Трудный Выбор!

Напряжение сгущалось, будто сама земля под ногами стала дрожать. Люди сжимали кулаки, не желая остаться снаружи — один на один с ревущими в дали зомби.

— Так... Давайте решим голосованием, — дрожащим голосом сказал Костя, метнув взгляд на закрытый бункер. — У кого больше голосов — уходит. Когда останется четверо... тогда они и зайдут внутрь.

Воздух задрожал от напряжения.

— Типа мафия, все играли, да? — попытался улыбнуться он, но улыбка вышла кривой и неуместной.

— Это не игра, это жизнь, — хрипло отозвался Док, его глаза были настороженными, как у загнанного зверя.

Костя резко кивнул, словно пытался отогнать свой страх.

— Понимаю... Но иначе никак. На четырёх человек — еды на 90 дней. Нас — одиннадцать. Даже на минимуме протянем месяц. А потом... потом никто за нами не придёт.

Он выдохнул, стараясь держать голос ровным.

— Я начну. Всё-таки это бункер моего друга.

Он повернулся к стройной женщине с бледным лицом.

— Анна, вам будет тяжело. У вас клаустрофобия... Да и бизнес в новом мире никому не нужен...

— В таком случае я ухожу с ней, — резко сказал Сергей. Он шагнул вперёд, встав между Анной и остальными.

Костя моргнул, ошарашенный.

— Это... мило, — с дрожью в голосе сказала Анна. Она взяла Сергея за руку.

И, не оборачиваясь, пара медленно ушла в лес, оставляя после себя только шорох мокрой листвы.

— Вот дерьмо, — пробормотал Костя, глядя им вслед. — Инженер нам бы пригодился...

— Ты профукал инженера, гений, — процедил Док, скрестив руки на груди.

Костя проигнорировал его.

— Ладно, дальше. Доктор нужен. Кто против доктора?

Молчание. Все переглядывались, но никто не осмелился возразить.

— Отлично. Док, вы — наш золотой фонд.

— Согласен, — буркнул Док. — Хотя вот математик нам ни к чему.

Он скосил глаза на худощавого Кирилла.

— Чего? Я могу учить! Я... — забормотал тот, но его голос утонул в общем гуле недовольства.

— Книги останутся. Кто захочет — сам научится, — отрезал Костя.

Руки поднялись синхронно, будто кто-то дергал их за ниточки. Кирилл сжал губы, бросил на всех взгляд полных ненависти глаз и молча скрылся в лесу.

Только звук ломающихся веток напоминал о нём.

— Восемь осталось... Ещё четверых...

И тут заговорил Андрей, громко и зло:

— А ты сам-то кто такой, чтобы решать?

Костя почувствовал, как сердце сжалось.

— Я... агроном. Смогу еду выращивать. Я на курсах по выживанию был!

— Да кому ты нужен?! — рявкнул Андрей и вытащил нож.

Костя попятился.

— Спокойно! Убери нож!

Прежде чем что-то успело случиться, в дело вмешалась Саша. Подошла тихо, как тень, и ударила Андрея кулаком в затылок. Тот рухнул лицом в грязь.

— Всё в порядке? — спросила она, тяжело дыша.

— Д-да, спасибо... — пролепетал Костя.

Он глянул на лежащего Андрея.

— Психов точно брать не будем.

— Согласен, — коротко сказал Док.

— Нужно оставить его здесь, пусть зомби разбираются, — предложил Виталий, глаза его метались из стороны в сторону.

Костя вздохнул:

— Он всё-таки человек... Но выбора нет.

Они остались вшестером.

И снова наступила давящая тишина.

— Нам ещё троих нужно убрать... — вслух подумал Костя. — Девушек трогать нельзя. Они сильные.

Катя вдруг шагнула вперёд.

— Я сама уйду. Тут неподалёку домик есть. Я туда.

Она перекинула безжизненного Андрея себе на плечо, словно тот ничего не весил. И, не говоря больше ни слова, скрылась в туманной чаще.

Остались пятеро мужчин и две девушки.

— Юля... — начал Никита, — флорист нам не поможет в бункере.

— Постойте! — выкрикнул Костя. — Если надо, я буду делиться едой! Она останется!

Юля чуть не расплакалась от благодарности.

— Чушь, — проворчал Виталий. — Тут каждый кусок на счету.

— Не нравится — уходи, — парировал Никита.

Док поднял руку:

— Выбор очевиден. У нас тракторист и повар. Тракторист умеет обращаться с техникой. Голосуем.

Виталий побледнел, губы его задрожали.

— Нет... Нет! Я не выживу один! Это приговор!

Он плакал навзрыд, но решение уже было принято.

Костя сунул ему нож.

— Лучше с ножом, чем без него.

Виталий, всхлипывая, исчез среди деревьев.

Мир вокруг сгустился, пропитанный сыростью, страхом и невыносимым грузом вины.

— Пора... — сдавленно сказал Костя. — Пора идти в бункер.

И пятеро выживших направились к железной двери, за которой их ждала неизвестность.

Ребята спустились в бункер. Тепло и тусклый свет ламп мгновенно окутали их, словно укрыв одеялом. После хаоса снаружи это место казалось оазисом — защищённым, надёжным, почти родным.

— Так, смотрите, — сказал Костя, остановившись у металлической двери, — здесь автоматика. Нажали кнопку сбоку — дверь захлопнулась. Всё просто.
Он похлопал по панели управления, чьи зелёные лампочки робко светились в полумраке.

— Проходим дальше. Тут кровати. Забирайте любые, я потом пристроюсь где-нибудь, — продолжил он, шагая по узкому коридору, стены которого были обиты серыми звукоизоляционными панелями. Каждое его слово эхом отражалось в глухой тишине.

Док шёл настороженно, взгляд его шарил по углам.

— Прежде чем расслабляться, надо заблокировать верхнюю дверь. Где у вас техническая? — спросил он.

— За мной, — кивнул Костя.

Они вошли в просторное техническое помещение. В центре стоял огромный генератор, покрытый пылью, но всё ещё живой: световые индикаторы мигали, словно сердце, что не сдавалось. В конце — щиток с тумблерами и лампочками, а в углу — аккуратно расставленные бочки с бензином. Воздух был пропитан тяжёлым запахом топлива и старого металла.

У стены стояли старые компьютеры. Костя сел за один, пальцы быстро забарабанили по клавишам.
Экран ожил, выдав тусклое синеватое свечение.

Прошло пять долгих минут. Наконец, с лёгким щелчком Костя активировал блокировку.

— Всё, дверь заблокирована! — сказал он, облегчённо выдохнув.

Напряжение в плечах у ребят немного спало. Они вышли обратно в коридор и открыли следующую дверь.
За ней — бойлерная. Огромная система фильтрации, трубы, контейнеры с водой...
Холодный свет падал на металл, создавая иллюзию какой-то надежды.

— Ого... — присвистнул Никита. — Выглядит серьёзно.

— Вода из-под земли? — спросил Док, присматриваясь к схемам на стенах.

— Не думаю, — пожал плечами Костя. — Скорее всего, очистка. Если снаружи добудем воду — тут её можно будет фильтровать.

Никита тяжело зевнул, потерев глаза.

— Я… Наверное, пойду спать. Три дня на ногах — уже не соображаю.

— Иди, — тепло улыбнулся Костя. — Отоспись. Всё равно теперь можно немного расслабиться.

Когда Никита ушёл, Док хлопнул ладонью по ладони:

— Ладно! Пошли дальше.

— И чемодан не таскай. Брось где-нибудь, — подкинул Костя, кивая на увесистую аптечку Дока.

Они перешли в просторную гостиную. Там, уютно устроившись на кроватях, уже дремали Сашенька и Юля. Мягкий свет ламп накаливания рисовал тёплые круги на полу.

— Тихо. Все спят, — шепнул Костя.

Осторожно, будто боясь потревожить этот островок покоя, они открыли скрипучую дверь в конце комнаты. За ней оказалась небольшая комната с тремя дверями.

Первая слева — кухня. Просторная, забитая шкафами с консервами. Запах старой еды, металла и затхлости бил в нос.

— Нифига себе запасы... — пробормотал Костя, заглядывая в шкафы. — Может, зря мы того парня не взяли с собой?

— Уже поздно об этом думать, — хмуро ответил Док.

На мгновение в глазах Кости мелькнула тень сожаления.

Следующая дверь вела в медпункт. Бледно-зелёные стены, кровати, шкафы с медикаментами.
Док сразу оживился.

— Нужно всё перебрать. Просроченные оставим на крайний случай, — сказал он, быстро осматривая содержимое.

— Окей, — кивнул Костя.

Последняя дверь — санузел. Поблёклые стены, облезший кафель, душ с мутной дверцей.

Костя плюхнулся на унитаз, довольно оглядевшись.

— Вот это я понимаю — трон для настоящего короля!

— Душевая даже есть, — улыбнулся Док, приоткрыв дверцу.

— Только туалетной бумаги мало. Четыре рулона, — скорбно добавил Костя.

— Значит, экономим, — серьёзно кивнул Док.

— По одному листочку за раз? — с усмешкой уточнил Костя.

— Листочек трёхслойный. Делим на три части, — ответил Док с мрачной серьёзностью.

Они оба рассмеялись впервые за долгое время.

Пока Док пошёл перебирать медикаменты, Костя вернулся в техническую.
Он сел за монитор. Камеры наружного наблюдения медленно оживали.

И вдруг... сердце Кости пропустило удар.

На экране он увидел бегущего Виталия. Тот, спотыкаясь, нёсся к бункеру, оборачиваясь на лес. Из теней медленно выползали зомби. Силуэты качались, словно марионетки, улавливая запах живого.

В этот момент в комнату влетел Док.

— Док! — Костя почти закричал, указывая на экран. — Смотри! Его надо впустить!

Док застыл, вцепившись взглядом в экран.

— Нельзя, — медленно выдавил он. — Если мы откроем дверь, поставим под угрозу всех остальных.

Костя метался между монитором и кнопкой управления дверью. Его грудь сжимала ярость, страх, вина.

Док стоял рядом, как каменная стена. В глазах его была сталь.

Решение нужно было принять.
Секунды тянулись, как вечность.
За окном Виталий падал на колени, а тени надвигались всё ближе…

Что выберут ребята?..