — «обещаю». Это слово теперь звенело в нём, как пустота, которую нельзя заглушить.

Мост стоял в одиночестве. Тонкий, старый, перекинутый через узкую реку.

И на середине — Юна.

Она ждала. В школьной форме, с распущенными волосами, с кулоном в руке.

Когда он подошёл, она не повернулась. Только заговорила, глядя на воду:

— Я почти не надеялась, что ты придёшь.

— Но я пришёл, — тихо ответил он.

Молчание между ними длилось несколько секунд. Но это было настоящее молчание — не неловкое, а наполненное. Словами, которые пока не нашли форму.

— Когда ты уехал тогда… — начала она, — я думала, ты забудешь. Все говорят: дети быстро забывают.

Я не забыла.

Он прислонился к перилам рядом с ней. Их плечи почти касались.

— Я… не забыл. Не совсем. Я просто… спрятал. — Он сжал пальцы. — Тогда всё казалось игрой. Обещания, кулоны, слёзы. А теперь ты стоишь передо мной, и это уже не игра.

Юна повернулась. В её глазах дрожало отражение фонаря.

— Я не хочу, чтобы ты выбирал меня из жалости. Я не хочу быть той, кого вспоминают ради чувства вины.

— Это не вина, — прошептал он. — Это… тянущее чувство. Как будто часть меня осталась там, с тобой. И когда ты вернулась — я начал дышать иначе.

Он посмотрел на неё.

— Но и с Хинатой… я не могу просто вычеркнуть всё, что у нас было. Всё, что она для меня значит.

Юна закрыла глаза.

— Я знаю. Поэтому…

Она сделала шаг ближе.

— Я не буду умолять. Я не буду бороться с ней. Я просто скажу то, что держала в себе все эти годы.

Она подняла кулон.

— Этот кулон — это не просто обещание. Это была точка отсчёта. День, когда я впервые поверила, что кто-то может меня не оставить.

Юу посмотрел на неё, как будто впервые. Не как на загадку. А как на человека, который долго нёс в себе боль — молча, спокойно, с достоинством.

— Если ты выберешь её… я приму.

Она сделала шаг назад, на границу света и тьмы.

— Но если в тебе хоть что-то откликнулось… хоть одна строчка между строк… тогда найди меня. И не молчи.

Юна развернулась и ушла, не оборачиваясь.

А Юу остался на мосту.

С кулоном, памятью и чувствами, которые больше не помещались в рамки дружбы, прошлого или настоящего.

Он чувствовал:

Он уже на грани выбора.