Глава 7.0

— Джин У, у меня очень нехорошее предчувствие на этот счёт.

Последнюю неделю, с того самого момента, как Джин У почуял зацепку в этом деле, они вдвоем работали без продыху, даже не заезжая домой.

— Я понимаю, почему вы так говорите, старший. Но подумайте еще раз. Для вас это отличный шанс.

— Послушай, моё мнение осталось прежним. Я не собираюсь его менять.

— Айгу, ну что за упрямый малый! Тебе-то и нужно всего лишь зажмуриться и сказать: «Это я всё раскопал». Зачем ты отдаешь лавры мне?

Накануне у Джин У состоялся очень серьезный разговор с Со Пиль Гю. Джин У попросил старшего коллегу взять руководство делом на себя, и тот поначалу согласился. Однако спустя сутки Пиль Гю почувствовал, что поступает неправильно.

Прокурор, крадущий заслуги младшего коллеги... Он хотел продвинуться по службе, но точно не такой ценой.

— Старший... я думаю, мне пока рановато высовываться.

— Да нет же, я тебе говорю — я тебя прикрою!

Джин У еще вчера объяснил Пиль Гю, что сейчас не хочет привлекать к себе лишнего внимания. Конечно, если бы он раскрыл это дело сам, он бы сразу попал в поле зрения руководства и смог бы получить повышение быстрее, как и планировал изначально.

Но если залезть слишком высоко, дерево начнут трясти. А он — всего лишь прокурор-новичок, который не выдержит такого ветра. Поэтому Джин У решил использовать Со Пиль Гю. Его планом было помочь Пиль Гю первым добраться до вершины, а самому следовать за ним в тени — точно так же, как в прошлой жизни. К тому же он знал, что в прокуратуре иерархия и выслуга лет значат слишком много, чтобы их можно было легко перепрыгнуть.

— Старший, если вы переживаете, что воруете мои заслуги — не стоит. Я так совершенно не считаю.

— Считаешь ты так или нет, у меня всё равно на душе кошки скребут.

— Честно говоря, если бы вы не дали мне эту возможность, я бы ничего не заметил. И я уверен: если бы вы увидели это первым, вы бы приняли точно такое же решение, как и я.

Это было сказано искренне. Джин У с самого начала учился тонкостям следствия именно у Со Пиль Гю.

Поняв, что переубедить Джин У не получится, Пиль Гю тяжело вздохнул и посмотрел на него.

— Это только в этот раз. Больше я на такое не подпишусь, и сам просить не буду. Так и знай.

— Спасибо большое.

Джин У улыбнулся и уважительно поклонился, выражая признательность. Пиль Гю всё еще был не в восторге от выбора младшего, но раз уговоры не действовали, пришлось смириться.

Пока они спорили, в конференц-зал один за другим вошли сотрудники 7-го отдела расследований во главе с главным прокурором.

— Итак, все в сборе. Начнем.

Когда все расселись, главный прокурор Ким Ён Хван велел Со Пиль Гю начинать доклад. Джин У встал в стороне, отвечая за вывод презентации на экран.

— 12 апреля 2010 года. В ходе изучения дела, переданного полицией с рекомендацией об отказе в возбуждении дела, мы заметили сходство с мошеннической схемой в сфере недвижимости и инициировали повторное расследование.

Пиль Гю кивнул Джин У, и тот переключил слайд.

— 15 августа 2009 года. Подозреваемая Чон Ми Сун обратилась к пострадавшим Ким Вон Тхэ и еще трем лицам. Она заявила, что для покупки и застройки участка под интегрированный терминал в городе Ханген ей необходимо занять 5 миллиардов вон у председателя Ли с рынка частных займов Мёндона. Под предлогом оплаты комиссии за этот заём она привлекла инвестиции, получив от потерпевших 300 миллионов вон.

— В материалах полиции указано, что залог в 5 миллиардов был внесен? — спросил заместитель главного прокурора Юн Чхоль Джу, изучая документы.

Джин У снова сменил кадр, и Со Пиль Гю продолжил объяснение.

— Да. Именно поэтому полиция пришла к выводу об отсутствии умысла на мошенничество и закрыла дело. Однако в ходе доследования мы выяснили, что участок под терминал в Хансоне купила не корпорация Чон Ми Сун, а другая компания среднего звена — «Gyeongmin Industrial». Мы вызвали их сотрудников на допрос и подтвердили, что участок был приобретен ими через единоличную заявку на торгах.

— То есть они с самого начала не собирались ничего покупать? — уточнил Ким Ён Хван.

— Именно так.

После ответа Пиль Гю в зале заседаний воцарилась тишина.

— Отслеживая движение средств, мы подтвердили, что на счет с теми самыми 5 миллиардами, который подозреваемая показывала жертвам, наложены сложные обременения. Из него невозможно вывести ни копейки.

— Хотите сказать, счет арестован?

— Да. Арест наложил тот самый «председатель Ли», якобы крупный игрок с Мёндона. Проверка показала, что это вовсе не акула финансового рынка, а Ли Паль Сон, 65-летний самозанятый из Хангена.

— Как он связан с подозреваемой?

— Мы узнаем больше после допроса, но офис корпорации Чон Ми Сун находится в здании, принадлежащем этому Ли Паль Сону.

— Значит, они действуют заодно?

— Несомненно. Кроме того, проверяя счета, мы обнаружили, что жертв гораздо больше, чем заявителей. Мы уже вызвали их и получили показания.

— Каков общий масштаб?

— Чуть больше 8 миллиардов вон.

Услышав цифру, главный прокурор Ким Ён Хван сменил позу и кивнул.

— Прокурор Чу, расследование, которым вы занимались, близко к завершению?

Старший прокурор Чу Сон Мин покачал головой.

— Там остался только этап оформления, так что я справлюсь.

— Вот как? Тогда, за исключением прокурора Чу, я перебрасываю всех на это дело. Бросайте текучку, вызывайте потерпевших для оформления жалоб против Чон Ми Сун. А вы, прокурор Со, готовьте ордера на арест Чон Ми Сун и Ли Паль Сона.

— Слушаюсь.

— Так... Прокурор Со, вы закончили подготовку документов для передачи другим отделам?

— Да, всё готово.

— Хорошо. Всем забрать материалы у прокурора Со. Я иду на доклад к заместителю генпрокурора, так что начинайте немедленно.

— Есть!

Когда Ким Ён Хван закончил распределение задач, прокуроры начали расходиться.

— Прокурор Хён, иди в кабинет и передай материалы остальным, — сказал Пиль Гю.

— А вы не пойдете?

— Да, мне нужно еще кое о чем переговорить с шефом.

— Понял вас.

Джин У ушел в офис, а Со Пиль Гю снова постучал в дверь кабинета главного прокурора.

— Войдите.

Услышав приглашение, Пиль Гю глубоко вздохнул и переступил порог.

— А, прокурор Со. Забыл что-то сказать? — Ким Ён Хван накидывал пиджак. — Если не горит, давай обсудим после моего визита к заму.

Видя, что Пиль Гю застыл в дверях, не проронив ни слова, Ён Хван нахмурился и подошел к дивану.

— Ну чего молчишь? Садись. Рассказывай, что там у тебя за секреты, раз замялся так.

— Шеф... На самом деле...

— Эй, я же сказал, мне пора к руководству. Говори быстрее!

— На самом деле, это не я нашел это дело.

— Не ты?

— Прокурор Хён...

Как только имя Джин У слетело с губ Пиль Гю, лицо Ким Ён Хвана мгновенно посуровело.

— Так, давай подытожим. Это дело пришло из полиции «отказным», но это не ты его раскопал, изучая архивы. Это Хён Джин У нашел зацепку в материалах следствия. Я правильно понял?

— Да...

— Тогда почему ты докладывал как от себя?.. Ты что, присвоил дело младшего коллеги? Со Пиль Гю, я не думал, что ты на такое способен. Эй! Со Пиль Гю!

Когда Ким Ён Хван внезапно сорвался на крик, Пиль Гю выглядел так, будто его незаслуженно ударили.

— Шеф, всё совсем не так!

— А как тогда?! Чему вас старшие учили? Воровать у новичков?!

— Прокурор Хён сам попросил меня так сделать.

Услышав, что это была просьба Джин У, Ким Ён Хван решил, что ослышался.

— Что? Ты хочешь сказать, Хён Джин У сам попросил тебя выдать его заслуги за свои?

— Да. Он буквально умолял об этом. Я пытался его переубедить, говорил, что это он всё сделал, но этот парень такой упрямый...

— Да зачем ему это?

— Сказал, что не хочет сейчас привлекать к себе внимание. Мол, он еще на испытательном сроке, и такая слава будет для него бременем...

— В этом есть логика. Для стажера раскрыть такое дело — это действительно странно и может вызвать пересуды.

— Как я и говорил в прошлый раз, он чертовски хорош в работе. Такое чувство, что он рожден быть прокурором. Когда он приносит мне материалы, мне там даже исправлять нечего.

— Что? Ты не преувеличиваешь? Серьезно, он сам отдал тебе дело?

— Шеф, я прокурор с четырехлетним стажем. Неужели вы думаете, я стал бы врать о таком? Хён Джин У творит невероятные вещи. Когда я поручил ему написать обоснование для отмены отказа в возбуждении дела, он написал его идеально, будто по учебнику.

Ким Ён Хван долго не мог скрыть удивления.

— Так, напомни, где этот Хён Джин У проходил практику?

— В Западной окружной прокуратуре у прокурора Ли Сон Мо. Но вы же знаете Ли Сон Мо, шеф... он не из тех, кто раздает похвалы направо и налево.

— Верно, не из таких. У него ведь и баллы в учебном институте были высокие? Дай-ка вспомнить, какое у него было место в рейтинге...

— В районе тридцатого.

— Ого, с такими баллами он мог в судьи пойти...

— Я наводил справки: говорят, в институте он был типичным «ботаником», только учился. Видимо, поэтому у него голова так быстро варит.

Ким Ён Хван задумчиво кивнул, а затем спросил:

— И каково твое мнение?

— Простите?

— Ты, прокурор Со, согласен с планом Хён Джин У?

— В том-то и дело... Мне не по себе. Поэтому я и пришел к вам, шеф.

— Своеобразный малый к нам попал. Ладно, раз Хён Джин У сам так захотел, пусть это останется между нами. Я доложу заместителю, что дело раскрыл ты, прокурор Со.

— ...

— Ты же говоришь, он умный? Значит, у него была причина просить об этом. Да и для тебя это неплохой расклад.

Пиль Гю тихо вздохнул и кивнул.

— Слушаюсь.

— Ладно, сосредоточься на следствии. А если совесть всё еще мучает — когда закроем дело, я приглашу Хён Джин У на обед. Этого будет достаточно? Ты не будешь выглядеть вором, а парень получит заслуженное признание от меня лично.

Пиль Гю резко встал и низко поклонился.

— Если вы так сделаете, шеф, мне станет гораздо легче.

— Ну вот и славно. Считай, что тебе повезло с младшим коллегой. Проведи расследование без сучка и задоринки. Пошли, мне пора к генеральному.

— Есть, понял!

Они закончили разговор и вместе вышли из кабинета.