Пролог

Мир в руинах, небо затянуто вечными тучами. Вокруг то и дело слышны крики и вои, стоны и шум ветра. Мир будто опустел, даже птиц не видно, некогда пролетающих по небу. В реках нет рыбы, земля мертва, черная. Тьма медленно ползет, но она уже неотвратима. Небо опускается всё ниже, темнеет, поглощая свет, оставляя лишь едва заметное свечение, как если бы сам мир угасал. В пустых улицах города отголоски бывших людей ещё дрожат в воздухе. Повсюду останки, заброшенные дома, разрушенные храмы, стены, от которых уже отвалились камни, оставляя лишь пустые глазницы. Всё напоминает о былом, но искажённом мире, где люди верили в свет и будущее. Сейчас же всё рушится, затмевая всё вокруг.

Сэкио Харрис шел по этой пустой и разрушенной земле, ощущая, как каждый его шаг утопает в песке, что когда-то был частью жизни. Он был одним из последних, кто ещё оставался живым. На его лице — бледный след страха и усталости. Мир, который он знал, с каждым днем умирал всё больше. С каждым шагом он погружался в этот вечный мрак, в который мир обращался всё глубже. Он был труслив, всегда был таким, но сейчас страх был не просто частью его. Он был его оболочкой.

— Почему я остался жив? — прошептал он в темный воздух, его голос тонул в пустоте, не находя отклика. Вопрос оставался без ответа. Когда он был маленьким, он верил, что люди могут изменить мир, что можно бороться за свет и будущее. Но теперь, когда всё, что он когда-либо знал, исчезло в пламени и тени, эти слова казались глупыми.

Мир, где когда-то был порядок, разрушен. Нежить поглотила всё. И тьма, с каждым шагом, становилась всё реальнее. Призраки прошлого все ещё были в воздухе, но они не могли помочь. Сейчас тьма, уже не скрываясь, проглатывала всё. Время перестало иметь значение, но Сэкио все еще чувствовал его.

Он стоял среди руин, разглядывая разрушенные здания. Раньше это был храм, место, где когда-то собирались люди, искали спасения, молились. Но теперь это была лишь пустота. Место, где ни один живой человек не ступит ногой. Он зашел внутрь, шаг за шагом переходя через разломанные стены, обрушившиеся крыши. Вонь сырости и плесени заполнила воздух. Стены, когда-то украшенные изображениями богов и ангелов, теперь были покрыты мхом. Словно сама жизнь в этом месте ушла, оставив лишь тень.

Он чувствовал её, эту тьму. Она была повсюду, даже здесь, в этих руинах. С каждым вдохом воздух становился тяжелее. Мир, будто бы, сам сжимался, вытягивал из него остатки света. И хотя Сэкио всегда старался избегать мысли об этом, он не мог избавиться от чувства, что что-то невидимое, неосязаемое наблюдает за ним. Он замедлил шаг, взгляд скользнул по разрушенному храму. Вдруг его внимание привлек слабый шорох. Он резко обернулся. Тьма сгущалась за его спиной.

Но там ничего не было. Он выдохнул, снова чувствуя этот холодок страха, который никогда не покидает его в такие моменты. Мир вокруг начинал шептать, но это не были звуки жизни. Это было нечто другое. Это был голос самой тьмы, что проникала в каждый уголок. И даже если вокруг него оставались только руины и пустота, он знал, что не был один. Это ощущение было тем более страшным, потому что оно приходило изнутри.

"Я один из последних", — он понял это. Понял, что в этом мире больше нет места для его страхов и колебаний. Тьма не оставит шансов. И, несмотря на это, его шаги, хоть и тяжёлые, не останавливались. Он выживал. Он продолжал идти, пока не дойдёт до конца этого мрака, до того места, где его судьба будет решена.

Но пока всё, что он мог сделать, это двигаться вперёд — в этой бездне, где давно исчезли все ответы.