Глава 3. Деревенские жители никогда не видели Девятихвостого
Наруто поставил на стол свой сегодняшний ужин и, слушая тиканье часов, почувствовал себя так, словно оказался в другом мире. Ведь он прожил здесь уже немало лет и, хотя привык быть один, все равно ощущал пустоту в душе.
Взглянув на мясную отбивную, Наруто откусил кусочек, мысленно комментируя: «Телосложение +1».
За эти годы он съел немало системной еды в пространстве печати, однако эффект от нее был незначительным по сравнению с едой в реальном мире, что, впрочем, было вполне понятно, ведь там он находился в виде сознания.
Что же касается переливающихся всеми цветами радуги продуктов из системы, то он попросту боялся их есть, опасаясь, что из-за их читерских свойств, адаптированных к правилам внешнего мира, он тут же разорвется на куски – новый «аккаунт» только начал прокачивать, рисковать не хотелось. А что до предметов из инвентаря… то, когда он достал кубометр камня, и тот адаптировался к внешним правилам… шестилетний Наруто попросту не смог его поднять.
В первый раз, поддавшись любопытству, он достал булыжник, но, не сумев его удержать, уронил прямо на пол, проломив деревянный настил, и камень провалился к соседям снизу…
Это до смерти перепугало мирных жителей Конохи, ведь кто же мог ожидать, что посреди ночи с потолка свалится огромный квадратный валун!
По чистой случайности камень пробил кровати двух квартир, но, сдвинься Наруто на тридцать сантиметров левее в момент извлечения, он бы мог одним махом уложить троих.
И если бы Третий не выплатил пострадавшим компенсацию, не извинился и не переселил их в новые дома, жители этого многоквартирного дома точно устроили бы бунт у резиденции Хокаге.
С тех пор Наруто жил в этом доме один. Он осознал, насколько опасна его система: еще ничего толком не достал, а булыжник уже чуть не совершил тройное убийство – жутковато. Он даже системное молоко боялся пить, опасаясь, что под воздействием правил внешнего мира оно нейтрализует Девятихвостого внутри него… Вот тогда бы он точно зарыдал. Иногда слишком сильный чит – тоже проблема…
Впрочем, большинство более-менее нормальных продуктов из инвентаря можно было спокойно есть – они действительно усиливали его. Это подтвердилось, когда однажды снежной зимой Наруто в одиночку уложил нескольких сорванцов постарше и спас свою будущую жену Хинату, доказав тем самым, что его телосложение далеко не обычное.
А вот с другими предметами придется подождать, пока он не подрастет, иначе он всерьез опасался, что разрушит Коноху, а то и весь мир шиноби.
Тук-тук!
«Маленький Наруто, ты дома?».
«Дедушка пришел тебя навестить!».
Раздался стук в дверь, а затем и голос старика Третьего.
«Иду!» – Наруто быстро доел пару кусков, бросил тарелку в раковину, вытер рот и пошел к двери.
Перед тем как открыть, он потер лицо руками, изображая невинность. Как ни крути, а притворяться ребенком перед Третьим, будучи взрослым в душе, было непросто…
«Скорее бы в академию!» – мысленно взмолился Наруто, открывая дверь.
«Здравствуй, дедушка Третий!»
«Маленький Наруто, дедушка снова пришел тебя проведать», – Третий с доброй улыбкой потянулся, чтобы погладить Наруто по голове.
Этот жест привел Наруто в ярость, и он ловко увернулся, не давая Третьему ни единого шанса. Тот, видя, как ребенок уклоняется, усмехнулся, не придав этому значения – подумаешь, ребенок… шалит, это же нормально. Его внук Конохамару тоже тот еще сорванец. Ничего страшного.
«Наруто, вот твои карманные деньги на этот месяц. И еще…» – Третий достал из-за пазухи несколько купюр и положил на стол уведомление о зачислении в Академию ниндзя.
Единственное, что озадачивало Третьего… так это странный кеккей генкай Наруто.
Несколько лет назад, когда тот призвал камень, чуть не убивший нескольких мирных жителей, он понял, что у мальчика есть особый кеккей генкай.
Сначала он подумал, что него пробудил какую-то родословную, связанный со стихией земли, но позже он обнаружил, что мальчик может призывать не только камни: землю, семена, мотыги, топоры… и даже животных с предметами быта. Можно сказать, что в плане земледелия этот ребенок не имел себе равных во всем мире шиноби.
Иногда Третьему казалось, что этому ребенку не стоит становиться ниндзя, а лучше пойти в фермеры…
Но проблема в том… что твой отец – Четвертый Хокаге, Золотая Вспышка Конохи, ниндзя из других деревень, услышав это имя, трепещут от страха. А твоя мать – из клана Узумаки, мастера фуиндзюцу, во всем мире шиноби найдется лишь несколько человек, способных с ними сравниться.
Что же до этого ребенка… то он – Джинчурики сильнейшего хвостатого зверя в Конохе, в будущем ему предстоит стать величайшей силой деревни. А не заниматься фермерством и разведением свиней! Что это вообще за нелепый кеккей генкай?!
Третий, вернувшись домой, две ночи ломал голову, но так и не смог найти объяснения. В общем, нелепый кеккей генкай Наруто был, мягко говоря, бесполезен для ниндзя – абсолютно бесполезен.
Не станешь же ты во время боя с врагом призывать топор, приводя его в изумление? Ты что, собрался рубить деревья рассмешив противника до смерти? Или надеешься пробить его защиту деревянным топором?
Если об этом узнают, то скажут, что Коноха настолько обнищала, что не может выдать своим ниндзя даже кунаи.
«Спасибо, дедушка, я очень жду, когда пойду в школу», – говорил Наруто, одновременно вырезая миниатюрную модель из «Майнкрафта».
Третий всерьез подозревал, что Минато, спасая ребенка, случайно уронил его головой, что и привело к его нынешнему странному поведению…
«Маленький Наруто, днем почаще гуляй на улице, заводи новых друзей, не сиди все время дома».
«Еще чего, выходить на улицу? Зачем? Чтобы меня обзывали сладкоречивые хейтеры? Или чтобы чувствовать на себе их «добрые» взгляды? Да уж лучше я дома с лисом посижу».
«Конечно, дедушка», – Наруто, склонив голову, невинно ответил, но в мыслях: «Старый пень Третий! Проваливай!».
Взглянув на часы, стоящие на столе, он решил сначала закончить свою миниатюрную модель. Через пару часов, когда стемнеет, на улицах уже никого не будет.
В конце концов, если сам глава деревни неоднократно приходил к тебе поговорить, то не выходить из дома – уже вопрос принципа. Вот только этот старый пень Третий уж слишком надоедлив…
С тех пор как он оказался в этом мире, старик не особо-то баловал его едой, да еще и приставил к нему слежку. И даже распустил по Конохе слухи, что он – реинкарнация Девятихвостого… Да любой бы взбесился!
Если бы не юный возраст и слабость, Наруто давно бы приставил алмазный меч к горлу старого пня Третьего, заявив: «Старый пень Третий, мой меч тоже не тупой!»
Три года назад, выйдя днем на улицу, Наруто получил кучу «добрых» взглядов и «похвал» от сладкоречивых хейтеров, после чего решил пореже выходить из дома. Стоило ему появиться, как на него тут же набрасывались. Кому такое понравится?
В любом случае, он будет сидеть дома и заниматься фермерством лет десять-восемнадцать. И как бы вы ни распускали слухи, если вы меня не видите, то как вы сможете на меня наброситься? Не думаю, что АНБУ позволят вам прийти к моему дому.
А если уж эти люди посмеют явиться, то он не постесняется повеситься у них дома, чтобы посмотреть, как Третий будет с ними разбираться. А через десять-восемнадцать лет любые, даже самые громкие слухи, превратятся в легенды Конохи.
К тому же, он не то чтобы совсем не выходил из дома, просто гулял только по ночам. Три года назад он проводил маленькую Хинату домой, а недавно спас ее от нескольких сорванцов.
Наруто думал, что в глазах Третьего он выглядит как ребенок, не любящий выходить из дома, замкнутый ребенок. Но… что он мог с этим поделать?
Проводив старого пня Третьего, он вымыл посуду и немного прибрался в доме. В процессе он заметил на столе уведомление о зачислении в Академию ниндзя…