Неожиданное путешествие (1)

На следующий день, на рассвете.

На внутреннем дворе перед моей комнатой я начал постигать боевые искусства под руководством наставника.

— Молодой господин, для начала вы должны освоить дыхательный метод и сопутствующую технику, именуемую Божественным Искусством Великого Инь и Ледяного Моря.

— Слушаю, учитель.

— Обычно обучение начинают с умения ощущать и улавливать потоки энергии, но в вашем даньтяне уже сокрыта мощная внутренняя сила. Поэтому мы сразу перейдём к Божественному Искусству Великого Инь и Ледяного Моря.

Я сел, скрестив ноги в позе лотоса, а наставник прижал ладонь к моей спине.

— Запоминайте акупунктурные точки и каналы, по которым я поведу энергию, и впредь направляйте её точно так же.

Мастер Квак окутал своей внутренней силой энергию в моём даньтяне и бережно повёл её по каналам, предусмотренным Божественным Искусством Великого Инь и Ледяного Моря.

Не прошло и половины стражи, как я сумел совершить полный круг циркуляции ци, один малый небесный круг. Мои энергетические каналы и без того были расширены и полностью очищены, так что энергия текла по ним беспрепятственно.

Учитель отнял ладонь и изумлённо спросил:

— Вы уже были знакомы с Божественным Искусством Великого Инь и Ледяного Моря?

Услышав этот вопрос, я первым делом включил «дурака»:

— А что это такое?

— Но тогда как ваши каналы... — Наставник ненадолго задумался и сам же нашёл ответ: — Вы ведь говорили вчера. Что по чистой случайности поглотили чудодейственное редкое снадобье, и его морозная энергия запечаталась в даньтяне.

— Да, всё так.

О происхождении энергии в моём даньтяне я рассказал наставнику почти всё. Я твёрдо знал, что он не из тех, кто станет легкомысленно болтать о чужих секретах. К тому же без этой истории я бы никак не смог объяснить наличие пятидесяти лет чистейшей ци в своём теле.

Однако с Божественным Искусством Великого Инь и Ледяного Моря ситуация была деликатнее. Это была семейная, закрытая техника мастера Квака, и заявить, что я её знаю, было бы верхом глупости.

— На самом деле Божественное Искусство Великого Инь и Ледяного Моря, это дыхательный метод, созданный для максимально эффективного накопления энергии Инь в человеческом теле. Согласно преданиям, его сотворил мастер, находившийся на грани замерзания, и в основу техники лёг чистый инстинкт выживания.

— В-вот как?

Если подумать, я ведь тоже едва не замёрз насмерть. Из-за обжигающего холода Морозной Сливы Ледяного Источника...

Учитель продолжил свои рассуждения:

— Думаю, в вашем случае произошло то же самое. Ваше тело на уровне чистых инстинктов само направило внутреннюю силу по этим латентным каналам, чтобы спастись.

Его анализ оказался поразительно точным.

— Если бы организм не сделал этого, вас бы уже давно не было в живых. С огромной долей вероятности вы бы просто насмерть замёрзли изнутри.

От такой проницательности у меня по спине даже пробежали мурашки.

— Н-надо же... Какое счастье, что всё обошлось.

— Как бы то ни было, благодаря этой невероятной удаче мы можем сразу же перейти к укреплению основ и физическим тренировкам, — наставник одобрительно кивнул. — Если использовать боевые искусства, когда выносливость и мышечный каркас развиты слабо, можно напрочь разрушить собственное тело. Поэтому мы заложим безупречный, непоколебимый фундамент.

Как же давно я не слышал этих наставлений.

— Будет тяжело?

— Будет тяжело до такой степени, что вам захочется грязно ругаться. Но вы обязаны выдержать.

— Да, учитель. Я справлюсь.

Я приступил к физическим упражнениям, которые приказал выполнять мастер Квак. Наставник внимательно наблюдал за мной и, заметив, что я держусь куда лучше, чем ожидает обычный изнеженный подросток, пробормотал себе под нос:

— Что ж, полагаю, нагрузку можно существенно увеличить.

— Что?

— Давайте прибавим интенсивности. Закрепим на вас ещё два утяжелителя с песком.

От этих слов у меня внутри всё похолодело:

— У-учитель, побойтесь неба, это уже слишком!

.

.

.

Пришло время отправляться на службу.

Поскольку я всё утро напролёт до седьмого пота истязал своё тело физическими нагрузками, сил у меня не осталось совершенно. Я всерьёз переживал, смогу ли вообще дойти до рабочего места.

Однако у обладания колоссальной внутренней силой были не только минусы. Стоило мне ненадолго погрузиться в медитацию и упорядочить дыхание, как усталость мгновенно испарилась, а тело наполнилось бодростью.

Сама судьба словно безмолвно кричала мне: «Закрой рот и иди работать!».

Впрочем, чтобы достичь моих глобальных целей, мне в любом случае приходилось крутиться не покладая рук. Пусть в прошлой жизни я и обладал колоссальным опытом, благодаря которому вывел Серебряное море в тройку величайших торговых союзов Поднебесной, сейчас в глазах окружающих я оставался всего лишь пятнадцатилетним мальчишкой, который только-только начал вникать в семейное дело.

И то, что мне позволили приложить руку к перехвату Павильона Роскошных Пиров, было исключительной заслугой за предотвращение недавнего пожара.

Кстати, о пожаре... Наставление, полученное вчера вечером от учителя, до сих пор не давало мне покоя. Он строго-настрого запретил мне распространяться о своей уникальной конституции тела. Мастер Квак объяснил это тем, что в огласке нет ничего хорошего, но в его глазах я отчётливо прочитал куда более глубокие и запутанные мотивы.

Впрочем, его слова имели смысл, а истинные причины он наверняка поведает мне, когда посчитает нужным.

— Вы прибыли, молодой господин?

— Да. Доброе утро всем.

Сотрудники Хранилища финансов встречали меня с неприкрытой теплотой и дружелюбием. Оно и понятно: благодаря тому, что я вовремя предотвратил поджог, здешним счетоводам не пришлось проходить через все круги бюрократического ада.

Чтобы не вызывать подозрений у лазутчиков, сотрудникам Хранилища на некоторое время устроили внеплановые выходные, пока шло тайное расследование. Из-за этого теперь им предстояло несколько дней задерживаться допоздна, нагоняя графики, но по сравнению с той катастрофой, что могла случиться, это была сущая чепуха.

Так или иначе, с того рокового дня мы все не виделись довольно долго.

В этот момент в архив вошёл Главный управляющий Ю, и все сотрудники как один почтительно поднялись со своих мест.

— Добрый день, молодой господин, — Ю Со Ак мягко улыбнулся и объявил, обращаясь к присутствующим: — С сегодняшнего дня молодой господин Ын Со Хо официально заступает на должность моего личного помощника.

Ю Со Ак объявил об этом так уверенно и безапелляционно, словно вбил железный гвоздь.

— Простите?

— Ого...

— Э-это правда?

Счетоводы в изумлении переглядывались, переводя взгляды с меня на Главного управляющего. Особенно ошеломлённым выглядел мой помощник Ё Чхан Ый. Я ведь ни разу даже словом не обмолвился о подобном назначении.

— Молодой господин?..

— Да, так уж вышло, — вымученно улыбнулся я.

Примечательно, что в глазах сотрудников Хранилища не было ни капли зависти к моему столь стремительному взлёту. Напротив, они смотрели на меня с искренним, глубоким сочувствием. Все они прекрасно знали: должность личного помощника Ю Со Ака, это не привилегия, а добровольное рабство под лавиной бесконечной работы.

Ю Со Ак с полуулыбкой развернулся на каблуках:

— В таком случае за работу. Дел у нас невпроворот.

— Слушаюсь.

Мысленно обливаясь горючими слезами, я покорно поплёлся вслед за Главным управляющим Ю в его личный кабинет.

Едва переступив порог, я сразу заметил изменения. Прямо по соседству с массивным столом Ю Со Ака теперь красовался ещё один точно такой же рабочий стол. Кому он предназначался, было понятно без лишних слов.

— Прошу, присаживайтесь.

— Да, господин управляющий.

Я послушно занял своё новое место. И тут же на мой стол с глухим стуком начали одна за другой опускаться тяжеленные стопки документов.

— Вот эти бумаги необходимо тщательно изучить, выписать основное и выделить ключевые моменты красной тушью, после чего передать мне.

— Понял.

— А здесь требуются дополнительные проверки и сверка данных. Найдите в архиве соответствующие реестры и прикрепите к этим отчётам.

— Будет сделано.

— И наконец, вот это...

На меня обрушился настоящий водопад из неразобранных дел. Только тогда до меня дошло. Я вовсе не был каким-то гением. Я был глупцом, который своими собственными руками усложнил себе жизнь и променял покой на эту каторгу.

.

.

.

Время летело незаметно, и на пороге уже стоял день зимнего солнцестояния.

Каждый год в торговом союзе Серебряного моря по случаю зимнего солнцестояния сотрудникам выделяли три-четыре дня отдыха. Разумеется, полностью остановить работу предприятия было невозможно, поэтому Палаты делили штат пополам: первая половина отдыхала до праздника, вторая после.

Я для себя уже твёрдо решил, что весь этот мини-отпуск проведу исключительно в постели. Буду спать и восстанавливать силы. Конечно, забрасывать тренировки по боевым искусствам было нельзя, но на них уходила лишь пара утренних часов, так что остаток дня оставался полностью в моём распоряжении.

Я ждал этих выходных как манны небесной. Работа под началом Ю Со Ака оказалась настолько изнурительной, что теперь мне казалось абсолютно естественным то, что в прошлой жизни он скончался от банального переутомления.

В кабинете Главного управляющего целыми днями стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь шуршанием плотной бумаги да скрипом кистей. Ю Со Ак свято верил в правило: «Если у тебя есть время на пустую болтовню, потрать его на проверку лишней строчки в отчёте, это куда эффективнее». И я, к своему несчастью, разделял эту философию.

Вдруг моё восприятие уловило чьё-то приближение. Похоже, из-за того, что в последнее время я существенно увеличил интенсивность утренних тренировок, моё чутьё на внутреннюю энергию обострилось ещё сильнее.

Честно говоря, физические нагрузки учителя Квака до сих пор оставались вполне терпимыми для моего укреплённого тела, но я ни за что на свете не признался бы ему в этом. Стоит мне хоть раз обронить: «Знаете, учитель, я вполне справляюсь», как он с мягкой улыбкой скажет: «Ах, вот как? Очень хорошо», и навесит на меня ещё пару мешков с песком. Поэтому я при каждом удобном случае изображал на лице все муки Поднебесной и отчаянно прибеднялся.

На данный момент общий вес утяжелителей, которые я носил на себе во время тренировок, составлял уже целых двадцать пять кан. Это, на секундочку, равнялось весу вполне упитанного взрослого мужчины. Если он добавит ещё хоть немного, я действительно протяну ноги.

Вскоре из-за двери донёсся знакомый женский голос:

— Я прибыли по поручению главы союза.

Следом раздался бас Кё Джин Уна, личного телохранителя управляющего Ю:

— Прибыла адъютант Чжо Ён Ён.

Ю Со Ак коротко кивнул, заметив его знак. Я поспешно отозвался:

— Просите, пусть войдёт.

Дверь отворилась, и в кабинет вошла молодая женщина лет двадцати пяти. Её звали Чжо Ён Ён.

Она происходила из семьи, которая на протяжении нескольких поколений преданно служила союзу Серебряного моря, так что её карьера в ведомстве была предопределена с детства. То, что в столь юном возрасте, будучи женщиной, она умудрилась занять пост одного из личных адъютантов главы союза, наглядно доказывало её выдающийся ум, деловую хватку и поразительную проницательность.

В кулуарах поговаривали, будто между ней и моим отцом существует некая предосудительная романтическая связь. Но я точно знал: всё это пустые домыслы завистников. Чжо Ён Ён как-то обмолвилась, что её сердце давно принадлежит другому мужчине, и в итоге вплоть до самой моей гибели в прошлой жизни она так и не вышла замуж.

— Что случилось? — деловито осведомился Ю Со Ак.

— В поместье только что прибыл староста Сун. Глава союза просит вас срочно явиться — присутствовать на встрече.

— Хорошо. Я сейчас подойду.

— Слушаюсь, — адъютант Чжо слегка склонила голову перед Главным управляющим Ю, и именно в этот миг я заметил то, чего никогда не замечал прежде.

Её щёки едва заметно залил нежный румянец.

Когда она снова выпрямилась, её лицо мгновенно вернуло привычную холодную, бесстрастную мину. Однако всё то время, что она находилась в комнате, её взгляд был неотрывно прикован исключительно к Ю Со Аку.

Неужели?.. Она влюблена в Главного управляющего Ю?

Только сейчас до меня наконец дошло, почему в прошлой жизни, когда Ю Со Ак безвременно скончался от чахотки и переутомления, эта сильная женщина так горько, безутешно рыдала на его похоронах. И почему она до конца дней хранила обет безбрачия.

«Надо же, какая чистая, трагичная преданность...»

Мои романтические размышления безжалостно прервал голос начальника:

— Молодой господин.

— Да!

— Что вы застыли? Глава союза ждёт нас.

— А? — Я захлопал глазами, не сразу сообразив, к чему это он. Прибыл важный гость, староста Сун, и отцу на переговорах требовалось присутствие Главного управляющего Палаты финансов. Но при чём здесь я? — Разве туда должны идти не только вы, господин управляющий?

Ю Со Ак принялся загибать пальцы, монотонно разъясняя:

— Во-первых, визит старосты Суна означает, что предстоит обсуждение важных сделок, а это неизбежно повлечёт за собой колоссальный объём бумажной работы. У меня и без того дел невпроворот, так что оформлением документов с огромной долей вероятности предстоит заниматься именно вам. И если я не возьму вас с собой сейчас, мне потом придётся тратить кучу времени на объяснение всех деталей. А это... пустая трата драгоценного времени.

— ...

Мне показалось, или он только что хотел сказать «мне лень объяснять»?

— Во-вторых, вы являетесь одним из официальных наследников торгового союза Серебряного моря. Следовательно, вы имеете полное право присутствовать на встречах подобного уровня. У вас ещё остались вопросы?

Как бы красиво он это ни упаковывал в обёртку заботы о моём обучении, суть оставалась неизменной: управляющий Ю просто хотел максимально эффективно использовать мою рабочую силу.

Тихо вздохнув, я поднялся со стула и поплёлся вслед за Ю Со Аком в сторону парадной приёмной.

.

.

.

В поместье союза Серебряного моря для приёма особо важных гостей была оборудована роскошная гостиная.

Служанка из чайной палаты искусно заварила свежие листья, разлила ароматный напиток по фарфоровым пиалам и, отвесив глубокий поклон, бесшумно покинула комнату.

За столом уже сидели мой отец, Главный управляющий Ю и госпожа Ён, возглавлявшая Палату торговых потоков. Напротив отца расположился наш гость староста Сун.

Староста Сун являлся одним из влиятельнейших и богатейших людей в этой округе, а также давним клиентом союза Серебряного моря. Клиентом весьма специфическим и ценным.

Его роскошный наряд, длинный халат из дорогого бирюзового шёлка, массивные золотые кольца в ушах и обилие украшений, без лишних слов кричал о том, что перед нами сидит крупнейший землевладелец региона. В том будущем, которое я помнил, дела старосты Суна постепенно покатились под откос, он начал стремительно разоряться и в конце концов встретил старость как номинальный владелец полуразрушенного, пришедшего в упадок поместья.

— Давненько вы не заглядывали к нам, почтенный староста, — радушно поприветствовал гостя отец.

Староста Сун аккуратно поставил пиалу на столик и со вздохом произнес:

— Да уж, дела завертели, почтенный глава Ын. И всё же, в трудную минуту я могу положиться только на ваше честное слово. Именно поэтому я и пришёл сегодня прямиком к вам.

Услышав это, отец осторожно уточнил:

— Похоже, у вас стряслась какая-то беда?

— Увы, так и есть. Мне крайне необходима ваша помощь и содействие торгового союза.

Мы замерли, внимательно слушая рассказ землевладельца.

— Из-за досадной оплошности в моих расчётах целых десять кёлей плодородных земель не были учтены при подаче налоговой декларации. Господин провинциальный казначей из ведомства Почжэнши счёл это серьёзным нарушением и инициировал проверку.

— Ох, надо же, какая неприятность... — сочувственно покачал головой отец.

Однако я, глядя на бегающие глаза и напряжённую позу старосты Суна, сразу распознал истину. Никакой «досадной оплошности» там и в помине не было. Староста намеренно утаил землю от налогов, чтобы присвоить доходы себе, но провинциальное казначейство схватило его за руку.

— Я сразу же отправился к нашему уездному судье Чжихэню, с которым мы в весьма дружеских отношениях, чтобы спросить совета. И он намекнул мне, что господин казначей Почжэнши сейчас страстно увлечён поисками одной крайне редкой вещицы.

Всё оказалось до банального просто. Обычная попытка дать высокопоставленному чиновнику взятку, чтобы замять уголовное дело. И поиск этой самой взятки как раз и привёл старосту Суна в торговый союз Серебряного моря.

Отец, разумеется, тоже мгновенно раскусил этот маневр. Сохраняя на лице маску вежливого сострадания, он мягко произнёс:

— Заботы почтенного старосты Суна, это заботы и нашего союза Серебряного моря. Давайте говорить откровенно, без утайки. Что это за вещь, которую ищет казначей?

— Дело в том, что это... — Староста Сун тяжело вздохнул и выдавил: — Это заморская диковина.

— Диковина? Что именно вы имеете в виду?

— Ну... ему нужна механическая кукла, которая способна самостоятельно танцевать при наступлении каждого нового часа.

После этих слов в приёмной на мгновение воцарилась абсолютная тишина.

На лицах отца, Главного управляющего Ю и госпожи Ён из Палаты торговых потоков застыло искреннее недоумение, они явно не понимали, о чём вообще идёт речь.

Но я... я прекрасно знал, что это такое.

«Точно... Как же я мог забыть! Ведь существовала эта вещь!»

В моей прошлой жизни это событие стало причиной одного из самых горьких и жгучих моих сожалений. Я ведь клялся себе, что в этой жизни исправлю все старые ошибки, и надо же, едва снова не упустил этот момент.

Мне показалось, что сама судьба привела старосту Суна в наш дом именно для того, чтобы сорвать пелену с моих глаз и дать шанс всё исправить. А ведь началось всё то несчастье в прошлом с самой невинной и пустяковой чепухи.