Шуточки

Последующие часы Настя не проронила ни слова. Да и ребята больше не предпринимали попыток с ней заговорить. Разве что она и Карина договорились поменяться полками и Ведьма спала наверху, а Карина играла в карты с другом и братом.

После того как Юрий в пятый раз их обыграл, всем стало уже неинтересно продолжать: исход был очевиден. Спать не хотелось, а делать особо больше было и ничего.

Карина положила голову на стол и тяжело вздохнула.

-ску-ко-ти-ща, - протянула она.

- Ага, даже Интернета нет, - согласился с ней брат.

Юра молча убирал карты в коробку.

С верхней полки послышались шорохи и через пару секунд оттуда свесилась голова.

Сонно бурча себе под нос матом, Настя провела рукой по лицу. На ней остался явный черный след.

- ёпрст, косметика! - она резво спрыгнула с полки и вышла из купе.

Марк засмеялся не сдерживаясь.

- и все таки, чем займемся? Нам ещё около 6 часов ехать, - предложила Карина.

- может, правда или действие? - согласился Марк.

-а давайте - Юра с радостью поддержал идею друга.

Карина тоже не стала отпираться и согласилась

Первый задавал вопрос Марк.

Глаза Юры блестели азартом.

- Юрчик, правда или действие?

Парень, недолго думая, спокойно ответил:

- Правда! Мне нечего скрывать!

Марк невольно усмехнулся. Ага, как же. У Юры, как у любого подростка, скелеты в шкафу точно найдутся. Вопрос нужно было задать такой, чтобы и правду вытянуть, и чтобы Юра не сбежал в кусты, обидевшись на слишком личное вторжение.

Кудрявый парень задумчиво потер подбородок. Сразу лезли в голову всякие пошлые вопросы про девчонок, но это было слишком просто и скучно. Да и зная Юру, он бы просто отшутился и вывернулся. Нужно было что-то более... коварное. Что-то, что заставит его задуматься.

Он вспомнил, как Юра всегда заступался за слабых, как болезненно переживал из-за несправедливости. Может, копнуть в эту сторону? Спросить про его принципы? Но это тоже могло показаться нудным.

Марк прищурился, будто сомневаясь в его словах, и произнес:

- Хорошо. Тогда скажи... кто тебе больше всех нравится из здесь сидящих?

Юра заметно занервничал.

- Эээ... ну... это...

Карина захихикала:

- Да ладно тебе, Юр!

- Да не стесняюсь я! Просто... сложно выбрать, - пробормотал Юра, избегая смотреть на Марка. Он взглянул на Карину, ища поддержки, но она лишь подмигнула ему, подталкивая к ответу. Настя вернулась в купе с мокрым полотенцем в руках, недовольно бубня себе под нос. Она остановилась у двери, открывая её.

- Ладно, скажу. Наверное... Настя, - выпалил он, смотря на Карину. Та одобрительно кивнула.

В купе воцарилось молчание. Настя замерла, приоткрыв рот от удивления. Марк удивленно поднял брови. Карина, кажется, была единственной, кто не удивился.

- Ого, вот это поворот! - воскликнула Карина, нарушив тишину. - Ладно, ловелас, твоя очередь. Кого спрашиваешь?

Юра все еще краснел, даже больше не от смущения, а от нелепости ситуации. Он посмотрел на Настю, которая казалась совершенно ошеломленной, и решил сменить тему:

- Карина, правда или действие?

Карина хитро улыбнулась:

- Действие, конечно! Я же не трусиха!

- Так стоп! - "Ведьма" наконец вышла из оцепенения и огромными от удивления глазами уставилась на Юру.

Парню хотелось провалиться сквозь землю. Зачем он это сказал? Надо было рассказать, как есть на самом деле, а не придумывать этот бред на ходу. Настя, чувствуя, как внутри нарастает раздражение, с силой потерла рукой лицо. Остатки косметики размазались по коже, оставляя темные следы. Она её не до конца смыла, так как вернулась за мицелярной водой. Внутри все кипело. Ложь Юры, хоть и очевидная, задела какое-то болезненное место. Это было не просто глупой шуткой, в этом чувствовалась неловкая попытка скрыть что-то важное. И эта скрытность вызывала у Насти смесь негодования и любопытства.

Юра же испытывал мучительную смесь стыда и страха. Слова вырвались непроизвольно, под давлением Марка и подмигивания Карины, и теперь ему хотелось провалиться сквозь землю. Он украдкой поглядывал на Настю, пытаясь уловить ее реакцию. Взгляд девушки, холодный и пронзительный, заставлял его ежиться. В голове билась только одна мысль: «Как теперь все исправить?».

Карина, наблюдая за разворачивающейся драмой, едва сдерживала смех. Ей нравилась эта игра, это напряжение, эта неловкость, витавшая в воздухе. Она чувствовала себя кукловодом, дергающим за ниточки, и наблюдающим за реакцией марионеток. Однако, под маской веселья скрывалась и капля тревоги. Она знала, что ее маленькая ложь может привести к серьезным последствиям.

Марк ехидно захихикал, глядя на спокойную сестру, смущающегося друга и начинающую закипать Настю.

- Значит так! - "Ведьма" с силой ударила по столу, так, что Марк перестал смеяться, -вы, мелкие пакостники, хватит страдать фигнёй и ты- она указала на Юру, - в особенности. Шуточки эти ваши....

- чё, уже и поиграть нельзя? - Марк снова решил вступить с ней в спор.

- можно, но только по нормальному, а не врать на каждом шагу, - она злобно зыркнула на Юру, так, что того пробил озноб.

- значит так. Я начинаю. -Она махнула рукой.

У Юры по спине пробежали до боли знакомые мурашки. Не может быть..

- Кариша) - её резкая перемена эмоций с твердости на мягкую и спокойную улыбку слегка испугала брюнетку, но та решила подыграть.

-да?) - она оперлась руками на полку и чуть наклонилась к Насте.

- хм... Чем ты глаза подводишь? Цвет обалденный! А ой.. Правда или действие?

- правда, - сказала Карина смеясь, - да какой то первый попавшийся карандаш для глаз, могу ссылку скинуть.

Ведьма удовлетворительно кивнула.

Карина достала телефон и вместе с этим сказала:

- итак, Марк, правда или действие?

- действие!

Смех Карины, звонкий и немного злорадный, разрезал напряженную тишину купе. В ее глазах плясали озорные искорки. Задание для Марка она придумала спонтанно, желая разрядить обстановку и одновременно немного поддеть брата. Представляя, как он будет выполнять ее поручение, Карина еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться в голос.

- постучись в купе соседнего вагона и попроси.... Ну короче что нибудь попроси.

Марк, закатив глаза, вышел в коридор. Смесь раздражения и любопытства боролись в нем. Он чувствовал себя глупо, идя просить у незнакомых людей что-то непонятное. Стук колес, до этого сливавшийся с общим шумом поезда, теперь казался оглушительным, подчеркивая неловкость ситуации. Каждый скрип вагона, каждый шорох за дверью заставлял его нервничать. Вернувшись с огурцом в руках, он чувствовал себя полным идиотом.

Внезапный взрыв смеха разрядил атмосферу в купе. Напряжение, висевшее в воздухе, словно растворилось, уступив место легкому веселью. Юра, до этого сидевший, сжавшись в комок, расправил плечи и позволил себе улыбнуться. Нелепость ситуации помогла ему немного расслабиться и забыть о недавнем конфузе. Может, это и было глупо, зато весело.

Марк задал следующий вопрос

- а мы же не по порядку идем? Я могу кому хочу задать?

- Ага, - в один голос подтвердили Карина и Юра.

-значит Настя.

- правда, - прервала его девушка

Марк пожал плечами и продолжил:

- сколько тебе лет?

Вопрос Марка о возрасте застал Настю врасплох. На долю секунды в ее глазах мелькнуло замешательство, но тут же оно сменилось хитрой улыбкой. Ответ она произнесла с такой легкостью и игривостью, будто это была давно заготовленная шутка.

- 41.- сказала она пожимая плечами.

- чего??? Мы думали тебе 20 максимум! - в один голос выдали все трое.

Ей нравилось наблюдать за реакцией ребят, их изумленными лицами и недоверчивыми восклицаниями. "Ведьма" - это прозвище она носила с гордостью, оно добавляло ей загадочности и шарма.

- магия и никакого колдовства, - она засмеялась, - поэтому меня ведьмой-то и называют. Гены хорошие.

Воцарилась атмосфера легкости и беззаботности. Игра продолжалась, обещая новые неожиданные повороты и откровения. Стук колес теперь казался не настолько назойливым, а скорее создавал ритмичный фон для их веселья. За окном проносились пейзажи, размытые в сумерках, а внутри купе, освещенного теперь уже не столь тусклым светом, разгорался огонек дружбы и взаимного интереса. Застоявшийся воздух в купе, пропитанный запахом чая и чего-то металлического, отдававшего от колес, казался густым и вязким. Ритмичный стук поезда, монотонно отбивающий такт путешествия, до этого убаюкивающий, теперь нагнетал напряжение, висевшее в воздухе. Обшарпанные стены купе, обитые темно-зеленым дерматином, с потертостями и царапинами, словно хранили отпечатки тысяч историй, свидетелями которых они стали. Свет тусклой лампочки под потолком создавал резкие тени, делая лица ребят бледными и усталыми.