Тысяча лет

– Локи? – Гарри зовёт его неуверенно, осторожно.

– Ты кто такая? Очередная героиня? – ехидно улыбается асгардец и смотрит на неё, как на грязь.

– Я думала, что свою спесь ты уже давно утратил безвозвратно, – замечает девушка спокойно и спустя мгновение оказывается прямо перед ним. Всматривается пристально, гадает, не ошиблась ли. – Видно, я ошибалась.

– Кто ты такая? – бог дёрнулся, но, прикованный цепями к полу, так и не смог встать.

Мантия слегка шелестела, пока она тихо опустилась на пол прямо перед ним, скрестив ноги. Потрёпанные джинсы, растянутая футболка и стоптанные кроссовки совсем не вязались с роскошной мантией достойной самой королевы.

– Странно, что ты забыл, – тихо говорит она, заглядывая ему в глаза и видя, что что-то не так. Что-то тёмное и мерзкое примешалось к морозной, льдистой магии бога.

– А ну не смей трогать меня, смертная! – рявкнул бог, стараясь отстраниться от протянутых ладоней, когда незнакомка неожиданно сильно и крепко обхватила его лицо руками и в упор посмотрела прямо ему в глаза.

– Тебе ли не знать, Локи из Асгарда, что смерть надо мной не властна? А теперь тебе пора вернуться, – кончики её пальцев, что замерли на его висках, слегка засветились, после чего что-то тёмное и мерзкое начало собираться у головы бога. – Прости. Будет больно. Слышишь, Локи?

– Слышу, – хрипло проговорил настоящий Локи, наконец-то имеющий возможность вырваться из-под чужого контроля. – Давай. Бывало и хуже.

– Но реже, – хмыкает Гарри.

– Да. Бывает хуже, но реже.

Гарри ободряюще улыбается. А потом резко и больно впивается пальцами в кожу головы, будто бы хватая за волосы, и дёргает руками, рывком вырывая что-то тёмное и склизкое, извивающееся в её ладонях.

– Мерзость, – шипит она зло и яростно, хватая чужую магию, извивающуюся и пытающуюся упорно вернуться. Паразит сопротивляется, но под взглядом Гарри вспыхивает зелёным огнём и визжит, тонко и пронзительно, сгорает, осыпаясь пеплом, что, не долетев до пола, исчезает.

Локи воет, крепко сцепив зубы, дёргает головой и утыкается куда-то ей в плечо, вздрагивая и скрипя зубами, дыша рывками, переживая боль.

Гарри же зарывается одной рукой ему в волосы, успокаивающе шепча какую-то чепуху. Другой ероша свои волосы, что Локи всегда неимоверно раздражало.

Но сейчас Локи плевать. Он просто хочет спать. Лучше вообще недельки на две в целительный транс, чтобы восстановить своё покоцанное сознание. Ему глубоко поровну, что он на базе Мстителей, прикованный к полу, и совсем недавно порешил кучу народу. Ни капли вины он не ощущает. Быть марионеткой ему совсем не понравилось, и за свои действия, сделанные подневольно, он отвечать не будет.

– Ты что, так спать собрался? – Гарри проводит рукой по его волосам, осторожничая.

– Просто замолчи, – Локи морщится от её голоса, что бьёт в голову болью, и чуть уютнее устраивает голову у неё на плече.

– Удобно? – хмыкает она, усаживаясь чуть поудобнее.

– Нет, – честно отвечает ей Локи. Острое плечо больно упирается в щёку. – Всё такая же тощая. Но не спать же мне на полу?

– Не царское это дело, верно? – усмехается Гарри, откидываясь спиной на прозрачные стены тюрьмы и вытягивая ноги. Замки на цепях Локи щёлкают, открываясь, и он устало наваливается на неё, роняя голову ей на плечо. С его ростом это неудобно совершенно, но богу, кажется, на это плевать. Вытянув ноги и усевшись рядом, он просто и незатейливо закрывает глаза, которые реагируют на свет болью.

Они сидят молча какое-то время. Гарри устало думает, что скоро вот-вот спадут чары иллюзий и заглушающие, но глаза слипаются и усталость давит на плечи. Или чья-то голова.

Тусклый свет из-за лопнувших частично ламп под потолком раздражает глаза, и она их закрывает, решив, что немного дрёмы ей не помешает. Напоследок она бормочет формулу, обновляя заклинания. На три часа хватит. За три часа-то она точно выспится.

У них столько вопросов и тем для разговоров, но сейчас до них нет никакого дела. Гарри вздыхает и прикрывает глаза, на автомате делясь с Локи своей магией, невольно вздрагивая от пробегающего по коже мороза от его магии.

Отвыкла.

– Сколько? – вопрос звучит тихо-тихо, казалось, неслышно.

Локи молчит долго, и ей кажется, что совсем не собирается отвечать.

– Тысяча лет.

Гарри закрывает глаза.

– Пятнадцать.

Локи едва слышно хмыкает. После чего одной рукой подхватывает подол её мантии и набрасывает на них обоих. Как в старые добрые времена.

Длины мантии, как всегда, на его длинные ноги не хватает.

Гарри почему-то это смешит.

– Спи, – тихий голос едва слышен. – Теперь у нас будет предостаточно времени.