Прибытие в Гнар.

Солнце слепило в зените, и одаряя своим светом поднебесную обитель, обжигало песок под ногами торговцев.
Горные хребты, возвышавшиеся над сухой песочной степью, стояли твёрдо. Крепкие вековые скалы, видавшие прошедшую войну, мерцали в солнечных лучах.
Торговцы караваном выходили из города, а навстречу им двигался караван торговцев, заходящих в город.

Среди них была и Фригея. Она шла пешком, позади. Люди проходящего мимо каравана с опаской оглядывались на неё. Быть может, из-за её экипировки. Быть может, из-за того, что она на две головы выше каждого из них. Быть может, из-за чего-то ещё?..

Вскоре, они предстали пред вратами города. Это были массивные деревянные двери, открытые на распашку, но охраняемые двумя стражниками. От этих врат шли высокие стены, примерно в трое выше самой Фригеи.
Белые стены, возведённые из самана, стоявшего на каменном основании, местами были покрыты лёгкими трещинами.

Через некоторое время, караван прошел внутрь города. Фригея шагала следом, но путь ей преградили стражники — двое мужчин в тёмно-бирюзовых туниках.
Хоть они и были ниже неё, а макушки их едва могли бы дотянуть до её плеч, в их глазах не было страха. Лишь лёгкая настороженность.

— Кто такой? Зирмейк? — спросил один из них.

— Я не знаю своего происхождения, — со вздохом ответила воительница.

Стражники переглянулись.

— Она с нами, братья! — сказал один из торговцев.

— Ладно, — кивнул стражник с бородкой и посмотрел на ножны, свисавшие с пояса девушки. — Оружие придётся сдать.

— Это мой меч.

— Да, но по нашим подозрениям вы Зирмейк. А у них не лучшая репутация здесь, поэтому я настаиваю на том, чтобы вы сдали оружие. Мы вернём вам его, когда будете покидать город, — настоял стражник.

Фригея фыркнула и неохотно сняла ножны с ремня, а после протянула их мужчине. Взяв их, он удивился и присмотрелся, говоря: — Какой лёгкий…

— Потеряете — худо будет, — проворчала девушка.

— Не беспокойтесь. Мы вернём вам его в целости и сохранности. Добро пожаловать в Гнар, — и стражник даже улыбнулся ей, пропуская в город.

Девушка, пройдя через ворота, посмотрела на торговца, ожидавшего её, и сказала: — Спасибо, что заступился.

— Не стоит благодарностей. Без твоей помощи, мы бы не дошли сюда. Тайлоры сейчас совсем наглые пошли…

— Лучше скиньтесь всем караваном на охрану в следующий раз, — спокойно ответила Фригея. — Тайлоры на караваны небольшими группами нападают. Да и сражаться не умеют.

— Верная мысль… Глава Гнара, о котором ты спрашивала, находится на центральном рынке, ближе к Храму, — мужчина кивнул себе за спину. — Я отправляюсь навестить семью. Зайдёшь в гости? После, могу сопроводить тебя до Храма.

— Благодарю за приглашение, но у меня не так уж и много времени. Сама найду, — кивнула Фригея и пошла по тропе. — Ты говорил, его зовут Жаруи?

— Да, Жаруи, сын Ламона.

Фригея продолжила свой путь молча, оглядывая город. Она шла по оживлённой улице. Пробегали по дороге дети. Взрослые говорили между собой небольшими компаниями. В основном это были торговцы, вернувшиеся домой.
Некоторые просто сидели на небольших деревянных лавках у дверей своих домов. Это были двухэтажные здания из самана. Крыши у них были плоские, и с них выпирали тканевые навесы, защищавшие людей внизу от солнечного света.

И такими домами был усеян весь город, но над ними возвышался величественный белый храм. Купола этого храма были из золота, гладкие и сияющие под солнцем, словно капли небесного светила, упавшие на достопримечательность этого города.
Фасад храма был украшен замысловатыми узорами. Само здание было окружено большими деревьями смоковницы.

Сад и Храм возвышались в центре города, но если спуститься с сада на пару ступенек, то можно сразу попасть на большой центральный рынок, по которому были расставлены деревянные ларьки, но чаще — маленькие шатры. Люди ходили и смотрели товар. Пахло то специями, то жареной дичью, то ярким и сладким ароматом цитрусов.

Люд местный тоже был интересным. Это были люди невысокого роста, смуглые, с узкими тёмными глазами и чёрными волосами. Женщины были в плотных платках и в длинных платьях. А мужчины в белых туниках. Торговцы же были в более цветных одеждах, синих, зелёных и даже жёлтых. Некоторые из них мельком глядели на Фригею, проходившую по рынку.

Она смотрела то на одного торговца, то на другого, пока не остановилась у прилавка торгаша в пурпурной рубахе.
Девушка посмотрела на него, а затем стала разглядывать товары торговца. Замысловатые статуэтки, самые разные сушенные фрукты и глиняные фляги с водой.

— Хочешь что-то приобрести, брат? — улыбаясь, спросил торговец. Это был мужчина средних лет с козьей бородкой.

— Да. Во фляге же вода? — произнесла Фригея.

— А… Да, — замешкался он и взяв флягу, протянул страннице. — Один серебряный, сестра.

— Дорого… — раздосадовано произнесла женщина, доставая мешочек, висевший на поясе.

— Так, вода же с горных источников, чистейшая!

— Хорошо, — путница достала серебряную монетку и положила на прилавок. Торговец забрал плату и поставил на её место флягу.

— Сестра, не хочешь приобрести финики? Свежие, сегодня утром привезли торговцы с востока! — торговец указал на мешок, битком набитый крупными финиками.

— Спасибо, не люблю их, — девушка покачнула головой. — Ты Жаруи, сын Ламона?

— Да, — кивнул мужчина и прищурился. — Что ты хочешь?

— Я хотела бы узнать о Кукольнике.

— Опять… Я же сказал вас, гадов, не впускать, — нахмурился Жаруи, положив ладонь на рукоять кинжала. — Убирайся, Зирмейк.

Зеваки, проходившие мимо и слышавшие это, остановились и стали глазеть в их сторону.

— Я не связана с теми Зирмейк, которые принесли вам проблемы, — спокойно ответила Фригея.

— Скажешь тоже. Твои сородичи несколько человек убили, и прошлого главу. Ничего общего с твоим народом ни я, ни этот город иметь не хотим, убирайся, — твёрдо говорил Жаруи.

— Раз ты мне не веришь, то может поверишь словам Дэзраила? — более гневно сказала девушка.

— Откуда ты можешь знать Дэзраила?

— Потому что я из Мраморного Дворца!

— И чем же ты это докажешь?

— Вот этим, — Фригея достала из мешочка медальон. Круглый, из белого металла, отражавший лучи солнца. На медальоне был изображён двуглавый дракон, а глаза его были украшены зелёными изумрудами.
У Жаруи отвисла челюсть, а ладонь сама потянулась ко лбу.

— Теперь веришь? — спросила девушка.

— Д–да! — воскликнул глава, вместе с тем, Фригею стали окружать местные жители и другие торговцы, задавая самые разные вопросы, предлагая свои товары, да и просто желая познакомиться.

— Именно поэтому я и не хотела его показывать, — еле слышно проворчала себе под нос воительница.

— Расходимся, это мой клиент, — быстро сказала Жаруи, расчищая дорогу от толпы. — Идём, сестра, — он позвал Фригею, и она пошла за ним.

Он повёл её к небольшой саманной хижине. Толпа зевак провожала их взором, но вскоре последовала за ними.
Жаруи открыл дверь хижины и прошел в дом, окликая жену, за ним прошла и Фригея. На встречу к ним вышла молодая женщина, в длинном платье, подол которого чуть ли не касался пола. Волосы её были спрятаны под платком.

— Это наш дорогой гость, от самого Дэзраила, — сказал мужчина жене, указывая на путницу. — Не могла бы ты накрыть стол?

— От самого Дэзраила? — удивилась женщина, широко открыв чёрные, словно оникс, глаза. — Да, конечно!

— Будь как дома, сестра, — сказал Жаруи, обернувшись к воительнице. — Мы всегда рады гостям.

— Благодарю… Зря я показала Дэзраилову Печать, — она кивнула в сторону окна, за которым стояла толпа тех самых зевак. — Теперь и из города выбраться будет большим приключением…

— Это да, они да самого вечера не устанут тут сидеть, — усмехнулся мужчина и стал зашторивать окна. Шторами служила старая, чёрная, местами дырявая ткань. — Бездельники, — но говорил он с выражением заботы на лице.

— Насколько мне известно, ты глава Гнара… Но почему ты торговал среди обычных торгашей?

— А на что семью обеспечивать?

— Ааа… — в голосе девушки услышалось осознание. — Ааа! Поняла…

— Кто ты, воин? — спросил Жаруи, подходя к гостье.

— Имя мне Фригея.

— Фригея… Я знаю это имя. Так ты и есть тот самый Монстр Ненастного Холма?

— Да, — неохотно ответила Фригея.

— Ты иноземка, но говоришь очень хорошо на нашем языке.

— Благодаря моему учителю.

— Точно, ты же ученица Дэзраила, — торговец указал на столик, ножки которого были столь короткими, что сидеть за столом можно было лишь на полу. — Присаживайся за стол, прошу, поведай мне о цели твоего прибытия в Гнар, — говорил он, садясь на один расстеленных ковров у стола.

— Хорошо, — кивнула Фригея, и села напротив хозяина дома. — Я пришла сюда, дабы встретить Кукольника. Хочу узнать его лучше.

— Ох, Кукольник, — Жаруи раздосадовано выдохнул. — Великий учёный, который помог нашему народу встать на ноги после эпидемии гриппа… Его больше нет.

— Как так?! — довольно резко спросила Фригея.

— Он покинул свой дом десять лет назад, я был тогда ещё молодым. С тех пор, он не объявлялся, — поведал мужчина. — Он сказал, что вернётся вскоре, и отправился с бедуинами на запад. Но он так и не вернулся… Возможно… он погиб… Всё что от него осталось — дитя и больная жена.

Далее, последовало напряженное молчание. Фригея молча смотрела, казалось, сквозь Жаруи, сжимая кулаки. Торговец лишь выдохнул, и понурил голову, также ничего не говоря.

В преддверии заката, Фригея покинула жилище торговца. Она вернулась на городскую площадь кратким шагом и смотрела под ноги, не поднимая взора на окружающих.
От бывалого люда мало что осталось, лишь иногда проходившие мимо жители города. Площадь как таковая почти опустела.
Разве что, на площади этой, на ступеньках к храму, сидел незнакомец. Он был в кожаном плаще, белого цвета, его голову закрывал капюшон, а лицо закрывала белая тканевая маска. При себе у незнакомца была наплечная сумка, а на коленях у него была большая корзина, в которой играли котята, издавая забавный и невинный писк.
Взгляд небесно-голубых глаз был устремлён на котят, казалось, в глазах незнакомца можно было разглядеть доброту и нежность.

Фригея некоторое время смотрела в сторону незнакомца, но вскоре подошла и спросила: — Можно?..

— Да, конечно, — послышался юношеский голос.

Садясь, она сняла шлем и положила позади себя. Незнакомец увидел белые, словно жасмин, волосы Фригеи, в длину лишь до мочек ушей. Лик её был юн и чист от старости, лишенный порока.
Девушка пристально смотрела на котят, наблюдая за их игрой.

— Ты можешь их погладить, если хочешь, — сказал юноша.

— А? — Фригея резко посмотрела ему в глаза, похоже, отвлекаясь от своих размышлений. Но после, она отвела взгляд и кивнула, приговаривая: — Спасибо.

— Ты неместная? — вдруг спросил юноша, заглядывая в глаза страннице.

— Как и ты, — спокойно ответила Фригея, поглаживая одного из котят по голове. — Откуда ты?

— Я отсюда, — засмеялся незнакомец. — Просто мой отец был высоким. А мой рост — наследство от него.

— Был? Ты тоже потерял отца? — девушка внимательно посмотрела на юношу… высокого, но худого… в его яркие голубые глаза.

— Можно и так сказать… Я ищу его… — юноша в тотчас отвёл голову.

— Я тоже… — Фригея вернула взгляд на котёнка, и стала почесывать его за ушком.

— Почему ты не снимешь перчатку? У них очень пушистая шерсть, — тихо сказал юноша.

— Не следует, — девушка убрала руку от котёнка, а после, встала. — Спасибо, что дал погладить питомцев.

— Сегодня весь город говорит про некого странника, который прибыл из самого Мраморного Дворца, — говорил юноша, кладя корзину и вставая. — Так хотелось бы с ним повстречаться…

— Ну, хотя бы твоя мечта сегодня исполнилась, — с долей иронии в голосе, усмехнулась Фригея.

— Это ты?! — опешил юноша, а после, помотал головой. — Правда ты?!

— Ну… да?.. А много ли ты таких высоких тут видел, малой?

— Ну, высоких то да… но… Чтоб учеников Дэзраила…

— Что-ж, всё в жизни бывает в первый раз, — Фригея пожала плечами, поднимая шлем. — А мне, пожалуй, следует вернуться.

— Можно с тобой?! — вдруг включился юноша и схватил Фригею за руки, державшие шлем.

Реакции воительницы долго ждать не пришлось. Она резко и гневно посмотрела на наглеца сверху вниз… но бить не стала, лишь низко произнесла: — Руки убрал. Живо.
Осознав свою ошибку, юноша в тотчас отпустил Фригею и отшагнул, говоря: — Извини! Просто, это такой шанс… Я очень хочу встретиться с Дэзраилом!

— Таких бесстыжих нам ещё не хватало… — проворчала Фригея, надев шлем. — Зачем тебе это надо?

— Просто… я почти что сирота… — выдохнул юноша и сел обратно на ступеньку. — У меня нет отца, а мать умирает… У меня нет никого, ни родственников, ни хороших друзей… — рассказывал он, опустив голову на землю. — И вот, у меня была мысль, что если бы мне удалось встретить Дэзраила, то у меня получилось бы жить со смыслом и правильной целью…

Настигла напряженная пауза. Юноша молчал, не поднимая свой взор с земли. А Фригея смотрела на него сверху вниз, держа руки сведёнными на груди.
Но после, раздался её голос: — Чтобы жить правильно, не обязательно встречаться с кем-то великим или сильным. Если ты хочешь быть правильным, то поверь в то, что ты можешь поступать правильно. Мне жаль, но ты не перенесёшь путь со мной. Прощай, — после этих слов, Фригея развернулась к нему спиной и стала уходить.

— Постой! — юноша вскочил и схватил её за руку.

Как вдруг, Фригея потянула его на себя, подставив подножку, и тем самым опрокинула юношу на землю.
Она гневно смотрела на него, приговаривая: — Тебе дважды надо повторять, да?!

— Прости… — юноша поднялся на локтях. — Я не специально, просто… — но стоило ему встать на ноги, как Фригея ногой ударила его в живот, вновь опрокинув на землю.

— Я не хочу бить тебя, но, если ты продолжишь меня трогать и доставать — я за себя не ручаюсь, — громко и гневно промолвила девушка.

— Прости… — прохрипел юноша и медленно сел. — Помоги… хотя бы… отца найти…

Фригея промолчала, глядя на него сверху вниз.

— Раз ты так сильна… то может, смогла бы помочь мне… — продолжал говорить юноша, умоляюще смотря в глаза воительнице.

— И не стыдно тебе так унижаться перед девушкой? Совсем мужское потерял? — сказала Фригея, прищурившись, словно видит что-то отвратительное.

— Мужское?.. — незнакомец поднял озадаченный взор на девушку. — Я… не парень…

— Чего? — глаза Фригеи расширились. — Ты не парень?! Да у тебя голос как у пацана!

— Это было грубо… — тихо сказал незнакомец, снимая с себя маску и капюшон. Это и вправду была девушка… нет, даже девчонка, совсем еще юная. Черноволосая и голубоглазая, и к удивлению, светлокожая девчонка!

Потеряв дар речи, Фригея отшагнула, продолжая смотреть на только что побитую ей девчушку. Та, в свою очередь, стала вставать, отведя голову в сторону.
Вскоре, Фригея всё же дала ответ: — Сама нарвалась. Так или иначе, трогать меня не стоило. Я приняла тебя за парня, из–за твоего роста и голоса, а также одежды. На тебе одеяния странствующего воина или наёмника. Но как мне известно, у вас не принято, чтобы женщина держала в руках меч.

— Меня и так не воспринимают, как свою… Отец был иностранцем, как и мама… Здесь у меня нет ни родственников, ни хороших знакомых, которые могли бы помочь… Так должна ли я соответствовать их ожиданиям, если я для них ничего, кроме как чужак? — тихо говорила незнакомка, держа ладонь на животе.

— Так почему не уйдешь на родину? Почему не покинешь края, где ты чужак? Разве у тебя нет родственников там, откуда прибыли твои родители?

— А куда я пойду? Разве я нужна людям, которые не знают о моём существовании? — незнакомка всё же посмотрела в сторону Фригеи.

Молчание воительницы продлилось несколько секунд, но после, она усмехнулась и сказала: — И то верно, — а после, тихо добавила: — Кому ты нужна, кроме самой себя.

— Поэтому… пожалуйста, раз ты не хочешь вести меня во дворец, то хоть, помоги найти отца… Даже если он погиб, то может я узнаю больше о нём и о своей родне?

— Хорошо. Так уж и быть, помогу, — кивнула Фригея, скрестив руки на груди. — Я помогу тебе найти твоего отца, дабы ты не оставалась одна. Обещаю тебе это как Фригея, дочь Дэзраила!

— Дочь Дэзраила?.. Того самого?! — удивилась девчонка и стала подходить к воительнице.

— Угу, того самого, — резко нахмурилась Фригея.

Поняв намёк, девчонка остановила шаг. — Вот как… Но ты же сказала, что потеряла его?..

— Неважно, — буркнула Фригея и вернула взгляд на корзину с котятами. — А где же их мама?..

— Она у хозяйки… Хозяйка котят попросила меня посидеть с ними и раздать людям, если кому-нибудь будут нужны…

— Понятно, и ты решила помочь найти котятам хозяев? — Фригея обернулась на собеседницу.

— Ну… да…

— Хорошо. Как тебя зовут?

— Меня зовут Митаро, — она скромно улыбнулась ей. — Митаро, дочь Аруна.

— Аруна? — Фригея недоуменно посмотрела на неё.

— Да, Аруна, — кивнула девчонка.

— Ясненько… Котят всего три… Оставим их себе?

— Да! — закивала Митаро, но вдруг, задумалась. — А мы сможем о них позаботиться?..

— Вполне, что в этом сложного?

— Просто, нам наверное предстоит долгий путь, по пустыням… без еды и воды… на верблюдах…

— Ты права… котят брать сомнительно… Но во-первых, я на верблюдах больше не поеду, слишком неудобно. Во-вторых, мы будем не вдвоём, лучше идти со странствующими торговцами. И, в-третьих, пустыня не настолько большая, всего пару дней пути, — Фригея щёлкала пальцами, перечисляя каждый пункт. — А по степям идти не так уж и тяжело.

— О, это хорошо! — воодушевилась Митаро.

Девушки продолжили разговор, даже не подозревая о том, что за ними следят. Они так и не заметили незнакомца в темноте переулка рядом. Это был очень высокий мужчина в шляпе…

Когда начало темнеть, девушки вышли к окраине города, к небольшому кладбищу. На высоких могильных камнях сидели вороны, с бурыми головами, иногда хрипло каркая. Фригея озадаченно смотрела на могилы, а после, перевела взор на спутницу и спросила:

— У вас серьезно кладбище рядом с жилыми домами?

— Да. Ты не знала? Это такая традиция, чтобы духи близких были рядом, — спокойно ответила Митаро.

— Дикость… какие ещё духи… — поворчала под нос воительница. — И-так, ты где-то здесь живёшь?

— Угу, вот, — девчонка указала на небольшую одноэтажную хижину, стоявшую в отдалении от остальных домов. Совсем рядом с кладбищем.

— А отец твой могильщиком был?

— Ну… Он много чем занимался, но да, работал в этом городе в основном могильщиком.

— Понятно…

— Идём, — Митаро вышла вперёд, и вскоре, прошла в хижину. За ней прошла и Фригея.

Она оказалась в практически пустой комнате. В углу стоял веник. А из мебели был только столик в противоположном углу. На стенах висели мешочки, подвешенные на крючки. Под ним деревянный тазик, мыло и несколько закрытых глиняных кувшинов. Рядом был проход в другую комнату, перекрытый плотной красной занавеской.
Митаро, стянула маску к шее и сняла капюшон. Она оглянулась на гостью, и прошептала: — Чувствуй себя, как дома, но прошу, не шуми.
Фригея лишь кивнула, на что девчонка улыбнулась ей и аккуратно зашла в другую комнату. Девушка последовала за ней.

Оказавшись там, Фригея увидела, как Митаро зажигает свечу и ставит на подоконник. А после, увидела спящую женщину, лежавшую на кровати. Совсем исхудавшая, она еле дышала, грудь почти не вздымалась, а кожа её рук и лица была покрыта очень плотной и красной сыпью. Из-под кровати выглядывало несколько грязных глиняных мисок.
Митаро садится рядом, и смотрит на женщину несколько секунд. А после, она осторожно погладила её по чистому лбу и прошептала:

— Не волнуйся мама… Я постараюсь найти папу, и мы сделаем тебе лекарство…

Фригея, наблюдавшая за этим, нахмурилась и осторожно вышла. Она встала у окна и смотрела в него, пока не вернулась Митаро. Та взяла мешок и сказала: — Будешь финики?

— Не люблю, — пробухтела девушка.

— Прямо как моя мама…

— Руки помой, — Фригея обернулась к новой знакомой и скрестила руки на груди.

— А… да, — Митаро подошла к кувшинам, открыла один из них, налила воды в тазик, и взяв мыло, стала натирать им руки, после того, как обмочила их. — Почему ты не любишь финики?

— Слишком сладкие. Просто не люблю.

— Так хорошо же, что сладкие, — девчонка изумлённо посмотрела на подругу.

— Я больше солёное люблю, — Фригея пожала плечами.

— Обычно бабки любят соль… Ты бабушка?

— Ага, да, со времён Небесных хожу, колочу большеногих девушек, — с усмешкой фыркнула воительница.

— Эй… — Митаро на миг посмотрела на свои ступни. А затем возмущённо на собеседницу. — Я виновата, что родилась с большими ступнями?

— Нет. А я виновата, что сладкое не люблю?

— Ну… нет…

— Вот и не называй меня старухой, малолетка.

— Я не малолетка… — Митаро вскочила, и пошагала к девушке, обтирая мокрые руки о штанины. — Мне вообще-то тринадцать!

— Пф, а мне семнадцать. Да и, в твои годы я и выше была что ли… Где-то на голову… — говорила Фригея, прищурившись.

— Как-то немного ты набрала за четыре года, — промычала младшая, глядя на девушку исподлобья.

— А… — старшая на миг потеряла дар речи… Но вдруг, усмехнулась. — Ладно, закончим на ничье.

— Угу…

Митаро вернулась к мешкам, забрала один из них, подошла ко столу и села рядом с ним на пол. Открыв мешок, она достала финик и стала есть его. Фригея же, глядела в окно. Некоторое время, и вдруг спросила: — Твоя мама…
Младшая подняла взор на девушку.

— Давно она?

— Четвёртый год, — вздохнула девчонка. — Даже не знаю, что это…

— Красная чума. В краях, откуда я пришла, она распространена. Передаётся через слюну, иногда если коснуться сыпи. Лекарство не найдено… Но я заметила, что здесь, на Юге, меньше болеют этим.

— Вот как, — Митаро обречённо опустила голову. — Значит, маме просто не повезло…

— Ты говорила, что сможешь сделать лекарство, если найдёшь отца. Он разбирался в этом? — Фригея садилась на пол, у окна.

— Мама говорила, что он смог бы. Она почти ничего не рассказывала о нём. Всё что я знаю, только то, что он из другой страны, разбирается в травах и был связан с каким-то учёным, с которым и сбежал на запад, — медленно рассказывала младшая, глядя в пол.

— На запад говоришь, — усмехнулась старшая, снимая шлем. — Пойдём тогда туда.

— Угу…

— Не унывай, отыщем твоего папашу. И лекарство найдём.

В то же время, в местном трактире было гораздо оживлённее, чем снаружи. Компании самых разных мужчин, от местных, до иностранцев сидели в небольших компаниях — каждая за своим столиком.
Некоторые поглядывали на двух высоких мужчин, в кафтанах и шляпах, сидевших за столиком в углу.

— И кто этих Зирмейк впустил в город? — шипел один из посетителей. Это был самый обычный старик.

— Зирмейк? — спросил парниша помоложе. Светловолосый.

— Не слышал о них? Агрессивные и безжалостные, от них один вред. А их главарь — бородатый со шрамом, вообще прикончил прошлого главу Гнара, — продолжал ворчать старик. — Что они вообще забыли на другом конце мира?

— Раз уж впустили, — заговорил мужчина в очках. — То значит с бородатым не связанны. Зирмейк в целом много где встречали по миру. Если их не трогать, они обычно не буянят. Потому, лучше говори потише, небось услышат.

— А я их не боюсь!

— Ты пьян, Марч. Остынь.

А мужчины-Зирмейк, в свою очередь, невозмутимо смотрели в сторону входа. Пока не вошел их сородич, более молодой и одетый, как они. Он подошел к ним и сел за стол, поприветствовав.

— Узнали что-нибудь? — сходу, на родном языке, спросил парень.

— Слышали разве что о какой-то высокой девке из Мраморного Дворца. Но я сомневаюсь, что это могла бы быть наша цель.

— Но Лем мог её и там спрятать. Мы же тогда были недалеко от Даш-Барса.

— Понятно… — спокойно молодой. У него слегка дёргались зрачки глаз. — Мы столько лет потратили на это.

— Не начинай, Рав. Тебе перед нами ныть не стыдно? Мы же тоже старше тебя.

— Я не ною, — промычал младший. — Меня злит это положение. Вот найду Лема или его дочь и зарежу.

— Если ты хоть кого-то из них найдёшь первым, я куплю тебе выпивки, сколько захочешь, — усмехнулся средний по старшинству.

— А вот и найду. Иначе нам на этой земле и гнить, — Рав вдруг встал. — Пойду делом займусь хотя бы. Незачем мне тут сидеть.

Собратья не стали его останавливать, и Рав вышел из трактира, довольный, ухмыляясь. Он пошел вперёд, в сторону окраины, где стояло кладбище…