«Дело №1 «О заблуждших душах: часть 1 - Loose»
Hold On Tight – aespa
MAGICIAN – Lexie Liu
Прим.от автора: люблю чередовать атмосферу и ритм во 2-х главах, знаете… (и ещё меня жутко кошмарит такая повседневка, скоро будет, наконец, первый экшн, а то я от его нехватки полезу на стену)
Блин, мне чот не нравится эта глава…
Пять дней спустя, 17 февраля
Первая командировка спустя всего четыре дня с приезда – решение – даже скорее, ситуация – весьма оригинальное и немного необычное, но и сама станция, если оглянуться на это незначительное время на ней, на что-то хоть с каплей «обычности» не походила, а потому такому исходу событий Ци Юй удивился не сильно.
Повезло ещё, что Биань Сучжэнь осталась на Ляонине, это большинство «негласных» проблем разом уже сгладило.
Но если кто-то «ушёл», то кто-то непременно должен был «придти» – в этом случаем новым человеком послужил Фэй Ян, который, ожидаемо, весь пересмотр собирался контролировать лично. И ещё, как выяснилось уже в день отбытия, присоединялись к ним двое следователей Ляонина, а точнее Лю Минься и её помощник Кан Люань.
И если с прокурором Фэй Ци Юй уже был знаком, то вот про остальных двоих слышал впервые, чем поначалу вызвал явное недоумение не только у вышеупомянутого Фэй Яна, но и Мин Сынхе, который, оказывается, не раз ради практики и интереса читал разборы многих необычных или особо запутанных дел с Чжунго, а в них, даже без пересмотра, Лю Минься и фигурировала.
Сама же Лю Минься внешне действительно словно кричала о том, что её работа непосредственно связана с преступниками и всем подобным.
Сходу назвать её красоткой, конечно, было нельзя, но вполне «адекватный», немного среднестатистический вид имелся. Выделялась она лишь стрижкой под простое каре при прямых чёрных волосах и уже настолько «изрезанными» техническими прожилками от связанных с чипом линз, что глаза свой настоящий цвет потеряли, сменив карий на зелёный.
Кан Люань… Тут же всё было и легче и сложнее одновременно. «Восемнадцатилетний студент на отработке теории» – вот так его можно было бы с лёгкостью охарактеризовать, увидев впервые, а если вслушиваться в речь хотя бы на пару предложений, то и вовсе складывалось ощущение, словно тот уж слишком долго работающий тут «студент», даже скорее профессионал и давний напарник Лю Минься.
Иными словами. команда для пересмотра дела «О заблудших душах» собиралась весьма «элитарная», если судить по должностям и известности: один прокурор ранга В, знаменитая следователь, её помощник, и два судьи коллегии межпланетного арбитра.
И всей этой компании, к настоящему счастью Ци Юя, для полёта до Тяньшэнь, Ляонин выделил места в классе «комфорт», причиной чему наверняка послужили трое по фамилиям Фэй, Лю и Кан, а Ци и Мин приписали, наверное, просто потому что с ними, ибо судя по дороге на саму станцию, именуемую пристанищем судей, двум судьям денег на билет явно зажали.
Однако же теперь, когда появилась возможность вновь занять место у окна, соседнее с которым поначалу пустовало, а потом было ожидаемо занято Мин Сынхе, можно было больше про путь до Ляонина несколько дней назад не думать и занять мысли чем-то более важным на данный момент.
«– Цзинвэй»
«– Слушаю, судья Ци. Предоставить вам информацию о Лю Минься и Кан Люане?»
«– Именно. Заодно и посмотрим, хватит ли тебе уровня доступа для просмотра информации про следователей»
«– Хватит более чем. Выполняю:
[Имя: Лю Минься
Возраст: 31 стандартный год
Дата рождения: 13.09.10 448 г.
Место рождения: Тяньшэнь, Чжунго, Жэньхуа
Идентификационный номер: 55SY/PTR-130910448-005
Добавочный идентификационный номер: RC-011487-L0089
Должность (на данный момент): Следователь Ляонина, ранг А
Класс образования: 2-й профессиональный
Класс финансового состояния: 3-й]
[Имя: Кан Люань
Возраст: 29 стандартных лет
Дата рождения: 03.01.10 450 г.
Место рождения: Тяньшэнь, Чжунго, Жэньхуа
Идентификационный номер: 55SY/PTR-030110450-306
Добавочный идентификационный номер: RC-011487-L0096
Должность (на данный момент): Следователь Ляонина, ранг B
Класс образования: 3-й профессиональный
Класс финансового состояния: 3-й]
Ничего примечательного, судья Ци. Второй класс образования у Лю Минься не удивителен»
«– Да, в этом ты прав. Тогда найди мне дела, которые эти двое участвовали»
«– Хотите почитать в дороге? Обычно люди выбирают художественные произведения, а не документы, к тому же вы читали решения суда по многим из этих дел»
«– А мне нужны документы с ведения расследования, если они заблокированы, то так и скажи»
«– Нет, не заблокированы. Предоставляю отчёты о ходе расследования 125 дел. Предположительное время чтения – 22 часа 20 минут»
Таким образом Ци Юй довольно быстро нашёл себе занятие на все долгие восемнадцать часов дороги, и потому, оперевшись локтём на бортик перед длинным окном и уронив голову на ладонь, погрузился в чтение на скрытой голограмме, пока для других это выглядело так, словно он от скуки попросту решил смотреть в окно, лишь бы уснуть.
Спать, к слову, парень не планировал, но получилось иначе, и на разборе дел Лю Минься уснул он на третьем часу, после чего, спустя два часа был разбужен Мин Сынхе, который до этого также явно зависал в скрытой голограмме, с предложением о перекусе.
Следующий же «читательский заход» получился успешнее и продержался он на полтора часа больше, и то лишь благодаря тому, что рассматриваемая там серия убийств напоминала скорее профессионально написанный детектив, нежели составленный чипом отчёт – похоже, кто-то из работников там решил от хорошей жизни добавить себе работы, но внезапно открыл писательский талант. После же, по завершении «сюжета» вновь отрубился на час, только в тот раз разбудил его уже Цзинвэй, любезно напомнив об изначальной цели.
«– Судья Ци, вы разве не собирались просматривать дела?».
На этом удалось совершить ещё один «спринт» на рекордные семь часов подряд, и то благодаря подобному или вообще тому же неизвестному сотруднику, незаметно написавшему внутри отчёта несколько «романов». Кто бы этот человек ни был, Ци Юй мысленно уже не раз его благодарил, причисляя к героям и советуя уходить с госслужбы в литературу.
И после оставшиеся полчаса прошли как миг, окончательно возводя всю эту поездку в ранг самой быстрой и, наверное, самой интересной из всех, что у него были, явно выигрывая у полёта на Ляонин, хотя консультации по гражданским делам с несколькими апелляциями тоже были неплохи.
Косм.маглев прибыл к первому сектору уже во время, когда город обычно окутывают сумерки, сменяемые ночью, а потому Бэйцзин предстал перед ними во всей своей красе, которую даже затянутое облаками небо скрыть не могло – ну, разве что наполовину, ещё и смотря с какой стороны, сверху, как сейчас с Кристас, или же уровня так с третьего.
– Был здесь когда-нибудь? – спросил у Мин Сынхе Ци Юй, пока они всей командой из пяти человек спускались по «Лифту в Небеса» к четвертому уровню.
– Ни разу.
– Я тоже.
Услышав слегка неожиданный ответ, в разговор вступил и Фэй Ян:
– Редко встретишь человека с Тяньшэнь, который не посещал Бэйцзин. Судья Ци, вы ведь из Цзышань, да?
– Да, верно.
– Ничего, за время работы здесь точно освоитесь, это уж точно не сложней Ляонина.
– Вы уверены, прокурор Фэй? Это ведь не станция, где можно потеряться с непривычки, а город, который, если я не ошибаюсь, выше Цзышань раза… – вспоминая, Ци Юй на секунду прервался, – В два.
И действительно, пожалуй, первое, что как раз и бросалось в глаза, это высота.
В отличие от довольно «простого» в сравнении четырёхуровневого Цзышань, Бэйцзин делился на шесть, а местами и восемь уровней, на протяжении многих и многих стандартных километров. Что было отлично заметно не только при спуске, но и дальше по составленному «единственным местным» маршруту.
На этот раз, чтобы доехать до отеля – тут, на удивление, стоило отдать должное: на сотрудников в командировке Ляонин денег не пожалел – пользоваться маглевом не потребовалось. Добрались они на заказном фэйчэ, что работников судебной системы практически спасло, ибо хоть на этот раз и был «комфорт» класс, он от возможности устать с восемнадцати часовой дороги не сильно спас, особенно если половину из этого читать условные «детективы».
На месте же номер оказался вполне себе простым, ничем не отличающимся от привычного по своей составляющей, но зато явно тихо кричащий о стоимости.
И поскольку раньше встречи утром в лобби, чтобы отправиться к главному зданию полиции, куда дело Пэй Наньма было передано, никаких встреч не намечалось, а потому можно и нужно было бы отдохнуть. Ци Юй этого поначалу делать не стал, едва скинув пальто и рюкзак уже раздумывая даже прогуляться по пятому уровню, где они и были.
«– Судья Ци, карта Бэйцзина готова к использованию. Надеюсь, вы не станете при работе действовать также опрометчиво, как при блужданиях по Ляонину»
После этого напоминания всё желание подумать о предстоящей работе попутно ходьбе отпало практически сразу.
– Если ты всё же станешь вмешиваться пораньше, то нет. Но сейчас тебе повезло: я просто так шататься по городу сегодня уже не собираюсь.
Пришлось прибегнуть к самой удобной и любимой форме рассуждений – лёжа в кровати перед сном.
– Всё же лучше бы мы были в Цзышань. Может, если после завершения дела нас не потребуют сразу на станцию, съезжу домой.
«– Неизвестно, сколько будут искать настоящего убийцу, судья Ци, есть вероятность, что сразу после завершения дела вам всё же придётся быстрей возвращаться на Ляонин. К тому же, если остальные коллегии загружены, то чьи-то дела могут сразу после передать вам»
– Тоже верно. Но сейчас в приоритете эти иллюзии, надо для начала закончить с ними. Тут меня как раз очень интересует один нюанс: если, к примеру, условный убийца взламывал чипы, чтобы вогнать жертв в эту иллюзию, то не возникнет ли при попытках его поймать проблемы с тем, что он провернёт такое на ком-то из нас? Да, изначально он использовал в качестве жертв малоимущих людей, чьи чипы явно не обладают достаточной защитой при подобном неформатном взломе, но это ведь не значит, что нельзя найти обход для иных типов защиты.
«– Логичное опасение, Ци Юй, и вероятность подобного исхода равно практически ноль целых восемьдесят шесть сотых, но даже при таких цифрах моя защита рассчитана на нестандартные способы взлома, из-за чего влияние методов убийцы на вас, в большинстве случаев, невозможно. Если же при иных обстоятельствах ему удастся взломать и меня, то его стоит причислить к гениям»
– А ты вообще уверен, что такие гении есть?
«– В моей базе данных о подобных людях за последние сто-двести лет не нашлось, все подходящие были немного другие, нежели этот случай. Однако нельзя исключать возможность прецедента, я всё же частично отличаюсь от первых выпусков»
– Это-то ясно… А если рассматривать не тебя, а других? Кто в основном будет работать? Лю Минься.
«– Попадание Лю Минься под иллюзию взломщика маловероятно. Несмотря на огромное количество привязок к глазам из-за необходимости профессии, её чип имеет последние технологии защиты. Они отличаются от моих, но не менее хороши, вероятно, они часто меняет модели чипов, отсюда может быть и возможность наличия стольких технических прослоек в сетчатке»
Но если они столкнуться в итоге с тем гипотетическим гением, то Лю Минься, как следователь, ведущий повторное расследование дела, рискует оказаться первой на кандидаткой на роль следующей жертвы, а учитывая то, настолько чип соединён с сетчаткой и, судя по этому, с остальными органами чувств, то летальный исход ей гарантирован почти мгновенный и даже не от ужаса, а сенсорной перегрузки. Интересно, почему же тогда послали именно её…
«– В этом вы правы, Ци Юй, это дело, при ином уровне угрозы, может иметь для Лю Минься прямую смертельную опасность, но мы ведь ещё не подтвердили, что столкнулись с «гипотетическим гением», а потому и рассуждать от этого, в данной ситуации, бессмысленно»
– Хорошо, может и бесполезно, ты прав, но сам-то при взломе для меня последствий не назвал.
«– Это сложно предположить, но смертельная опасность для вас будет зависеть от того, насколько талантливым окажется взломщик и что он решит сделать, выбрав вас в качестве жертвы – это ещё и довольно необдуманное решение для него в случае ареста, ведь согласно…»
Ци Юй ему договорить – точнее, получается, додумать – не дал:
– Да-да-да, за судей Ляонина плюс семь лет, я помню, продолжи про опасность.
«– Как скажите, Ци Юй. Если он решит провернуть старую схему со страхом, то ему придётся постараться: либо, заполучив доступ, покопаться в вашей памяти и выбрать источник наибольшего страха, ведь при вашей устойчивости метод с тенями не сработает; либо воздействовать изнутри, но в этом он ошибётся с вероятностью, равной единице, поскольку я устроен по-другому. Вы, кстати, уже восемьдесят четыре стандартных часа переносите разблокировку одного воспоминания»
– Ну, хоть успокоил, спасибо. А что за воспоминание?
«– Сон, приснившийся вам в ночь на день полёта на Ляонин. Пересказать?»
– Давай.
«– Тогда попробуем быстрый визуальный пересказ, Ци Юй»
Ци Юй даже не успел нормально спросить, что такое этот самый «быстрый визуальный пересказ», как всё перед глазами на секунду померкло, а после заморгало и заискрилось с нереальной скоростью так, что ничего не получалось разобрать – чёрный, красный, синий, темно-бирюзовый, аквамарин, нефрит, фиолетовый неон: всё это смешалось вместе в полосы. От этого невольно закружилась голова, и если бы он сейчас не лежал на кровати – пошатнулся бы точно.
В миг вспышки отступили, расступились, и только чёрная окантовка обзор наполовину скрывала.
«Горячий пар от дыхания сорвался с губ, растворяясь где-то в пространстве»
Секунда – и сразу новый кадр, показавшийся отчего-то слишком знакомым: на то, чтобы узнать в нём себя со стороны Ци Юю едва хватило времени, прежде чем и он исчез. Смена ему подоспела сразу, минув вспышки цветов и мрак:
«Тело в секундах невесомости зависло напротив огромного панорамного окна бывшей великой станции, прозванной пристанищем судей, центром системы Янхэ»
На нём не задержалось – всё словно увеличилось, ускорилось и на миг остановилось вновь:
«Несколько слоёв особого стекла от своего основания затрещали, но «иней» ещё не проявился – звук же от ломающегося металла скрежетал с удвоенной силой»
Почему кажется, будто этот скрежет действительно сейчас режет слух? Что это вообще? Почему это так реально? Это тоже иллюзия?..
«Впереди были одни руины, уже потемневшие, местами обвалившиеся толстые стены чуть дальше и лишь бортик, оставшийся от прямых арок, а сам же он лежал на бетонной плите посреди бывшего сада, закрытого дворика, где единственным растением теперь осталась только тёмно-зелёная трава вокруг»
Ци Юй не помнил, что испытывал в том сне, но смотреть это со стороны оказалось куда более пугающим зрелищем, чем он мог себе представить – вновь это место, вновь смерть, или уж слишком напоминающая гибель жизнь.
«Совсем близко оказался силуэт, опустившийся на корточки: чёрное пальто, вместе с длинными разрезанными рукавами веером расстелилось по бетону, но его хозяина это словно совсем не волновало; волосы падали на лоб, тот собой скрывая – лицо же в свете вероятного заката казалось почти белым, черты едва удавалось различить, но какой-то странный, то ли заинтересованный, то ли в край безразличный взгляд таких же тёмных глаз казался особо ярким под лучами»
Но в одном сомнений после этого рядящего кадра не оставалось – это Чжоу Кайсин, в том саду он видел Чжоу Кайсина!
«– Брат? Судья Ци, твой брат умер одиннадцать лет назад в этом самом месте. Его не вернуть, забудь, наконец!»
После выдерживать это стало невозможно:
– Хватит! Не смей это разблокировать!
Снова крик и снова всё сразу после него исчезло, вот только от лёгкой дрожи это не спасло – пара карих широко распахнутых глаз впилась взглядом в белый потолок номера, сейчас отливающий синим из-за вечно яркой подсветки Бэйцзина.
Вот только стоило моргнуть, как он уже и не помнил, почему вдруг стало так страшно.
«– Выполняю, судья Ци. Блокировка воспоминания продлена на неопределённый срок»
На следующий день, 18 февраля, Бэйцзин
На утро, наступившее для всей «делегации» достаточно рано, после небольшого завтрака, все действительно собрались в лобби, ожидая начала работы. И, судя по сосредоточенным лицам троих, а также прочитанным вчера отчётам, Ци Юй давно успел понять, что судьи Ляонина тут единственные, кому и работать-то особо не придется, по крайней мере, если всё пойдёт удачно, от них потребуется лишь капля контроля, предварительный приговор и решение об отправке убийцы на Ляонин для итогового суда и вынесения уже такого же итогового приговора.
Иными словами, легко можно было сказать, что если уж кто и действительно может попасть в опасные ситуации, окажись преступник тем «гипотетическим гением», то это точно не он сам и не Мин Сынхе. А тот, впрочем, и так сам себе на уме, прислонившись к явно мраморной колонне рядом с расположившимися на диване двумя следователями и прокурором, пальцами по ней настукивал какую-то мелодию, словно также уже понял, что при лучшем стечении обстоятельств их командировку можно будет считать выходными. Интересно, а не думал ли тот об этом ещё по пути на Тяньшэнь, иначе как объяснить, что парень с такой высокой должностью казался самым непринуждённым из всех?
Если же так посмотреть, то действительно это кажется самым логичным вариантом. Что ж, видимо, ожидания и реальность по работе для него понятие мало отличимые даже при какой-то заинтересованности в деле – а уж в этом насчёт Мин Сынхе Ци Юй был уверен на все сто, вспоминая разговоры о прошлых местах работы.
Сам же Мин Сынхе в подобном ключе и думал.
Если их помощь в деле внезапно понадобиться напрямую – помочь он никогда не против. Если же следователи и прокурор вместе с ними справятся сами – ну, ему же проще, вряд ли предварительный приговор у них с Ци Юем займёт много времени.
К тому же, в профессиональных навыках судьи Ци, которого правильнее бы уже было просто назвать «другом», он уже успел убедиться не только со слов, а почитав, убивания времени ради, его решения дел в Цзышань, к которым ну никак придраться не смог, а это заслуженно парень считал отличным подтверждением. Да и как человек Ци Юй более чем к себе с первой встречи располагал как минимум тем, что сходу пресёк всю эту прямую безосновательную ненависть Биань Сучжэнь, а как максимум что говорить с тем было очень даже приятно, комфортно, если так можно было бы выразиться.
А потому в том, что вся эта командировка особо сложной не окажется при любых обстоятельствах Мин Сынхе не сомневался – теперь оставалось просто ждать, пока решиться общая часть дела или хотя бы начнёт ещё раз решаться, а этим решится и вопрос их непосредственного участия.
Когда же Фэй Ян, закончив что-то обсуждать с Лю Минься и Кан Люанем, наконец сказал, что им нужное поехать в главное управление – «Сегодня нужно окончательно убедиться, что Пэй Наньма действительно подставной, и если мы окончательно решаем, что это так, то по возможности допросить его ещё раз и поговорить с Сы Жуань, а также по возможность слетать на последнее место появление убийцы» – Мин Сынхе первым направился к выходу, перед этим не забыв легонько толкнуть Ци Юя в плечо, мол: «Что ты такой серьёзный? Успокойся, нам и следователей хватает».
Теперь же, утром, Бэйцзин сильно отличался от того, каким показался вчера ночью.
Огромные по высоте здания, с которыми только небольшая часть наземного Сунхёна могла сравниться, пусть в свете звезды и не купались из-за так и сохраняющейся довольно пасмурной, сероватой погоды, а также видны были только, может, на две третьи, всю свою красоту и оригинальность архитектуры не теряли. А они все сейчас очень близко к центру города и находились.
В этом плане четвёртый уровень и его пешеходные улицы, одна из которых примыкала к отелю, своими огромным голограммами на зданиях, своим шумом голосов, и своим постоянным свистом от пролетающих в свободной зоне сотен фэйчэ, более чем в атмосферу бизнес-района мегаполиса вписывалась, даже скорее она его и создавала. А если верить основным планам устройства подобного типа мегаполисов, то и главное управление должно быть относительно недалеко, может даже настолько, что они смогут просто дойти до него даже без поездки на маглеве, которые тут, судя по всему, ходят очень часто.
Да, конечно, Бэйцзин на Сунхён похож мало, разве что сама суть размещение некоторых районов, система уровней одинаковы, но в остальном – ничего общего.
Столица Тэхан на Лунсун для с детства живущего и работающего там Мин Сынхе всегда запоминалась местом куда более светлым, но не в плане самой жизни и людей: в этом нюансы, разумеется, были, а по архитектуре и общей атмосфере. Там всегда казалось, будто даже в такую погоду, как сейчас в столице Чжунго, нет витающего где-то рядом мрака и тому подобного.
И потому на протяжении всей действительно пешей прогулки до здания полиции, Мин Сынхе не мог бы с уверенностью сказать, что хотел бы надолго здесь задерживаться, предпочтя Бэйцзину даже Ляонин.
Хотя, справедливости ради, стоило бы сказать, что «Пристанище судей» место не такое уж и отталкивающее, как это, судя по всему, казалось Ци Юю.
Как там говорится, важен не дом, а живущие в нём люди? Здесь принцип был тот же.
Сам по себе Ляонин был очень даже привлекательным, престижным, что немало важно, но вот люди там встречались абсолютно любые: адекватные, и не очень; те, кто тут должен был бы быть уже несколько лет, а на деле только недавно приехал, и те, кто вообще не понятно, за что сюда попал – перечислять так можно было бы много и долго, но суть не изменилась бы.
Однако, как бы суть не менялась, подобно правилам из неё бывают исключения, но слегка непривычно становится, когда под эту категорию внезапно попадает твой непосредственный начальник.
Чжоу Кайсина можно было отнести как к адекватным, так и к не очень, как к тем, кто, вероятно, полностью заслужил там находится на своей должности, как и к тем, на кого смотришь и немного не понимаешь, а что тот сделал, чтобы вообще на Ляонин попасть. И поэтому, как к нему уже самостоятельно относиться, Мин Сынхе местами не понимал до конца: вроде одно мнение и сформировалось, но всегда есть какое-то «но», и это вводило в замешательство.
Ещё и только получив приглашение на работу в коллегии на станции, ничем особо не примечательному судье из Сунхёна пришлось поначалу чуть ли не вручную выцеплять информацию про третьего межпланетного арбитра, помимо многих дел, что по итогу окончилось практически самым сильным провалом за всю его – Мин Сынхе – карьеру.
А теперь, оглядываясь на какие-то недели две три, наверняка стоило бы задать себе вопрос по типу: «Ну и? Где ты сейчас». Если без ругательств, то парню первое, что приходило на ум, так это «В отпуске, [цензура]»* – всё же без нецензурщины не обошлось, стоило бы ещё и усмешку добавить.
Поначалу думаешь, что работа судьёй коллегии будет куда тяжелее, потом перечитываешь договор и понимаешь, что не всё так сложно, а потом оказываешься на пересмотре первого дела и получаешь… Отпуск. Даже стараясь, Мин Сынхе не смог бы никак, вот вообще никак – ощущалось это как: «Вот тебе дело, в котором ошибка, смотри за тем, как следователи под контролем ответственного за всё это прокурора делают всю работу, поучавствую там, если понадобится, а так с тебя под конец предварительный приговор и всё».
А потому пользоваться внезапно свалившейся на него привилегией Мин Сынхе собирался на полную катушку.
Знал ли Ци Юй о том, что за напарник всё-таки ему достался? Без учёта этих мыслей – да, а ними – ещё нет.
И главное тот идёт ещё весь такой серьёзный, слушает, вероятно, продолжающиеся разговоры следователей и прокурора – Фэй Ян всё же оказался уж слишком ответственным – и тотально игнорирует его, Мин Сынхе, совет, расслабиться и доверить не его работу отвечающим за неё. Он вообще привыкнет потом или так и останется судьёй, который взял на себя все остальные функции?
В параллель со всем этим уже в относительной близости к ним показалось здание главного управления полиции и вход в него с нынешнего пятого уровня, на который поднялись довольно быстро, даже почти без очередей.
Фактически, управление ничем от других подобных построек не отличалось, но и пару своих особенностей имело: во-первых, все стёкла фасадов были чёрными, покрытыми слоем напыления, полностью блокировавшего и пресекавшего возможность взгляда извне; а во-вторых, внутренняя отделка его по большей части напоминала Кристас и станцию Ляонина – стены коридоров, залов – всё это невероятно дорогой натуральный камень, ещё и обработанный под сглаженные и обтекаемые поверхности. Одно только это уже позволяло судить, что денег сюда вкинули не мало.
Вся же их «делегация», однако, даже и не думала прерываться на какие либо контроли и так далее – всё решилось ежесекундным опознанием личности Фэй Яна, а потом и всех остальных, что, фактически, немного начинало льстить.
Этот огромный холл, поворот неправо, затем налево, прямо по широкому коридору, и вот, они, если верить указателям, оказались в третьем зале, где располагались обширные рабочие места всего лишь сотрудников, может, девяти, что на подобную площадь немного удивительно, а также своё некое лобби и остальные необходимые зоны.
В самом начале эдакой роскоши их уже ждал один парень, явно перед встречей нервничающий настолько сильно, что Мин Сынхе самому аж захотелось спокойно тому сказать, чтобы не волновался так сильно, ведь все они просто люди, а Ляонин так, приятный бонус.
Но вместо слов судья Мин, убедившись, что его роль на себя взял Кан Люань, просто глянул на Ци Юя, который до сих пор выглядел таким же излишне сосредоточенным, а потому и немного даже угрожающим, учитывая ещё и его полностью чёрную одежду.
Сам же Ци Юй о том, что в своём спокойном – относительно – виде при взгляде со стороны выглядит несколько угрожающе даже не подозревал, ибо как такое может быть, когда он просто читает уже автоматически предоставленную Цзинвэем краткую информацию про того парня, оказавшегося изначально ведущим дело следователем.
«– Вот краткая сводка, судья Ци:
[Имя: Цао Лихуа
Возраст: 32 стандартных года
Дата рождения: 18.02.10 447 г.
Место рождения: Тяньшэнь, Чжунго, Бэйцзин
Идентификационный номер: 55SY/PTВ-180210445-101
Добавочный идентификационный номер: BC-000554
Должность (на данный момент): Следователь главного управления Бэйцзина, ранг C
Класс образования: 4-й профессиональный
Класс финансового состояния: 4-й]»
Из всего этого уже стало ясно, что тот скорее кто-то из рядов условных «рядовых», нежели отличившихся и повысивших ранг: «C» хоть и считаться довольно неплохим, но сильно проигрывал «В», а вместе с этим терял пару уровней доступа, привилегий и всего подобного. Чем уж более конкретно «В» и «С» отличаются Ци Юй не помнил, да и помнить особо не хотел, когда из собственного опыта знал, что «В» и «А» зачастую при раскрытии дел оказываются более точны, чем ранее упомянутый «С», но оно и логично.
– Здравствуйте, прокурор Фэй! – едва только Цао Лихуа отвлёкся от измерения секции перед залом шагами и, наконец, пятерых с Ляонина заметил, первым поспешил поприветствовать уже знакомого ему прокурора, а после и обраться по очереди к остальным, попутно, похоже, информацию о них просматривая, лишь бы знать, как обратиться:
– Судья Мин, судья Ци, здравствуйте, добро пожаловать в Бэйцзин. Следователь Лю, помощник Кан, рад с вами познакомиться лично, а не через фотографию! Пойдёмте за мной, я покажу, что и где, чтобы вам было удобнее.
Делать ничего не оставалось, и они двинулись вглубь зала за беспокойно указывающим то туда, то сюда Цао Лихуа.
Ци Юй всё это особо не слушал, предпочтя удобства ради просто использовать «расширение обзора» и даже не вертя головой всё пространство на ближайшие несколько дней оглядеть. По итогу остался весьма им доволен, так как всё это главное управление, получается, только на первый взгляд вызывало какое-то уж слишком странное чувство дискомфорта, а тут всё оказалось в порядке.
И сразу же после этого в свою основную обязанность вступила уже Лю Минься, поначалу замучив ещё более почти что стесняющегося от встречи со «звездой» Цао Лихуа, а после сходу заявив, что хочет связаться с Сы Жуань, которой ещё Фэй Ян практически приказал после пытаться жить как обычно, и приставил к ещё ЖК и основным дорогам побольше датчиков и пару микрокамер с иными детекторами, сразу сообщающими опасность ему и имеющими возможность, вероятно, всё же иллюзию раньше её наступления пресекать. Подтверждено это, конечно, официально не было, но и помимо прокурора рядовой следователь данное предположение также одобрил.
Сам же Ци Юй, услышав про это, как реагировать не понял: с одной стороны, решение проблемы это давало весьма и весьма сомнительное, что могло привести к смерти жертвы, а с другой – что ещё они могли сделать? Логически – ничего более, практически – тем более, учитывая то, что отправлять на скрытое наблюдение андройдов было бы, мягко говоря, излишне тупо, ибо убийца наверняка их сразу бы отличил.
Но рассуждать про это он можно довольно долго, только ресурсы по действиям сейчас оказывались очень ограничены, а потому оставалось теперь только наблюдать со стороны за тем, как уже Лю Минься через голограмму начинала с Сы Жуань говорить, и ждать, пока та уже сотню раз проделанную процедуру выполнит теперь и следователь Ляонина.
Если верить отчётам с ведения дел, то подобные действия весьма и весьма в её стиле. И если раньше Ци Юй думал, что подобное в их ситуации вряд ли будет использоваться, то теперь понимал, что делать женщина станет всё по своим стандартным приёмам, которые, стоило отдать должное, свою функцию так-то выполняли.
А если что-то свою функцию выполняло, то и мешать этому не стоило – Ци Юй именно это и делал, продолжая просто смотреть и тем самым и осуществляя одну из основных задач судьи коллегии при пересмотре дела.
Вот только тут всё уже пошло не так гладко.
Минут пять спустя, поняв, что ничего нового не услышит, Цао Лихуа отошёл к своему рабочему месту почти в другом конце зала, то ли что-то проверяя, то ли вообще непонятно что делая. За ним Ци Юй особо следить и не думал, но следователь, видимо, внезапно что-то увидев, сам на себя внимание обратил уже несколько минут спустя.
Спокойно так на нескольких голограммах-мониторах в записи всматривался, одну новую там внезапно увидел, полностью проглядел, с каждой секундой мрачнея и почти что в какое-то нервозное состояние впадая, а после со стула сорвался, едва тот не уронив, и быстрым-быстрым шагом, больше напоминающим бег, рванул к стоящему рядом с судьёй Ци Фэй Яну.
– Прокурор Фэй! Нужно поговорить со следователем Ляонина!
– Успокойся, – почти что рефлекторно чуть не схватив за плечи остановившегося рядом с ним Цао Лихуа, парень одним движением руками тому показал сделать глубокий вдох и выдох, – Что случилось? Лю Минься лично опрашивает Сы Жуань, вряд ли так сразу прервётся.
– Пэй Наньма мёртв!
Теперь же весь такой спокойный Фэй Ян на секунду, казалось, вообще не понял, что ему говорили, а когда судорожные слова следователя до его сознания дошли тут же принялся переспрашивать:
– Что ты сказал, Цао Лихуа? Как мёртв?
– То и сказал, так мёртв, – повторил тот, – Его не смогли спасти, поражение лёгких болезнью было настолько велико, что его не спасли бы даже протезы, мне только сообщили из больницы. Но знаете, что он едва смог сказать, перед смертью?
– Не тяните, следователь Цао, пожалуйста. – Всё также не отходя от стены спросил Ци Юй, ненавязчиво вступая в разговор.
– Вот, вот запись, он успел включить её. Там едва можно разобрать слова, но похоже на «Ищите в старых районах. Лэн Сюэ, иллюзионист Лэн Сюэ».
В пару движений открыв окно с тем, из-за чего у них разом прибавилось проблем, Цао Лихуа то, вероятно, волнуясь, направил так, чтобы в основном видел её Фэй Ян, а не Ци Юй, из-за чего тому пришлось практически через плечо прокурора всё смотреть.
Хотя смотреть там было особо и не на что, кроме лежащего на больничной койке молодого человека, в котором и без контекста, просто по памяти судья без ошибок мог опознать Пэй Наньма. Тот явно что-то пытался говорить, но если не прислушиваться, то понять что-либо было весьма и весьма сложно – Ци Юй до уже пересказанной Цао Лихуа последней фразы этого и не делал.
«– Ищите в старых районах, Лэн Сюэ. Иллюзионист Лэн Сюэ».
На этом отрывок почти что оборвался – почему, догадаться было не сложно.
– Он намекнул вам на настоящего убийцу, я правильно понимаю? – первым спросил Ци Юй, – Или наоборот увёл дело ещё дальше, отведя от себя подозрения?
– Очень похоже и на то, и на то. Мы поищем Лэн Сюэ, это не займёт много времени.
– Тогда сообщайте всю информацию, как только будете её находить. Если Пэй Наньма больше ничего не скажет, то нужно выжать всё из его последних слов, которые явно дались не без огромных усилий.
Фэй Ян на этом же сам направился передать полученную информации Лю Минься и Кан Люаню – Ци Юй, не зная, о чём с оставшимся тут Цао Лихуа говорить, постарался максимально ненавязчиво из этой зоны уйти, перемещаясь к расположившемуся в кресле в лобби Мин Сынхе: пересказать ситуацию же надо, тот ведь вообще не в курсе.
Отреагировал второй судья на подобный расклад так, словно поначалу действительно удивился, а после, в голове все факты сложив, подытожил, что это было ожидаемо, учитывая и состояние Пэй Наньма и всю вероятную «муть» этого дела. И не согласиться с ним Ци Юй не мог.
Информацию же им действительно сообщали, только уж очень быстро, из-за чего раз, может, в десять стандартных минут, рядом с ними появлялся Цао Лихуа, которого, видимо, теперь использовали только для информации про изначальное ведение дела и выполнение мелких поручений, докладывал их успехи, и убегал дальше помогать Лю Минься:
– Судья Ци, судья Мин, мы нашли данные про Лэн Сюэ.
– Судья Ци, судья Мин, всё подтвердилось, человек на записи Сы Жуань действительно Лэн Сюэ.
– Судья Ци, судья Мин, мы нашли фактическое местонахождение Лэн Сюэ.
– Судья Ци, судья Мин, мы получили ордер на арест подозреваемого Лэн Сюэ.
– Судья Ци, судья Мин, наши люди и следователи Ляонина через несколько минут отправятся на проведение ареста.
Наблюдать за этим было весьма интересно потому, что каждый раз докладывал это парень по-разному: то быстро, даже до них не доходя, протараторил и тут же ушёл; то нормально, медленно, как и полагается всё рассказал и только после утвердительных кивков к работе вернулся; то что-то между этими двумя вариантами; то ещё что-то.
Иными словами, хотя бы так они о действиях следствия узнавали, а для Ци Юя, до сих пор не верящего, что работы у него нет, и потому ищущего какой-то подвох, это небольшой отдушиной послужило.
А после этого их своим присутствием почтила и сама Лю Минься.
Вот только разговор с ней был ещё короче, чем монологи Цао Лихуа, и ограничился всего лишь парой быстрых предложений, прежде чем следователь с остальными ушла.
«– Судья Мин, судья Ци, вы можете остаться здесь. Раз ваше присутствие на задержании подозреваемого не обязательно, то мы, думаю, более чем справимся и сами.
– Как скажете, следователь Лю»
И раз уж их помощь действительно Лю Минься не понадобилась во всём остальном, то и в том, что она любезно оставила основных представителей Ляонина в главном управлении и направилась вместе с командой на арест, им ничего не оставалось, как это самое ничего и не делать.
– Бито. Твой ход, Сынхе.
Подобная идея дождаться итогов задержания: оба в том, что что-нибудь точно может пойти не так не сомневался, принадлежала, ясно дело Мин Сынхе, но Ци Юем была весьма высоко оценена и поддержана в полной мере, из-за чего теперь среди работающих на этаже людей затесались и два играющих в голо-карты судьи.
Однако в спокойной обстановке Ци Юй продержался не долго, едва хватило даже на десять стандартных минут: дальше что-то словно начало мешать.
То в голове снова никак не получалось унять мысли, прокручивающие их дело раз за разом, из-за чего он проиграл две партии; то казалось, словно кто-то смотрит на них в упор, и причём это явно не кто-то из работников; то эти две причины – мысли и чувства – настолько сильно между собой смешались, что ему пришлось уже обращаться к Цзинвэю.
«– Либо у меня начинает проявляться паранойя, либо за нами следят»
«– Судья Ци, первый вариант вероятнее: тут только камеры охраны по периметру, но вы же явно думаете не про них»
«– Разумеется, не про них. Точно нет ничего подозрительного?»
«– Ничего подобного я не обнаружил, судья Ци. Ляонин на вас плохо влияет, уже за несколько дней начинаете видеть опасность там, где её нет»
Было ли это так? Наверняка Ци Юй всё же знать не мог. Конечно, программы Цзинвэя настроенный на полную проверку помещений и работали всегда идеально, как то раз ещё в Цзышань это ему действительно пригодилось, но сейчас интуиция словно кричала, что тут что-то не так, правда уточняла плохо, не конкретизировала объект «неисправности», а потому избавиться от этого чувства так просто не получалось.
Что он вообще может с этим сделать? Если за ними не следят, то может что-то действительно не так в самом деле и он не зря об этом сейчас постоянно думает? Только вот, а что может быть не так? С какой стороны не посмотри – всё сходится. Если при задержании найдутся ещё более весомые доказательства того, что Лэн Сюэ и есть настоящий преступник, то всё на этом и закончится.
Может, что-то не так с самим арестом? Лэн Сюэ ведь наверняка попытается сопротивляться, если виновен, а значит и велика вероятность того, что использует эти иллюзии со взломами на следователях и Фэй Яне. И тогда Лю Минься действительно окажется в смертельной опасности, из чего два исхода: либо Лэн Сюэ попросту удастся сбежать, либо… либо ценой жизни следователя Ляонина его всё же поймают и тогда итоговый приговор для него станет явно окажется со множеством дополнительных пунктов, помимо просто четырёх убийств. Либо благоприятный исход будет в том, что он не выберет своей жертвой Лю Минься, а значит, возможно, смертей при задержании они избегут…
Если так подумать, а какое вообще ему дело до того, как именно подозреваемого будут задерживать?
Ну, пойдёт что-то не так – Фэй Ян по своим прямым обязанностям предоставит ему отчёт; будет всё в порядке – отчёт Фэй Яна также просто окажется у него перед глазами. Что так, что так – ничего интересного.
Тогда почему он так распереживался, вновь забил себе голову огромным количеством мыслей, от которых никакого толку, кроме извечных просчётов вероятных событий, которые могут пойти по абсолютно иному пути?
Он ведь просто судья. Просто судья коллегии третье межпланетного арбитра Ляонина. Его не должна интересовать гипотетическая гибель людей, которых он знает всего лишь чуть больше одного стандартного дня, в городе, который он никогда даже не посещал, в деле, которое его должно волновать только на уровне «составить предварительный приговор и забыть».
Ци Юй не заметил, как изменился в выражении лица, которое теперь вместо былой озадаченности и задумчивости в своём абсолютно расслабленном состоянии стало почти физически холодней; не заметил, как стал более напряжён позе; не заметил, как до этого нормальное, ровное дыхание, свой ритм замедлило, стало глубже – в ушах от всего этого то ли звон, то ли писк, то ли чей-то посторонний крик.
«Что это?»
На этом терпение закончилось окончательно – резко поднявшись с кресла так, что даже на секунду потемнело перед глазами, Ци Юй подхватил пальто, возможно, слишком резко сказал Мин Сынхе «Пойду пройдусь», и даже не стал дожидаться ответа, на который спустя несколько быстрых широких шагов стало и так наплевать, и двинулся к концу всего этого, показавшегося каким-то бесконечным, бесконечно давящим, зала.
Одним размашистым движением приподняв и надев до этого покоившееся на предплечье пальто, парень едва не пропустил поворот – чёрные полы ткани от подобного резкого движения подобно шёлку на ветру взметнулись. А дальше не сбавляя скорости шага, этой кажущейся от всех эмоций тяжёлой походкой по коридору прямо, направо, налево, оттуда в холл, и из холла быстрей, обходя иногда встречающихся на пути людей, к выходу на улицу.
Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять, одиннадцать – как только уже практически морозный воздух ударил по телу, весь пыл не угас, легче от этого не стало совсем.
Не понимая, что делать дальше, Ци Юй, пару раз оглядевшись и практически рывком смахнув из-за ветра касающиеся лица волосы, не разбирая пути, ринулся куда-то прямо по придорожной части пятого уровня, даже и не поняв, направо это было или налево.
Всё тот же, что и утром свист от пролетающих рядом Фэйчэ собой с такой стороны словно резал уши, но сразу чем-то в подсознании глушился: что лишь бесило сильней было не понять.
Небоскрёбы Бэйцзина уходили куда-то ввысь-ввысь-ввысь, и сияли, сияли так, как сияет ничем не прикрытое сборище их создателей – денег, власти, всех этих отношений, которым на простые людские жизни так наплевать.
Конечно, им вообще всегда было наплевать, всегда. И это не изменится, никогда не изменится, оно вечно, такие люди вечны, проблемы от них вечны, их высокомерие вечно, их статус вечен, их счета вечны.
Конечно, потому что система вечна.
Она жила, живет, и будет жить, потому что никто, никто не способен изменить это.
Можно хотеть, пытаться, потом уже пытаться забыть, но смириться… Смириться нельзя.
«И что ты можешь сделать? Когда ты мог хоть что-нибудь сделать?» – упорно кричало что-то в голове, что-то, что явно не Цзинвэй: у Цзинвэя другой тон, другие функции, это что-то глубже, дальше, отчего-то решившее напомнить о себе именно сейчас, сейчас, когда речь вновь зашла о смертях.
Чёрт. Чёрт. Чёрт.
Чёртова молодая нация.
Почему он не может даже сейчас оставить эти мысли? Даже сейчас, когда их тем более не должно быть? Неужели они теперь будут преследовать всегда, даже не давая шанса освободиться?..
Конечно. Конечно, сон можно заблокировать, воспоминания можно заблокировать, но не чувства, не мысли, мысли этому не поддаются, а если и поддаются, то слабо, всё равно возвращаясь.
От них не избавиться, никогда не избавиться...
А нужно ли?
Нужно ли их останавливать, если именно они и есть вся его основа?..
Шаги же при этом не останавливались, всё также прямо по улице в неизвестную сторону от главного здания полиции. И всё лишь бы убежать от самого себя, даже понимая, что подобное совершить невозможно.
Ветер всё также продолжал бить по телу и в лицо, но Ци Юй его почти не замечал, только несколько раз пятернёй зачёсывая назад лезущие в глаза волосы.
Где-то на фоне огни Бэйцзина в своей подсветке вновь перешли к зелёному неону, местами сменяющегося синим, красным, фиолетовым, золотистым, и ещё множеством похожих на удалённые звёзды точек. Но основные – нефритовый и чёрный – были сильней, пусть и таяли меж ночных облаков.
Уйти бы куда-нибудь, где будет тихо. И тихо и пусто – Ци Юй даже не чувствовал, как местами кулаки до скрипа костяшек сжимал, после резко ладони рефлекторно распрямляя, когда проходилось сквозь особо большое скопление людей.
И почему тут везде так шумно? Неужели нельзя потише? Это так сложно? Так сложно потеряться где-нибудь во всём этом огромном Бэйцзине и не шататься здесь ночью?..
Вот только в тишине мысли всегда громче. Ци Юй это прекрасно знал, но всё равно в таком шуме что-то словно кричало ещё сильней, грозясь даже пересилить – а с подобным пытаться бороться бесполезно, проще уж от этого количества нахлынувших эмоций выстрелить в себя из оружия с антиматерией. Но нельзя: не потому, что сейчас его не достать, а потому, что даже и слова раньше не сказав, уже обещал жить.
Что именно вспомнил, он осознал с запозданием.
«– Помнишь, что я тебе говорил? Всё? Молодец. Молодец, запомни это навсегда, никогда не забывай моих слов, никогда, слышишь!»
До этого такие быстрые шаги, почти что сквозь поредевшую в этой части улицы, замедлились, потом ещё-ещё и ещё, пока парень не остановился по среди дороги, опустевшими вмиг карими глазами глядя куда-то вперёд.
«Вот чёрт».
Несколько секунд – и кто-то из случайных прохожих, задев его плечом, даже соизволил обернуться, но, заметив, что «жертве и виноватому в одном лице» и вовсе на произошедшее наплевать, не поскупился и на комментарий:
– Эй, парень, не мешайся тут.
Ци Юй на его слова поначалу даже не отреагировал, не услышал, так и простояв секунды две в позе с так почти неестественно повёрнутым плечом от столкновения – когда же услышал, услышал не их, почти что не их.
«– Запомни одну вещь: если решат, что ты мешаешь – убьют. Не дай им этого сделать»
«– Эй, парень, не мешайся тут»
Это тот человек ему-то?..
Медленно выпрямившись, Ци Юй резко на него обернулся, почти что с силой выкрикивая:
– Я судья Ляонина! Не указывай мне!
Но лучше от этих слов не стало – горло сжало, что-то ниже, где-то у ключиц словно собой перекрыло всю возможность говорить.
То же время, окраины Цзибэй вблизи Дунчэн
– Прокурор Фэй, почему в этот раз вы нас так упорно сопровождаете? Знаете же, со мной проблем с нарушением закона при ведении дела и задержании подозреваемых не зафиксировано.
– Я ответственный за пересмотр этого дела, Лю Минься, вы же это прекрасно знаете.
– Конечно, знаю, – непринуждённо пожала плечами женщина, – Просто с этой ответственностью вы немного отвлекаете, а я ненавижу работать, когда что-то отвлекает.
– Вы говорите это каждый раз, когда эта самая работа сводит нас в месте. Это уже пятый.
Фэй Ян до этого дела «О заблудших душах» действительно пересекался с Лю Минься ровно четыре раза, и все они, конечно, завершались удачно – в исходе этого он также даже не позволял себе сомневаться.
В конце концов, они нигде не ошиблись, всё разузнали, всё продумали, а значит, как тут вообще можно подумать о неудаче?..
[Имя: Лэн Сюэ
Возраст: 18 стандартных лет
Дата рождения: 01.01.10 461 г.
Место рождения: Тяньшэнь, Чжунго, Бэйцзин
Идентификационный номер: 55SY/PTB-010110461-011
Добавочный идентификационный номер:
Должность (на данный момент): отсутствует
Класс образования: 4-й стандартный
Класс финансового состояния: 4-й]
_____
Примечания:
(я надеюсь, было понятно, что в конце не просто чистая паника, а паника от проявления подавленной агрессии, которую некуда выплеснуть)
*– «В отпуске, [цензура]» – на корейском это звучало бы как «휴가인데, 씨발 (хюгаинде, ссибаль), где «휴가인데 (хюгаинде)» означает «в отпуске, но...», а «씨발 (ссибаль)» – думаю, вы и так поняли, особенно если написать, что его часто читают как «щибаль».