Глава 15. Постучаться в двери дома Хокаге?

Увидев волнение толпы, Третий помрачнел. Он привел Наруто в школу, чтобы тот наладил отношения с другими детьми в деревне.

Предыдущие слухи о Девятихвостом лисе должны были заставить Наруто раньше времени познать боль, чтобы он ценил все, что есть в деревне.

«Была ли в этом проблема? Конечно, нет! Ведь все великие деревни ниндзя поступали так же. Даже Кушина в свое время прошла через это. Все ради деревни, разве неважно пожертвовать джинчурики ради блага деревни?» – такие мысли были у Третьего.

Но… он и представить не мог, что Наруто совершенно не поддастся на это.

Пять лет назад он начал распространять слухи о Девятихвостом лисе, и когда Наруто впервые вышел на улицу и столкнулся с этими слухами, Третий, теребя бороду, был очень доволен – все шло по его плану.

После того, как мальчишка столкнулся с оскорблениями и ненавистью жителей деревни, он заперся дома и не выходил. Он тогда еще переживал, что ребенок слишком раним и не сможет оправиться.

Но… со временем он начал замечать неладное. Этот ребенок просидел дома взаперти целых полгода!! Когда он зашел к нему, то увидел, что этот сорванец сидит на полу и весело играет с деревом, и ни капли не похож на сломленного.

Третий думал, что Наруто, став старше, начнет выходить на улицу, чтобы купить продукты или просто погулять. А потом он обнаружил, что он пробудил этот странный кеккей генкай… И после этого, не испытывая проблем с едой и питьем, маленький Наруто больше не показывался людям на глаза.

Настолько, что сегодня, когда он появился, те, кто раньше обзывал его Девятихвостым лисом, уже забыли об этом.

Теперь же он не только не смог заставить Наруто раньше времени осознать важность товарищей, но и раскрыл его личность как сироты Четвертого… Это совсем не тот результат, которого ожидал Третий!

«Кхм-кхм!» – стоя на сцене, Третий несколько раз кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание.

Затем он начал свою речь, которая длилась больше часа.

В это время Наруто заметил, что на него смотрит маленькая Хината, и улыбнулся ей, но девочка, видимо, смутившись, спряталась за спину Хиаши Хьюги. Хиаши, заметив, что желтоволосый мальчишка строит глазки его дочери, яростно посмотрел на него, используя Бьякуган.

Заметив недобрый взгляд будущего тестя, Наруто невольно смутился. Ведь он и правда положил глаз на его "капусту". Пусть и не сейчас, но рано или поздно это случится.

Увидев раскрасневшуюся от смущения Хинату, он вдруг дерзко улыбнулся.

«А чего я этого старика боюсь? Я, Наруто Узумаки, желтоволосый, как только мне исполнится восемнадцать, обязательно заявлюсь в клан Хьюга и покажу этому старику, на что способны желтоволосые. Жаль, что в мире Наруто нет небесного пламени, а то бы я устроил…».

«Постучаться ли мне в дом Хьюга?» – подумал он.

«Хм!» – Хиаши, видя, что улыбка желтоволосого мальчишки становится все более наглой, разозлился. Если бы Бьякуган мог убивать, этот мальчишка уже был бы мертв.

Так, обычная церемония открытия учебного года превратилась в соревнование по гляделкам между Наруто и Хиаши.

Неподалеку Саске, увидев Наруто, покраснел от злости. Вспоминая, что тот – сын героя, Четвертого Хокаге… он почувствовал необъяснимую беспомощность.

Глядя на него, он ощущал себя неполноценным. Но, вспоминая недавний бой, он понимал, что у него есть шанс победить!

Он сжал кулаки, и в его покрасневших глазах вспыхнула решимость: «Подожди! Я обязательно одолею тебя и докажу силу клана Учиха!».

Наруто, которого все это время испепелял взглядом тесть, не заметил покрасневшего от злости Саске, стоявшего в стороне.

Во время всей речи Третьего он ни словом не обмолвился о личности Наруто. Даже когда многие спрашивали его об этом, он игнорировал их.

Представители кланов ниндзя, знавшие правду, не задавали вопросов, но многие ниндзя и простые жители не знали. Они лишь знали, что Четвертый Хокаге пожертвовал собой в ночь нападения Девятихвостого, чтобы спасти Коноху. А сирота Четвертого – сын героя, это событие, которое должно было всколыхнуть всю деревню.

«Третий-сама, этот ребенок – сын Четвертого?».

«Да! Почему вы так долго молчали об этом?».

«Третий-сама, неужели в этом есть какая-то тайна?».

Третий не отвечал прямо, лишь натянуто улыбался в ответ на их вопросы. Затем, не обращая внимания на расспросы, он повернулся ко всем детям и сказал:

«На сегодня все».

«Дети, запомните: пока листья деревьев танцуют на ветру, пламя будет гореть. Тень огня озарит всю деревню и даст жизнь новым листьям. Когда нужно защитить тех, кто тебе дорог, истинная сила ниндзя проявляется в полной мере».

Третий, сказав еще несколько напутственных слов, заложил руки за спину и ушел.

Когда жители деревни спрашивали, действительно ли Наруто Узумаки – сын Четвертого, его лицо помрачнело, как грозовая туча. Это заставило Третьего уйти еще быстрее. Он еще не придумал, как быть с личностью Наруто.

По его изначальному плану, он собирался раскрыть происхождение мальчика, когда тот повзрослеет или по-настоящему унаследует Волю Огня. Кто же мог подумать, что в первый же день учебы все узнают, что он – сын Четвертого…

«Почему же вы не догадались, что этот ребенок еще и джинчурики Девятихвостого?» – горько подумал он.

Вернувшись в кабинет Хокаге, он начал думать, как поступить в этой ситуации.

Тук-тук!

В этот момент в дверь постучали.

«Войдите», – Третий, подперев голову руками, все еще был погружен в размышления.

Подняв глаза, он увидел, что это Данзо. Вспомнив о Наруто, он внимательно посмотрел на выражение лица старого друга и понял, зачем тот пришел. Затем он спокойно спросил: «Данзо, зачем ты пришел?».

«Хирузен, отдай мне джинчурики Девятихвостого, и я…».

«Хватит!» – Данзо не успел закончить фразу, как Третий грубо прервал его. Было видно, что Третий очень зол.

Джинчурики Конохи может быть только под его контролем, как он мог отдать его Данзо? Отдать ему, чтобы тот контролировал Девятихвостого, а затем сверг его и занял его место? Поэтому требование Данзо задело Третьего за живое.

«Сарутоби Хирузен, у джинчурики Девятихвостого большой талант! Отдай его мне, и я сделаю из него сильнейшего джинчурики!» – Данзо, не обращая внимания на гнев Третьего, продолжал настаивать, впрочем, он и так каждый раз с ним ругался.

«Даже не думай о Наруто!» – Третий ударил кулаком по столу, гневно крича. В кабинете повисла напряженная атмосфера, казалось, еще немного – и произойдет взрыв.

После долгого молчания Данзо все же уступил, но напоследок бросил: «Хирузен, ты пожалеешь об этом!».

«Данзо, я – Хокаге!» – Третий напомнил ему о своем статусе, предупреждая, чтобы тот не переходил черту.

Услышав слово "Хокаге", Данзо скривился и, хлопнув дверью, ушел.