Доверие

Глава 347. Доверие

(Перевод: Ориана)

Ян-Ян прошептала: «В Хайчэне я много слышала о Белом дне. Вы, должно быть, создали группу? Почему босс не пригласил меня? Разве я не член Белого дня? Босс не слишком-то обо мне заботится!»

Цин Чэнь долгое время молчал: «Строго говоря, я не знаю, являешься ли ты членом Белого дня. Ты отличаешься от других членов. У тебя есть свои цели и идеалы, и твой путь может не совпадать с нашим. Возможно, босс тоже в этом не уверен, поэтому он и не пригласил тебя в группу».

Например, Ян-Ян помогла путешественникам из Хайчэна, которые не смогли прижиться в городе, покинуть его, помогла им отстроить дома в пустоши, чтобы они могли выжить. «Белый день» не стал бы так поступать.

Также Ян-Ян участвовала в организации демонстрации учеников, выступая против нынешнего устройства Федерации, чего «Белый день» также не стал бы делать.

Следовательно, существуют различия между путем «Белого дня» и путем Ян-Ян.

«А мне все равно. В любом случае я член Белого дня! – сказала Ян-Ян, широко улыбнувшись. – Когда вернешься во Внешний мир, не забудь сказать боссу, чтобы пригласил меня присоединиться к группе. Если не пригласит, я выскажу ему все, что о нем думаю!»

«Ладно, я вернусь и скажу боссу», – вздохнул Цин Чэнь.

В настоящее время Ян-Ян не должна знать личности Цин Чэня, и Цин Чэнь не был уверен, догадалась ли она о чем-нибудь.

Ян-Ян склонила голову на бок и с любопытством спросила: «А разве у Белого дня нет целей? С такими большими возможностями во времена перемен было бы жаль ничего не сделать».

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «Жить лучше – вот цель Белого дня».

«Тоже неплохо, – Ян-Ян прищурилась в улыбке. – Я поняла, у всех разные взгляды. Я не стану просить Белый день помочь мне, так что не беспокойся об этом».

Ян-Ян до сих пор даже не спросила Цин Чэня, что они делают в дикой местности.

Ху Сяоню немного подумал и сказал: «Я пойду в палатку спать, а вы поболтайте».

По пути в палатку он вдруг заметил, как из двух соседних палаток старик и Ли Кэ незаметно наблюдают за происходящим у костра через щель в пологе.

Когда старик увидел Ху Сяоню, он тут же поманил его рукой: «Эй, мальчик, иди сюда».

Ху Сяоню был озадачен: «В чем дело, дедушка?»

«Эта девушка – подруга Цин Чэня во Внешнем мире?» – спросил старик.

Немного подумав, Ху Сяоню сказал: «Не знаю».

Старик с горечью произнес: «Как ты можешь лгать прямо в глаза умирающему старику?»

Ху Сяоню сказал: «Я не ожидал, что глава семьи Ли окажется таким любителем сплетен...»

«Надоел, – махнул рукой старик, – иди ложись, не заслоняй мне обзор».

«Хорошо», – сказал Ху Сяоню и вернулся в палатку. Полежав немного, он тоже приподнялся и молча выглянул через щель в пологе.

Их палатки были установлены бок о бок, и в каждой из трех палаток на животе лежал человек и выглядывал наружу. Если бы кто-то посмотрел вблизи, он определенно нашел это очень странным...

Три человека посмотрели вдаль и обнаружили, что поедателей арбузов было больше, чем трое. В палатке на противоположной стороне Го Хучань тоже украдкой наблюдал через щель.

На самом деле, они были очень далеко друг от друга, и Ху Сяоню и другие по идее не смогли бы обнаружить Го Хучаня.

Но свет костра падал на его лысину через щель в пологе, отражаясь от нее. Этот отблеск было невозможно не заметить. Слишком характерная особенность.

Цин Чэнь подбросил в огонь несколько сухих веток: «Ты устала? Ты, наверное, очень устала. 17-летней девушке приходится делать так много всего».

«Ну, если бы я сказала, что нет, это было бы ложью, – с улыбкой сказала Ян-Ян. – Вокруг меня нет никого, кому я могла бы полностью доверять. Я все время должна быть осторожна и бдительна. Иногда в недавно построенном поселке мне приходилось спать в небе, используя силовое поле, чтобы чувствовать себя спокойнее. Теперь, если подумать, в Лочэне на улице Синшу я чувствовала себя спокойнее всего».

«Те путешественники и жители пустоши замышляют что-то недоброе?» – спросил Цин Чэнь.

«Ну, чужая душа – потемки. Пока мы восстанавливали дома, произошло много грязных вещей, – сказала Ян-Ян. – Этот мир не так прекрасен, как мы думаем. Даже если ты искренне помогаешь кому-то, этот человек не обязательно будет испытывать благодарность. Некоторые люди крадут припасы, а есть такие, кто думает, что там нет порядка, и можно помыкать слабыми, отнимая плоды их труда».

«Тогда зачем им помогать?» – озадаченно спросил Цин Чэнь.

Ян-Ян улыбнулась: «Нам нужно показательное место, чтобы больше людей захотели последовать за нами, покинуть консорциумы и города и отправиться в пустошь. Не волнуйся, я уже убила тех, у кого были злые умыслы. Я не добрый маленький белый кролик! Кстати, вы же тоже направляетесь на юг. Поехали со мной, посмотришь наш маленький поселок, а?»

Цин Чэнь покачал головой: «Прости, на этот раз моя поездка в дикую местность очень срочная, мы должны как можно скорее добраться до запретного места № 002».

«На самом деле, ты тоже очень устал, так ведь? Потому что ты всегда находишься в напряжении, – сказала Ян-Ян. – Я еще слышала, что ты поехал с боссом в Сяньчэн и был серьезно ранен. Давай я тебя осмотрю».

«Не стоит», – улыбнулся Цин Чэнь.

Ян-Ян вдруг спросила: «Хочешь, я возьму тебя на небо?»

«Что? – Цин Чэнь опешил. – Ты можешь взять кого-то с собой?»

«Конечно», – улыбнулась Ян-Ян.

Сказав это, она встала, схватила Цин Чэня за руку, а затем взмыла в небо. Костер и опавшие листья были взбудоражены невидимой силой.

Все в лагере подняли глаза и увидели фигуры Цин Чэня и Ян-Ян, перекрывающие лунный свет.

Многие невольно выбрались из палаток. Только в этот момент Ху Сяоню понял, что за ними наблюдали не несколько человек, а все…

Го Хучань, призадумавшись, стоял перед своей палаткой: «Не слишком ли быстро развиваются отношения этих двоих? Неужели это та самая легендарная любовь с первого взгляда? Это неправильно. Ян-Ян со всеми всегда так холодна».

В это время повидавший многое старик пробормотал в палатке: «Пробужденная силового поля!»

Находясь в небе, Цин Чэнь чувствовал только, что его удерживает невидимая сила, как будто он внезапно превратился в магнит, и окружающее магнитное поле отталкивало его, побуждая быстро лететь.

Он чувствовал, как земля все больше отдаляется от него, и чувствовал, как рука девушки крепко сжимает его руку.

Он смотрел на бескрайнее небо и облака, становившиеся все ближе, на простиравшуюся пустошь и ветер.

Возможно, это и есть та свобода, к которой Рыцари стремятся всю свою жизнь.

«Отпусти меня», – внезапно сказал Цин Чэнь.

«Что?» – удивилась Ян-Ян.

«Я серьезно», – улыбаясь, сказал Цин Чэнь.

В следующий момент Ян-Ян разжала руку.

Силовое поле, окутывающее Цин Чэня, внезапно исчезло, и молодой человек начал стремительно падать с высоты в тысячу метров.

Однако Ян-Ян поразило то, что она не увидела паники и смятения на лице Цин Чэня. Он закрыл глаза и раскинул руки, словно наслаждаясь состоянием полностью свободного падения.

Такого спокойствия и умиротворения она раньше не видела ни у кого.

Одна секунда.

Две.

Три.

Время потихоньку шло, и Цин Чэнь падал все ниже и ниже.

Но молодой человек так и не запаниковал.

Ян-Ян вдруг ускорилась и спикировала вниз. Из-за взаимного отталкивания силового поля даже люди на земле могли слышать рев.

Девушка настигла Цин Чэня и снова схватила его за руку: «Ты не слишком ли смелый? Даже не боишься, что я не смогу тебя поймать?»

«Не боюсь», – улыбаясь, ответил Цин Чэнь.

Ян-Ян на мгновение оцепенела. Ведь это он играл со своей жизнью, а нервничала в итоге она, однако сам он совершенно не волновался.

Доверие?

Доверие было роскошью в любую эпоху.

Сколько людей осмелятся передать свою жизнь в руки другого только из-за слова «доверие»?

Ян-Ян вдруг тихо сказала: «Если ты захочешь это повторить, просто скажи мне».