Подарки и уют

Карина вертела в руках изящную брошь в форме бабочки. Крылья, выполненные из переливающейся ткани, были украшены мелкими бисеринками, а тело выполнено из яшмы. Камилла, обожала подобные украшения и часто носила их, закалывая платки на плечах, чтобы те не сползали. Девушка сфотографировала брошь и отправила снимок отцу на одобрение. Затем положила её на место и вышла из отдела.
Напротив находился магазин, куда Юра и Марк отправились выбирать подарок для Макара. Брюнетка направилась туда же. Стены помещения были увешаны старинными картами, моделями самолётов, висели полки с инструментами для резки по дереву, а в воздухе витали запахи лака и краски. Карина ловко лавировала между стеллажами, заставленными всевозможными товарами – от наборов для вышивания до миниатюрных фигурок солдатиков. В нос то и дело ударяли разные запахи – благовония, краска, шерсть. В магазине было довольно многолюдно. Молодая пара с ребёнком на руках выбирала мягкую игрушку, пожилой мужчина внимательно изучал набор шахмат, группа подростков шумно обсуждала какой-то конструктор. Где-то в глубине магазина раздавался недовольный голос продавца, пытающегося утихомирить разбушевавшихся детей. Завернув за очередной стеллаж, она увидела забавную картину, которую, впрочем, она и ожидала: два друга, вооружившись деревянными мечами, изображали дуэль. Когда Марк на секунду отвлёкся на пришедшую сестру, Юра, воспользовавшись моментом, кольнул его в бок. Парень тихо ойкнул, шагнул назад и спиной врезался в стеллаж с красками для моделей. Выронив меч, он отшатнулся, развернулся, и вытянув руки к стеллажу, прошептал:
– Тихо, тихо… Стоим на месте… Не падаем…
Коробки с красками, к его счастью, лишь слегка дрогнули и остались на своих местах. Они облегченно вздохнули. Пока Марк поднимал оба меча, Юра подошёл ближе к девушке.
– Ну что? Выбрала?
– Да. Брошь в виде бабочки. Помню, когда мы в детстве к ним приезжали, у неё было очень много разных. Она их коллекционирует, – ответила Карина.
– Необычное хобби, – усмехнулся Юра. – Моей маме тоже такое нравилось. Э-э, да и сейчас нравится. – Он задумчиво почесал затылок. – Так, говоришь, она любит украшения?
– Ага. А куда Марк ушел? – спросила Карина, оглядываясь.
Действительно, Марка уже не было в отделе. Выйдя из него, они увидели парня у кассы с коробкой в руках, в которой лежала модель корабля, похожего на фрегат XIX века. За кассой стояла продавщица и с явным недовольством поглядывала на Марка, про себя укоряя за то, что он чуть не устроил обвал красок. Сам брюнет, стараясь не замечать взгляда продавщицы, сосредоточено рассматривал рисунок, проводя пальцем по мачтам и пушкам изображённым на коробке. Достав банковскую карту, он приложил её к терминалу, и только после этого поднял глаза на продавщицу, ожидая чек.
– Похож, – пробормотал Юра, подходя ближе.
– Что? – переспросила Карина.
– Корабль похож на настоящий. Я в детстве… увлекался кораблями, их историей, даже думал капитаном стать, ну или матросом там, – Юра неловко хихикнул.
У девушки загорелись глаза энтузиазмом.
– Так это же прекрасно! У вас будет много общих тем с Макаром!
Заметив, что Марк уже расплатился и направляется к выходу, они поспешили за ним.
.
Марк отправился домой, а Карина и Юра остались сидеть на лавочке возле подъезда. Наступали сумерки. Воздух, еще недавно наполненный зноем, становился прохладнее. Небо, окрашенное в нежные оттенки розового и оранжевого, постепенно темнело, уступая место глубокой синеве. Зажигались первые звезды, мерцая, словно драгоценные камни, рассыпанные по шелковому полотну неба. В траве стрекотали кузнечики, а назойливые комары вились вокруг. Карина задумчиво перебирала пальцами лепестки ромашки, растущей у тротуара. Юра, украдкой поглядывая на девушку, первым решил заговорить:
– Слушай, а какие украшения есть у твоей тёти? –понимая, как странно прозвучал его вопрос он тут же добавил, – Ну, в смысле, какие ей нравятся?
Карина отпустила цветок и посмотрела на Юру. Ее карие глаза, казалось, светились в полумраке, словно отражая последние лучи заходящего солнца. Между ними словно пробежала искра, заставив воздух вокруг затрещать от напряжения. Легкие мурашки пробежали по коже Карины.
– М-м-м, – задумчиво протянула девушка. – Она любит необычные украшения, но не вычурные, не слишком яркие. Никогда не видела, чтобы она носила что-то выделяющееся. А что?
– А, да так, просто подумал, что я мог бы тоже подарить им подарки, от себя, – ответил парень.
Карина мягко улыбнулась, кивнула и, вытянув ноги, посмотрела на небо. Его западный край еще пылал багрянцем, словно объятый огнем. Темно-синие тени ползли с востока, поглощая последние отблески заката. Появился тонкий серп луны, словно затерявшийся в бескрайнем небесном океане. Девушка достала телефон и посмотрела на время.
– Ладно, мне пора. Обещала вернуться до десяти, – сказала она, поднимаясь с лавочки.
Ветер мягко всколыхнул её белую юбку. Она помахала Юре рукой и скрылась в темноте подъезда. Парень проводил её взглядом. Когда за Кариной закрылась дверь, он опустил голову, будто рассматривая что-то на земле. Внутри него боролись противоречивые чувства – радость от встречи и досада.
– Шаврикъ… – выругался он себе под нос, с досадой пнув ни в чем неповинный камешек.
Поднявшись с насиженного места, Юра посмотрел на солнце, медленно погружающееся за горизонт, окрашивая небо в фантастические оттенки оранжевого, пурпурного и розового. День плавно перетекал в ночь. Мир, полный дневной суеты, постепенно затихал, готовясь к ночному покою. С каждым шагом обладателя голубых глаз цвета вокруг бледнели, уступая место мягким оттенкам серого и синего. Ночь вступала в свои права, окутывая все вокруг таинственной темнотой. Юра, идя по опустевшей улице, бормотал что-то себе под нос, задумчива улыбаясь, а порой хмурясь.
Дойдя до своего дома, он достал ключи и поднёс их к домофону. Под привычное пиликанье поднялся по лестнице на третий этаж, к своей квартире.
Квартира №63 выглядела бедной, но весьма опрятной. В длинном коридоре, пол которого был застелен линолеумом, стоял старый, ещё советских времен, шкаф для одежды. Обои на стенах, когда- то белые, выцвели от времени, однако блестки, вкрапленные в них, все еще мерцали в полумраке отражая свет уличного фонаря. Прямо по коридору, примерно через 6 метров были двери в ванную и туалет. Слева от коридора находилась небольшая кухня с тесной обеденной зоной. Справа – комната Юры, в которой также была дверь, ведущая в темную кладовку, заваленную старыми вещами. Из кухни доносились тихие шорохи, но парень не обратил на них внимания. Не включая свет, он прошёл в свою комнату, шоркая плюшевыми тапочками, которые Карина подарила ему на Новый год.
Комната была небольшой, но уютной. Большое окно закрывали плотные серые шторы, доходящие до пола, и легкий тюль. Возле окна стоял письменный стол, заваленный тетрадями и книгами. Среди этой макулатуры стоял новенький ноутбук, обклеенный наклейками сверху донизу. У стены – небольшая кровать, рядом с которой стояли тумбочка и высокий шкаф для одежды. Пол был застелен ковром с геометрическим узором. В углу комнаты стоял старый комод с выдвижными ящиками, в которых хранились вещи Юры.
Задернув шторы, он устало плюхнулся на кровать. В полумраке комнаты он чувствовал себя как то странно. Будто он сейчас не в своей тарелке. В голове крутились обрывки разговоров, вспыхивали образы, связанные с прошедшим временем. Образ Карины, ее лучистые глаза и мягкая улыбка, особенно ярко всплывал в его памяти. Он вдохнул полной грудью, наслаждаясь тишиной и одиночеством, и тихо прошептал:
– Спокойной ночи, мама… Спокойной ночи, папа…
Карина поднималась по лестнице, ведущей на шестой этаж. Подъезд был погружен в полумрак – большинство лампочек перегорели и их всё забывали сменить. Главным источником света служил уличный фонарь, лучи которого пробивались сквозь окна между этажами, освещая мрачную лестничную площадку. Звякнув ключами, Карина вставила их в замочную скважину, но, почувствовав, что дверь не заперта, открыла её и вошла в квартиру. Только переступив порог она почувствовала аромат свежеиспеченной ватрушки. Квартира была просторной, оформленной в теплых тонах. Сразу у входа располагался небольшой коридор. Слева находилась кухня, прямо по коридору – спальня родителей, а справа – лестница, ведущая на второй этаж. Под лестницей был устроен небольшой, но уютный кабинет отца, где он работал над своими проектами или уделял время хобби. Второй этаж занимали комнаты Карины и Марка, а также ванная комната и туалет. Темно-коричневая лестница гармонично сочеталась с общей цветовой гаммой квартиры, где преобладали темно-коричневые и желтые оттенки, создавая ощущение тепла и комфорта. Карина сняла ветровку и прошла на кухню. Там, у плиты, стоял Константин и махал прихваткой над только что вынутой из духовки ватрушкой.
– Она горячая, это на завтрак, – предупредил он, увидев дочь. – Марк сказал, вы ужинали, да?
– Да, мы и пообедали в торговом центре, и поужинали, – ответила Карина, улыбаясь. – Не переживай.
Константин удрученно вздохнул. Он не одобрял то что дети питались фастфудом и всегда старался, чтобы они ели дома, здоровую и полезную пищу. Он считал, что ни один ресторан не сравнится с домашней кухней, где каждое блюдо приготовлено с любовью и заботой. Карина почувствовала легкое чувство вины, видя огорчение отца. Она знала, как он старается для них, и ей не хотелось его расстраивать. Однако, проведенный день был настолько насыщенным и эмоциональным.