Доброта Хикару. Часть 2

Я с силой вцепился в штурвалы. Вжав педаль газа, робот рванул в воздух, а я, резко потянув рычаги на себя, развернул его и бросил вперёд. Тело теперь тряслось не от страха, а от тошнотворного чувства вины за смерть пусть и не самого хорошего, но всё же человека. Я даже не смотрел, куда лечу, просто давил на газ, уставившись в пол кабины и не моргая. Врезался бы в другого робота, если бы не голос в рации, едва не стоивший мне ещё одной жизни на совести.

«Кондо! Твою мать!» — прошипел знакомый голос. Я резко затормозил. «Ты куда несёшься?!»

— Я… — слова застряли в горле. — На… задание…

«Ха! Ты чего, обделался?» — усмехнулся он. — «Насчёт гнезда… Мы, походу, опоздали.»

— Как опоздали? — я наконец поднял голову и вгляделся в карту.

Мы были уже почти у цели. За стеклом кабины зловеще чернел огромный шар, сплетённый из чёрной паутины.

«Я видел неподалёку их самолет. И посмотри вниз.»

Я снизился и увидел на поляне среди руин скопление Теней. Среди них мелькали яркие, светло-русые волосы. Это была девушка. Она еле передвигала ногами, из последних сил таща что-то к гнезду и уворачиваясь от атак.

Неужели это одна из тех… из Отряда Скверны?

«Ты же слышал приказ. Я игнорирую. Спускаться туда — бензина в обрез.» — почти одновременно с его словами, мимо нас пронеслись обратно два наших робота. — «Давай назад. Тебе, кстати, полегчает — не думаю, что Куросава с того света тебя донимать будет!»

Я промолчал, не отрывая взгляда от девушки. Я видел, как она вступила в бой с чем-то более массивным, чем остальные Тени. Как она поднялась, держась за грудь. Самолёта я не видел, но… она сейчас погибнет. Я плохо разбирался, как работает их сила, но они такие же люди. С такими ранами и в таком окружении — ей конец.

«Не задерживайся.» — связь оборвалась, и робот напарника развернулся назад.

Последней каплей стало, когда она швырнула что-то в сторону гнезда, сделала несколько шагов и рухнула на камни, а Тени начали сходиться вокруг её беззащитного тела. Я вдавил педаль газа до упора.

Наши роботы хорошо летали, но с посадкой были проблемы. На турбинах спуск занял бы минут десять. Поэтому я просто отключил двигатели. Металлический гигант рухнул вниз как камень. Удар о землю отозвался во всём каркасе, лобовое стекло покрылось паутиной трещин, но робот устоял на ногах. С третьей попытки я завёл двигатель, сунул руку в перчатку управления и подключил её к манипулятору. Размахивая клешнёй, как тараном, я пробивался к лежащей девушке, сметая Теней с пути. Оставалось самое сложное — поднять её этой махиной, не раздавив. Она лежала на спине на камне. Мне удалось аккуратно подцепить её снизу вместе с плитой, на которой она лежала.

Турбины снова завыли, и робот начал неуклюже подниматься в воздух. Я не сводил глаз с тела, лежавшего на металлической ладони — одно неверное движение, и хрупкий груз сорвется вниз.

Я смогу… У меня должно получиться!

Поднявшись на безопасную высоту, я начал лихорадочно осматривать окрестности, надеясь увидеть хоть след ее союзников. Ведь не могла же она быть здесь совсем одна? Но вокруг — лишь руины и шевелящаяся тишины. Девушка истекала кровью, и я принял решение — найти укрытие подальше от гнезда.

Ноги робота мягко, почти бесшумно, коснулись земли на заросшей травой поляне. Опустив манипулятор, я выпрыгнул из кабины, сжимая в руке аптечку. Подбежав к ней, я замер. Я никогда не думал, что могу так бояться вида крови, но, возможно, дело было не в ней. Ее лицо было испещрено мелкими рваными царапинами, словно кожу натягивали до предела. Костюм был разорван, особенно в области груди, где зияла серьезная рваная рана. Кровь вокруг нее успела подернуться ледяной коркой — странно, но именно этот лед, похоже, сдерживал кровотечение.

Взяв девушку на руки, я с трудом перенес ее на мягкую траву. Первым делом проверил пульс. Он был — частый и слабый. Может, она отключилась не от потери крови, а от истощения?

И только сейчас, когда первая паника отступила, до меня наконец дошло. Передо мной лежала та самая «еретичка» из Отряда Скверны, которых нам изображали чем-то нечеловеческим. И еще я наконец осознал, в каком состоянии был ее костюм.

На мгновение я просто не знал, куда смотреть. Обрывки ткани едва прикрывали грудь, обнажая не только рану, но и бледную кожу. Мысль о том, что их костюмы носят на голое тело, даже не приходила мне в голову. Меня бросило в жар от смущения — человек умирает, а я краснею, как недотеп. Это замешательство длилось всего секунду, но его хватило, чтобы я почувствовал себя последним подлецом.

Соберись, идиот!

Аптечка была небогатой — никто, включая меня, не готовился к чему-то подобному. Я принялся протирать кровь, стараясь продезинфицировать рану на груди. Каждое прикосновение ваты к ледяной корке заставляло меня вздрагивать, будто боль испытывал я сам.

Закончив перевязку и наклеив последний пластырь на ее щеку, я тяжело опустился на траву рядом. Выдохся — перевязывать рану на груди пришлось, приподнимая ее, а я не отличался особой физической силой.

И все же не понимал: почему она была здесь одна? Чтобы устроить тот взрыв, что прогремел ранее? Наверное. Но где же был ее напарник? Или… напарник уже погиб? Сражаться с тварями один на один в тонком костюме — не то что в бронированной кабине робота.

Пока она была без сознания, я не решался уходить — кто знает, что могло появиться из руин. Взгляд упал на ее руку, на массивный браслет. Я не думал, что они используют что-то технологичное, но этот артефакт с проводами и маленькими экранами явно был сложным устройством.

Я заметил небольшую крышку и аккуратно нажал на соседнюю кнопку, нечаянно открыв отсек. Внутри лежали осколки разбитой капсулы с засохшими следами оранжевой жидкости. Я осторожно извлек один из осколков, и на палец мне упала капля того же вещества, которая тут же испарилась в воздухе легкой золотистой пыльцой. Так вот как выглядит их сила…

«Какая интересная вещь…» — прозвучал прямо у меня над ухом тихий, насмешливый женский голос.

Я резко обернулся. Девушка лежала без движения, дыхание ровное, сон глубокий.

— Вы… проснулись? — неуверенно спросил я, опуская ее руку.

«Ты не туда смотришь, — снова прозвучал голос, на этот раз откуда-то сбоку. — Я здесь.»

Я вскочил на ноги, судорожно оглядываясь вокруг. Ничего. Абсолютно никого. Лишь шелест травы и далекий вой ветра в развалинах.

Сердце заколотилось в груди, отдаваясь гулким эхом в висках. Но голос больше не повторялся.

Что… что это было?

Голос и вправду больше не звучал. Прошло много времени — по солнцу и часам выходило часов шесть, если не больше. Я уже почти дремал, разглядывая россыпь стеклянных осколков на траве, когда краем глаза заметил движение. Девушка застонала, потерла виски и медленно открыла глаза. Я тут же приблизился и склонился над ней, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— Вы пришли в себя? — спросил я, полный надежды.

Она молчала, медленно открывая свои яркие, цвета ясного неба, голубые глаза. Долго водила взглядом, щурилась, пытаясь сфокусироваться на мне.

— Я, конечно, не доктор, — улыбнулся я, почесывая затылок, — но раны были серьезные, а я кое-как тебя подлатал! Так сказать!

— Ч-что? — хрипло и сдавленно выдохнула она.

Она попыталась приподняться, но чуть не рухнула обратно. Я успел подхватить ее, поддержав под спину, и указал на аккуратные бинты на ее груди.

— Я про это.

Она посмотрела на перевязь, затем перевела взгляд на моего робота и широко округлила глаза.

— Ты из Меха-Отдела? — тихо спросила она, глядя мне прямо в глаза.

— А? Д-да… — я отвел взгляд. — Я знаю, что наши организации не в ладах, но… Я просто помог. Думаю, можно сделать исключение?

Девушка молча смотрела на меня, и весь ее вид вопрошал: «Ты это серьезно?» Я понимал, что мой поступок со стороны выглядел бы глупо и необдуманно, но разве можно было бросить человека в беде?

— Если мы враги, ты не должен был помогать, — отвернулась она, снова попытавшись подняться и снова безуспешно. Она бросила на меня короткий оценивающий взгляд.

— Хочешь встать?

Она промолчала, лишь фыркнув, и сделала еще одну, более решительную попытку. Ей нельзя было так напрягаться, поэтому я, скрывая, что мне и самому нелегко, помог ей подняться. Она стояла совсем нетвердо, покачиваясь, и мне пришлось придерживать ее за плечо, чтобы она снова не упала. Неожиданно, словно вернув себе чувство личного пространства, она резко отдернула руку, хмыкнула и отошла на шаг.

— Ты слишком добрый, — сказала она, снова обернувшись ко мне. — И это не комплимент. Думай сначала о себе.

Для меня эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.

— Человек есть человек, — начал я, сокращая дистанцию. — Управляешь ли ты роботом или имеешь суперспособности — факт остается. Как я могу не помочь?

— В этом районе меня сейчас будут искать, тебе лучше уйти. Я не знаю, что с тобой сделают, но что-то уж точно, — скрестив руки на груди, заявила она.

— Ты уверена? — нахмурился я. — Я отлетел далеко, потому что кто-то там взорвал бомбу. А ты была без сознания часов шесть. Я тут никого не видел.

— Шесть часов?! — ахнула она.

Эта цифра удивила не только ее. Мне тоже пора было возвращаться. Я достал рацию и мягко улыбнулся.

— Меня тоже уже заждались. Теней поблизости я не видел, так что просто настрой свою волну и свяжись со своим отрядом.

Кивнув ей в последний раз, я поспешно взобрался в кабину и завел машину. Стрелка топлива была уже почти на нуле — оставалось надеяться, что дотяну.

«На всякий случай — меня здесь не было!» — крикнул я через громкоговоритель, отрываясь от земли.

Я развернул робота и помчался прочь, мысленно желая девушке добра и молясь, чтобы топлива хватило.

Было грустно осознавать, что она — моя ровесница — могла так просто погибнуть. Я прекрасно понимал, что таких, как она, — малый процент, но чтобы отправлять в одиночку хрупкую девушку… Может, и у них такой же бардак, как в Меха-Отделе, и эта русоволосая боец, как и я, — просто расходный материал, которого не жалко.

Когда я приземлился на платформу Отдела, то заметил подозрительно много людей, но не придал этому значения. Толпа активизировалась, едва я покинул кабину. Ко мне подбежали люди в черной униформе и наставили стволы автоматов. Я машинально отступил, чуть не сорвавшись с края, и поднял руки.

— Хикару Кондо, вы обвиняетесь в государственной измене. Идите с нами.

Я не мог вымолвить ни слова. На лбу выступил холодный пот, горло сжалось. Откуда они успели узнать?

Мне не оставалось выбора, кроме как покорно последовать за ними под дулами. Мы не успели дойти до выхода, как дверь перед нами распахнулась. В проеме возник знакомый силуэт моего дяди. Он медленно приблизился и жестом ведением удалил охрану. Дверь захлопнулась, и мы остались одни.

Во мне могла бы зародиться надежда, но это был мой дядя… Чего можно было ждать? Пожалуй, даже трибунал показался бы мне более милосердной участью, чем-то, что он мог придумать. Он стоял, заложив руки за спину, и смотрел на меня строго и холодно сквозь линзы очков.

— Хикару, — начал он, впервые назвав меня по имени. — Ты опозорил не только себя. Ты опозорил меня и весь Меха-Отдел. Твоя патологическая, слабая доброта, твоя помощь всяким неудачникам привела к гибели твоего одноклассника Куросавы. А теперь, по предварительным данным, ты еще и спас ублюдка из Отряда Скверны.

Мое сердце пропустило удар. Больше всего ранили не слова о спасении девушки, а то, что родной человек… называл меня убийцей.

— Убирайся. Чтобы мои глаза больше тебя не видели. Выход для тебя открыт. Вход — закрыт. — дядя резко развернулся и хлопнув дверью, удалился.

Но… я не убивал его… Я не хотел…

Слезы сами навернулись на глаза. Я смахнул их и, не медля ни секунды, почти бегом забрал свои вещи из класса и выбежал из Меха-Отдела, едва не сбивая по пути прохожих. Позволил себе выдохнуть, лишь оказавшись у подножия той самой сакуры. Я рухнул на скамейку, вцепился пальцами в волосы и уронил голову на колени.

Я изо всех сил пытался держать себя в руках, но его слова продолжали отдаваться в висках тягучим эхом. Перед глазами снова и снова всплывало падение робота Куросавы и возможный вид его тела внизу. Я не убивал его! Я отчаянно хотел в это верить…

Из этого ступора, словно оторвавшего меня от реальности, меня вывел дребезжащий звук мопеда. Самый обычный, какие были у многих — город-то сжался, и вместо машин народ пересел на мопеды.

— Да заглохни ты уже, в конце концов! — послышался раздраженный женский голос, и почти сразу тарахтение двигателя прекратилось.

Я так и не поднял головы, уставившись в бетонную плитку под ногами. Рядом на скамейке кто-то присел, и до меня донесся мягкий, сладковатый аромат.

— Мальчик, ты как? — снова раздался тот же голос. — А я-то думала, ты сакурой любуешься. Я сама специально приехала на нее посмотреть.

Почему-то именно слова о вишне заставили меня поднять глаза. Рядом со мной сидела девушка с ровными, до плеч, ярко-рыжими волосами. На ней была косуха в тон волос, а из-под нее виднелась белая рубашка. На вид — лет тридцать, хотя я мог и ошибаться. Самое странное, что она была одна, но на коленях сжимала два мотокроссовых шлема, сложенных один в другой.

— Вам… нравится сакура? — выпрямившись, спросил я.

Женщина повернула ко мне голову и улыбнулась, глядя на меня своими яркими карими глазами.

— Еще как! В наше время… это последний островок незримой надежды на то, что когда-нибудь все это закончится. Я помню, как в твои годы сидела тут же, когда Токио был еще целым.

Мы оба перевели взгляд на розовеющие ветви.

— Я, кстати, Нацуми Кагэяма, — неожиданно сказала она, не отрывая взгляда от сакуры. — Все-таки выгнали?

Мое тело напряглось так, что я смог повернуть лишь голову. Кагэяма уже смотрела не на лепестки, а прямо на меня.

— Д-да… Но откуда вы… — тихо выдохнул я.

— «Ублюдки», «нелюди», «животные», «монстры» — это всё про нас, хотя, как ты сам видел, мы состоим из плоти и крови. — Она внимательно смотрела на меня, словно ожидая ответа, но в голове у меня всё перепуталось. — Ладно! — вздохнула она и протянула руку. — Не буду томить. Я — Нацуми Кагэяма, третий капитан Отряда Скверны. Я видела, кто спас ту русоволосую девочку, и понимала, чем это для тебя обернется. Если тебя и вправду изгнали… то я предлагаю тебе «экскурсию» по нашей базе. Нам нужны те, кто не ведется на мнение толпы и способен разглядеть человека, кем бы он ни был.

Выходит, передо мной сидит человек из Скверны?

Я полностью выпрямился, переводя взгляд с ее протянутой руки на глаза и обратно. Я, конечно, не видел их вблизи, но уже во второй раз убеждаюсь… что они выглядят как обычные люди. Не представься она капитаном, я бы никогда не догадался, откуда она. И ее предложение… Неужели мне правда можно присоединиться? У меня ведь нет никаких способностей. Но, может, у них есть и обычные люди? Я кое-что смыслю в технике, спасибо Меха-Отделу, может, пригожусь… Хотя решающим стал простой факт: дяде я больше не нужен, и идти мне было некуда.

Лучше уж быть среди «монстров», чем среди тех, кто мнит себя королями, а ведет себя хуже скота.

С этой мыслью, после недолгой внутренней борьбы, я все же пожал ее теплую ладонь. Кагэяма тут же широко улыбнулась и протянула мне один из шлемов.

— Тогда поехали!