ТУМАН

Колокола взревели звонким боем. Полдень.

Оскэ ждал их в дворцовых конюшнях.
— Смотрю, вы поняли без прямого замечания.
Рюджи был в чёрной неприметной тунике — плотной и практичной, с легким плащом. В брюках свободного кроя и тёмных сапогах, подходящих и для похода, и для боя.
Его перебинтованные руки закрывали перчатки.
Эри сменила свои яркие наряды на тёмно-алое пальто-мантию без украшений. Вместо привычной белой юбки — свободные плотные штаны. Волосы собраны в аккуратный пучок.

— Не должны сильно выделяться, да? — лениво произнёс Рюджи.

— Да. Лучше, чтобы никто не знал, что мы — члены Дома Никайдо — лично прибыли на расследование. Но если узнают, не критично… просто не хочется раздувать лишний шум.
— А если придётся использовать магию? — уточнила Эри.
— Что ж… надеюсь, она не пригодится. Но если выбора не будет…
— Я поняла.
Рюджи внимательно осмотрел Оскэ.
— Удивительно неплохо смотришься в этом дряхлом кимоно, старик.
— Наглая мелюзга. Когда вернёмся, я сражусь с тобой всерьёз.
Он ухмыльнулся в ответ.
Этого я и хочу.
— Берите своих любимых коней и поехали. До севера дорога займёт три дня.

День был пасмурным, ветер прохладным — словно вчерашнее тёплое солнце так и не вернулось из-за горизонта.
— Три дня пути…— тихо сказала Эри, — если ускоримся, к ночи будем у перевала.
— Не стоит гнать лошадей, — ответил Рюджи. — Лучше быть утром.
Дорога на север тянулась узкой полосой между полями и редкими перелесками. Небо всё плотнее затягивало серыми слоями, и чем дальше они отдалялись от города, тем суше становился воздух.
Инадзава находилась на юго-западе острова Багровых Вод и была единственным крупным городом и портом. Остальная часть — рыбацкие деревни, аграрные поля и поселения с мельницами. Провинция Дома Никайдо являлась важным логистическим узлом империи Азурвинд и торговой точкой с южным королевством Аркдорн. При конкуренции двух сверхдержав торговля шла через постоянные компромиссы — а порой и откровенный шантаж — но всё же работала. 

Некоторое время ехали молча. Поводья тихо поскрипывали в руках.

Оскэ держался чуть впереди, проверяя тракт.

Рюджи — по центру.

Эри — справа, немного позади.

— Если пропажа людей связана с тем существом… — аккуратно начала Эри, слегка подаваясь вперёд, когда дорога пошла круче, — что нам делать?

— О чём ты? — не оборачиваясь спросил Рюджи.

— Если выяснится, что оно вызвано магией призыва… это ведь открытие. Настоящее. Если мы его убьём — как это отразится на Доме?
— Ты слишком забегаешь вперёд.
— А ты слишком много молчишь. Я просто поговорить хочу.

Рюджи чуть подтянул поводья.

— Что бы там ни было, меня не волнует политика.

Эри выдержала паузу.

— Мы ведь с тобой последние из рода Сайтокаге и Мизуки. Однажды наше имя призовёт к долгу перед империей. Ты так не считаешь?
Рюджи сбавил ход и сравнялся с ней.
— Ты раньше никогда со мной об этом не говорила.
— Наверное… потому что после Иори моё будущее стало неясным.
Она удивилась, как спокойно прозвучало его имя.
Ветер прошёлся по полю.
— Знаешь, — сказал Рюджи, не глядя на неё, — иногда твоя взбалмошность раздражала. Но сейчас я почему-то по ней скучаю.
Эри надула щёки.
— Не хочешь говорить — не надо.
Она дёрнула поводья, кобыла фыркнула и шагнула вперёд.

— Дурочка, — тихо проговорил Рюджи, — ты не так поняла.

Император не знает, что я жив. А Эри сейчас в нейтральном статусе воспитанницы. Может когда-нибудь мне и придется снова стать частью этой магократии, но если моя провинция продолжает жить и функционировать без рода Сайтокаге, зачем я вообще там нужен? Впрочем, это тоже не актуальные размышления. Прежде всего, нужно решить загадку исчезновения. Если как говорит господин Широ, — империя замешана, то возможно кто-то в ней не хочет, видеть Сайтокаге живым. Это опасно. “Будь честен с собой”, как говорил отец, и сейчас, мой голос подсказывает, что вскоре нужно покинуть остров. Я задержался.
Оскэ обернулся.
— Смеркается. Через час будем у леса. Переночуем там — утром быстрее пересечем перевал.

Они разбили лагерь на небольшой поляне. Лес уже темнел, воздух становился прохладнее, в глуши меж толстых стволов уже виднелся туман. Костёр хрустел, разбрасывая искры.

— Непривычно, а? — бросил Оскэ, присаживаясь к огню. — Дети знатных родов — и в лесу без слуг.

— Твой племянник достаточно приучил нас к походам, — буркнул Рюджи.
Наставник усмехнулся.
— И не зря.
— Оскэ, подай хлеб, пожалуйста, — попросила Эри.
— Держи.
Рюджи поднялся и достал что-то из седельной сумки.
— Пока не испортилось.
Рисовые шарики.
— О, неожиданно. Спасибо.
— Сомнительная благодарность.
Он протянул один Эри. Она, всё ещё с деланным недовольством, взяла его.
— Спасибо.
Оскэ посмотрел на них поверх пламени.
— Итак, Когда прибудем, я говорю с местными. Вы слушаете.
Рюджи хмыкнул.
— Это приказ?
— Это здравый смысл. Мы не на тренировке. Рюджи, жду, что будешь выполнять мои команды.
— Только я? — спросил он, откусывая шарик.
— Эри и так понимает.
Она хихикнула.
— Мог бы и мне не говорить.
Оскэ стал серьёзнее.
— Если там замешана магия… или то существо — хоть сам тигр-хамелеон, — бой будет настоящим. Не лезьте на рожон.
Эри кивнула.
Рюджи лишь коротко ответил:
— Понял.
— И еще, я буду называться Хёрико, не сболтните мое настоящее имя.
— Почему Хёрико?
— Какая разница? Все, отдыхайте.
Костёр треснул громче.
Север был уже близко.

Хворост уже почти тлел.
Оскэ уснул первым — сидя, прислонившись к стволу дерева, с плащом на плечах. Его дыхание было ровным, почти неслышным.
Эри лежала ближе к огню, укрывшись плащом. Пламя отражалось в её закрытых веках тёплым оранжевым светом.
Рюджи не спал. Светло-голубые волосы выразительно отмечались на фоне красного огня. Он сидел чуть поодаль, спиной к поваленному бревну, и медленно точил клинок короткими, ровными движениями. Не потому что нужно. Просто чтобы руки были заняты. Лес жил своей ночной жизнью. Где-то потрескивали ветки. Лошади тихо переступали, изредка фыркая во сне.
Через некоторое время Эри пошевелилась.
— Почему не спишь? — спросила она тихо, не открывая глаз.
— Сплю.
— Врёшь.
Он чуть усмехнулся.
Она приподнялась на локте.
— Замёрзнешь.
— Не замёрзну.
Эри потянулась и, не вставая, набросила на его плечи край своего плаща.
— На всякий случай.
Он хотел было что-то сказать, но передумал.
— Спи, — тихо произнёс он. Она опустилась обратно.
Через несколько минут её дыхание стало ровным.
Рюджи не спал, а просто слушал лес.

Рассвет пришёл бледным и холодным.
Небо было светло-серым, без единого намёка на солнце. Воздух стал суше, резче — будто за ночь север окончательно вступил в свои права.
Оскэ поднялся первым.
— Собирайтесь. Чем раньше выйдем, тем лучше.
Лагерь свернули быстро. Пепел засыпали землей, следы затерли ветками.
Остальные два дня пути прошли без происшествий. На второй уже перестали встречаться торговые караваны, на утро третьего они миновали последнюю жилую заставу.
Кони были напряжённее, чем накануне — чаще вскидывали головы, вслушиваясь в лес.
Дорога стала уже, деревья — выше. Лес плотнее.
На третье утро путь вывел их к невысокому холму. Оскэ остановил коня.
— Дальше — деревня.
С вершины открывался вид на северное поселение.
Небольшие дома с тёмными крышами. Узкие улицы. Колодец в центре. Фонари еще горели. Для конца весны было холодно. Дым медленно поднимался из труб.
Никакого движения.
— Тихо, — заметила Эри.
— Слишком рано для рынка, — спокойно ответил Рюджи.
Он осматривал дома внимательно, цепляясь взглядом за детали.
— Спускаемся пешком, — сказал Оскэ.
Они спешились.
Холодный ветер прошёлся по полю.
Север встретил их молчанием.

По дороге они заметили пару странно заваленных деревьев, на одной стороне были массово вырваны кусты и сломаны ветки, на другой — нетронутая растительность. Судя по всему, здесь недавно прошла буря.
Когда вошли в деревню, кто-то резко закрыл ставни. Ребёнка, игравшего у колодца, поспешно увели за руку. Первые жители, которые уже ранним утром отправлялись по делам, начали их замечать, но никто не подошел.

Они остановились в центре.
— А они не слишком гостеприимные. — высказалась Эри.
— Они напуганы, много людей потеряли. — напомнил Оскэ.
— Ты не бывал здесь раньше?— спросил Рюджи.
— Нет.
Наставник пошел к ближайшему жителю. Ученики наблюдали.

Пожилой мужчина с удочкой и снастью, тревожно остановился когда Оскэ подошел.

— Могу узнать, где дом старосты?
— О, разумеется господин. Что вас привело?—он запнулся. — Простите, это не мое дело. Просто понадеялся, что господин Никайдо прислал солдат.
— Можно и так сказать. Хотел обсудить со старостой детали.
Старик поклонился и показал пальцем направление.
— За игорным домом пройдите еще два, и дойдете куда нужно. Хрипло проговорил он.
— М, понял. Спасибо, уважаемый.
Житель снова поклонился.
Оскэ позвал подопечных за собой.
Дом старосты отличался. Имелся внутренний дворик и был хорошо ухожен, а у забора цвела молодая сакура. Они вошли через узкие вороты и остановились во дворе. Староста уже сидел на крыльце.
— Доброе утро, уважаемые путники.
Он приветственно склонил голову.
Троица ответила тем же.
— Меня зовут Уэсуги. Я староста этой скромной деревни.
Мужчина перед ними был немного старше Оскэ, короткая стрижка и темно-каштановые волосы. Он носил поношенное серое кимоно.
— Я Хёрико, это мои подчиненные: Рюджи и Эри.
— Приятно познакомиться.
— Взаимно. Простите, если мое гостеприимство оставит желать лучшего, мне буквально пару минут назад передали, что к нам явились таинственные гости. Могу я сразу спросить, вы от Дома Никайдо?
— Верно. — ответил Оскэ. —Господин Никайдо направил нас разобраться в происходящем.
На мгновение в глазах Уэсуги мелькнуло облегчение.
— Значит наши голоса настигли Господина. Хвала небесам.
Он повернулся в сторону дома.
— Санами.
Молодая девушка подошла к старосте и поклонилась.
— Сделай нашим гостям чай.
— Сию минуту, отец.
Их взгляды с Рюджи на мгновение встретились.
— Вы голодны? — уточнил хозяин.
— Чая будет достаточно.
В тот же миг у Эри предательски заурчал живот. Она смущенно отвела взгляд.
Оскэ вздохнул.
— Пожалуй, легкий завтрак не будет лишним..
Они сели за низкий столик в гостевой комнате на уже старые татами, у стенки дымилась благовония. Атмосфера была весьма теплая на контрасте с серой холодной деревней. Молодая девушка наливала чай гостям безупречно — ни одного лишнего движения . У нее были ровные длинные каштановые волосы, лицо невозмутимое как у опытной служанки, на полуоткрытом черном кимоно были вышиты красные розы.
Запах тоже был приятный. Рюджи поймал себя на мысли, что редко пользовался слугами.
Он невзначай, автоматически бросал на нее взор, увидел царапину на запястье и синий отпечаток.
Девушка почти сразу принесла завтрак сначала для Эри в виде омлета с рисом
Та восторженно удивилась.
— Ого, как красиво. Спасибо вам!
— Рада, что вам нравится, миледи.
Рюджи и Оскэ ограничились рисовыми шариками.
— Ваши подчиненные не слишком разговорчивы, господин Хёрико. — заговорил Уэсуги отпив чая.
— Поверьте, если дать им волю…
— Понимаю. И простите мои манеры, я не представил вам мою дочь — Санами.
— Приятно познакомиться, господа и миледи.
— Взаимно, у вас очень вкусный омлет! — воодушевленно сказала Эри.
Санами улыбнулась.
— Доедайте и перейдем к делу. — вставил Оскэ. 

Все устроились.

Дочь старосты тихо села в углу комнаты, сложив руки на коленях. На мгновение её взгляд остановился на Рюджи.
Она быстро отвела глаза.
Оскэ поставил чашку.
— Уэсуги. Расскажите подробно о пропажах и смертях. Когда всё началось?

Староста кивнул.
— Прошлой осенью. Сначала пропал наш охотник. Хороший был малый… Мы решили, что его задрал зверь. Но на следующий день исчезла его жена — она отправилась его искать.

Он откашлялся, прикрыв рот платком.

— Зимой пропали шестеро. Весной — ещё двое. Они готовили поля к посеву.
— Правда, что убитых уже с десяток? — уточнил Оскэ.
— Слухи как всегда преувеличены. Трое.
— К ним мы вернёмся. Есть ли связь между пропавшими? Возраст? Род занятий? Конфликты?

Уэсуги покачал головой.

— Конфликтовать у нас не с кем, господин. Здесь все друг друга знают. Старики не пропадали — они редко покидают деревню.
— Значит, исчезновения происходили за её пределами?
— Почти всегда. Грибы. Охота. Дрова.
Оскэ слегка кивнул.
— То есть жертвы выбирались тогда, когда их было легче всего изолировать.
Пауза.
— Вы сказали “почти”.
Староста напрягся.

— Двое погибли в самой деревне.

Эри и Рюджи невольно переглянулись.
— Когда? — голос Оскэ остался ровным.
— В прошлом месяце. На сеновале.
Он опустил взгляд.
— Это стало последней каплей. Люди в страхе. Мы начали писать в Инадзаву. Нам не хотелось тревожить Господина Никайдо… но выбора не осталось.

Его голос дрогнул.
— Мы почти не охотимся. Провизия сокращается. Если это продолжится — деревня начнёт голодать.
Эри посмотрела на пустую тарелку. В груди неприятно кольнуло.
Староста склонил голову.
— Простите. Вы прибыли расследовать, а я жалуюсь.
— Жалобы — тоже часть расследования, — спокойно ответил Оскэ. — Нам нужно увидеть место гибели и поговорить с теми, кто обнаружил тела.
— Я пошлю за кузнецом. Он первым нашёл погибших.
— Погибших… двоих вместе?
— Молодую пару. Они… — староста замялся, — бывали на сеновале по своим делам.

Повисла неловкая тишина.

— Что с третьим? — продолжил Оскэ.
Уэсуги сжал край рукава.
— Это был наш посыльный. Мы отправили его очередной раз в Инадзаву. Конь вернулся на следующий день. От всадника… осталась половина тела.
Тишина стала тяжёлой.
Оскэ медленно открыл глаза шире.
Эри побледнела.
Рюджи нахмурился.
Он заговорил впервые.
— Уэсуги.
— Молодой господин?
Рюджи коротко взглянул на Оскэ. Тот едва заметно кивнул.

— Помимо того, что люди пропадали вне деревни… был ли ещё общий признак? Странные запахи. Шумы. Поведение животных. Даже слухи.
Староста нахмурился.
— Запахи?.. Нет… Хотя… — он задумался. — Перед нашими поисками всегда поднимался ветер.
— Ветер? — тихо переспросила Эри.
— Шторм. Осенью — сильный. Зимой — вьюги. Прошлая зима была самой ветреной на моей памяти.
Рюджи провёл пальцами по подбородку.
— Перед поисками?
— Да. Как будто… — он осёкся. — Как будто что-то заметало следы.
В комнате стало холоднее, несмотря на благовония.
— Вы находили что-то необычное? Выжженную землю? Повреждения строений?
— Нет, господин. Ничего подобного.
Рюджи кивнул.
— Понятно.
Оскэ хлопнул ладонью по колену.
— Хорошо. Пошлите за кузнецом. Мы осмотрим сеновал.
— Разумеется. Позвольте вас проводить.
Они поднялись.
Рюджи бросил последний взгляд на Санами.
Теперь она не выглядела просто служанкой.
Она смотрела слишком внимательно.
И в её взгляде не было ни удивления, ни страха.

Сеновал стоял на окраине деревни — ближе к полю, вдали от жилых домов.
Доски потемнели от времени. Один край крыши просел.
Дверь была на замке. Староста открыл.
— С тех пор никто внутрь не заходил, — тихо сказал Уэсуги. — Мы… запечатали его.
Оскэ кивнул и первым вошёл.
Внутри пахло сухим сеном. Пылью. И чем-то тяжёлым, едва уловимым.
Эри поморщилась.
— Здесь всё ещё пахнет кровью…

Полумрак. Свет просачивался сквозь щели в стенах. У дальней стены темнело пятно — почти чёрное.
Сено вокруг было смято.
Оскэ присел.
— Следов борьбы немного.
— Похоже, их застали врасплох, — сказал Рюджи.
Он опустился на колено, провёл пальцами по полу.
— В каком положении были тела, когда вы их нашли?
Уэсуги замялся.
— Кузнец Даичи сможет рассказать точнее…
— Расскажите, что знаете вы, — мягко, но настойчиво вставил Оскэ.

Староста сглотнул.
— Они лежали рядом. Будто… их аккуратно уложили.
— Уложили? — переспросил Рюджи. — А как выглядели?
Глаза Уэсуги дрогнули.
— Горла были разодраны. И… глазницы пусты.
Эри побледнела. Картина будто проступила в воздухе.
Рюджи не изменился в лице.
— Ничего больше?
— Боюсь, нет, господин… Если есть вопросы — спрашивайте.
Оскэ молчал, сложив руки.
— Это случилось в прошлом месяце? — снова спросил Рюджи.
— Да.
— В тот день был шторм?
— Да… насколько я помню.

Рюджи вышел наружу. Эри последовала за ним.
Внутри остались только Оскэ и староста.
— Ваш посыльный. Где его нашли?
— Конь вернулся сам… Половина тела осталась на седле.
— Письма были при нём?

Уэсуги замер.

— Нет… Я… я не подумал об этом.

— Что в них было?

— Просьба к господину Никайдо прислать помощь. Он уже ездил раньше. Я… поспешил тогда. Не отправь я его…
Оскэ прошёл мимо и коротко коснулся его плеча.
— Он выполнил миссию.
Староста опустил взгляд.
Когда Оскэ вышел, Уэсуги всё ещё стоял в поклоне — лицом к месту, где погибли его сын и невестка.

Снаружи небо заволокло плотными облаками.
Поля тонули в тумане. На востоке тянулась тропа в лес. Троица остановилась здесь, убедившись, что рядом никого нет.
Кузнец Даичи подтвердил слова старосты. Нового он не добавил.
Оскэ вздохнул.
— Что думаете?
— Есть мысли, — тихо сказал Рюджи. — Но не хотелось озвучивать их при нём.
— Староста? — спросил Оскэ.
— Не то чтобы подозрителен. Но словно боится сказать что-то лишнее.
— А мне кажется, он просто сломлен, — тихо сказала Эри.
Рюджи усмехнулся.
— Твоё добродушие когда-нибудь нас погубит.
Эри толкнула его в плечо.
— Иногда ты слишком холодный.
— К делу, — прервал Оскэ. — Рюджи?
Лицо ледяного мага стало серьёзным.
— Это точно не катаклизм, это целенаправленные похищения и убийства людей. При чем, жестокие…но странно аккуратные.
— Ты про ту пару? — уточнила Эри.
— Да, жестокое убийство, вырвали глаза. Но их уложили, как будто…сочувствовали.
Они задумались.
— Что еще заметил? — спросил наставник.
— Я не просто так намекал на магию. И судя по всему мы имеем дело с духовной силой разрушения, — ветром.
— Мистер Уэсуги говорил, что пропажи и смерти всегда сопровождались сильной бурей. Но, концентрация такой мощи….на это не способны даже самые могущественные маги. — нахмурилась Эри.
— Она права, Рюджи.
— Тем более, если это маг - значит мы имеем дело с представителем Великого Дома, — продолжила Эри,—а его присутствие здесь это еще одна большая загадка.
— Или он бастард.
— Ты сам не веришь, что маги без знатного рода имеют хотя бы элементарные способности к концентрации.
Рюджи оставался серьезен.
— Исключения могут быть, это не настолько выбивается из правил как магия призыва или наличие у меня сенсорики.
Эри снова задумалась. Оскэ с интересом наблюдал за ними.
— Мы знаем о бурях, лишь со слов Уэсуги. Нужно поговорить и с другим жителями.
— Память ненадежна, Рюджи. Мы так запутаемся. — возразила Эри.
— Ничего. — вмешался Оскэ. — Иногда важнее не слова, а то, как их говорят.
— Что ж, тогда командуй, “господин Хё-ри-ко” — съязвил Рюджи.
Эри проронила смешок. Оскэ тяжело вздохнул.
— Встретимся через час в центре.

Троица разошлась по улицам.
Оскэ также заглянул на кладбище, где похоронили жертв.
Деревня теперь выглядела иначе, чем утром — живее. Дети бегали между домами. Даже слышался смех. Рюджи решил, что староста уже объявил о прибытии Дома Никайдо. На вопросы отвечали по-разному: кто-то уклончиво, кто-то слишком охотно. Большинство подтверждали слова Уэсуги — бури всегда совпадали с пропажами. Но не все. 

— Молодой господин!
Рюджи обернулся. Пожилая продавщица махала ему из-за прилавка.
— Яблоки есть?
— Самые лучшие в деревне.
— Два. И персики?
— Увы… плохие времена. Торговцы перестали ездить. Слухи о пропажах отпугнули их.
Она протянула яблоки, завернутые в бумагу. Рюджи заметил — она достала их из ведра под прилавком, а не из аккуратной горки в открытом ящике.
— Денег не нужно, господин. Вы пришли нам помочь.
Он положил несколько монет.
— Плохие времена.
Женщина долго кланялась ему вслед.
Тем временем Эри уговорами затащили в игорный дом.
— Миледи, играли в «дзэни хадзики»?
На столе были рассыпаны медные монеты.
— Нужно щелчком выбить одну так, чтобы она столкнулась с другой, не задев третью. Упавшая монета — очко противнику.
— Звучит… интересно, — неловко улыбнулась Эри.
— Простите за жалкие ставки. Денег ни у кого нет.
— Да…ничего.
— Попробуйте! Попробуйте, миледи.!

Мужчины смеялись.
Голоса звучали слишком громко. Слишком старались.

Они пытаются забыться, подумала она.

Они встретились у колодца в центре города.
— И где ее черт носит? — спросил Рюджи почесав голову.
— Из игорного дома доносится шум. — заметил Оскэ
— Не может же быть…
Наставник вздохнул.
— Пойдем проверим. 

Спустя десять минут за деревней. 

— Они меня очень настойчиво просили. — виновато говорила Эри.
— И ты не могла отказать, потому что ты добродушная дурочка… — сухо отчитывал ее Рюджи.
— Ааа, не издевайся. Между прочим, это было даже весело.
Он дал ей щелбан.
— Ай!
— Не будь наивной, мы не на отдыхе..
Она надулась.
— Ты сегодня злой.
Рюджи отвернулся.
— Не злой.
Оскэ хлопнул в ладони.
— Достаточно. Эри, что узнала?
— Люди напуганы. Пытаются держаться. Все подтвердили бурю в день убийства пары. В дни похищений — никто не уверен.
— Память подводит, — пробормотал Рюджи. — Или их подводят. Один мужчина сказал, что бури не было вовсе. Он живёт на юго-западе деревни. От сеновала далеко, но ураган бы заметил.
Оскэ кивнул.
— И рыбак сказал странное. В ту ночь он слышал воздушные волны. Не бурю — волны.
— Магия? — прищурился Рюджи.
— Возможно. И ещё…
Оскэ понизил голос.
— Староста запретил жителям покидать деревню. Ради их безопасности.
— Логично, — сказала Эри.
— Он прошептал это мне. На ухо.
Повисла тишина.
Рюджи сложил руки.
— Это не настоящий шторм. Помните поваленные деревья у входа? Одна сторона дороги — цела. Другая — вырвана с корнями.
Он посмотрел на Эри.
— Маг ветра. Ограниченный радиус. Локальные порывы. Там, где нужно.
— То есть… он не меняет погоду, а создаёт иллюзию бури? — тихо сказала она.
— Именно.
— У сеновала тоже были сломанные ветви, — добавила Эри. Рюджи кивнул.
Оскэ улыбался, затем стал серьезнее.
— Хорошая работа, но главный вопрос не в магии.
Они посмотрели на него.
— Почему староста умолчал о запрете? Почему жители дают разные показания? Почему они ждали нас… и боятся говорить?
Тишина.
Солнце медленно клонилось к закату.
— Скоро вечер, — сказал Оскэ. — Мы устали. Идём к Уэсуги. Попросим ночлег и стойло для лошадей.
Он посмотрел на учеников.
— Пока ничего ему не говорим. Поиграем в его игру.
— Поняли.

Над деревней медленно поднимался ветер.
Пока ещё слишком слабый, чтобы кто-то обратил внимание.

Он снова ждал на крыльце, рядом с ним стоял мальчик лет десяти.
— Добрый вечер. Как ваше расследование господин Хёрико?
Его голос был спокойным.
— Продвигается. — ответил Оскэ, — Нам бы лошадей накормить и расположить.
— Разумеется. — Уэсуги поклонился, а затем продолжил.
— Я знал, что вам понадобится ночлег. Останьтесь у меня, гостевая комната уже выделена.
— Это приятный жест, мистер Уэсуги. Спасибо. — отозвалась Эри.
— Хикаро. Проводи кого-нибудь из гостей до конюшни.
— Есть! — стоявший рядом мальчик приложил руку ко лбу.
— Рюджи, отведешь лошадей? — обратился к нему Оскэ.
— Не вопрос.
— Только не долго.

Гости расположись в гостевой комнате, Уэсуги лично подал чай. Санами не было видно.
— Не сочтите за дерзость, господин, — начал он отпив из чашки, — можете хоть чем-нибудь поделиться?
— Ничего, это же ваша деревня. Само собой вы беспокоитесь.
Староста кивнул.
Эри спокойно сидела. Слушала. Наблюдала.

— Людей кто-то намеренно похищает. Зачем, - не знаем, но это наверняка маг.
— Я никогда не видел магов господин.
— Понимаю, но все указывает на него. Один обычный человек, не может провернуть такое…если только ему не помогают.
Глаз Уэсуги дернулся.
— Помогают? Кто?
— Не знаю, может кто-то из деревни, а может кто из окрестностей. Никто на ум не приходит? — сухо говорил Оскэ.
Глава деревни поставил чашку чуть громче обычного.
— Невозможно. Даже мысли такой не допускал.
— Никаких мотивов?
— Никаких.
Оскэ сложил руки на груди. Эри осторожно пила чай и молчала.
— Есть люди, которые еще остались вне деревни ?
— Насколько я знаю — нет. Некоторые жили своих домах отдельно, но давно пришли сюда.
— Все?
Пауза.
Староста поморщился и ответил:
— Нет. Мы посчитали пропавшим одного человека зимой, он не приходил в деревню давно. А мы не осмелились идти к его дому. В целой лиге отсюда.
Оскэ вздохнул.
— Завтра мы пойдем туда. Жаль, вы не сказали о такой важной детали раньше.
Он отвел взгляд.
— Я…не думал, что это важно господин.
— Ничего. У меня последний вопрос: ваша дочь Санами , могу я с ней поговорить?
Староста слегка нервно начал отвечать:
— Она в игорном доме…Ей тоже нужно отдыхать.
— Хорошо, тогда по ее возвращению.

Тем временем мальчик, которого староста называл Хикаро привел Рюджи в конюшню. Скромная, ветхая, на двадцать мест. Многие пустовали. Рюджи успел насытиться деревенским запахом сена и навоза, никогда он еще не был так близок к крестьянскому быту как в этот день.
— Здесь свободные стойла для ваших лошадей, господин.
— Спасибо.
Пока он привязывал их, мальчик любопытно пялился.
— Что смотришь?
— Ваши кони красивые. Сразу видно, дорогие.
— Нам полагаются.
— Ты солдат?
— Вроде того.
— Круто! И как это, быть воином Великома Дома? Только не говори,что ты еще и во дворце служишь? — с горящими глазами спрашивал Хикаро.
Рюджи не смотрел в его сторону освобождая животных от седельных сумок.
— Бывает. Но не думай, что это легко.
— Уж гораздо лучше, чем сидеть в этой дыре, — сказал мальчик, сев на забор.
— Все относительно. Для кого-то твоя жизнь может показаться сказкой.
Мальчик наклонил голову.
— Да ну? Что может быть хуже.
— Когда-нибудь, поймешь.

К конюшням подошла женщина.
— Хикарооо!
— Ой, это мама.
Мальчик спрыгнул с забора.
— Мне пора. Прощай, старший братишка!
Рюджи кивнул.
Женщина и сын поклонились ему и скрылись за углом.
Он стоял и пару мгновений смотрел в пустое место.
Мама…

Деревню накрыл вечерний туман. Ледяной маг вышел с конюшни и направился в дом старосты. Не пройдя десяти метров, он увидел знакомую фигуру за близлежащим домом. Каштановые волосы, грустный взгляд, черное кимоно с вышитыми розами.
Она заметила Рюджи и поспешила скрыться за углом.
— Санами?
Он опешил.
Что она тут делает? Просто гуляет? Не похоже. Нам нельзя разделяться и все же…
Инстинкты заставили его двинуться за ней.
Санами двигалась на восток деревни, миновала сеновал, где совершили убийство, спустилась по тропе в чащу.
Она ведет меня или не заметила мою слежку? Возможно, ловушка, но потерять ее нельзя. Это шанс. Нужно дать сигнал…Эри, надеюсь ты заметишь.
Рюджи запрыгнул на сеновал, отсюда было видно дерево стоящее в центре деревни. Маг начал концентрировать духовную силу, его тело покрылось светло-синим ореолом.
Вдох.
— Ледяное созидание: Шест…
В руке Рюджи сформировалось двухметровая ледяная форма похожая на на копье. Но толще и тяжелее.
Достаточно ровно вышло, траектория не должна сбиться. Итак…
Он нацелился в центр деревни и сделал замах. Ледяное копье оставляя белый след в воздухе с грохотом воткнулось в землю, поднимая пыль.
А теперь Санами…
Рюджи исчез в густой чаще.

— Смеркает. Мне будет неловко опрашивать вашу дочь так поздно.
— Прошу простить господин.
Раздался глухой грохот. Издалека.
Уэсуги вздрогнул.
— А, что это?!
Маги подскочили.
— Эри…пора.
— Поняла.
Эри выбежала во двор расправив руки, из ее ладоней начала выходить духовная сила яркими бирюзовыми потоками. Сложив обе руки, бирюзовая энергия превратилась в водный шар.

— Водное созидание: Око.

Водная сфера поднялась ввысь.
Уэсуги ошарашенно стоял позади в проеме дверей.
— Это и есть магия? Вы маги?
Оскэ не ответил.
—Что ты видишь?
Один глаз Эри был закрыт, она все еще стояла неподвижно концентрируя бирюзовую энергию в руках.
— Ледяной шест в центре деревни.
— Это Рюджи. Он нас оповестил.
— Похоже он запустил его с востока деревни, нам нужно туда.
— Бежим,— скомандовал наставник.
— Постойте! — втиснулся Уэсуги, — моя дочь там, я с вами.
— Если отстанете, ждать не будем.
— Гхх..

Белая пелена сгущалась.

Санами исчезла из виду, но лес ещё хранил её движение — дрогнувшие ветви, задетые кусты, свежий надлом молодой ели. Сначала он слышал её шаги, потом — только треск ломаемых веток, а затем и это исчезло.

Теперь оставалось идти по следу.

Рюджи двигался быстро, но без лишнего шума. Периодически он касался ладонью стволов — иней расползался по коре, помечая его путь для остальных.

Ветер здесь был иным.
Не деревенский, не случайный.
Он шёл ровными порывами, будто дышал. Лес начал редеть. Хвойные стволы становились ниже, тоньше, между ними всё чаще проглядывали голые камни. Почва под ногами становилась твёрже. Сухой мох сменился гравием.
Туман впереди словно светлел.
Рюджи замедлился.
Из серой мглы проступили очертания строений.

Сначала — перекошенная крыша. Потом — сломанная телега. Потом — ряд тёмных провалов окон.

Он вышел из леса.

Перед ним раскинулось заброшенное рудничное поселение.
Дома были низкими, приземистыми, из тёмного камня и грубых досок. Крыши обвалились, балки торчали, как сломанные рёбра. Почти вся растительность здесь исчезла — лишь редкие сухие кусты цеплялись за камни.
Повсюду валялся уголь.
Чёрная пыль покрывала стены, двери, землю. Даже туман здесь казался темнее.
На ветру поскрипывали вывески без надписей. Где-то внутри одного из домов глухо хлопнула дверь — не от чьей-то руки, а от сквозняка.

Запах ударил в нос.
Сырость. Металл. Затхлость.
И ещё что-то.
Что-то сладковато-гнилое.
Рюджи медленно пошёл вперёд.

Шаг.
Ещё один.
Под сапогом хрустнуло.
Он опустил взгляд.
Это была не кость целиком. Сначала он увидел клочья ткани, застывшие в грязи.
Потом — бледные остатки плоти, местами сорванные до белых прожилок.
Лицо было изуродовано. Глаза — отсутствовали. Не вырваны грубо. Аккуратно вынуты.
Рёбра частично оголены. Не до чистого скелета — но достаточно, чтобы понять: это не зверь.
Следов зубов почти не было.
Рюджи медленно втянул воздух сквозь зубы.
— Плохо дело…

Тишина давила.

Ни птиц.
Ни насекомых.
Ни даже привычного лесного шороха.
Только ветер.
Но и он вдруг стих. Слишком резко. Как будто его… сдержали.
Давящую тишину нарушил хриплый женский голос. Из тумана споткнувшись выскочила Санами. Маг вытянул руку.
— Стой на месте.
Она запыхалась, еле держась на ногах.
— Санами, я помогу, только ответь на вопрос.
Дочь староста не ответила и начала падать.
Рюджи со всей резко подбежал и подхватил ее.
— Ладно, можно и так. Расскажи, что происходит.
— Господин…я — начала она обняв его одной рукой.
В одно мгновение ее вторая рука выскочила из под кимоно сверкнув лезвием направленное в глаза Рюджи.
Он перехватил ее, и отобрав нож отстранился.
— Этим меня не возьмешь. Где маг ветра? Ты сотрудничаешь с ним?
Санами взглянула на Рюджи. На ее лице не было ничего кроме страха, тревоги и скорби. Слезы подступали.
— Бегите…господин.
Он напрягся и начал осматриваться, по максимуму сохраняя хладнокровие. Но тревога не спадала.
Где ты?
Его глаз поймал еще один труп без глаз лежащий через дорогу.
Атмосфера резко потяжелела.
Поток ветра усилился. Рюджи заметил его эпицентр.
Воздух стал тяжелее. Не холоднее — именно плотнее. Рюджи чувствовал это кожей. Его духовная сила отозвалась первой — лёгкий холод пробежал по позвоночнику.
Туман впереди начал медленно закручиваться.
Не рассеиваться. Закручиваться.
Будто кто-то шагал сквозь него, не раздвигая, а притягивая к себе.
И в этом вращении на мгновение мелькнул силуэт.
Не зверь.
Не тень.
Человек.

— Рюджи ушел в ту сторону. — показала Эри на лес.
— Замороженный ствол, но магия уже испаряется. Надо спешить.
Уэсуги начал отставать.
У Эри все сжималось в груди.
Рюджи…дурак…

Туман вращался медленно, вязко. Санами замерла. Порыв ветра ударил в лицо — не сильный, но точный. Как предупреждение.
И он вышел. Не из тумана — из ветра.
Будто воздух уплотнился и стал человеком.
Высокая фигура в сером кимоно. Волосы спадали по плечам, тяжёлые от влаги. Они не развевались хаотично — они двигались в одном ритме с порывами ветра.
Он шёл босиком по камню. Медленно. Без спешки.
Каждый шаг отдавался глухим эхом в пустом поселении.
Рюджи инстинктивно выставил руку, заслоняя Санами.

— Так значит… ты.
Таинственный маг остановился в двадцати шагах. Поднял взгляд. И их глаза встретились.
Ветер усилился. Но не хаотично. Он вращался вокруг мага кольцом.
Его лицо было спокойным. Ни злости. Ни ухмылки. Только усталость.

— Зачем, ты пришел, — сказал он тихо.

Голос был низким, ровным. Не хриплым. Не чудовищным. Просто человеческим.
Рюджи ощутил давление. Не магию. Сдерживание. Будто он что-то удерживал внутри себя.
Санами задрожала.

— Господин… бегите…

Серые, почти белые глаза мага перевелись на неё. И в этом мгновении что-то изменилось.
Не ярость. Боль. Очень короткая. Почти незаметная.
Ветер на секунду ослаб.
— Я предупреждал, — произнёс он.
И только теперь Рюджи понял — ветер усиливается не потому что он атакует. А потому что он теряет контроль. Камни начали вибрировать. Обломки досок поднялись в воздух.
Туман стал резким, как лезвие.
— Ледяное созидание… — Рюджи сделал шаг вперёд.
Ветряной маг медленно закрыл глаза.
И когда открыл — зрачки были расширены, почти чёрные.
— Не заставляй меня.
Ветер взорвался. Рюджи окатила волна давления.
— …Частичное ледяное обличье.
Мороз пробежал по коже, по венам, по костям.
Ноги и руки засветились холодным светом. Лёд сформировался поверх ткани, превращаясь в гибкие доспехи.
На перчатках выросли острые белые лезвия.
Он рванул вперёд полукругом, оставляя за собой белую дугу инея.
Маг в сером не двинулся.
Резкий взмах руки — и воздух сжался. Удар ветра обрушился на Рюджи, как невидимая стена.
Тело отбросило назад. Камни врезались в спину. Он перекатился, сгруппировался и опустился на одно колено.
Он силён. Слишком. Под таким давлением не подобраться. И ветер… он режет.
Свист.
Лезвие воздуха рассекло пространство.
Рюджи отпрыгнул.
Ещё одно — наклон. Иней осыпался с плеч.
Невербально. Ни одной формулы. Он не использует “Традицию Дома”.

— Ледяное созидание: Морозный круг.

Магия взорвалась вспышкой холода.
Земля мгновенно покрылась инеем.
Ветер стал тяжелее.

— Прежде чем убить, мне нужно задать тебе вопросы, — голос Рюджи прозвучал ровно. — Расскажешь сам или заставить?
Таинственный маг смотрел без выражения. Но зрачки расширились.
— Зря ты сюда пришёл… Из-за вас многие умрут.
— Похоже, придётся выбивать ответы силой.
— Сила… да. Всегда решает сила.
Рюджи вдохнул глубоко.

— Ледяное разрушение: Зимний крик.Морозная пыль втянулась в лёгкие.
Воздух вокруг застыл. Он выдохнул. Снежное цунами рвануло вперёд, ломая дома, дробя балки, вырывая уголь из земли.
Ветряной развёл руки назад.
Торнадо.
Ветер и лёд столкнулись.

Поселение содрогнулось. Крыши взлетели. Камни разлетелись в стороны. Санами отбросило ударной волной. Она успела отпрыгнуть, но ударилась головой и потеряла сознание.
Рюджи оттеснило назад, но он удержал равновесие.
Пыль медленно оседала.

Всё вокруг было сковано льдом.

— Хаах… хааах…

Если не сработало… придётся менять форму техники…
И тогда он увидел его.
Враг стоял на коленях.
Плечо, живот, нога — покрыты белым обморожением.
Тело дрожало.

— Отвечай. Зачем похищал людей? Зачем убивал?
Ветряной маг что-то бормотал.
Белая духовная энергия начала оседать на нём.
— Ты ещё не закончил?..
Белое потемнело.
Очертание стало плотным.
Слишком плотным. Это уже не было похоже на магию.
В воздухе появился запах.
Не крови.
Не разложения.
Иной.
Рюджи побледнел.
Это оно…
Тошнота подкатила к горлу . Сердце сжалось от первобытного ужаса.

— Мразь… кто ты такой?

Враг закричал.
Чёрно-белое лезвие рвануло вперёд.
Первое — Рюджи уклонился. Второе — нет.
Удар рассек руку от предплечья до середины плеча.

Боль вспыхнула, как раскалённое железо.
Рука онемела. И тогда энергия… зазвучала.
Скрежет.
Стоны.
Крики.
Мольбы.
— Сайлас…
— Позор…
— Лучше бы ты не рождался…
— Бракованный…
Голоса. Что это такое?
— РЮДЖИ!
Золотой свет прорезал серую пустошь.
Молот из сияющей магии ударил в сферу вокруг врага.
Его отбросило и протащило по земле.

— Водное разрушение: Великое течение!

Бирюзовые каскады воды обрушились с двух сторон, сдавливая чёрно-белый источник. Земля затряслась.

Эри подбежала к Рюджи.

— Рюджи?! Рюджи…
Он стоял на колене, зажимая раненую руку.
— Я… в порядке…
Оскэ подошёл ближе, его взгляд был страшно серьезен.
— Впредь, надеюсь, ты не будешь торопиться. 

Вода Эри обрушилась и схлынула.
Бирюзовые каскады рассыпались брызгами по льду.
Чёрно-белая энергия дрогнула… и испарилась.

Тишина.

Там, где секунду назад стоял убийца, — лишь чёрная пыль и разломанная земля.

Он исчез.

— Нельзя… дать ему уйти… — сквозь боль выдавил Рюджи.
Он попытался подняться.
Оскэ посмотрел на него тем взглядом, от которого замолкают даже старшие ученики.
Наставник подошёл ближе.
И резко пнул его по ноге.
— Гхх…
Рюджи снова оказался на колене.
— Угомонись. Спешка привела тебя к этому результату.
В голосе не было злости.
Только жёсткая правда.
Рюджи молчал. Плащ лежал рядом, пропитанный влагой. Левая рука — ниже локтя — была алой. Лёд, который покрывал конечность во время боя, растаял, и теперь из-под потрескавшейся кожи сочилась тёмная, густая кровь. Она медленно стекала по пальцам. Левая рука дрожала, почти не слушалась.
Эри опустилась рядом и быстро начала обрабатывать рану. Вода стала тонкой, холодной, почти хирургической.
Он дёрнулся.
— Ай!
— Терпи. Рана серьезная.
Она сжала зубы, удерживая поток. Её розовые волосы потускнели от пыли .
Края раны вымывались магической водой. Она была красивой, но от боли не избавляла. Рюджи стиснул зубы и молча терпел. Ветер в разрушенной деревне наконец стих.
Туман снова начал подползать к руинам.
— Рюджи, — тихо сказала Эри.
— Чего…
Он поднял на неё взгляд.
Её глаза блестели.
Не от магии.
— Дурак…

В этом слове было больше страха, чем упрека.