Глава 11.0

19 день месяца Миа, 1036 год

Третье утро в деревне Зуб мы начали с покупки горячей картошки в сметане у одного из прилавков. Из-за угла на нас с опаской поглядывала девочка лет двенадцати — кошачья зверолюдка с тёмно-зелёными волосами и вертикальными зрачками. Но не это привлекло внимание, а шрамы в виде кандалов на её запястьях, лодыжках и шее. Она была одной из спасённых нами, но другие взрослые старались не дать нам с ней общаться опасаясь, что мы навредим ей. Спустя десять минут она набралась смелости, подошла и резко поклонилась:

— Пожалуйста, помогите Фран добраться домой.

— Что?

Её звали Фран. Полгода назад её похитили и продали в рабство. Она была единственным ребёнком в той группе, которую мы освободили в пещерах. Взрослые разошлись по своим делам, бросив её. Видимо решили, что о ней кто-то позаботится. Храм предложил ей остаться, но она отчаянно хотела домой — в деревню Рут, что в двенадцати днях пути.

— Вы же авантюристы! Фран уверена, что родители Фран вам заплатят. Пожалуйста, отведите Фран домой.

Её было жалко. И судя по молчаливому, но красноречивому взгляду Фабоса, наш путь теперь лежал в деревню Рут.

Пришлось купить карту и одежду для девочки — темное короткое кимоно, шорты и ботинки. Были сомнения на счет удобства, но ребенку вроде нравилось. К тому же припасов осталось немного. Пришлось все закупать.

Разделившись, мы с Рудиусом направились в гильдию что бы обсудить вознаграждение за прошлое задание, а также разрешение провести Фран до дома. В ходе разговора с гильдмастером выяснилось, что сейчас проводится государственное расследование. В течении месяца на счет каждого из группы поступит вознаграждение.

С ситуацией Фран еще проще так как именно мы спасли её, гильдия не видит ничего плохого в сопровождении девочки до дома. Видимо все другие авантюристы заняты расследованием, а так ей бы уже выдали сопровождение.

По дороге к остальным я заметила лавку художника и потащила туда Рудиуса.

— Не думал, что ты увлекаешься живописью, — удивился он.

— Это не мне. Фабосу, кажется, нравится рисовать. Хочу купить ему альбом и карандаши.

— Так вот чей рисунок я видел в поместье. У него явный талант.

Купив альбомы, карандаши и припасы мы встретились с остальными у фонтана. Фабос принёс карту. Линда и Шип — горшок с маленьким деревцем.

— Что это? — спросила я.

— Дерево, — совершенно серьёзно ответил Шип.

Рудиус рухнул на землю, задыхаясь от смеха.

— Зачем нам в путь через лес дерево?

На меня смотрели непонимающие взгляды. Линда пояснила:

— Это дерево желаний!

Все ещё не понимаю на кой черт, нам в путь через лес дерево. Я вздохнула. Больше этих двоих вместе за покупками не отпускать. К нам подбежала Фран, уже успевшая сходить попрощаться в храм. Она остановилась и уставилась на горшок:

— Зачем вам дерево?

Я несколько секунд смотрела на неё, думала, что этот ребёнок определённо адекватнее моих спутников. Разворачиваюсь и иду к выходу из деревни игнорируя вопрос. Лучше выступать, пока светло.

Спустя пять дней пути я настояла, чтобы Линда и Шип наконец закопали это несчастное дерево. Линда смотрела на меня грустными глазами, а Шип с интересом изучал, как пользоваться лопатой. Вечером у костра я всё же спросила подводного:

— Так зачем вы купили дерево?

— Нам сказали, что оно исполняет желания. Я подумал, что это может помочь вам.

Смотря в грустные глаза, думалось, что Фран я теперь считаю более взрослой, чем этих двоих. Но все же улыбаюсь, это был милый жест.

— Спасибо.

Позже, когда все, кроме меня и Фабоса, стоявшего в дозоре, спали, я смущённо протянула ему свёрток альбомами и карандашами. Я довольно долго это откладывала, но:

— В Мисери тебе, кажется, нравилось рисовать. Это… на случай, если заскучаешь.

Поднимаю взгляд и вижу удивлённые глаза. Потом секунду спустя появляется улыбка.

— Спасибо, Элейн. Мне нравится.

Я кивнула и поспешила лечь спать, чувствуя неловкую теплоту внутри.

Фран оказалась прекрасной попутчицей: выносливой, не капризной и быстро вписавшейся в нашу странную компанию. Я не скажу, что все было идеально. У нас были свои ссоры и проблемы, но к прибытию в Рут Фран уже ощущалась как одна из нас. Например Линда, узнав о совместимости начала учила её магии ветра, Рудиус показывал, как охотится, Шип лечил после тренировок, Фабос рассказывал о мире, а я старалась уберечь её от бед.

Двенадцать дней спустя в первые дни лета мы вошли в деревню Рут. Фран помчалась вперёд, и нам пришлось бежать за ней, чтобы проследить что она не поранится. Она остановилась у одного из домов и начала отчаянно стучать. Минуты проходили, а дверь не открывалась. Дом выглядел заброшенным, и мы начинаем нервно переглядываться.

Из соседнего дома вышел старик с лисьими ушами, громко ругаясь:

— Чего вы тут шуму разве… Фран?!

Он замолчал, уставившись на девочку. В его взгляде появилось понимание, а затем — глубокая печаль.

— Дедушка, где мама с папой? Где Лин и Мия?

— Фран, мы всей деревней тебя искали. Ты как? Цела?

Девочка замолчала с надеждой смотря на дом. Старик посмотрел на нас.

— Это же вы вернули Фран. Давайте зайдем ко мне, и я все расскажу.

За столом, обнимая рыдающую девочку, мы слушали рассказ старика по имени Фонг. После исчезновения Фран вся деревня обыскала окрестности. Через месяц не найдя тело её признали мёртвой — мир жесток, и детей часто уносят монстры. После этого родители Фран продали дом и уехали из деревни с её сёстрами-близнецами.

— Они не сказали, куда. Прости, это всё, что я знаю.

— П-почему они ушли?! Почему не дождались?! Почему поверили, что Фран мертва?! Фран так старалась вернуться!

Я гладила её по спине, слушая, как истерика сменяется надрывными всхлипами. Она так много рассказывала о родителях и сёстрах в пути… Постепенно она выбилась из сил и уснула. Мы уложили её в постель, предоставленную Фонгом, и снова собрались за столом.

В тягостной тишине Шип спросил:

— Что будем делать?

Она не могла остаться с нами — жизнь авантюриста слишком опасна для ребёнка. Ответ неожиданно дал сам старик:

— Можете оставить её у меня. Дом большой, а я живу один. Места хватит.

Это казалось лучшим вариантом. Но окончательное решение должна была принять сама Фран. Она через многое прошла и было бы жестоко лишать ее выбора. За окном уже стемнело. Мы решили обсудить всё утром. К счастью, старик разрешил нам заночевать у него дома.