Глава 2.0

Глава 2: Шепот иероглифов и стальная хватка

Сознание возвращалось к Кайлу рывками, словно поврежденный видеофайл, который система отчаянно пыталась прочитать сектор за сектором. Сначала пришел звук: мерное, успокаивающее шипение старого увлажнителя воздуха и далекий, едва уловимый гул грави-поездов, проносящихся где-то высоко над головой, в богатых кварталах Верхнего Элизиума. Затем — запахи. Здесь не пахло стерильной чистотой залов Совета. Здесь пахло старым машинным маслом, едкой канифолью, озоном и чем-то острым, напоминающим дешевую уличную лапшу, которую жарят на каждом углу Сектора 7.

Кайл открыл глаза. Прямо над ним был потолок, собранный из ржавых листов гофрированного пластика и обрывков теплоизоляции. Сквозь щели пробивался ядовито-розовый свет неоновых вывесок, окрашивая комнату в цвета дешевого нуара.

— Очнулся, «хакер-самоучка»? — голос Лии раздался откуда-то сбоку, сопровождаемый лязгом металла.

Кайл попытался сесть, но тело отозвалось свинцовой тяжестью. Его нейронная сеть Архитектора, когда-то способная оперировать энергиями звезд, теперь ощущалась как пустая, перегоревшая оболочка. Он медленно повернул голову. Лия сидела за массивным верстаком, освещенная лишь узким лучом настольной лампы. Она разбирала какой-то массивный блок управления, и её правая рука — та самая, которую он починил в переулке — двигалась с непривычной для дешевого протеза плавностью.

— Где я? — его голос звучал как хруст сухого кода.

— В моей мастерской. «Кицунэ-Тех». Самое тихое место в этом проклятом Секторе, если, конечно, ты не задолжал Корпорации, — она усмехнулась, не отрываясь от работы. — Я проверила твой биометрический след, пока ты был в отключке. Знаешь, что самое странное? Тебя нет в реестре.

Кайл замер.

— Совсем нет?

— Ни в базе граждан, ни в списках заключенных, ни даже в реестре «пустышек», — Лия наконец отложила инструменты и серьезно посмотрела на него. Её глаза, усиленные дешевыми линзами-имплантами, сверкнули фиолетовым. — В Нео-Токио даже у бродячей собаки есть ID-чип. А ты... ты как будто вчера материализовался из чистого эфира. Но то, что ты сделал с моим протезом... Это не был обычный ремонт. Ты вошел в систему напрямую, без деки. Ты оперировал на Нулевом Слое. Так умеют только Архитекторы. Но они не валяются в лужах трущоб.

Кайл медленно поднялся, свесив ноги с имплантационной кушетки. Тело, в котором он оказался, было молодым, лет двадцати, худощавым, но жилистым. И, что самое важное, оно было абсолютно «чистым». Ни одного порта доступа, ни одного подкожного датчика.

— В каком-то смысле я действительно свалился с неба, — Кай потер виски, чувствуя, как внутри черепа пульсирует остаточная боль от «перезагрузки». — Но сейчас я — всего лишь ошибка в твоей системе координат.

Внезапно его зрение дернулось. Левый глаз на мгновение заполнился статикой, а затем перед взором всплыло системное окно, которого Лия видеть не могла.

[ВНИМАНИЕ!] Синхронизация с локальной сетью: 12%... Обнаружена аномалия: Зафиксирован сигнал сканирования. Тип: Автономный дрон-ищейка модели «Они-04». Статус: Поиск цели в радиусе 50 метров.

— У нас гости, — тихо произнес Кайл, его взгляд стал холодным и сосредоточенным.

— Что? О чем ты... — Лия не успела договорить.

Снаружи, прямо за тонкой металлической дверью мастерской, раздался характерный гул антигравитационных двигателей. Тяжелый, вибрирующий звук, от которого задрожали инструменты на верстаке. Красный луч сканера просочился сквозь щель в дверном проеме, медленно ощупывая пространство.

— Сектор заблокирован, — раздался монотонный механический голос. — Зафиксирован несанкционированный доступ к магическому коду. Всем биообъектам оставаться на местах для принудительного форматирования памяти.

— Проклятье, «Чистильщики»! — Лия вскочила, хватая со стола тяжелый разводной ключ, который в её руках выглядел как боевой молот. — Если они найдут тебя без ID, они просто превратят нас в биомассу!

— Спокойно, — Кайл встал, превозмогая слабость. — Твои щиты не выдержат их плазменных резаков. Мне нужна мана. Срочно.

— Какая мана? Ты пуст!

— У тебя есть «Синий шум»? — Кайл указал на запертый шкафчик под верстаком. — Я видел, как ты прятала кейс.

Лия побледнела. — Это эфирный стимулятор для нищих! Он выжигает нервную систему. Если ты вколешь это без адаптера, твой мозг превратится в кашу за пять минут!

— У нас нет этих пяти минут, — Кайл подошел к ней вплотную. Его взгляд, казалось, прошивал её насквозь. — Либо каша в голове, либо дыра в груди от плазмы. Доставай.

Дверь мастерской содрогнулась от первого удара. Металл жалобно заскрипел под напором дрона. Лия выругалась на японском, нырнула под стол и вытащила помятый металлический кейс. Внутри лежал автоматический инъектор с мутной, ярко-синей жидкостью, которая, казалось, светилась изнутри зловещим светом.

Кайл перехватил инъектор и, не колеблясь ни секунды, вогнал иглу прямо в вену на предплечье.

[СИСТЕМА:]

Введено инородное вещество высокой нестабильности. Принудительная активация нейронных узлов... Мана: 0.01 -> 0.45 (ВРЕМЕННЫЙ ПЕРЕГРУЗ). Внимание: Обнаружено повреждение 15% когнитивных функций.

Мир вокруг Кайла преобразился. Цвета стали невыносимо яркими, звуки расслоились на частоты. Он больше не видел грязную мастерскую. Перед ним была сетка координат, пронизанная светящимися кабелями электропередач. Он видел ману, текущую по проводам, видел структуру металла двери и, самое главное, он видел программное ядро дрона «Они-04», который как раз готовился ко второму удару.

— Лия, пригнись! — крикнул он.

Дверь разлетелась на куски. В проеме завис черный шар, утыканный сенсорами, напоминающий механический глаз демона. В центре его зрачка начал формироваться ослепительно-белый шар плазмы.

Кайл не стал закрываться руками. Он сделал шаг навстречу, и его пальцы начали танцевать в воздухе, словно он играл на невидимом пианино. Из его ладоней вырвались тонкие, почти прозрачные нити синего кода.

— Протокол: Переполнение буфера, — прошептал он, и его голос в этот момент прозвучал не по-человечески, накладываясь сам на себя десятком эхо.

Вместо того чтобы атаковать дрон физически, Кайл ударил по его логике. Он влил всю доступную ману стимулятора в один единственный запрос — команду «Отчет о неисправности», зацикленную бесконечное количество раз.

Дрон замер. Его плазменное орудие начало хаотично мигать. Механический голос ищейки сорвался на визг: — Ошибка... Доступ... Ошибка... Система... Ошибка...

— Теперь — декомпиляция, — Кайл сжал кулак.

Нити кода вонзились в корпус «Они-04». Раздался сухой треск. Черный металл не взорвался — он просто начал рассыпаться на мелкую серую пыль, словно его структура внезапно забыла, как удерживать атомы вместе. Через секунду на полу мастерской осталась лишь кучка праха и оплавленная материнская плата.

Кайл тяжело рухнул на колени. Из его носа потекла тонкая струйка крови, черной, как машинное масло.

— Что это... — Лия стояла с широко открытыми глазами, все еще сжимая свой ключ. — Что ты только что сделал? Ты не сломал его... ты его стер.

Кайл поднял на неё затуманенный взгляд. — Это был... всего лишь... баг в системе, — он попытался улыбнуться, но сознание снова начало ускользать. — Лия, уходи отсюда. Сейчас... прилетят остальные.

— Никуда я не уйду, придурок, — она подхватила его, закидывая его руку себе на плечо. Её протез гудел, работая на полную мощность. — Ты только что спас мою мастерскую. Теперь я в долгу. А в Секторе 7 долги платят кровью или верностью. Идем, у меня есть лаз в старые туннели метро. Там даже «Сёгун» нас не найдет.

Они скрылись в тени подвала за мгновение до того, как небо над Сектором 7 окрасилось в багровый цвет от огней сотен патрульных дронов, спешащих к месту удаления одного из своих.

Кайл засыпал, чувствуя, как его сознание резонирует с миром. Он выжил. Он применил силу. И теперь он знал: этот мир, созданный на лжи и жестких алгоритмах, был куда более хрупким, чем считали Архитекторы.