Келли

День изъятия Эви.

Будильник вырвал меня из сна в самый неподходящий момент… Черт, а ведь только самое интересное начиналось.

Потянувшись, я поднялся с кровати. В этот же момент в дверь постучались, и за ней послышался крик матери:

— Вставай-вставай, завтрак готов!

Проверив телефон и не найдя ничего интересного, кроме спама, я еще раз вытянулся, размял затекшие конечности и скинул домашнее тряпье. Не люблю затягивать с переодеванием, поэтому сразу накинул серые брюки и широкую рубашку. Самое то, чтобы не придирались за внешний вид.

Тьфу… Случайно уловил свое отражение в мониторе компьютера. Все волосы торчком. Может, раз в год прическа сама по себе и нормальная с утра, но точно не сегодня.

Сверившись с расписанием из чата класса, я быстро закинул все нужное в рюкзак и оставил его снаружи у двери — все равно по пути с ванной заберу.

Как раз я и направился туда. Взглянул на себя в зеркало — до жути не выспавшийся и чуть опухший. Может, с таким лицом меня хоть в автобусе не тронут. Или перепутают с преподом. Дай бог, по пути до школы пройдет. Включил воду в кране и только собирался зачерпнуть в ладошки, как машинально отдернул руки. Холодная, отрубили что ли с утра пораньше… Обалденная осень, какой уже это раз за месяц? Девятый, наверное.

С грехом пополам умылся, почистил зубы и пригладил торчащую прическу. Ну вот, теперь и на человека смахиваю.

Рассмеявшись, я быстро сходил в туалет, помыл руки и двинулся по коридору в сторону кухни. Заодно забежал в комнату за телефоном, стоявшим на зарядке, и за рюкзаком, лежавшим снаружи.

Наконец, полностью укомплектовавшись, я зашел на кухню. Здесь стоял довольно приятный запах сваренного кофе и только пожаренных тостов с яйцом. У плиты последние штрихи доводила мама, а за столом сидел отец, которого я не ожидал сегодня увидеть. Ну неудивительно. Ему свойственно пропадать и появляться, когда захочется. Призрак, но во плоти.

— Доброе утро, мам, — довольно громко сказал я, отодвигая стул и садясь за стол. — И тебе, Ди.

Заметил он меня только тогда, когда я назвал его Ди. Отец раздраженно выдохнул и поднял на меня глаза.

— Сколько я тебе повторял не называть меня так? — глядел он на меня из-под лба, ожидая ответа.

Но я оставил его вопрос висеть в воздухе, принявшись за еду. Спорить с ним — бесполезно. Мои мысли он считает за то, что обычно подростки пишут на заборах, то есть за бессмысленное дерьмо.

Откусив пару кусков, я запил это дело кофе.

— Очень вкусно, спасибо, — пробубнил я с забитым ртом, продолжая жевать содержимое.

— Когда я ем, я глух и нем, помнишь? — повернулась ко мне мать, упершись руками в бока.

Я молча кивнул и продолжил жевать, вслушиваясь в новости на фоне.

— Экологическая организация «Слезы Природы» вместе с председателем «Дефоур» пришли к общему выводу — провести ряд мер по закрытию…

Не успела телеведущая договорить, как Ди переключил канал на спортивный.

— Совсем скоро состоится чемпионат кубка федерации, на котором встретятся большинство спортсменов нашей страны…

На удивление, отец сегодня был особенно разговорчивым.

— О, ты же занимаешься там чем-то, верно? — спросил он, выдерживая паузу.

Я хожу в зал с девяти лет, а он до сих пор не знает, чем я занимаюсь… А имя мое он помнит, интересно…

— Смешанные единоборства, — ответил я, глядя в тарелку.

— Точно-точно, из головы вылетело, — прокашлялся Ди. — Тренер не думал тебя отправлять?

Я прекратил жевать и положил вилку.

— Думал.

— И что? — он впился в меня глазами.

— Я отказался, слабоват для таких мероприятий, — сделав последний глоток кофе, я поднялся со стула.

Не потому, что боюсь. Просто не хочу быть его гордостью.

Отец разочарованно хмыкнул. Интересная реакция.

Мама обеспокоенно взглянула на недоеденные тосты.

— Ты куда, не доел ведь еще…

— Прости, спешить надо, я убраться еще должен перед уроками, — соврал я, перебив мать, — позвоню потом днем.

Подойдя к ней, я обнял ее, поцеловал в макушку. С ростом мне повезло, мама не доходила и до метра семидесяти, когда я чуть-чуть не вытянулся до метра восьмидесяти трех.

Не столб и не тумбочка. Идеально.

Захватив рюкзак, я напялил кроссовки, накинул кожаный бомбер и открыл дверь, когда с кухни донесся разговор.

— Опять ты за свое, а… — шептала мама. — Почему ты не можешь просто помолчать, когда он здесь?

Не дослушав их ругань, я вышел из квартиры и закрыл дверь.

*

Благодаря успешной работе отца, жили мы не бедно, пусть и в южном районе, но в самом перспективном его участке, в одном из последних построенных жилых комплексов, на одиннадцатом этаже.

Спустившись на лифте, я вышел на улицу и пошел на остановку. Меня могли бы и подвезти, но корежит меня ездить с ними на машине. Не то.

На остановке я оказался через минут пять. По пути встретил пару соседей, которые нехотя со мной поздоровались, спрашивая про отца. Конечно же, я соврал им о том, что его нет дома. Пусть я и не питаю к нему симпатии, но и не ненавижу. Он просто есть, поэтому смысл мне пакостить, как какой-то ребенок.

Пока стоял и размышлял о своем, нужный восьмой автобус наконец подъехал. Он едет прямо насквозь по району, чутка не доезжая до пятой школы. Там буквально тоже пять минут идти.

Усевшись ближе к концу автобуса у окна, я заплатил за проезд и уставился на улицу. Помимо новых ЖК, везде стояли старенькие пятиэтажки, разбросанные в странном порядке. Изредка между ними стояли какие-нибудь магазинчики, да остальные общественно-нужные места. Я особо и не запоминал. На случай нужды всегда карты есть.

Из мыслей меня вырвала ругань, когда началась в автобусе.
Кондуктор пыталась выкинуть какого-то парнишку. Видимо, за проезд не заплатил. Я оглянулся, но на ситуацию внимание обратил только я, по крайней мере не скрыл этого. Остальные же пассажиры искренне пытались показать, что были заняты чем-то важным.

Вздохнув, я поднялся с места и подошел к ним.

— Мне какая разница, есть у тебя или нет, мне же надо на что-то жить, а? Сначала ты, потом еще один заяц и еще, а там и с голой жопой останусь, понимаешь ты или нет?! — Она говорила так быстро, что из ее рта то и дело вылетали слюни.

— Извините, я заплачу за него, сорокет всего, чего так париться-то, — сказал я, привлекая к себе внимание кондуктора.

Она остановилась и, взглянув на меня, усмехнулась.

— Альтруист нашелся, на всех зайцев у тебя денег не хватит, но твое дело, — в моменте она снова взглянула на беднягу и усмехнулась, протягивая мне аппарат для оплаты.

Я приложил карту и, дождавшись оплаты, сразу развернулся и пошел на свое место.

Когда я сел, ко мне подошел тот парень.

— …Спасибо, — сказал он с небольшой паузой и ушел в самый угол автобуса.

Я кивнул и посмотрел ему вслед. Немного неопрятный внешний вид, как будто он в этом и спит, и по улице ходит, но так… вполне нормальный парень. Но было в нём что-то такое… как будто он специально старается быть незаметным. Не просто стесняется — а будто прячется.

*

Остаток пути прошел без происшествий. Паренек вышел задолго до меня, поэтому дальнейшая его судьба мне неизвестна.

Я же вышел на остановке, где с телефоном стоял Рон — мой знакомый и по совместительству одноклассник.

— О, привет, — помахал я, как только вышел из автобуса.

— Здарова, Келли, — кивнул он, протягивая руку.

Я ответил, пожав ее.

— Ждешь кого? Можем вместе пойти, — спросил я, кивая головой в сторону школы.

— Ждал, но насрать, пойдем вместе, Лили догонит.

А, подружка его, всё время вместе.

— Можем подождать, если надо, все равно до первого урока еще двадцать минут.

— О, тогда ждем, спасибо, — сказал он и снова уперся в телефон.

Я же стоял молча, рассматривая выходящих из автобуса людей. Кто-то подходил здороваться, кто-то делал вид, что не узнал. В общем, обычное утро вторника.

Через пару минут подъехал автобус, из которого выскочила девчонка, тут же обнявшая Рона.

Вот как чувствует себя массовка в сериалах… Иногда думаю, если бы я исчез — кто бы это заметил первым?Рон? Вряд ли. Мама — может. Но не сразу. Наконец меня тоже заметили. Я молча помахал ей и медленно тронулся в сторону школы. Парочка побрела следом.

Все время они о чем-то мило шушукались, пока я шагал перед ними, как какой-то телохранитель. Так и шли мы до школы. Там навстречу нам вышли еще пара одноклассников. Мы бодро поздоровались и вместе зашли в здание школы.

Пока все друг с другом поздоровались, пока переобулись и скинули верхнюю одежду, настало время урока. Дружно добежали до кабинета, где нас уже ждал учитель.

Усевшись по местам, нам начали рассказывать тему. Кто-то и правда слушал, записывая конспект. Кто-то ушел в себя, размышляя о более важных вещах. Остальные болтали друг с другом, изредка прерываясь из-за замечаний учителя.

Сегодня по расписанию история, математика и английский язык. Не дурной набор, чтобы уснуть во время рассказа.

Пусть мне и было безумно скучно, но я остался в рядах первого варианта. С трудом выдержав сорок пять минут ада и сплошной писанины, мы вырвались на перерыв. Казалось бы, всего десять минут. Но именно они спасли меня и ребят от смерти от удушья.

— Вы английский делали? — спросил Рома, пока мы небольшой группой стояли у приоткрытого окна в коридоре.

Он, как и я, держался золотой середины — вроде и учит, но при любом удобном случае спишет. А что бы и нет, как говорится.

Все отрицательно покачали головой. Он же махнул рукой и залез в тик ток. О, как быстро он сдался.

Поговорив друг с другом, мы побрели всей толпой в класс, так как зазвучал звонок.

*

Остаток английского и урок математики пролетели в один момент. На последнем уроке учитель решил спросить меня у доски, но благо я не поленился и прорешал пару примеров дома, пока нечего было делать, поэтому ситуация разрешилась мирно и без моих унижений.

Попрощавшись со всеми, я побрёл в другую сторону. Была идея дойти до зала, но тренер запретил просто так там шляться, поэтому я подумываю просто прогуляться по району, вдруг ребята гуляют, присоединюсь.

Когда я проходил мимо забора, то у входа школы заметил знакомую фигуру. Приглядевшись, это оказался тот парень без денег из автобуса, за которого я заплатил. Он, судя по всему, кого-то ждал, нервно перебирая с ноги на ногу.

Вдруг из школы вышел учитель, который окликнул его. Но тот сразу сорвался с места, словно его собрались убить, а не просто позвали подойти. Странный он, конечно…

Ради интереса я попробовал проследить за ним, но за углом зайца и след простыл. Вздохнув, я пошёл в ту же сторону, надеясь встретить кого из знакомых, чтобы время прошло быстрее.

*

Вроде и день не один провёл. Но к вечеру, если честно, ощущение такое, будто вообще ни с кем не говорил. Только воздух раздвигал. А тут уже и домой надо шагать, иначе всю душу мать выскребет.

Прям почувствовав мои слова, телефон завибрировал. Я достал его из кармана. На экране «Мама». А как иначе?

— Алло, домой иду, — сразу же я сказал, ответив на звонок.

— В магазин зайди, купи хлеб и помидоры.

— Хорошо, скоро приду.

Повесив трубку, я убрал телефон обратно в карман. Время всего шесть часов вечера… Ладно. Отбросив желание поныть, я побрёл на остановку. На самом деле можно дойти и пешком, где-нибудь за час, ведь большую часть пути я прошёл, просто гуляя. Но мне лень.

Автобус приехал быстро. И так же стремительно довёз меня до нужной остановки. Соседняя улица с моей, как раз и магазин по пути.

Ничего нового, пропустил старушку на входе и зашёл за ней следом. Быстро прикинув, что важнее, дошёл сначала до овощного отдела, где взял несколько помидор и сложил их в пакет. Может, дневник вести со всеми своими действиями за день? «Хроника Келли: или как человек может не существовать, но в то же время жить». Или в лирику податься, загадочные стихи писать…

— Вы взяли, молодой человек? — за спиной послышался голос, а когда я повернулся, то увидел ту самую бабушку, которую пропустил на входе.

— Да-да, задумался, извиняюсь, — тут же отошёл я от овощей, двигаясь к полкам с хлебом.

Взял пару буханок, двинул к кассе. Там стояло несколько человек, что-то вместе обсуждая. Аккуратно встроившись в конец очереди, я не собирался подслушивать, но говорили они достаточно громко. Да и кто сказал, что мне есть дело…

— Бедная девочка… А ведь давно пора было забирать её от этого мудака, а! — чуть ли не плевалась невысокая женщина в атласном пальто. — Дождались, когда он совсем с катушек слетит. А если бы бедняжка пострадала, то труп бы, тьфу ты, забирали!

Остальные двое стоявших закивали.

— Так ведь он и напасть попытался на приехавших, знали?
Его судить будут за нападение на государственных служащих, —продолжил беседу пожилой мужчина, пока кассир начал пробивать продукты последней даме передо мной. — Надо ведь было додуматься на полицию кинуться… Белочка, видимо, окончательно в голову ударила.

— Да он ведь что-то со своей работой на промзоне закрутил хитрое, мне Рисса рассказывала, — в разговор наконец вклинилась третья, низенькая такая женщина, которой как раз пробивали сейчас товары, — а тут ведь закрывать собрались, а восстанавливать будут только тех, кто по факту работал и прошел проверку, а он-то ведь наверняка через лазейки устроен был…

— С вас 2 153 рубля, — прервал ее кассир, закончив пикать товар.

— По карте, — ответила женщина, прикладывая карту к терминалу.

Оплата прошла, и все трое тронулись из магазина, продолжая обсуждать насущные темы.

Вполне логичный исход — буйный алкоголик, который наверняка мутузит свою жену, нападает на людей, которые решают забрать его игру… То есть ребенка. Ничего удивительного, по таким случаям здесь можно журнал вести. Но все равно жалко девочку, никто такого не заслужил, тем более ребенок.

Мужчина за кассой быстро пробил мне мои товары, и я быстро зашагал домой, по пути обогнав ту троицу.

*

Дверь у нас в квартире почти всегда не заперта, поэтому ключи доставать не пришлось. Я быстро разулся, закинул купленный хлеб с помидорами на кухню, а сам двинул в комнату. Дома была только мама. Ди, похоже, снова на работе допоздна. Как жаль, как жаль.

В комнате я скинул вещи, помассировал лицо перед зеркалом, стараясь убрать этот чуть хмурый взгляд. Жаль, что так легко он не пройдет.

Вечер прошел даже быстрее, чем день. Сначала поужинал с мамой, мельком рассказав о дне. Не сказал бы, что между нами царила неловкость, но я никогда не обсуждал с ней подробно что-либо. Всегда всё по делу и без отступлений. Помыв за собой тарелку и пожелав спокойной ночи, я закрылся у себя в комнате.

Приятный холодок от матраса кровати сразу же расслабил мое тело. Да и думать как-то легче стало, без той дневной тяжести.

Потянувшись, я встал с кровати и сел за стол. Не сказать, что горю желанием делать уроки, но давать лишний повод погнобить меня за отсутствие домашки — такая себе затея.

На среду запланировали английский, две математики, биологию и физкультуру. По английскому за несколько минут скатал с переводчика текст. По математике и биологии накатал конспекты и сделал практические задания. И всё. Вечерние дела официально закончены. Хлопнув в ладоши в знак поздравления самому себе, я снова лег на кровать, уткнувшись в телефон. В районной группе и правда был пост про ту девочку… Эви.

На часах было около одиннадцати вечера. Редко получалось уснуть рано, но каждый раз я все же пробовал заснуть без навязчивого потока мыслей обо всем на свете. Всегда не получалось, как и сейчас.

Каждые несколько минут я переворачивался с одного бока на другой, молясь найти волшебную позу для сна. Не вышло.

Мысли крутились вокруг поста, парня в автобусе и ещё чего-то… Не до конца осознанного.

В груди будто кто-то барабанил пальцами по стеклу — негромко, но навязчиво...

Завтра поговорю с тренером.