Я ничего не совершала
Хлёсткий удар!
Тяжелая ладонь опустилась на лицо Янь Ли, заставив её голову резко дернуться в сторону. На изысканном, пленительном лице мгновенно проступил отек, отчетливо проявились пять багровых отпечатков пальцев.
— Янь Ли, ты истинная распутница! — Мужчина в парчовых одеждах с мрачным видом холодно взирал на юную девушку. — Как ты посмела пойти на столь грязный и презренный шаг? Бесстыдница! Воистину, сразу видно ту, что росла без материнского воспитания — ты открыла мне глаза на свою суть!
С этими словами он холодно взмахнул рукавами и стремительно покинул двор.
Слуги, столпившиеся в стороне, наблюдали за этой сценой затаив дыхание. Увидев, что наследный принц в ярости уходит, они поспешно расступились, давая ему дорогу.
— Дрянь! — Мужчина средних лет в темно-синей парче, кипя от гнева, с грохотом пнул стоящую рядом скамью. — Сам Император даровал тебе честь стать невестой наследного принца, а ты смеешь крутить интрижки с другим?! Ты хоть понимаешь, что это за преступление? Это государственная измена, за которую казнят девять поколений рода! Ты что, решила свести нас всех в могилу?!
Янь Ли стояла неподвижно, бледная как полотно. Ей было всего тринадцать или четырнадцать лет; её крошечное лицо, размером с ладонь, дышало юностью, но даже это не могло скрыть её ослепительной красоты. Сейчас, с опухшей щекой, она выглядела лишь еще более хрупкой и беззащитной.
— Янь Ли, ты зашла слишком далеко! Где твоя совесть? — сурово отчитывала её женщина средних лет с искаженным от злобы лицом. — Все эти годы ты жила в семье Цзян, дед души в тебе не чаял. Разве мы хоть в чем-то тебя обделяли? Хоть ты нам и не родная дочь, мы с твоим дядей всегда относились к тебе как к своей. Еда, одежда, украшения — разве ты получала меньше, чем Цзин Юэ? Как ты могла совершить столь непристойный поступок? Что мы скажем принцу? Как оправдаемся перед Его Величеством? Ты хочешь нашей смерти?!
Янь Ли медленно подняла глаза, с невыразимой печалью глядя на людей, осыпавших её проклятиями.
Это было поместье Великого Наставника. Мужчина перед ней — её родной дядя Цзян Юньмин; женщина — его супруга, госпожа Ло. А тот, кто только что ушел в ярости — наследный принц Му Сюхань, её жених, с которым она была обручена еще в колыбели.
Вырастая в доме Великого Наставника, Янь Ли рано познала горечь жизни «из милости». Пока она была ребенком, родные относились к ней благосклонно — возможно, из-за статуса будущей принцессы, который сулил семье выгоду. Однако по мере её взросления, когда до свадьбы оставалось всего два года, их сердца ожесточились, а в помыслах поселился корыстный умысел.
В сегодняшнем инциденте было слишком много странностей. Человек, которого назвали её «любовником», поспешно скрылся, стоило их «обнаружить». Янь Ли заклеймили позором еще до того, как она успела разглядеть его лицо. Она даже не знала, как защищаться от этого абсурдного фарса.
— Матушка, кузина Ли наверняка сделала это не нарочно, — вперед поспешно вышла девушка лет шестнадцати в нежно-голубом платье, взяв госпожу Ло за руку. — Здесь должно быть какое-то недоразумение...
— Какое еще недоразумение?! — госпожа Ло была вне себя. — Наследный принц прибыл в поместье, чтобы обсудить детали свадьбы, и застал её за таким постыдным занятием! Нам нет оправдания! Ты видела его гнев? Если слухи поползут по городу, поместье Великого Наставника станет посмешищем — и это в лучшем случае! Нас могут казнить всех до единого!
Девушка в голубом нахмурилась, в её глазах на миг промелькнул странный блеск. Она подошла к Янь Ли и с притворным сочувствием коснулась её избитого лица:
— Сестрица Ли, тебя кто-то заставил? Скажи нам, кто этот человек? Дедушка обязательно накажет его.
Янь Ли молчала. Её лицо было мертвенно-бледным, глаза опущены, в ней словно не осталось жизни.
— Оправдывать её? — Цзян Юньмин стиснул зубы. — Принц видел всё своими глазами. Она опозорила наш род!
Госпожа Ло с презрением посмотрела на племянницу:
— Впрочем, яблоко от яблони... Твоя мать была бесстыдницей, и ты пошла в неё!
Янь Ли вскинула голову.
— Чего уставилась? — рявкнула госпожа Ло. — Разве я лгу? Твоя мать когда-то тайно отдалась мужчине, забеременела и была им брошена. Если бы не семья Цзян, которая приняла её, несмотря на позор, ты бы сейчас в борделе гостей развлекала!
Янь Ли сжала кулаки. Сердце обливалось кровью. Она никогда не видела матери и не знала правды, а потому у неё даже не было слов, чтобы защитить её имя.
— Есть только один способ всё исправить, — холодно процедила госпожа Ло.
— Матушка? — Цзян Цзин Юэ вопросительно посмотрела на неё.
— Помолвка Янь Ли должна быть расторгнута. Вместо неё за принца выйдет Цзин Юэ. Только так мы сможем смягчить гнев Его Высочества и сохранить лицо семьи. Иначе ты, Янь Ли, станешь проклятием нашего рода!
Глаза девушки наполнились слезами, и она, наконец, произнесла:
— Я ничего не совершала.
Стук!
— Всё еще отпираешься?! — взбешенный Цзян Юньмин ударил её наотмашь. — Ты нас за слепцов держишь? Или принца за дурака?!
Бам!
От мощного удара хрупкая Янь Ли не удержалась на ногах и рухнула на землю, сильно ударившись головой. По лбу заструилась кровь.
Воздух в дворике словно застыл. Цзян Юньмин и госпожа Ло на мгновение оцепенели, обменявшись быстрыми, нервными взглядами.
У Янь Ли потемнело в глазах, голова пошла кругом, в ушах стоял невыносимый звон. Лицо пылало от боли.
— Я... не делала этого... — прошептала она, и в её слабом голосе слышалась непоколебимая, отчаянная честность. — Я не позорила семью...
— Принц свидетель, а она всё лжет! — госпожа Ло, казалось, окончательно отбросила остатки жалости. — Стража! Взять её! Бить палками, пока не признается!
Две дородные служанки выволокли Янь Ли в центр двора. Её, слабую и израненную, прижали к скамье для наказаний. Кровь со лба капала на камни — жуткое зрелище.
— Скажи, кто этот человек, и признай вину, тогда я пощажу тебя, — подошел Цзян Юньмин, глядя на неё сверху вниз. — Иначе забьем до смерти!
— Отец! — Цзян Цзин Юэ, казалось, только сейчас пришла в себя. — Сестрица Ли еще молода и глупа. Она не ведала, что творит. Прошу, остыньте.
Янь Ли, прижатая к скамье, едва слышно прохрипела:
— Я... не виновата.
— Бейте! — выплюнул Цзян Юньмин.
Тяжелые бамбуковые палки со свистом опустились на спину девушки. Каждый удар пронзал тело острой, невыносимой болью. Янь Ли содрогалась, её лицо стало пепельным.
— Я... ничего... не совершала... — срывалось с её губ в такт ударам.