Высший Черный Меч (1)

Дом Рейнхафер.

Вершина трех величайших Темных Семей континента.

Они обладают подавляющей властью и богатством, которые оставляют двух других конкурентов далеко позади. В мире их знают под именем, не требующим доказательств: «Не имеющие равных».

И причина тому очевидна.

Тео фон Рейнхафер.

Нынешний Патриарх Дома и истинный владелец [Высшего Черного Меча], передающегося из поколения в поколение. Он стоит передо мной, непоколебимый и величественный, словно гигантское древо, чьи корни уходят в самую глубь истории. Тео по праву считается одним из Трех Императоров Меча, и его слава лучшего фехтовальщика континента гремит повсюду.

Именно поэтому его позиции незыблемы, в то время как два других Темных Дома погрязли в междоусобицах и ослабли из-за грызни наследников за власть.

«Состояние дел в других Темных Семьях, мягко говоря, плачевное. Так было и в оригинальном сюжете игры».

Возьмем, к примеру, семью Леона фон Марваса.

Не так давно они ввязались в затяжную войну за территории, которая поставила их на грань исчезновения. Лишь благодаря тому, что юный лорд Леон фон Марвас привел их к победе, они сумели выжить. Это было не иначе как чудо.

«Если бы не выдающийся талант и фанатичная целеустремленность Леона, Дом Марвас уже давно был бы стерт с лица земли».

Было время, когда семья Марвас находилась на пике процветания, но те дни давно миновали. Проблема заключалась в «Книге Мертвых», наследии первой линии их рода. С тех самых пор в семье не рождалось ни одного мага, способного подчинить себе Некрономикон.

Естественно, их мощь неуклонно угасала... и в самый подходящий момент враждебные фракции, жаждавшие падения Марвасов, развязали территориальную войну. В обычных условиях это был бы гарантированный проигрыш.

Однако Леон проявил себя как истинный гений. Впервые со времен первого Лорда он сумел пробудить Некрономикон и привел свой народ к триумфальной победе в битве, которую они обязаны были проиграть по всем канонам. Именно тогда он заслужил свои прозвища: Черный Лев и Юный Лорд Командующего Дома.

Тем не менее, история гласит, что былое величие семья так и не восстановила.

Вторая — семья Ланы фон Сайдер. Это единственный род, унаследовавший силу суккубов, но Лана пока не способна использовать её в полной мере, из-за чего их влияние ослабло. Мощь родословной Сайдер передается лишь одному из детей, и стабильность семьи всегда зависела от того, насколько талантлив текущий наследник. Нынешний глава справляется неплохо, но природа Ланы пока не дает ей раскрыться до конца.

...Теперь, когда я анализирую это, я понимаю: лишь одна семья считается достаточно сильной, чтобы в одиночку противостоять всем остальным.

Семья Рейнхафер.

Похоже, фамилия, доставшаяся мне, чертовски тяжела. В любом случае, у них есть Тео, который жив и здоров, и исключительный отпрыск Гарен, который на голову превосходит всех остальных.

Семья, ресурсы, возможности — всё это было в моем распоряжении, хотя для меня нынешнего подобное наследие казалось скорее обременительным. Будь я сильнее, у Тео было бы меньше поводов для беспокойства... по крайней мере, я хотел в это верить.

— Возьми меч.

Как я здесь оказался?

Почему я стою на этой знакомой восьмиугольной площадке, сжимая рукоять и глядя в глаза самому Тео?

Вопросы роились в голове, а по спине пробежал ледяной холодок, предвещая нечто серьезное. На мгновение я даже попытался отключить свой «датчик психического кризиса».

Интересно, я просто взорвусь от напряжения в следующую секунду или всё же выживу?

В конце концов, всё ведь будет хорошо, верно?

Какой отец станет убивать собственного сына?

— Обнажи клинок. Сделаешь это без должной решимости — умрешь.

— ...

Сы-ы-ынь.

Изящный черный меч, до этого мирно покоившийся у меня на поясе, покинул ножны. Мое движение было выверенным и плавным, не оставляющим права на ошибку... даже если бы Тео не давил на меня своей аурой, я бы не посмел сплоховать.

— Итак, начнем. Для начала расслабься... и попробуй заблокировать мою атаку.

— Помилуйте, у меня не хватит мастерства, чтобы сделать это... — попытался вставить я.

— Я буду контролировать силу.

Я не верил ни единому слову Тео.

Кто он такой?

Один из Трех Императоров Меча и одна из семи «Поражающих воображение звезд» континента. Его «контроль силы» для обычного человека — всё равно что удар молота по яичной скорлупе.

Разве среди этих семи звезд не числится мифическое существо легендарного ранга, именуемое Императором Меча?

И он говорит, что «контролирует силу»?

Стоит мне допустить малейшую ошибку — и я останусь калекой до конца дней. Произойдет то, чего ни в одном сценарии не должно было случиться...

Сы-ы-ынь!

Мои зрачки сузились, а легкие до отказа наполнились воздухом. Тео фон Рейнхафер уже не просто стоял рядом — он начал движение.

Внезапно, под углом, который невозможно было предугадать, его клинок с угольно-черной рукоятью сорвался с места. Движения Тео были спокойны и плавны, словно кисть, смоченная густыми чернилами, скользит по поверхности воды. Но эта обманчивая легкость была смертоносной: он методично, десятки раз подряд, метил в мои жизненно важные точки.

Черный меч Тео, словно жадная змея, пожирающая сам свет, стремился поглотить меня целиком. Его клинок был так же опасен, как и выглядел.

Чанг! Чанг! Чанг! Чанг!

«Безумие...!»

Я лихорадочно вскинул клинок, отчаянно пытаясь выставить блок и сдержать этот град ударов.

Что это, черт возьми, такое?!

В игре я видел эту технику сотни раз. [Высший Черный Меч] семьи Рейнхафер был визитной карточкой дома, и я был достаточно самонадеян, чтобы полагать, будто привык к нему.

Но реальность оказалась иной.

Удары были настолько текучими и быстрыми, что я едва успевал за ними следить. Мое тело уже покрылось десятками мелких порезов. Лишь чудом — и благодаря обостренным до предела инстинктам — мне удавалось парировать или отражать действительно фатальные атаки.

От одной мысли об этом у меня перехватывало дыхание.

— Только что я продемонстрировал тебе вторую формулу нашего стиля. [Высший Черный Меч: Кульминация Тьмы].

Сделав паузу, Тео бесстрастно продолжил:

— Если бы я действительно хотел твоей смерти, ты бы уже был мертв десятки раз. Ну что, ты впечатлен?

— ...

Я лишь крепче стиснул зубы. Дурное предчувствие, словно ядовитая змея, скользнуло в грудь.

«Так вот какова истинная мощь Семерки Звезд, о которой твердили в Inner Lunatic...»

Ной уже была ослаблена бременем прошлого. Сила Луны еще не раскрылась в полной мере, ведь она лишь недавно заняла свое место среди Трех Императоров Меча.

Но Тео фон Рейнхафер...

Отец Нокса, один из величайших антагонистов этого мира — это совершенно иной уровень. Его мастерство владения мечом уже сейчас можно было назвать запредельным, божественным.

«Настоящий монстр».

Другого описания для него просто не существовало.

Я сжал кулаки до белизны в костяшках. До сих пор я неустанно шлифовал свои таланты, стремясь к идеалу. Я пробудил множество скрытых способностей и добился прогресса, который для моего возраста казался немыслимым. Мой потенциал не уступал, а в чем-то и превосходил таких чудовищ, как Парацельс, Леон или Пенелопа.

Но здесь и сейчас, перед лицом этой бездонной мощи, я был не более чем мотыльком, летящим на пламя.

И это осознание внезапно зажгло во мне искру старого геймера. Тот холод, что был в голосе Тео, отозвался льдом в моих собственных глазах. Страх отступил, сменяясь чистой, дикой решимостью преодолеть этот предел.

Я медленно вложил меч обратно в ножны.

И тогда я произнес фразу, которую мотылек, летящий на пламя, никогда не должен произносить...

Слова сорвались с моих губ, звуча еще более чуждо для прежнего Нокса, чем когда-либо:

— Я выдержал ваш натиск. Теперь моя очередь.

Впервые в жизни я пошел на это. Я поднял меч против одного из Семерки Звезд. Против собственного отца — Главы Семьи.

***

Что такое талант?

Взгляд Тео всегда был полон глубокого понимания человеческой сущности. Однако даже он не мог дать точного определения этому слову. Одни рождаются одаренными, другие — ломаются под тяжестью собственного дара. Но даже если финал пропитан трагедией, истинный гений никогда не сдается, продолжая движение вперед сквозь тернии.

Наблюдая за сыном, Тео размышлял.

Что же такое талант?

С каким уровнем силы родился он сам?

И всё же, сейчас он мог с уверенностью заявить одно:

«Тот талант, что когда-то был у меня... полностью меркнет на фоне Нокса».

Был ли он просто «младшим сыном»?

Конечно, нет. Тео никогда не стремился быть предвзятым или излишне холодным. Его суровость была лишь инструментом: он подталкивал своих близких всё дальше, заставляя их совершенствоваться до предела, чтобы в будущем никому из них не пришлось стать жертвой.

Неважно, злодей ты или герой. Испытывать боль — нормально. Страдать — естественно. Шрамы, кровь и агония, через которые они проходят, — это единственное неоспоримое доказательство того, что они всё еще живы.

Именно поэтому, увидев, как Нокс бросается в атаку с поднятым мечом, Тео нанес удар гораздо большей силы, чем планировал изначально.

Ча-а-энг!

Из груди Нокса вырвался судорожный вздох. Но он не остановился. В его глазах вспыхнул озорной, почти безумный блеск, заставивший Тео на мгновение замереть: «Неужели это и есть его нынешний предел?»

«Господин...»

Рудвель, наблюдавший за поединком со стороны, внезапно обратился к Тео через телепатию. Это был первый раз, когда он позволил себе заговорить без разрешения, и Тео был слегка ошеломлен такой дерзостью. Однако слова Рудвелла заставили его остудить пыл.

«Вы переборщили с младшим господином. Сомневаюсь, что на свете найдется хоть кто-то, способный выдержать подобное давление даже во время обучения. Боюсь, даже юный господин Гарен не выстоял бы».

«Понятно...»

Тео осознал: он невольно начал использовать более тонкие, изощренные атаки, которые практически невозможно заблокировать. И виной тому были превосходные способности его сына, которые провоцировали его боевые инстинкты.

«Отлично».

Тео крепче сжал рукоять меча, проглатывая готовые сорваться слова похвалы. Он был безжалостен к ученикам, но для собственного ребенка это и впрямь было чересчур.

Нокс выглядел ужасно. Его мундир превратился в лохмотья, не подлежащие починке, а рука, сжимающая меч, заметно дрожала. Это был явный признак того, что тело «Громовержца» истощено и отчаянно нуждается в мане.

Тео демонстративно отвернулся, притворяясь равнодушным, и холодно цокнул языком:

— На этом закончим сегодняшний урок...

Но стоило Тео произнести это и собраться уйти, как произошло немыслимое. Тонкая, едва заметная нить магии внезапно метнулась вперед и мертвой хваткой вцепилась в его лодыжку.

Зи-и-и-и-и-и!

Тео мгновенно обернулся. Там, позади него, стоял его младший сын.

Нокс направил на него меч, хотя его взор уже застилала пелена крови, стекающей со лба.

— Куда это вы собрались?

Нокс стиснул зубы, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, которое, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Как он смеет?

Как он смеет идти наперекор одной из Семерки Звезд, самому главе дома Рейнхафер?

— Я еще не всё усвоил. Продолжим спарринг.

В это мгновение чистый белый свет в зале, казалось, разбился вдребезги. Пространство затопила кромешная тьма. Это была неописуемая, неосязаемая темная энергия — она вырвалась из «Громовержца» в руке Нокса и оскалила свои призрачные клыки, целясь прямо в Тео.

Уголок рта Тео невольно дернулся вверх. В этом безумном блеске глаз он наконец узнал свою кровь. Сын возвращался к нему в облике истинного хищника.

— Нападай.

Лишние слова были ни к чему. Раздался резкий, оглушительный скрежет стали — звук, который никак нельзя было принять за учебный бой отца и сына.

Теперь двое мужчин были полностью поглощены поединком, где на кону стояла не жизнь, а нечто гораздо большее — признание самой Тьмы.

_____________________________________________________

П/п: Crescendo (Кульминация, нарастающий) слово в основном используемая в нотах музыки. Буду использовать "Кульминация" в последующих главах.