Я вполне могу приютить тебя

Город Сяосан

Холодный ветер был суровым, и по всему двору после ночного дождя лежали морозные осенние листья тутовника. Большая часть лежала на крыше, словно рябь на черепице, придавая сырой шарм простому домику.

Опавшие тутовые листья свидетельствовали о том, что у шелкопрядов наступает преждевременная зима — время, когда Чжу Минлан обычно начинал свои дни праздным скитальцем.

В конусообразной шляпе и соломенном плаще Чжу Минлан подметал во дворе попорченные дождем листья, как вдруг увидел пару прямых стройных нефритовых ног, неторопливо приближавшихся к нему.

Чжу Минлан поднял голову и посмотрел на нее.

Она была холодна, как мороз, и держала людей на расстоянии тысячи миль, а в ее янтарных глазах читался намек на убийственное намерение.

Сегодня она была не такой хрупкой, как обычно, и не такой спокойной, как всегда. От нее исходило присутствие, присущее только тем, кто по-настоящему пережил боевое крещение!

Казалось, она вновь обрела силу, но, конечно, по сравнению с собой прежней, ее было еще недостаточно. До Чжу Минлана доходили многочисленные слухи о ее грозной силе.

— Ты хочешь отомстить? — спросил Чжу Минлан.

При этих словах из рукавов Валькирии вылетело бесчисленное множество серебряных нитей. Они были очень твердыми и быстро сошлись в Меч Серебряных Нитей, который остановился у горла Чжу Минлана.

— Я буду первым? — с язвительной улыбкой спросил Чжу Минлан.

Меч пронесся мимо, и Валькирия, легкая, как ласточка, пролетела над ним, оставив на шее Чжу Минлана след крови.

Чжу Минлан не двигался, ожидая, пока его голова скатится на землю.

Но это был всего лишь неглубокий след, просто прорвавший кожу.

Она не убила его?

Чжу Минлан потрогал шею и повернулся, чтобы посмотреть на величественную фигуру Валькирии, удаляющуюся от него.

Он не поблагодарил Валькирию за то, что она пощадила его жизнь. Ведь если бы она была действительно бессердечной, то не протянула бы руку, чтобы поднять его в подземелье.

— Неужели я действительно буду запечатлен в твоем сердце и стану твоим позором на всю жизнь? — спросил Чжу Минлан.

В последние дни всегда можно было услышать истории о Валькирии и бродяге. Один — из небесного дворца, другой — из мутных стоков внизу. Огромное различие в статусе, но в то же время переплетенные отношения — сенсационная тема, и, несомненно, в скором времени люди за пределами Вечного города узнают эту новость.

Валькирия ничего не ответила, продолжая идти к выходу. На этот раз, в отличие от предыдущих, она показала свой истинный облик — простой, изможденный, но все еще трансцендентно прекрасный.

— На самом деле... — Чжу Минлан смотрел, как она медленно исчезает, и слова на кончике его языка сглотнули.

Чжу Минлан понял.

Не он был позором Валькирии, а ее нынешний низкий статус.

...

Она ушла, а Чжу Минлан ощутил сложную смесь эмоций. Подсознательно он подобрал пухлый тутовый лист, положил его на ладонь, и маленький ледяной жучок тут же радостно спрыгнул с его плеча на лист.

— Вернемся ли мы когда-нибудь к тем дням, когда мы были известными и влиятельными? — беспечно спросил Чжу Минлан, держа на руках маленького ледяного жучка.

Спустя столько лет Чжу Минлан так и не понял, почему прекрасный белый дракон за ночь покрылся шелком, и так же быстро его огромное тело уменьшилось в коконе, превратившись в маленькое существо, которое только и умело, что обгладывать листья тутовника.

Маленький ледяной жук, не обращая внимания, поднял тутовый лист своими почти невидимыми передними когтями, словно ребенок, держащий миску в несколько раз больше его самого, и принялся хрустеть им со звуками “шаш”.

Он покачивал своим пухлым телом, издавая радостные жевательные звуки, а когда закончил, его большие глаза блаженно затрепетали от удовлетворения.

Видя нежный и глупый вид маленького существа, Чжу Минлан не мог удержаться от смеха и другой рукой ткнул его в пухлый живот.

Маленькое существо не испытывало ни малейшего чувства стыда, оно тут же перевернулось и представило свой живот Чжу Минлану для массажа, издавая при этом звуки удовлетворения: “Ммм, чжи-чжи”.

— Обычная жизнь тоже неплоха: ни давления, ни забот, ни чужого бремени...

Покачав головой, Чжу Минлан продолжил уборку своего маленького дворика, планируя в следующем году посадить на холмах побольше тутовых деревьев. Аппетит маленького существа рос, и ему приходилось работать еще больше, иначе он не смог бы содержать своего спутника Ледяного жука.

— Кстати говоря, еще не наступил полдень, так почему же так жарко? — Чжу Минлан недолго занимался уборкой, когда почувствовал, что холодный воздух постепенно вытесняется.

Сквозь густой туман пробивались пятна красного света, необъяснимым образом окрашивая небольшой город Сан. Даже близлежащий лес приобрел яркие красные оттенки кленового леса.

Чжу Минлан поднял голову к небу.

Утро уже прошло, так почему же сияние настолько преувеличенное?

Огненные облака висели низко, как настоящее пламя, быстро превращая голубое небо в невероятное великолепие!

Га Чжи~~~

Прежде чем Чжу Минлан успел понять источник этого странного явления в небе, деревянная дверь внезапно распахнулась, и Валькирия торопливо шагнула внутрь.

Глаза Чжу Минлана засияли...

Она вернулась.

На самом деле, он также мог выращивать зимоцвет[ Химонант скороспелый — в природе ареал вида охватывает центральные и восточные районы Китая. Занесён в Японию, где одичал. Опыляется мухами и пчелами]. Этой зимой Чжу Минлан мог работать еще усерднее. Если она будет готова разделить с ним простую еду и не будет презирать маленький домик, пропахший пометом шелкопряда, то я помогу тебя.

— Может, хватит мстить? — засиял Чжу Минлан, уже зная, что хочет сказать.

Но прежде чем он успел заговорить, Валькирия с серьезным видом быстро сказала:

— Притворись членом моего племени.

Чжу Минлан все еще недоумевал по поводу ее слов, когда дверь во двор снова с силой толкнули, и к нему подошел статный мужчина в синей с красными узорами одежде.

Его одежда и внешний вид свидетельствовали о некой необычности, но больше всего привлекало внимание необычайно бледное лицо, словно пораженное какой-то упрямой болезнью, лишенное обычного румянца, свойственного коже здорового человека.

Однако в его поведении не было хрупкости больного человека; напротив, от него исходила холодная и одинокая аура, которая прямо-таки пугала.

Чжу Минлан посмотрел на бесконечные огненные облака в небе, затем на редкие вспышки малинового цвета в глазах мужчины и быстро что-то понял.

Мастер Драконов.

И очень сильный!!!

— Тот человек, о котором вы говорили, что он присоединится к нам в нашем путешествии, это он? — Ло Сяо заговорил, пронзительно глядя на Чжу Минлана.

Валькирия ответила:

— Он прибыл сюда раньше меня и уже сообщил племени о моем положении. Я попросила его убрать следы моего пребывания здесь, и завтра мы вернемся в Город Древнего Дракона.

Ло Сяо шагнул вперед и посмотрел на Чжу Минлана с серьезным и несколько скептическим выражением лица, явно не до конца веря словам Валькирии.

— Женщина-монарх, — Чжу Минлан отсалютовал Валькирии кулаком и ладонью и, не меняя выражения лица, сказал:

— Племя приказало мне отвезти вас обратно, но они не согласились взять с собой чужаков. Учитывая ваше благородное положение и достойную красоту, я бы посоветовал вам не доверять людям неизвестного происхождения.

— Что значит неизвестного происхождения? Я член племени... племени... — начал было Ло Сяо, но, похоже, растерялся.

— Ло Сяо когда-то был помощником во дворце моего отца, а сейчас он — тренер драконов, а не человек неизвестного происхождения, о котором вы говорите, — заявила Валькирия.

— О, значит, он тоже из нашего рода. В таком случае давайте отправимся в путь вместе, мы сможем присматривать друг за другом, — согласился Чжу Минлан, показывая неохотность этого решения.

Сомневайся в тех, кто сомневается в тебе, — хитроумная стратегия с оттенком озорства!

Чжу Минлан не мог не похвалить себя: его актерское мастерство ничуть не ухудшилось с годами!