Глава 5

После того как Чинацу ушла, я достала из холодильника трюфель, и немного откусила.

Сладость разлилась по рту, но вместе с ней ощущалась и горечь маття-порошка, которым был посыпан трюфель.

Я также, как и Хадзиме-кун, предпочитала обычный шоколад, однако этот трюфель получился вкусным.

(И всё же, контроль над ревностью, а?)

Чинацу, помимо интимных разговоров (хотя, конечно, это тоже был интимный разговор), задала мне вопрос:

— Юко, вы с Иккуном раньше были парой, да?

— Угу, так и было.

— Тогда скажи, ты ревновала? Ну, Иккун ведь популярен.

— Хм, ревность... Ну, не то, чтобы я сильно ревновала. Иккун стал таким, какой он сейчас, довольно поздно, и у меня было скорее чувство... как бы это сказать, несоответствия.

— Несоответствия?

— Да, несоответствия... Извини, я не могу точно выразить, что чувствовала. Просто что-то, что должно было быть на своём месте, изменило форму.

И в средней школе, и в старшей, рост — это естественно.

Стоит только закончиться летним каникулам, как черты лица и телосложение меняются.

Хотя внутренне Иккун не сильно изменился, внешне он фантастически преобразился. Я не успевала за скоростью этих изменений. Наши отношения оставались прежними, но...

Поэтому я считала, что все это нельзя выразить словом «ревность».

Даже семья, которая знала его с детства, не замечала этих изменений, так что Чинацу и другим, кто встретил Иккуна только в старшей школе, это было ещё менее понятно.

Подумав так, я попыталась найти подходящие слова, и в итоге сказала, что это было скорее «чувство несоответствия».

— Несоответствие, да... Сложно понять... Извини, я не могу полностью прочувствовать ситуацию.

— Не переживай, я и сама понимаю, что не смогла грамотно объяснить. Но, честно говоря, я думаю, у вас с Хадзиме-куном всё в порядке, - добавила я, виновато улыбнувшись Чинацу.

Я действительно считаю, что немного ревности не внесет раскол в их отношения, а ревность Чинацу кажется мне милой.

— ...Ты правда так думаешь? Я не слишком ревнивая?

— Абсолютно точно! Влюблённая девушка, да ещё и красавица — это сильнейшее оружие в мире, - с уверенной решимостью подтвердила я, полагая, что такие девушки непобедимы.

◇◆

— Сестрёнка, твоя подруга уже ушла? ...О, какой приятный запах. Шоколад? Можно взять?

— Можно, но сначала помой руки... Подожди, Иккун?

В то время как мой младший брат, громко стукнув дверью, вошел в комнату, я с удивлением увидела своего друга детства, который тихо вошел следом.

Мы не были в плохих отношениях, но с тех пор, как мы перестали быть парой, он редко бывал у нас дома.

Точнее говоря, наши родители хорошо общаются между собой, поэтому иногда обмениваются едой или подарками, и в таких случаях он или я можем зайти друг к другу, но всё ограничивается порогом дома — в комнаты мы не заходим.

— ...Это овощи, которые должны были отнести вниз.

Он показал коробку, полную овощей, которая выглядела довольно тяжёлой, и поставил её рядом с кухней.

— Скажи своим родителям, что накладная в коробке.

— Хорошо, поняла. Но почему ты принёс их сюда, а не в ресторан?

Дом Иккуна — это овощная лавка.

Даже в эпоху супермаркетов и круглосуточных магазинов, их семейный бизнес процветал благодаря местным жителям. Естественно, они были поставщиками для нашей семьи.

— Я встретил Масахиро по пути, но он только что вернулся с тренировки. Я пошёл вниз, но у дяди и тёти появились срочные клиенты, поэтому они попросили меня отнести коробку сюда.

— Понятно, спасибо.

В рассказе Иккуна я почувствовала лёгкий намёк на скрытые намерения родителей (хотя они сами, вероятно, думали, что это незаметно), но я просто поблагодарила его.

Судя по размеру коробки, мне бы пришлось изрядно потрудиться, чтобы донести её одной.

Пока я думала об этом, вернулся Масахиро, быстро помыл руки и снял рубашку. Увидев, что мы разговариваем, он обратился к Иккуну:

— Иккун, ты уже закончил дела в клубе? Давай зарубимся вместе, как раньше?

— О, звучит неплохо. ...Эй, Юко, можно немного задержаться?

Иккун ответил Масахиро и, повернувшись ко мне, спросил разрешения. Я кивнула головой...

— Конечно, не спрашивай... И ещё...

Я положила на тарелку застывший шоколад и подала его вместе с холодным чаем.

Это не был подарок на День святого Валентина, просто шоколад.

— Если будете играть, возьмите с собой.

Увидев это, Иккун улыбнулся искренней улыбкой:

— Спасибо, Юко.

— ...Не за что. Оставляю брата на тебя, ладно? - пожав плечами ответила я.

Когда они ушли в комнату, я снова посмотрела на шоколад.

Изначально я не планировала дарить его.

Нет, даже сказать, что я его подарила, было бы преувеличением.

Это было случайно — я помогала Чинацу сделать его, оставив немного для себя, а остальное — для отца и Масахиро.

Случайно, Иккун зашёл в дом, и я дала ему шоколад, чтобы он мог перекусить, играя с Масахиро.

Случайно, у меня оказался порошок маття, и я решила добавить его, зная, что это любимый вкус друга детства.

Хотя... последнее уже не было случайностью.

Но что я чувствовала? Почему я так поступила? Я не понимала своих собственных мыслей и поступков.

Даже когда случайности складывались воедино, я не могла понять, действительно ли я хотела этого. Я сравнивала себя с Чинацу и Саки, которые всегда казались такими уверенными и прямолинейными, и чувствовала, что не могу разобраться в своих чувствах...

— ...

Я вздохнула и взяла ещё один кусочек шоколада.

— ...Всё-таки, он немного горький.

Мой шёпот никто не услышал, он растворился в воздухе.